Замок
13 мая 2019 г., 14:51
Сказать, что Шио была в шоке — ничего не сказать. Она и сама не понимала, чего ожидала, задав Сато вопрос, но это было уже слишком. Даже Шио знает, что слова не могут сами собой появляться на бумаге!
Она не верит в своё счастье. Сато-чан не забыла её, она любит её и присматривает за ней! Они будут вместе всегда, и это слишком замечательно, ведь после смерти любимой Шио и не могла надеяться на такое.
Девочка, плача от переполняющего её восторга, смешанного с облегчением, сразу же бежит к матери, спеша показать ей чудесное письмо.
Женщина же, в течении нескольких минут разглядывавшая бумагу, злится и кричит, что ничего не видит.
— Здесь ничего нет, подумай, Шио! — Кобэ-старшая вскакивает со стула, на котором сидела, бессильно сжимая письмо в дрожащих руках.
Она думает о том, что эта Сато, должно быть, совсем выбила все мозги её дочери. Ведь чудес не бывает, это суровая правда.
Когда-то сама она была такой же.
Юна перестала верить в чудо, как только в глазах поселился страх. Парень, схвативший за руку растерянную девчушку, казалось, не слышал никаких просьб и неловких извинений.
Люди говорят, что если только потерпеть, все обязательно пройдёт, черная полоса в твоей жизни закончится. Но это было не так, совсем нет…
Теперь перед ней рушилась ещё одна жизнь, и не чья-то, а жизнь собственной дочери, самого дорогого существа, которое у нее когда-либо было.
Никто не спас её. День за днём жизнь бросившей школу старшеклассницы становилась всё хуже и хуже, изо дня в день новые синяки появлялись на теле.
— Мама, я верю Сато, потому что люблю её. И я не собираюсь отказываться он нашего счастья, — её маленькая Шио вдруг становится не по-детски серьезной, голос, милый и детский, становится почти каменным, холодным и ледяным, будто в одно мгновение наступила морозная зима, а они забыли подготовиться к ней. — я правда вижу это.
Виной всему была так называемая «любовь».
«Любовь» эта значила отказ от своей мечты. Отказ от счастья, от всех подруг и радостей жизни. Принятие боли, положения слуги. Стереть из сознания все мысли, неугодные ему.
— Это что угодно, но не любовь, Шио! — женщина перенимает тон дочери, ещё сильнее злится и, размахнувшись, кидает тетрадь на пол. — ты не любишь её, Шио, и так будет лучше для тебя же.
У глупой девушки было многое. Мечта поступить в один университет с долгое время нравившимся ей парнем, поддерживающие её подруги-одноклассницы, небедная семья, в конце концов.
Какой же наивной она была… Зачем вообще такая родилась?
Глупо, глупо, глупо… Вот и галлюцинации у девочки начались, она всегда знала, что, отпустив Шио, потеряет её. И что же случилось теперь?.. Юна Кобэ всерьёз опасается, как бы её малышка не сошла с ума окончательно.
Ведь любовью можно пораниться.
Жить становится ужасно мучительно, когда ты просто не знаешь, как и зачем, понимаешь, что нет ничего, зачем это было бы нужно. Но и умереть одновременно не можешь — не потому, что не хочешь, а просто потому, что и смерти боишься, страшиться боли.
— Может, мне сводить тебя к психиатру?! — атмосфера только накаляется, обе они уже плачут. В глазах Шио появился ужас и отчаяние, которых не было ранее.
Так же было и с ней. Она ненавидит саму себя, ведь только и может быть такой же, как он. Только и может, что портить жизнь своим детям изо дня в день.
«Бесполезная, бесполезная, бесполезная»… — кружатся в голове слова, разъедают кору мозга, не дают пошевелиться. Слова то ли родителей, отношения с которыми портятся с каждым днём, слова нелюбимого мужа, реже и реже приходящего от неизвестных людей, с которыми проводил все время, слова голодных Асахи и Шио, снова и снова просящих есть. Собственный рассудок и понимание своей никчемности.
— Что же мне делать, Шио… — она захлёбывается в истерике, опускается на стул и утыкается лицом в грязную поверхность стола. — я ничего не могу…
«Простите, Асахи, простите, Шио… Мои дорогие дети, простите меня!»
«Я понимаю, что вы ненавидите меня… Я и сама себя ненавижу».
— Давай поговорим, мама, — Шио опускается напротив неё. Даже если та не будет верить ей, назовёт дурой, она должна раз и навсегда решить этот вопрос в их отношениях.
