Вихрь. Охотник./9 рассказ из серии/

Тайнес. В моем доме всегда была тишина. Мои родители никогда не повышали голоса. Всегда были культурны и немного холодны. Их поженили договорным браком. Влияние и сила двух семей укрепилась. Родился я, альфа, получивший ипостась шаки. Силен, умен, воспитан, но перестал жить на одной волне со своими холодными родителями. Сейчас я перешел на второй год старшей школы. Вернее… ну, после того, как я хорошенечко поизмывался над терпением старших, меня отправили к деду. К тому, который был силен и смог контролировать меня. Перевели в прошлом году, ровно в середине года переехал и перешел в другую школу. С дедом мы дрались, много. Он пытался урезонить, я показывал характер. За полгода в школе если пару месяцев провел, то и то хорошо. Затем лето, дед взялся основательно править мой характер капризного ребенка. А я со всей тщательностью агрессивно противился. Летом тепло и пару ночей ночевал в парке — показывал норов — за что был бит дедом, сильно. Лето закончилось и приходится опять идти в эту школу. Не люблю ее. Не мое. Первый день занятий. Вхожу в класс, ощущаю, что тут все занято по интересам и кучками как-то. Дурдом. Сел на свое место, а мне говорят — вали на передок к учителю. Шутку я запомню, умник. Поворачиваю голову снимаю завесу и оскаливаюсь. Причем бью таку сил, не ограничиваясь одним классом. Нагло и так как привык — я альфа, я шаки, а вы все мелочь в моих зубах! — Так, — грозно произнес учитель, — если сейчас же это безобразие не будет убрано, накажу весь класс. И потом виновник, отдувайся перед ними всеми, — он обвел пальцем всех парней. Нехотя собираю таку сил, закрываю зверя. Сижу и жду, когда глаголить истину будет. Урок стандартный — арифметика. Раздел геометрии и строения. Скучно, нудно и скорее бы перемена. — Дефост, может обратите ваше внимание на урок? — спрашивает он, стоя рядом со мной. — Скучно. — Лежу на парте, ковыряюсь когтем под когтем. — Скучно? — выдает учитель, — а вы не на дискотеке, чтобы весело было. — Я эту программу знаю. Вот мне и скучно. А дискотека для дебилов, кто заразился стадным рефлексом к эпилептическим припадкам под такт вибрации звуковой волны. — Укладываюсь поудобнее на парту, вот всем видом жаждая, чтобы меня выгнали. — Знаете всю программу на год? Что-то меня сомнения берут, — ехидство в голосе. — И, так как я наслышан о ваших излюбленных приемах, прошу, мистер Дефост, решите нам задачку с графическим исполнением. Вперед, докажите свои слова, — заулыбался учитель. Вздыхаю, поднимаю голову и всматриваюсь в задачу, над которой корпели в классе. Решить с графическим уклоном? Ну, раз хочет сделать меня дураком у доски, что же, разочарую. Плавно встаю, руки в карманы, иду к доске. Вид — скучающий; подвид — сонный. Подошел к доске, под смешки однокашников. — Верхнюю или нижнюю решать? — спросил не повернувшись. — Любую. — Раздается от учителя, что стоит и смотрит на меня. А мне в азарт. Не вынимая рук, отступив от доски, используя силы, играючи взял маркер и начал писать решение, чертить другим маркером диаграмму, фигуру, и тут же решение на вторую задачку. Все пять маркеров использовал. Под абсолютное молчание всех хихончиков, почесав подбородок, повернул голову, не перестав контролировать маркеры и писать решение, спросил: — А в диаграмме расцветку на три колонки надо или двумя обойтись? Пафос, наше все! Мне не ответили. Я смотрю на них, а маркеры пишут, не делая ошибок, фигуры и диаграммы глазомером измерить — ни единого отклонения. Завершив писать, собрал маркеры в руку, положил их на место, сам вернулся к своему стулу и сев, лег в прежнее положение. — Скучно. — И свернул руки кольцом, голову спрятал и блаженно вздохнул. Забыл рассказать — я и разного рода решения на «ты», тем более манипуляции щитами у меня получаются как дыхание. Вообще, курс арифметики со всеми ее отделами для меня легкий. Также физика и химия. Сложнее что-то сочинить, но тут помогает фотографическая память и много прочитанных книг. Хватает знаний, так что пишу сочинения я на средний балл, не стремясь довести его до максимума. Это бесполезно — я не умею писать, я только составляю правильные комбинации слов и подвожу их под смысл. Школа…там стало весело. После того, как я на уроке показал уровень моей манипуляции силами щитов, многие решительно пытались проверить, такой же я сильный, каким умником пытаюсь выглядеть. Как итог, драки. Обожаю это дело. Приходит умник, вызывает за школу, иду за ним, захожу за угол, пара минут, выхожу один. Весело. За месяц ни одного дня без драки. Перебил всех, кто приходил потягаться. Причем бил так, чтобы поняли — не ровня. Заслужил прозвище хулигана и бандита. Вокруг меня постепенно стал образовываться круг знакомых парней, кто, либо был со мной в бою, либо просто подгреб под шумок. Дни летели, вроде все хорошо и тут я замечаю его. — Это кто? — стоим у школы, во дворе, смотрим на проходящих мимо. — Который? — спрашивает один из тех, кто стал приятелем. — Синий локон волос. — А, — заулыбались парни, — это Реван. Эльсу Реван. — В каком он классе? — обсмотрел его со всех углов. — Не вариант. Он дикий. — Поморщились парни. — От него всегда проблемы. — Плевать. — Срываюсь с места и иду к нему, обгладываю с ног до головы. Чувствует и игнорирует. Плевать. Хочу. Ощущаю, как пахнет, видел в лицо. Хочу. Подошел и повернул к себе. Впился в него взглядом. — Че тебе надо? — рыкнул он. — Ты. — И чтобы все видели, хватаю, впиваюсь в губы, за зад к себе прижимаю, игнорирую укусы. Меня ударили, изловчились, но мне в азарт. Он зарычал и пнул в живот, да толку-то? Я лишь чуть поморщился и усмехнувшись открыл зверя. Вздрогнул и шарахнулся в сторону. — Я открываю охоту! — громко объявил, при этом не скрывая своего зверя, чтобы дураков не было. — Да пошел ты, придурок! — врезается его кулак мне в лицо, но это уже не важно. Его зверь понюхал моего. Я ему интересен. — Тайнес, ты мазохист? — спросил сидевший рядом со мной приятель. — Нет. Но Реван может оказывать сопротивление как хочет. — Ну-ну. — Смотрит в мое разукрашенное лицо. Я месяц добиваюсь его, этого дикого. Драки, всякие дурные выходки, даже натравил на меня банду каких-то малолеток. Он действительно очень забавный. Звенит звонок и нас отпускают в столовую. Я иду, нахожу взглядом свою добычу, пристраиваюсь сзади и оглаживаю его попку. Мне локтем в лицо, рык и в драку. Перетек мой звереныш, кусается, перетек и я, подставляюсь. Жаль, но я не ощущаю его укусов. Я — шаки, а для меня более чувствительными будут удары только от старшей иерархической ветви зверя — таури, кумар, марашат. В столовую влетает тройка кураторов, по углам распихивают. Реван ревет белугой, требует меня разодрать. Меня же Музлык одной рукой удерживает и вздыхая, влепляет порицание, а это автоматом на неделю отстранение. Этот куратор по воспитанию и поведению, ух как я его недолюбливаю! Неделя почти закончилась. Я весь на нервах. Иду по улице и вижу, мой красивый и кто-то с ним рядом. Рассматриваю их, вижу, как его начинают целовать… — Хватит! — пинками отбрасывает меня Реван, заставляя опомниться. — Ты его убить хочешь?! — Убью! — реву, руки деформирую, стою на месте только потому что его руки мне в грудь уперлись. — Закопаю! — Хватит! — когти выпускает и заставляет посмотреть на себя. — Прекрати. — Мой. Ты мой! — рычу и хватаю его за волосы на затылке, впиваюсь в губы. — Не отдам! Мой! Он пытается вырваться, но не может — хват у меня стальной. Вжимаю в себя, не даю сбежать. Обвиваю его щитом, заставляю подчиниться и довольно быстро оказываюсь у себя дома. Швырнул его на кровать и хищником пополз к нему. Боится, сопротивляется, но я сильнее. Не отдам! Он рычит, но я безумно хочу его! Безумно! Трогаю и чувствую, он в течке. Когда он понимает, что