Путь к равенству

      В чертах города анархия достигла своего апофеоза. По улицам ездили бронемашины, а воздух рассекали патрульные вертолёты. Среди ночного полумрака мелькали лишь прожектора и трассера от пуль. Дома были полуразрушенными и готовыми обвалиться в любую минуту. Но что-то в этом пейзаже особенно выделялось - высокая и даже почти не разрушенная башня, стоявшая в центре города. По её холодным металлическим стенкам сочились провода и трубки ярко-ядовитого зелёного цвета. Их свет был заметен издалека. Эти провода шли к дирижаблю, застывшему над башней в тот момент, когда мы взобрались на холм за гранью жестокого города, заражённого этой гнилью. Это было то самое место, откуда, похоже, всё и началось.       Мы, отдохнув и пополнив наше снаряжение, прибыли в этот город, но с чего начать? У нас не было фантазии, и наш путь лежал в лоб - пройти по улицам разбитого населённого пункта, скрываясь в обломках некогда великого города - центра моды и законодателя красоты от машин под управлением безжалостных воинов легиона. "Но за что они борются? За уничтожение всего живого? За правление миром? Но, в таком случае, кем они будут править, если весь мир погрузится в хаос, а улицы городов будут наполнены трупами и фанатиками с промытыми головами? Кто всем этим руководит?", эти вопросы пронеслись у меня в голове, пока мы стояли на тёмной стороне холма.       Склон холма был довольно крутым и скользким, так что мы помогали себе, левитируя друг друга. Для нас левитация была уже чем-то настолько простым, что мы могли даже пользоваться самолевитацией. У меня на спине висели два оружия - автомат и снайперская винтовка. Оба были энерго-магическими. Когда мы спустились с холма, я отдала Шейди свою винтовку, ибо её пистолет уже никак не котировался, а с автоматом нужно действовать вблизи, чего я не могла допустить. Я уже не могла представить себя без этой милой кобылки, и мои чувства были взаимны. Понимание этого давало мне стимул и силы двигаться дальше и продолжать бороться, хоть силы и были неравными, и игра была изначально повёрнута против нас, но мы шаг за шагом двигаемся к чему-то, чего мы так заветно ждём, во что мы так свято верим. Мы не знали, что это, но мы стремились к этому и знали, что когда-то всё будет хорошо. Хотя бы лучше, чем сейчас...       Мы вошли в черты города, который весь был наполнен неприятностями. Я пошла первой, медленно кочуя с одного угла на другой, ловко ускользая от света прожекторов и глаз патрульных, чьи маршруты были сконцентрированы где-то в центре города. Разбитые витрины, вырванные двери и расколотые стены, опавшие потолки и трупы ни в чём неповинных пони, которые просто занимались своей работой. Трупы родителей, которых больше никогда не увидят их дети... Я села в углу обрушенного магазина и не смогла удержать слёз. - "Что нас ждёт?", задалась я вопросом. - "А тебе это важно? Мы здесь. Ты нас сюда привела. Ты, и только ты смогла воодушевить кучку пони на такое. Пройдя сквозь всё, мы в их гнезде. В эпицентре того, что разрушило привычный строй мира, унесло кучи жизней. И знаешь что? - я горжусь тобой. Мы уже много раз были на грани жизни и смерти, но ты приходила и спасала меня, рисковала собой ради меня. Ты даже отдала мне свой фильтр, когда было неизвестно, сколько мы там пробудем. Главное верить в себя. Ты должна бороться с этими слезами. Не ради себя, сделай это для меня...", посмотрела мне в глаза Шейд. Я даже не знала, что ей ответить. Её речь пронзила мои чувства и заставила встать.       С каждым шагом, сделанным к центру города, мы чувствовали всё большую опасность, тревогу. Вокруг нас не было никаких звуков, и я начала слышать своё дыхание. Оно было глубоким и напряженным. Воздух был наполнен запахами огня и гнилой плоти, а ветер был холодным и обдувал нас, донося до нас все эти запахи и разнося повсюду пыль от разрушенных зданий, в которой смешались бетон, пепел и частицы металла, пропитанные запёкшейся кровью. Среди этого всего было достаточно трудно дышать. Я была слишком заворожена, чтобы заметить мину, на которую я наступила. Нас оглушило и отбросило на метр-два. Повсюду загорелись сирены, давившие на голову сильнее, чем пресс. Легион не дремлет...