***
Это первый танец в её жизни. Этим вечером во всём доме временно отключили электричество, и девочки, за неимением ничего лучшего, решили осветить комнату свечами, нашедшимися в шкафчике на кухне. Платье Сато-чан нежно-розовое; вместе с ней оно кружится по тесной комнате, то и дело задевая кровать и стол напротив неё. Девочка с интересом наблюдает за ней, сидя на светлом покрывале. Вставать ей не особо и хочется — Шио всё нравится и так, да и не привыкла она носиться в таких длинных красивых нарядах. Откуда те взялись — загадка, Сато просто принесла их из небольшого гардероба, демонстрируя удивлённой Кобэ. Причудливые очертания силуэта девушки мелькают туда-сюда, а отблески свечей на беззаботно улыбающемся лице лишь подчёркивают его очаровательность. Блестящие глаза будто светятся в полумраке и Шио, затаив дыхание, любуется столь необычной, но простой сценой. Окна чуть приоткрыты, и летний теплый ветерок проникает в помещение. Для Шио это единственное спасение: не так уж и просто сидеть в длинном душном платье, пусть сейчас уже вечер, и на улице не так жарко, как днём. Из включенного на полную громкость смартфона старшей по их спальне разлетается приятная лёгкая музыка. Песня запоминается ей легко, и девочка тихо напевает её, пальчиками постукивая ритм на спинке кровати. Эта песня, как говорит ей запыхавшаяся, с раскрасневшимися щеками и присевшая отдохнуть Сато, довольно простая и шаблонная, потому что поётся про любовь, а делает это какая-то глупая девушка, которая никогда её не чувствовала и просто красуется со своим парнем, пытаясь выглядеть успешнее на фоне подруг. Они вместе смеются, ведь Мацудзаке не нравятся еле заметные нотки хвастовства в её голосе. А потом также вместе поют так, как надо, и песня становится особенной, неповторимой и самой правдивой, она просто не может такой не быть, если их тихие голоса сплетаются в одну тонкую ниточку, крепко-крепко связывающую их. Тук-тук, тук-тук-тук, — все уверенней стучат по дереву пальцы девочки, когда та входит во вкус. Они хватаются за руки, вскакивая слишком резко, и Шио, путаясь в подоле ужасно красивого, но неудобного платья, чуть не падает, споткнувшись, но розоволосая вовремя подхватывает её. Снова тихие усмешки, гармонирующие с искренними улыбками и еле заметным в неярком свете румянцем на щеках. Первый шаг Шио неуверенный. Ухватившись за талию Сато, она, смущаясь, смотрит до ноги, тщательно продумывая каждое движение. Старшая, с интересом наблюдая за всё лучше и увереннее вытанцовывающей круги по комнате, хвалит старательную малышку и говорит, что ей не нужно так стараться. Но Кобэ это нравится, ведь во время таких непринуждённый движений в тело закрадывается неспешная лёгкость, лишь улучшая и без того замечательное настроение. Тук-тук, тук-тук-тук, — все уверенней стучат по полу маленькие ножки, и вскоре к ним присоединяются и вторые. Две девушки движутся так ритмично и слаженно, что кажется, будто они — одно целое, родственные души, встретившиеся в огромном мире. На самом же деле их мир вовсе не был большим и необъятным, а ограничивался маленьким, но чудесным сахарным замком. Весь мир принадлежит им, а следовательно, у них есть всё. Шаг вперёд, потом один в сторону, остановиться и покружиться. У их собственного танца нет правил, так же как нет и оков, сдерживающих их всю прежнюю жизнь. Невидимые цепи со звоном рассыпаются, и Шио так странно и отчётливо слышит этот звук, что даже удивляется. Оказывается, что случайно они разбили стеклянную банку, стоявшую на подоконнике, и теперь осколки разлетелись по полу, тепло блестя в желто-красном свете. Девочки аккуратно, чтобы не пораниться, опускаются на колени, и всё с теми же счастливыми лицами принимаются собирать их в принесённый Сато совок.***
«День 18.
Дорогая Сато-чан. Я прочитала твой ответ, спасибо тебе за него! Я сначала не поверила, поэтому показала его маме, но она ничего не увидела. Мы поговорили, и я рассказала тебе про то, как счастлива была с тобой. Она пусть так и не поверила, но была рада, что я жила с тобой и у нас все было хорошо. В любом случае, я ужасно рада, что ты смотришь за мной! Обещаю тебе, когда-нибудь мы ещё обязательно встретимся!Ужасно люблю тебя, Шио-чан»
В тот вечер Кобэ заснула раньше обычного, впервые за долгое время с улыбкой, прижимая к себе дневник. На утро она проснулась непривычно бодрой и выспавшейся, сразу же бросаясь читать ответ от любимой Сато-чан. «Рада за тебя, Шио! Вижу, дела у тебя налаживаются. Я постараюсь помочь тебе исполнить твоё обещание.Сато-чан».
На лице девочки расцветает счастливая улыбка, и солнечная комната озаряется ярким смехом. Шио снова рада тому, что осталась жива.