я понял, вот тут меня били и кусали со всей силы…увы, я умудрился перевернуть его на живот и лечь сверху. Плавно, одним толчком, и я внутри. А дальше нас накрыло. Его понесло в поток течки, а меня в водоворот его запаха, звуков и яркого ощущения. Это было неописуемо, просто волшебно. Когда успокоился, принялся нежничать. Ласкал его, зацеловал, заставил забыть все на свете. И он забыл. Я стал единственным, о ком он вообще хоть что-то хотел знать в этот момент. Ну… Я в немилости. Реван меня покусал, как только пришел в себя. Покусал, обозвал как мог, наорал и потребовал вызвать машину такси без конечного адреса. Пришлось уступить. Он был таким…не смог еще больше его настраивать против себя. Школа. Реван бросался на меня в школе, как только видел. Летели щепки, я получал на орехи от куратора Музлыка, мои друзья посмеивались, а остальные пытались держаться как можно дальше. Учеба шла под откос. Плюс ко всему, дед узнал обо всем и так мне врезал, что пришлось шить. В общем, я в немилости у всех. Месяц таким темпом. Реван если раньше имел кличку за глаза «Дикий», то сейчас «Исчадие ада». И я всему виной. У него прогулов и приводов в кабинет директора или куратора больше, чем у меня. Он психует, рычит, шипит. А я не отстаю, давлю, колю его скорлупу. Не хочу упустить. Мой он, меченный мною. Все это знают, никто и близко к нему не подходит, а его рвет на части такое положение. Сегодня Реван ушел из школы психанув просто так. Я даже не успел подойти к нему. Грустно. Хочу его завоевать, только, он злится на меня из-за случившегося. — Ты сегодня куда? — спрашивает друг. — Домой. Нет настроения. — Слушай, тебя тут искал какой-то тип. — Чего хочет? — смотрю на друга. — Не знаю, просто спросил о тебе у ребят, посмотрел на школу и ушел, когда куратор выглянул. — Ладно. Понял. — Киваю головой и взяв рюкзак пошел в сторону выхода из школы. Вышел, прошел несколько кварталов и чую — следят. Двое. Ладно, у меня сейчас настроение не очень. Заворачиваю в проулок, облокачиваюсь о стену и жду. Минуты три и вот они, нарисовались. Ну, его я узнал. Тот, кого я подрал на глазах у Ревана. Молча киваю головой, рюкзак на землю, перетекаю. Они также молча перетекают и кидаются. Драка была знатная, долгая. Покусали друг друга, как только могли. Второй, за компанию, быстро сдулся, а этот нет. Видать на Ревана виды имел. Извини, я его застолбил и пометил. Он мой. Боднул его, укусил за холку и вдавил в пол, показывая, что я тут старше. Зарычал с угрозой. Сдался. Но только в битве. И я это понял. Перетекаю, прихрамывая рюкзак забрал, пошел домой. Они так там и остались, перетекли и сидят, дух переводят. А я домой иду. Иду и думаю — отступится или нет? Мне же не показалось, что он намерен еще раз подраться? Пришел к дому деда, у него он свой, не квартирный. Подхожу, думая глубоко о своем, и тут меня как током прошибает. Реван сидит на ступенях. Плачет. Куда все мои побои девались! Я так быстро не бегал не знаю с каких времен! Подскочил, опал рядом на колени, обхватил его лицо руками. — Реван, маленький мой, что случилось? — заглядываю в его глаза. — Ублюдок! — вырывается, шипит. — Сволочь! — и начинает меня бить, да по всем больным местам. — Урод! Подонок! Бьет, не разбираясь, а чувствую, что мне как-то не хорошо. Последнее, что я запомнил, так это как прижал его к себе. Дальше тьма. Очнулся в больнице. В реанимации. Ничего не понимаю, не помню. Пить хотелось. А еще моего Ревана увидеть. Он плакал, а я так и не выяснил, что случилось. Попытавшись встать сознание потерял… Мое следующее пробуждение было уже не в реанимации, а в палате интенсивной терапии. Очнулся, и вижу, дед сидит. Па тут, отец тоже. Оба какие-то осунувшиеся. — Привет. — Смотрю на них. — Ох, ну хвала Богам! — выдает дед. Па подскакивает с места, быстро ко мне, проверяет, щупает, что-то бормочет. — Что случилось? — говорю и чувствую — слаб, подозрительно слаб. Мне рассказали. Та драка была не простой. Я дрался с профи. Причем победив, не остался победителем. Меня пробили по кокону, а Реван ускорил распад и это жизнь мне спасло. В общем, я в больнице уже три недели без сознания. Про моего маленького сказали так: я дурень. Не поняв их, забеспокоился. А дед мне подзатыльник выписал. Тут же. Но я ничего не понял и таращился на них, каких-то злых старших. Причем они так злились только если я дебоши устраивал. И тут дверь открылась и в палату несмело вошел Реван. У меня на сердце тепло, заулыбался ему. А он подходит и пялится на меня. Что-то ищет. — Вот башка дурная! Даром что шаки, — сплюнул дед, кивнул головой отцу и родителю, — пошли, пусть этот дурень прощения без нас просит. — Прощения? — нахмурился, удивленно осмотрел насупившегося Ревана. — А что я сделал? Дверь резко хлопнула закрывшись. Это дед так свое настроение нехорошее показал. — А ты не понимаешь? — сощурился Реван. — Нет. — Покачиваю головой. — А может посмотришь? — зарычал он, но не отошел от кровати. Я недоуменно осмотрел его гневное лицо, затем плавно скользнул зверем и замер. По лицу полезла дебильная улыбка. Сел и обхватил руками тело моего маленького, уткнулся лицом ему в живот. — Говнюк, ты вообще понимаешь, что все испортил? — рычит, но скорее так, по привычке. — Маленький мой, — поднимаю голову и улыбаюсь счастливой улыбкой, передаю ему щит и ус пары. Реван принимает их, так как деваться ему некуда. Беременный. И теперь полностью мой. А еще…плавно передаю сгусток сил. Не много, я еще не сильно отошел от столь долгого сна, но вскоре будет все, дайте только восстановить баланс потока. Чувствую, как он задохнулся, а зверь жадно захватил весь поток, который был в пространстве. Жадно, быстро и даже зарычав. Он, мой маленький, бета, а в нем омега. Все, они мои. Никому не отдам. Из больницы я вышел и сразу на итоговые тесты по квартальному. Кроме когорты арифметической и химической, половину предметов запорол. Ну, сорок пять процентов правильных ответов меня не устраивает, и я записался на пересдачу. В столовой, как всегда, подошел к Ревану и помял его попку, получил законно локтем в лицо…правда удар был так, не во всю силу. Оно радует. Я для него становлюсь чуть больше, чем «говнюк». Ну, тут надо немного потерпеть и все будет хорошо. После обеда еще уроки и я жду его, дабы пойти домой вместе. Хочу потискать его. Очень хочу. А вот и он. Реван симпатичный, стройный, а еще характер у него абсолютно не подчиняется никаким критериям, под которые рождающих ставят. Бешенный, несдержанный и яркий. Меня заводит, что он такой. Хочу его. Подходит, пялится. Улыбаюсь, тут же получая кислое выражение. Подхожу вплотную, смотрю на его опущенное лицо. Я ему сейчас нужен, и мы это знаем оба. И я знаю, что если буду заставлять его еще и просить, то это ничем хорошим не закончится. Просто беру за руку и тяну за собой. Дам ему поблажку в этом. Привожу к себе домой. Дед уехал к родителям на пару дней. И это самое классное сейчас. Веду Ревана за собой до спальни. Дверь закрываю и тут же начинаю страстно целовать. В ответ легкое сопротивление, но не столь яростное, как если бы он был против. Ему сейчас нужна энергия, а передавать через височную кость я не особо умею. Это больно, плюс надо контролировать поток, иначе могу навредить. Секс лучшее решение. И раздев, завалив на кровать, нависаю сверху, заглядываю в глаза. Он нравится мне все больше и больше. — Можешь кусать и царапать, — улыбаюсь ему, — я не слезу. Пара минут на подготовку и в него, впившись в губы, глуша возглас недовольства. Ничего, сейчас плавно и аккуратно, а рукой приласкать его, и все, тело начинает возбуждаться сильнее. Несколько толчков и слышу, как тяжелеет его дыхание, как он сжимает меня бедрами и его коготки выскальзывают, покалывают. Реван… Он очень азартен, и даже развратен. Требователен в сексе, а еще высасывает из меня силы для кокона, как голодный. Но мне нравится. Порыкиваю на его царапки, покусываю шею, посасываю кожу, оставляя метки. Мой. Он мой! Реван больше в школу не ходит. У него токсикоз, плюс настроение вообще никакое. Скачет каждую минуту. Ссоримся, миримся, но я замечаю, что он перестает рычать с агрессией, с которой рычал еще месяц назад. Роды нам ставят в начале следующего года, примерно на конец третьего. Его не отчислили, просто перевели на домашнее обучение и раз в месяц он приходит сдавать итоговые работы. Живет сейчас у меня, настоял дед. Родители Ревана не стали отказываться. Более того, они заставили сына принять щит и ус пары, которые я ему предложил. Родители прекрасно понимают, что я шаки, я вышел на охоту и Реван моя добыча. Никому его не отдам, так что, либо смириться, либо меня убивать. Вот третьего не дано. Время, оно скоротечно. Реван округлился за лето. Такой лапочка. И злой. Я частенько хожу с синяками по телу. Только… стоит его приласкать, и он такой послушный, отзывчивый становится. И чем ближе к концу срока, тем он более покладистый. Не скажу, что мне не нравится, что он смиряется с тем, что я веду в паре, но вопреки всему, когда он зол и рычит, это возбуждает больше, чем покладистая куколка. Лето закончилось. Нам шесть месяцев. И нас будет не трое, а четверо. Двойня. Повезло. Реван ворчит, так как ему уже тяжело ходить. Детки крупные. У меня завтра учеба начинается. Жаль. Летом я нашел подработку на неполный день и приучался, как говорит дед, к ответственности и способности содержать семью. Ну, я не в обиде. Уходя на работу видел с каждым днем, что Реван скучать начинает. Он привык, если мы спать ложимся, не требует отодвинуться. А за последнюю неделю укладывается вообще близко-близко. А я и рад. Вот до безумия рад. Школа. У меня последний год. Чувствую, что в школе есть перчик, весь такой из себя силач. Недельку бегает, не проявляется. Мои друзья хмурятся, посматривают на меня. А я? Ничего. Борьбы с Реваном хватило. Вот как-то остепенился. После лета успокоился, стал старше, что ли? Не знаю. Не тянет меня морды всем бить. А может это как раз из-за становления парой? Я нашел его, больше не надо показывать всем и вся, что я силен? Увы, не имею ни малейшего понятия. Сидим на уроке, потом перемена, еще урок и в столовую. Чую его. Сильный. — Смотри, вон тот новенький. — Кивает головой мой друг. — Который? Год новый, новеньких много. — Осматриваю периметр. — К Мхэю Неби подсел. Глаза быстро находят эту компанию, которая мною игнорировалась, но про то, что там есть довольно сильный рождающий я ранее знал. Кто по ипостаси, не имею ни малейшего понятия, но точно сильный. Их там несколько. Двоих знаю точно — это Мхэй и некий Циан Вальди. С Цианом мы соседи. Ему с отцом не повезло. Он у него немного «того», с приветом. Лично привел ему партнера для течки и плевал на сопротивление сына. А вот Неби нет, у него родитель, пусть и без пары, но сына любит. Еще двоих из этой компании не особо знаю. Осматриваю парня — конфетка. Для наших рождающих он вообще самый дорогой десерт. Широкие плечи, мощный, на лицо пока не вижу, но думаю приятен. Заулыбавшись, не скрываясь, аж на всю столовую, щупаю его своим зверем. Он замирает, потом поворачивает голову в точности в мою сторону. Хмыкает. Красавец. Действительно красавец. Даже ошеломительно притягательный, я бы сказал. Не будь он альфой, у нас бы за него передрались. Но…силен. Его дергают за руку, он поворачивает голову и смотрит на Мхэя. Неужели запал? У меня азарт, плавно встаю с места, и друзья за мной. Странно, он силен, чувствую это, но территорию не пошел разграничивать. Почему? Подхожу, посылаю таку сил, на пробу, так сказать. Он повернулся, бровью повел. Силен. Я ведь послал концентрированную таку сил, не в одну, а в сотню. Не пробил. Силен. Надо познакомиться поближе, но рождающие мешать будут, вдруг кинемся? Машу рукой, чтобы Мхэй отвалил, а этот щит выводит. — Слушай, ты бы тут силенками не тряс, — проворчал мой друг. Дальше был взрыв. Щит от альфы только усилился, он же на ноги подскочил, всем своим звериным нутром впился в моего друга, а у меня рефлекс — остановить! Выбрасываю руки вперед, без щитов или атаки, мало ли как отреагирует, а за спину себе вывел щит, куда друга пихнул. Такая мощь, что от новичка идет, его просто сломает. Реакция…у него моя реакция. Бешенная моя реакция охотника, в присутствии которого заставляют его добычу что-то сделать. Это равносильно уводу добычи из-под носа. Тем более у этого зверя. Глаза таури. Опасно. — Парень, извини, не понял сразу. — Шепчу, пальцами чуть надавливаю ему по груди, чтобы в себя привести. — Не полезем, не агрессируй. — Хорошо. — Отзывается, практически шипит, друга моего просто тупо с землей мешает и жрет взглядом. Опасно. Еще опасно. Нельзя ему драться. Мхэй, если он на него охотится, омега. Так таури с катушек не слетит, если просто рождающий сильный. Только из-за своей ипостаси таури становятся равные по агрессии с шаки. Только перед ними столько силы показывают — омега таури слишком капризна в выборе пары и ищет по силе, а не по роже. — Тайнес. — Чуть отступаю на шаг и протягиваю руку, отвлекаю. — Нельфер. — Еще смотрит на друга моего, но жмет мою руку, затем переводит на меня взгляд, оценивает. — И давно ты у нас? — снимаю щиты, руки убираю, чтобы вообще успокоился. — Неделю. Перевели после переезда. — Хорошая у тебя сдержанность. — Уважительно киваю. Мхэй хихикнул нервно, а я лишь молча смотрю на таури. Он действительно сдержался, а мог ведь и бойню устроить. Была бы моя вина и мне бы так накостыляли, что не поднялся бы с больничной койки недели три. Злить таури в охоте нельзя. Он мстительная тварь — бьет двадцать раз в обмен на один твой удар. — Слушай, после уроков, если ты не будешь занят, — чуть скашиваю глаза в сторону омеги, — можем познакомиться чуть получше. — Идет. — Соглашается, кивает. — Тогда, приятного аппетита. — Усмехнувшись, ретируюсь Иду и слушаю — мол сдулся грозный Тайнес. Тут же срисовываю умные рожи самцов, рождающие пусть что хотят, то и мелют. А вот самцам… Нельфер пришел на второй день. Его Музлык выцепил. Из-за меня в школе очень серьезные сейчас правила, крайне строгие и сразу рубят все драки. Вот мгновенно и на корню. Но я не буду я, если не накостыляю всем этим дурням. Нельфер оказался нормальным парнем. Территорию он делить не собирался, так как если начнет, то заберет всю школу. Таури, без категории. Боевой. Я его не только покусать, задеть не смогу. А он сейчас просто занят. Мхэй Неби его мысли занимает. Все мысли и желания. Дни летят. Я поглядываю на охоту таури и вижу насколько она терпелива, галантна, ласкова. Он вообще лишь один раз вызвал раздражение у омеги и то, только потому, что не удержался. Омега проявил агрессию, погрыз и поцарапал его. Причем сильно. Пришлось отвозить в больницу. Когда его брат пришел, я его узнал. Тот альфа, которого мы не так давно встретили с Реваном на мосту. Это было перед началом учебного года. Шикарный парень. С виду малолетка, примерно моего или чуть младше возраста, а на самом деле отслужил. Зверь у него рысь. Грациозная, грозная и шаловливая. Взгляд у него хорошего блудни. Но очень понимающий и не желающий поддразнить альфу перед его парой. Аккуратно представился и ушел по окончании. А вот когда за брата беспокоился, ему было плевать и порычал на врачей, которые ну не так укладывали младшего. После этого дня я стал отцом. Реван родил. На две недели раньше, но родил быстро и без осложнений. В больнице я поселился на неделю. Один из малышей альфа, а второй омега. Реван…он ластился ко мне! Я рад. Очень и очень рад. Когда нас выписали, привез домой семью и понимаю — не отпущу. Никогда. Дед позвонил родителям, и они приехали. С внуками возились с радостью. А у меня школа. За ней будет техническая. Дед сказал, что как только Реван откормит, вернется в школу. А затем в техническую. На этот счет он был непреклонен. Я, после хороших тумаков, когда меня учили уму-разуму, больше не спорю. За мою несдержанность я уже получил. Хорошо и больше не хочу. Люблю лежать и смотреть на них. А особенно на то, как Реван кормит. Когда второго малыша покормил и уложил спать, я непроизвольно подошел и приобнял. Он еще порыкивает, но это натура такая. А вот тут, тут он любит. Плавно трогаю его грудь, заставляя сдаться быстрее. После родов очень чувствительны соски. И если их долго ласкать, то он и кончить может только от них. И я такое не упущу. Ласки не прекращаю, даже если он уже не может никак отреагировать и засыпает. Обожаю его сосочки. Сейчас припухшие из-за кормления. И сластят из-за молока. Дни летят, и вот от Мхэя пахнет его парой. А затем я получаю вызов. Ощутив его, причем направленный именно на меня, отпрашиваюсь с урока и выхожу. На улицу. Вижу того самого, что не сдался и еще двоих. Будет драка. Серьезная. Не дают выставить ограждающий щит и нападают. Трое против одного — нехорошо. Но я не сдамся… Очнулся в больнице. Опять реанимация. Причем лежу под аппаратом, пошевелиться не могу. Рядом спит Реван. Один. Медленно пальцами сжимаю его ладонь, которой он меня держит за руку. Встрепенулся, приподнял голову, осмотрел меня. Слезы, обнял, дрожит. А мне хорошо. Он принял. Меня принял. После того, как в себя пришел, узнал, что жизнью обязан Нельферу. Он вмешался. А еще раньше Музлыку обязан. Он увидел драку и пришел на помощь. Остальных двух кураторов занимали дружки пришедшего соперника. Я наконец-то узнал, что этот парень сватался к Ревану. И у них была договоренность на течку. Через две он провел его. Был готов предложить щит и ус пары. А тут я. Парень был слабым ночным скитальцем, второй категории, но, если бы не ментальные умения, был бы третьей. Он нас старше, через два года должен был идти в армию. И он не успокоился и не сдался. В первую нашу встречу я ему морду разбил, хорошо вдавил в землю в присутствии Ревана. Он затаил обиду, решил атаковать. Взял дружка и подкараулил. Но тут открылось, что Реван в положении и еще того хуже, у него омега. Мне мой маленький не говорил, но с этим соперником встречался и сказал, что у него омега. Соперник, скрипя зубами, замер дожидаясь, когда дети родятся. Ждал, выжидал и напал. Почти добился чего хотел. Только таури его перехватил и ограничил. Такого он не ожидал, нападая на меня в школе. И если честно, не понимаю, почему он не сделал этого по дороге домой. Он же прекрасно знает, что в школе три куратора, много свидетелей. Чего он хотел этим добиться, не узнаю. Да мне и не интересно. Только вся эта возня сделала так, что Реван принял меня. Эпилог. Не так давно я узнал, что брат Нельфера и его любимый, с которым они запечатлелись, наконец-то решились завести ребенка. И родив, сразу троих сделали! Нельфер и Неби живут в соседнем городе. Таури пошел по военной стезе, а его омега стал учителем. У них трое малышей. Иногда они приезжают, и наши бандиты с ними воюют. Пусть и разного возраста, но щепки только так летят! Еще я знаю, что у Нельфера брат, тот что рождающий, уехал в город, откуда родом его пара. У них было недопонимание, но быстро разобравшись, альфа захапал его и заделал ребенка. Живут сейчас душа в душу. Младший…это чудовище! Старший брат Нельфера, тот что альфа, он так его называл и не зря. Бандюга, шебутной и от него прячут рождающих как от мышей зерно! И ведь находит лазейки! Он, как и все его братья, ошеломительно притягательный, только еще и очень красивый. А любвеобильный не по меркам их семьи. Я же думаю, если не остепенится, то я буду его гонять. У меня омега-сын растет. Нельзя ему на такого шалопая размениваться! — Тайнес, ты в каких облаках витаешь? — слышу голос моего Ревана и улыбаясь поворачиваюсь. — Вспоминаю ночь. — Улыбаюсь и вижу, зарделся. — Иди лучше деду помоги! — порыкивает, а у самого глазки так и бегают ко мне. Да, я взял силой, но доказал — я тебе нужен. И он принял меня, кусает и пихает, но не отпускает. Мой любимый Реван. Нельфер. Сколько себя помню — я вожак. Помню относительно не долго, всего шестнадцать лет. Моя семья — отец Имвар, родитель Хасо и три непоседливых брата вокруг меня. Или вернее — я между ними. Старшему сейчас двадцать четыре — наглый и хитрый Яко, сердцеед и по сути балагур коих свет не видывал. Частенько получает от отца. Второй старший брат, которому два дня назад исполнилось двадцать, практически идентичная копия Яко — непоседа, балагур и сердцеед Диафи, но отличается только тем, что он рождающий, а не самец как старший. За ними иду я, а после меня шкодливый мелкий негодяй Химес. Из-за его шуточек и подстав страдают все старшие, причем нам влетает даже тогда, когда мы в принципе не делали ничего плохого — подумаешь пару раз под холодный душ грязнулю сунули, это не в счет — и все шишки на нас. Итак, я: боевой самец, таури, не имею категории, так как у меня резкое отличие от обычных боевых моего вида — от кончика и до половины хвоста, при атаке выдвигаются дополнительные ряды шипов, которые делают его поистине опасным оружием ближнего боя. При том что я таури, при том что у меня категории нет, есть мое личное достижение — уже сейчас я способен останавливаться из-за рыбы. Наше видовое слабое место до достижения двадцати семи лет, оно мной контролируется намного лучше, чем у большинства таури-подростков. И я горд, очень и очень горд, ведь потерять контроль из-за рыбы, просто увидев ее в аквариуме, это, особенно для подростка, смущает. Но что поделать? Таури не контролируют животный инстинкт поймать и съесть, шаки не контролируют себя во время охоты за партнером, ягуары не могут не бегать, марашат и кумар не могут не подраться в кровь между собой, альфы не могут отказать омегам в их течку и много чего еще. Но самое глупое, это повестись из-за рыбы. Тут столько шуток, столько карикатуры и мультиков, особенно гонка котенка за рыбкой Фишер. Этот мультик вообще шедевр в издевательстве над природой бедных таури. Правда, не злые, ироничные или поучительные, да, но не злые. А я, и горжусь этим, умудряюсь отворачиваться от живой рыбы, даже если слышу, и могу уйти подальше, где станет полегче. Вот так вот! Ладно, о достижении поговорили, вернемся ко мне лично — моя внешность. Мне шестнадцать, но со спины, если не смотреть на лицо, можно спутать с самцом первого совершеннолетия. У меня хорошо развита мускулатура, крепкие мышцы, хороший пресс, уверенный боевой хват руками, от чего развитие тела на порядок лучше, чем у большинства парней, кто имеет крупного зверя. Конечно меня и шаки не сравнить, они все поголовно громадные, но вот со львом или бальсом я потягаюсь. Волос не люблю, поэтому у меня короткая стрижка: ежик с небольшой челкой, лицо и виски хорошо бриты, так как щетина меня мучает уже два года. Причем она густая, темная, хоть волосы каштановые, между светлыми и темными, этакий мягкий перелив на солнце. Глаза карие, как говорит родитель, лукавые и игривые. Но что поделать, если даже мои родители обожают играть? Я весь в них, вокруг меня игривые подонки мелкого калибра, так что по неволе станешь таковым. Лицо…обычное. Не вижу в нем ничего примечательного: губы, глаза, нос, брови, уши и все как у всех. Уродцем не назвать, но и писанным красавцем не являюсь. Так, обычный самец с сильным зверем. Вот мои старшие братья красавцы — один лукавый соблазнитель, а другой настойчивый мерзавец. И это я сейчас говорил не по старшинству между ними, а по удалению от меня, то есть сначала Диафи, а потом Яко. Сегодня у меня и праздник и траур. Дело в том, что мы переехали из-за перевода отца, соответственно всем семейством перебрались в другой город. Для меня, Диафи и Химеса это означало только одно — смена школы. Яко все равно, ведь он уже отучился и прошел военную подготовку. Работу найти не проблема, да и тех, кто, так нагло улыбаясь, флиртует одними глазами, поверьте, дороги открыты куда угодно. Итак, мой праздник-траур начинается с очередного похода в школу. Почему я так скептически настроен против школы? Ну, я не знаю никого, хоть уже неделю учусь на новом месте. Далее, я плохо схожусь с новыми людьми в первое время общения и постоянно хочется просто молча покрутить у виска. Ну, а на самое сладкое — терпеть не могу пустого трепа. А здесь, в этом маленьком городке, где почти все и про всех знают, это еще более сложно. Одевшись, обувшись, захватив рюкзак, покидаю новый отчий дом и шагаю в сторону школы. Идти минут десять, пару кварталов, зато сразу видно кто и как живет. Домики аккуратные, люди вежливые пока ты смотришь им в лицо, а за спиной…иногда хочется треснуть за сравнение моей задницы с чем-то там таким…дебилизм. Захожу в школу и направляюсь в сторону своего нового класса. Из всех, кто там учится, я не видел только одного парня, так как он болеет и пропустил уже неделю от занятий. В классе довольно шумные ребята, ревнивые есть и глазастенькие до нового мяса, то есть меня. Лично ловил заинтересованные взгляды в мою сторону от нескольких рождающих, и, соответственно, испепеляющие от нескольких самцов. Но мне их ревность по барабану — не хочу терять время с теми, кто слабее. Фишка и пунктик у сильных самцов: если альфа сильнее, он ищет сильного омегу. А эти, в классе, они все слабенькие. Поиграться для постели? Ну поиграюсь. Что дальше? Подерусь с кем-то из самцов, потешу самолюбие рождающего, и? Меня воспитали не так, строго если быть точным. Отец много вдалбливал, и не всегда словами, что рождающий дан каждому свой, а если берешь слабого, то отгоняя от него самцов, ты можешь просто лишить его пары. А также не увидеть своей, так как сильные омеги занятых самцов просматривают так — презрительно фыркнут на слабого рождающего рядом и пойдут искать дальше. Мне так нельзя. Из-за того, что я без категории, но сильнее первой боевой, мне вообще надо быть предельно внимательным. Мне всего шестнадцать, но я уже сейчас чувствую, что мой зверь жаждет найти свою пару, дабы меть все шансы получить потомство. Это инстинкт, и я его глушить и тратить на слабых особей не намерен. Итак, я в школе. Прошел по коридору, плавно заворачиваю в кабинет и столбенею. Аромат…я таких еще не ощущал. Магнит, такой силы, что неосознанно выпустил когти на руках, сжимая кулаки, дабы отрезвить самого себя и не броситься в прыжке на добычу. Окидываю взглядом кабинет, где уже сидят одноклассники и начинаю медленное движение. Не поймите меня неправильно, никто не потек. Просто, здесь и сейчас находится омега, моей силы и, если я не ошибся, то моей ипостаси. Если это таури, то я такой шанс не упущу. И пусть мне всего шестнадцать, но парой я обзаведусь уже в этом году. Скажете, что слишком рано и самоуверенно? Спросите, а где любовь? Все будет и все придет. Я — кот, и в первую очередь идут инстинкты, а потом человеческая натура, которой подавай любовь, взаимопонимание, уважение и прочие нужные человеку чувства. Уверяю вас, если звери сходятся, то чувства, играющие на гормонах, химии если вам так удобнее, они свалятся на голову сами. Главное поставить аркан зверем и человеком договориться будет не так трудно — альфа сумеет хитростью, напором, уговорами или твердым «я твой альфа!» убедить омегу принять себя. А подлизываться или настаивать я умею. Тем более к такому аромату я и на коленях поползу, какой бы длинной или ужасной не была дорога. Плевать, он так пахнет… Здороваюсь на автомате, игнорирую приход учителя, который даже окликнул меня. Плевать на все. Мои ноздри трепещут, зверь нарезает круги в поиске источника. Я хочу видеть то, что представляет из себя этот омега! Если это таури, то его внешний вид…как бы помягче сказать…будет желать оставлять лучшего. Ни один таури омега не блещет, вся их красота во звере. Самцы наоборот — сильные, подтянутые, завораживающего взгляда глаза и эманации силы во все стороны, чтобы не упустить как раз омегу своего рода ипостаси, которые как раз по силам себе самим ищут свою пару. Если это то, что я ощущаю, плевать на мой возраст, если омега будет рядом, можно будет и потерпеть со становлением полноценной пары по закону, главное накинуть аркан пары и соблазнять его, кружить рядом. А как будет можно, покрою его и заведем потомство. Главное завоевать его — омега таури своенравный, агрессивный, способен вызвать на круг арены любого самца, и победить его, так как альфы подсознательно стремятся ограничить свои силы, дабы не навредить. Словно на мои молитвы зверя ответил сам мир, я замираю в середине коридора из столов. Слева или справа? Признаться, честно, я растерялся. Окно слегка приоткрыто и развеивает основу источника, поэтому не могу понять, кто же из них. Хотя…не хотел бы я знать, что этот справа, от которого разит самцами за милю, и есть искомая омега. Оказывается, его я тоже не видел, но лучше бы ему не быть тем, от кого я так взволнован. Слева сидит игнорирующий меня…да, так и поступлю. Резко выдаю таку силы, чтобы обозначить себя рядом. Справа по стулу растекаясь в слюнявую тушку чуть сползает нечто мерзкое, меченное несколько раз, а вот слева недовольный тихий, почти не уловимый и желанный рефлекс — верхняя губа едва заметно дернулась, как если бы он сейчас оскалился. Это он, омега равный мне силой, с потрясающим уровнем контроля. Я не вижу его зверя — хорошо закрылся, но я узнаю, малыш, не сбежишь. Ощущая, что победил в первой пробе гонки, всем телом разворачиваюсь к нему лицом и рассматриваю то, что есть этот парень. Пухлый, но не толстый, волосы короткие, темно-каштановые почти черные, кожа загорелая, сидит ровно держа спину, не сутулится. И совершенно не смотрит на меня. А за спиной ругань от учителя и приходится слегка отступить и пройти на свое место. Слюнявчик по правую руку так и не оправился, чем убил всякое желание вообще с ним дела иметь. Даже как с грелкой. Нет, я начинаю охоту, и таким говном забивать свой запах не намерен. Усаживаюсь на стул, достаю книгу и слушаю, что мне выговор и поход к куратору по дисциплине после урока. Плевать. Голодным взглядом пялюсь на спину интересующего меня омеги, внутренне готовясь к его сопротивлению. Вообще найти омегу, да еще и сильного, как говорил отец, в этом городке проблематично. Когда мы въезжали в его владения, я имею ввиду город, то не ощутили волн сильных самцов. Равно как и рождающих. Средний размер силы, так что родители скептически отнеслись к нему, а мои братья старшие облизнулись — один уверен, что отбоя от рождающих не будет, а второй готов и уже строит планы по уводу самцов под свое крыло. Вообще у Яко и Диафи меньше чем двое за раз не бывают. Крутят хвостами и морочат головы, потом огребают или просто тупо кидаются в драку. Мало кто выстаивает, особенно против Диафи, который до сих пор не перебесился из-за круга арены, его зверь еще в полном азарте, как у ребенка. Дети, когда получают зверя, начиная с одиннадцати-двенадцати, вне зависимости от пола — омега или альфа — начинают драться со сверстниками. Это такие боевые проверки, кто сильнее, устанавливаются отношения по иерархической лестнице. Годикам к пятнадцати успокаивается и если дерутся, то только с соперниками, из-за желания покрасоваться перед тем, кого жаждешь заинтересовать. А бывает, что жажда драки в кругу арены не утихает, переходный возраст затягивается и до возраста армии особь дерется, иногда переходя границы, и тогда его могут арестовать и одеть ограничитель на ногу — снимает излишек агрессивности, заставляя зверя принять факт, что хватит, ты уже всем и все доказал. У Диафи так, но легкая форма, поэтому ограничитель ему не ставили. Сижу, смиренно жду окончания бесполезного для меня сейчас урока. Хочу знать о нем все. Он пышный, не толстый, но с первого взгляда есть излишки веса…но когда я заберу его себе, и он мне доверится, то его маскировка слетит и, я больше чем уверен, что он имеет развитые мышцы и его объемы из-за широких плеч, которые он инстинктивно прячет, дабы не привлекать внимание Омеги, они такие, особенно таури. Не тратят время попусту, ищут зверем, а не глазами. Хоть я и приятен на внешность, а для кого-то довольно красив, для кого-то привлекателен, именно для него мое лицо и фигура будут на последнем месте. Если мой зверь слаб, он даже не посмотрит в мою сторону, каким бы неотразимым не была упаковка физической оболочки. — Может нам, таким смиренным слугам, господин Нельфер сообщит, в каких далях он сейчас находится? — раздался противный голос, хоть таким и не был, просто я глубоко задумался, пялясь на спину омеги. Перевожу взгляд на учителя, и кажется он все понял — у меня сейчас глаза в азарте, блестят интересом, и я невольно перевожу его в сторону спины заинтересовавшего меня парня. Ничего не могу с этим поделать — парень словно центр вселенной, и я жажду узнать точно — таури или нет. Это не специально, непроизвольное действие, так как это естественная реакция, и она сдает меня с потрохами перед учителем, всем классом и даже для меня самого. И учитель, который давно перешагнул второе совершеннолетие, видит все это, с точностью угадывает мой интерес и покачав головой сообщает: — Советую поумерить пыл, вы на уроке. Если вам не интересно, — он показал рукой на дверь. А вот это не честно! Удар ниже пояса! С обидой смотрю на него и его губы трогает легкая и едва различимая понимающая улыбка. Сволочь! Признаю, не немалых трудов стоило сфокусироваться на уроке, чтобы не лишиться минут нахождения рядом с ним… Долгожданный звонок с урока, разрешение учителя сходить на перерыв в пятнадцать минут и мне строгое напоминание — надо зайти к куратору. Нервно веду плечом, но остановить меня сейчас сможет только шаки, которого тут нет — единственный шаки на всю школу в силе, как и я, сейчас на два этажа выше и ему откровенно плевать на всех. Слитным движением из-за-стола-к-столу и вот он я, сбоку от него. Все, я начинаю охоту, и мой приз вот он, пряный, лишающий здравомыслия. — Нельфер, ты реально на него запал? — произносит один из парней, с кем я перекидывался парой слов и заслужил обидную кличку «самодовольный ублюдок». Э нет, ты сюда не лезь. Поднимаю глаза, в них ярость зверя, измененные зрачки и мой таури рычит, как и я непроизвольно, тихо и вбивая весь класс в ступор. — Не лезь сюда, — тихо, почти шепотом предупреждаю, тут же изменяю глаза, так как это неприлично и может вызвать ненужную агрессию из-за банального испуга у более слабых, в попытке самозащиты. Парни, что входят в его близкий круг общения, побледнели. Я ведь сейчас выплеснул десяток таку силы, моего калибра, что на порядок чище и острее, чем у них. Мгновенно это ставит меня на ступень выше, даже учитель поперхнулся. — Как ты меня достал! — слышу рык и на меня поворачивается лицо, негодование в глазах. — Шаг назад! — рычит, а у меня аж пальцы на ногах поджимаются от кайфа — силен, моя порода, я не ошибся. Из уважения к его праву свободы выбора, легко улыбаюсь и поднимая руки вверх, отступаю. Глазами пожираю, вызывая у него первую реакцию — раздражение. Это нормально. Отец, когда учил правилам охоты, говорил — твой приз всегда будет кусать тебя и проверять на силу, но первым его ощущением на посягательство свободы, будет крайнее недовольство. И еще он мне говорил, что это разогреет азарт моего зверя и его надо будет удержать, потому что он запросто сломает барьер кокона зверя рождающего, и испортит абсолютно все своим любопытством. Его реакция не означает желание подавить непокорного, он из любопытства и азарта просто будет хотеть посмотреть на то, что так старательно от него прячется. Никакого иного желания или стремления в этот момент, просто желание узнать. Но после этой попытки рождающий никогда не будет доверять, не позволит покрыть себя, и в течку попытается убить. А я не хочу пасть в его глазах как альфа. Отступаю, но глазами поедаю его, давая понять — я открыл охоту за твоим зверем. В ответ глухой рык, сильный, смелый, раздраженный. Все, этого достаточно и надо закрыть поток таку щитами, дабы не спровоцировать его на реальную атаку самозащиты. Первый раунд за ним, всегда так должно быть иначе можно испугать, а это не хорошо, если я хочу его видеть своей парой. А я хочу именно этого. У меня все нутро жаждет его своим сделать, надолго, если не навсегда. По силе он мне подходит, а его реакция раззадоривает меня, заставляет войти во вкус азарта охоты и потихонечку подкрадываться к нему, завлекать, ловить и привлекать. Омега, как и любой рождающий, силен и самодостаточен. Но, как бы силен он ни был, его очень легко испугать и тогда зверь ни за что не станет сближаться с тем, кто заставил его испытывать чувство страха. Рождающие слабее физически, но они не слабые. Если смотреть на нас всех — омег, альф и бет, — то ущербными можно назвать альфу. Однополярен, не способен произвести на свет потомство, не способен ни на что, кроме защиты. Альфа силен, но без омеги он практически на 75% лишен потомства. Все дело в генах. Альфа силен генетически и его сила разрушает будущий плод еще при зачатии, если партнер не омега. Только сильные беты, с очень сильным геном, способны на зачатие с альфой, и таких бет очень и очень мало. Омега же способен зачать и с бетой, причем никаких ограничений у него нет. И из-за своего ущерба в отсутствии способности выносить котенка в своем теле, альфе природой дано преимущество в силе, дабы защищать, быть воином и бесхребетным влюбленным перед гневом своего омеги. А я не хочу, чтобы этот омега гневался. Я обозначился, я показал себя, дал его зверю ощутить мои силы, их чистоту, остроту и на этом хватит. — Как хочешь, котенок, — ласково мурлыкнул и удостоился недоумения на лице, а затем раздражение вылилось в виде вылезших клыков. Нет, нельзя, тебе нельзя трансформу принимать! Опускаю глаза, разрывая контакт и отхожу, разворачиваюсь спиной и иду из класса к куратору. За спиной облегченный выдох и до моего уха доносится: — Запасть на Мхэй Неби, какой же у него дурной вкус… Я запомню твой голос и накостыляю тебе…нет, трогать не буду. Незачем интерес к нему подогревать откровенных слабаков. Ему итак хватит моего внимания, чтобы распылять свои силы на шакалье. Ладно, спокойно, никто из них не сможет перебить мою охоту, а этот котик вскоре примет ухаживания, я уж расстараюсь. Утихомириваю зверя и иду к куратору. В его кабинете, благо всего на один этаж выше, я просто молча послал отчет-дымку и куратор, также молча ее просмотрел. Минуту он думал, после чего спросил: — Уверен? — Да. — Смотрю на него, вижу, что он прекрасно понимает меня. — Ладно. — Встает и подходит. — Вижу, что тебя хорошо в этом вопросе воспитали и ты не сделал ошибки, но драк показательных для всех остальных я не потерплю. Один твой шаг в ту сторону и отстраню от уроков на месяц, а также сообщу в комитет по воспитанию горячих голов. Понял? — Да. — Смотрю на него и понимаю — если я ошибусь, то могу и котенка упустить, а это крайне нехорошо. — Иди на занятия. Лишь киваю головой и выхожу из его кабинета. До того места, где сконцентрирован весь поток аромата, я долетел буквально за минуту. Все же это омега, моя ипостась и сильная, боевая. Если бы был слабее, то меня так бы не понесло. И я не стал бы так открыто проявлять интерес. Но он моей силы, какой категории не знаю, но он боевой, а значит это таури. Откуда я знаю, что боевой? Рядом с ним сидел омега, и он не боевой. Одна таку сил загнала его в эйфорию, а этот котик, что так одуряюще пахнет, он только поморщился. Вот она разница сил. Так альфа, боевой категории, способен вычислить рождающего боевой категории. Кстати, у нас даже беты есть боевые, правда они послабее альф и омег, но боевые тоже встречаются. Вошел в класс, чую что шепотки и смешки были, у моего котика настроение паршивое. Мхэй Неби — преодолевающая пантера. Красиво. И опасно. Сейчас не буду подходить, он раздражен. Не стоит добавлять себе настоящий минус. Пусть немного успокоится. Тем более, что взгляд, которым он меня одарил, заставляет опасаться за свою тушку. Хоть мне и плевать, как сильно он может покусать, но не хотелось бы сейчас это испытывать. Испортить о себе первое впечатление — плюнуть тяжелее чем это сделать. Сел на свое место и покосился на болтающих парней, которые шутки неприятные распространяли…поперхнувшись из-за моего взгляда рассказчик, рассмотрев в глубине моих глаз обещание вечных мук, быстро свернул издевательства в сторону Неби, чем заслужил легкую поблажку. В школе, нет касатики, я не дурак, не полезу. А вот после нее…вам всем будет очень весело. Не хотел я привлекать внимание к моему котику, но кажется придется преподать урок хороших манер. Да, так и поступлю, если не осекутся и не сдадут назад. Конец урока был относительно запоминаем. Я старался не пялиться на парня, он меня откровенно игнорировал. Да даже то, что мой таури приблизился к его абсолютно закрытой нейтральной зоне, и то игнорировал. Мой зверь обиженно косил взглядом, мяукал вызывая, правда кокон не трогал, но ничего так и не добившись, уныло поплелся к себе. Ну да ничего, так и должно быть. Не унывай таури, это первое знакомство, у нас полно времени. Другим самцам тут делать нечего, а кто нарисуется…я им разрисую все части тела так, что даже дышать в его сторону не смогут. Охота…самое сильное по себе действо для самца и рождающего. Открывающий охоту сосредоточен только на цели, крайне раздражителен если есть конкуренты и всегда резко пресекает появление внезапных целей. Независимо от вида человека — рождающий, самец — охотятся одинаково: цель окутать коконом внимания и показаться во всей красе, а остальным жестко ограничить доступ к интересующему объекту — является первостепенной и архиважной задачей со всеми возможными нюансами и последствиями. Так что сегодня у меня будет драка, если эти жидкие хвосты не присмиреют. Все уже решено, осталось подождать. Обед будет тем местом, где все решится — или я их бью, или они показывают, что не вмешиваются. Третий урок завершен и наш учитель объявляет, что «обед» начат, а это тридцать минут свободы. Я слежу за Неби и жду что он будет делать. И конечно же слежу за теми, кто уже успел проштрафиться в моих глазах. Неби взял свою сумку и покопавшись в ней, что-то достал оттуда, встал из-за стола и вышел. Как ни странно, но парни-самцы из класса мирно дожидались, когда он уйдет. Причем молча. Понятно, разборки со мной. Ну что же, я-то готов, а вот вы нет. Медленно убираю в сумку учебники, тетрадь. Движение по классу сразу отмечаю с трех сторон, но это вообще не проблема. В классе драться не буду, хоть убивайте — куратор так сказал, что я не посмею нарушать правило им созданное. Слишком большое наказание за неподчинение, а ведь за месяц его могут…нет, я не дурак и буду паинькой. Так, едва массу давану, но ни пальцем, ни когтем. — Слушай Нельфер, — обозначается рядом со мной аж целых три крутых парня класса, — что ты устроил? — Тебя это не касается. — Поднимаю на него взгляд и ласково улыбаюсь. — Не лезь в это и будешь цел. — Да? А мы так не думаем. — Он оскалился, выпуская зубы. — Ох, не лез бы ты… — и снимаю щиты, что прячут ипостась и силу моего зверя, — зашибить могу ненароком. Осеклись в классе все самцы, что решительно жаждали мне накостылять. Шутка ли, боевой таури без категории, но выше первой боевой? С лица сошли все, а передо мной парням откровенно стало страшно. Я медленно встаю, дабы не спровоцировать на бесполезную атаку, но вполне ожидаемую, если перед твоим зверем такая мощь, а ты ощущаешь, что она смертельно опасна. Состояние аффекта у зверя, слабее меня, может вылиться в любую пакость как для человека, так и для его зверя. — Говорю один раз — Неби приз моей охоты, и, если хоть кто-либо будет лезть, я не стану сдерживать себя, а вы узнаете, что такое вмешиваться в дела таури. Отравлять его жизнь в классе и после школы не дам никому. Поэтому не советую делать его объектом своих плоских и дурных шуток. А в остальном ничего не изменится, я хоть и жутко ревнив, но голова у меня еще на месте. — Мгновенно собрал все таку силы, что вылились в пространство кабинета, который я оградил незримым щитом, дабы не ударить по другим областям пространства школы и не получить выговор и отстранение на месяц. Легко и задиристо улыбаюсь, веду рукой, дабы они отошли и быстрым шагом лечу в сторону столовой. Это хорошо, что Неби вышел, равно как и все рождающие, а самцы решили расставить приоритеты без его персоны, иначе я был бы вынужден частично скрыть свои силы, да и то, демонстрировать только тем, кто подойдет. А тут все так удачно получилось. И мой наставник был бы мною горд, и обязательно надрал бы мне уши, скрывая свое состояние гордости за мой контроль сил, отвлекая меня. Да, у меня был наставник с одиннадцати лет, когда мой зверь впервые отказался слушаться и я пропал на рыбном комбинате аж на две недели. Искали все: охрана, рабочие, родители, законники. Нашли, ругать не стали, так как я был в ипостаси и назад не возвращался. Вернули под препаратами, после чего я неделю провалялся обессиленный. В тот момент мне приставили наставника, который учил подчинять зверя, заставлять его понять — только вместе мы будем жить долго и счастливо. К четырнадцати я успешно освоил влияние на него, а еще был обучен многим вещам по контролю силы, по боям и определению силы человека и его зверя, что предо мной появляется. Я научился слушать зверя и не пропускать мимо его желания, так как это и мои желания. Перестал душить его, стал напарником, стал с ним в одну ногу и теперь мой зверь благодарен мне, аккуратно использует свои силы, а моя человеческая ипостась способна оперировать всеми его силами, контролируя их в сфере больше десяти метров. И именно поэтому, открыв охоту, я еще никого не избил, хотя мог бы — таури нетерпеливы, если что-то касается их будущей пары и готовы даже на низменные поступки, но крайне редко показывают себя в невыгодном свете перед потенциальной парой. За его спиной хоть всех на куски порвать способен, а пред ним добрейший мишка, который красуется и преданно заглядывает в глазки. Вот и мне сейчас надо закинуть удочку — знакомство. Заочно и я, и он, знаем имена друг друга. Но заочно, значит можно игнорировать на всю катушку. У меня иная цель — заставить думать о себе. Сначала он будет злиться и проявлять агрессию, это нормально, а потом все изменится. Отец долго вбивал в мою голову и головы остальных братьев, что такое уважение к партнеру, как следует себя вести во время своей охоты и как надо реагировать на то, что ты сам предмет охоты. Ведь на меня тоже может начать охоту рождающий, с сильным зверем. И это нормально, это наша натура. До столовой я долетел как на крыльях. Что-то взял для «заморить червячка» и нашел его взглядом. Прожег спину своим желанием обладать, что заставило его повести плечами и насторожиться, после чего снизил давление и подошел. С ним за столом кто-то сидел, но это не так важно. Главное перед ним место свободное. Без особого приглашения сажусь и удостаиваюсь негодующего взгляда. — Привет! — улыбаюсь радостно, и протягиваю руку, — я Нельфер, мы одноклассники. — Дебил, который умудрился схлопотать выговор? — приподнимает он бровь, не делая попытки пожать мне руку. Буравит меня взглядом, а рядом с ним, скорее всего его знакомая компания, недоуменно смотрят на него и на меня. Замечаю пару заинтересованных взглядов и осторожное пощипывание. Явно рождающий решил оценить габариты самца. Почему так подумал? Самец бы шел тараном, как меч, а этот так, слегка, иголкой, на прочность. Но меня мало волнует этот жест откуда-то сбоку, чуть дальше, примерно через два стола. У меня сейчас игра с ним, сидевшим передо мной, а это куда как интереснее всей этой мелкой возни. — Не, куратор тут лапочка, сразу все понял и только предупредил. — Держу руку на весу и пялюсь на него. — А как тебя зовут? — А то ты не слышал! — непроизвольно в его голосе проявились нотки рыка, чем изумили рядом сидящих друзей. Да, это его друзья, потому что они откровенно удивленно пялятся на него, явно такое поведение ему не свойственно. — Ну, — не опускаю руку, слегка пожимаю плечами, — заочно это ни знакомство. — Неби Мхэй. — Почти рычит и лишь обозначает рукопожатие. — Приятно познакомиться, — улыбаюсь, сияя почище звезды. — А мне не очень. — Он смотрит исподлобья. — Что ты там устроил? Решил посмеяться в коллектив влившись? — Не-а, — мотаю головой, не переставая улыбаться и слегка наклоняюсь вперед понижаю голос, — смеяться над тобой себе дороже. — Да неужели?! — вырвалось негодование и меня просверлили взглядом, который при желании мог активировать щиты атаки. — Да. И я серьезен. — С лица слетает улыбка, а мне не по себе — кто-то полез. Непроизвольно поворачиваю голову и натыкаюсь взглядом на шаки. Силен, упрям и…в паре. Но он имеет тут свой кусок, а мне на него плевать. И все же, с ним мне проблем не надо. Шаки ощущает, что его взгляд не подавил мой, чем заинтересовал. Парень этот, не знаю насколько он старше или ровесник, габаритный властитель мускул. И грациозен, как опасный хищник, коим и является. Когда мы померились взглядами, поняли, что никто из нас отводить его не будет подчинившись, хмыкнули. Меня тут же схватили за рукав кофты и дернули, привлекая внимание. Перевожу взгляд и вижу Неби слегка в волнении. — Ты что делаешь?! — шепотом шипит, а у самого беспокойство. — Что? — не понял я и недоуменно осмотрел сбледнувшую компанию. — Это Тайнес, он здесь вожак. Ты самоубийца? — Нет. — Улыбаюсь ему успокаивающе, — не думаю, что обмен взглядами такая уж дорога к смерти. — Ты идиот! — отцепившись от моей кофты, он судорожно вздохнул, закрывая этой рукой глаза. — Он сюда идет, — едва слышно пискнул слабенький рождающий, который сидел рядом с Неби. — Влип, придурок. — Неби убрал руку от лица и обеспокоенно уставился на идущего, которого я почуял с первой секунды, как вообще в столовую вошел. К слову, он тоже меня почуял и дал о себе знать, как только определил откуда идет поток. К нашему столу подошел парень, в теле мужика, явно с гантельками знакомого, и слегка так пославшего мне таку силы. Поднимаю глаза и хмыкаю, как если бы он слегка не угадал с посылом — слабо, даже почесаться не заставит. Его черные глаза вспыхнули азартом. Он повел рукой, явно спроваживая Неби, дабы оказаться передо мной на его месте…непроизвольно вывожу щит ограждающий его и шаки замирает. А у меня кипит говно, так как рядом с ним кто-то обозначился и что-то сказал, полез куда не просят… Очнулся на ногах, буравящим его взглядом, а тот, кто что-то сказал, чуть ли не скулит. И меня рукой удерживает, а на уровне силы еще и щитом перегородил путь, сам шаки. — Парень, извини, не понял сразу. — Тихий шепот. — Не полезем, не агрессируй. — Хорошо. — Почти шиплю, а сам уже мысленно разделал тушу передо мной на фарш. — Тайнес, — протягивает он мне руку, и вся агрессия гаснет, как ее и не было. — Нельфер. — Пожимаю его руку, крепко и уверенно. Отвожу взгляд от белого как мел парня и перевожу его на шаки. На лицо приятный, глаза черные и сейчас блестят любопытством, волосы заплетены в тонкие косички, скрываются за плечами. — И давно ты у нас? — спрашивает он, убирая руки в карманы брюк. — Неделю. Перевели после переезда. — Я уже спокоен. — Хорошая у тебя сдержанность. На эту реплику смешок, слегка нервный, от Неби. Шаки и ухом не повел, хотя за столом нервно кто-то шикнул на мое сокровище. Я лишь кивнул головой, говоря, что да, удержался от атаки, а для идущего охотой это крайне сложно. — Слушай, после уроков, если ты не будешь занят, — он слегка скосил глаза на Неби, — можем познакомиться чуть получше. — Идет. — Киваю, так как сегодня Неби хватит пищи для размышления. — Тогда, приятного аппетита. — Усмехается шаки и отходит. Он уходит, а в столовой живой такой обмен мнениями, что мол подошел их верхотура и не произошло драки. Ну-ну, кинулся бы он на меня. Сажусь назад, обласкиваю взглядом с укоризной на меня глядящего Неби. — У тебя такая фишка на неприятности нарываться? — Нет. — Качаю головой. — Не люблю, когда злоупотребляют силой. И он это понял, не полез. — А если бы полез? — сощурился Неби. — Ну…мне бы отстранение на месяц, ему больничная палата на два, а остальные бы отделались испугом и мокрыми штанами. — Так уверен в себе? — сощурился он. — Ага. — Протягиваю руку и произношу, — посмотри сам. Он замер, глядя на мою руку, как на змею ядовитую. Затем, я это почуял кожей, интерес его зверя победил. Так как я тут слегка показал себя, его таури крайне заинтересовался, что же это за зверь такой. Несмело он кладет свою ладонь в мою, и я мягко показываю своего зверя. Но от него не требую показать своего. Глаза у Неби смешно распахнулись, казалось сейчас вылетят и облетят меня по кругу, дабы убедиться, что не ошиблись. Затем он медленно и аккуратно выдрал пальцы из хвата моих, сглотнул. — И что такому как ты тут понадобилось? — Ты. — Улыбаюсь, знаю, что сейчас ему надо защищаться, потому что я уже раздеваю его взглядом и представляю, как буду касаться его, как он будет мне отвечать. — Обломись! — рыкнул Неби, резко встал и пошел в сторону столов приема посуды. Я проводил его жарким взглядом, неосознанно облизнул губы. — Ты бы не злил Мхэя, — подал голос самый слабенький рождающий. — Он ведь и драться кинуться может. — Пусть. — Я повернул голову и нашел источник звука. — Ему можно. — Ты странный. — Констатировал парень. — Не, я просто нашел что искал. — Он тебя покусает. — Пусть. — Улыбаюсь и протягиваю руку, — Нельфер. Дома меня ждала буря в виде негодования Диафи, который рычал на хитро скалящегося Химеса. Вот между ними никогда мира не было. Если со мной или Яко Химес еще хоть как-то иногда ладит, то с ним откровенно воюет. Родители говорят, что это пройдет, как только его зверь вылезет. Но ему уже двенадцать и зверь пока еще спит. Задиристый сопляк постоянно огребает от сверстников, кто получил компаньона духа, а это автоматом выливается в войну с самым слабым из нас. И Диафи в его понимании как раз такой. Захожу домой, вижу драку и только головой качаю. Если полезу — буду бит, искусан, поставлен в личные враги на сутки. Я себе не враг и поэтому утекаю к себе. Переодевшись, завалился на кровать и заулыбался идиотом. Неби… С каждой минутой я вижу все четче его лицо через морок, который он выставляет, потому что омега таури никогда не будет показывать своего истинного обличия для других, только своей паре. Сейчас я вижу, что его невзрачная внешность стала чуть более приятной. По сути, Неби простой парень, с сильным зверем и крайне мощным мороком, так как он боевой. Насколько он симпатичен, я узнаю только когда возьму его в течку. Тогда морок спадет, я увижу его таким, какой он есть. После угара, конечно черты сотрутся, но с этого момента я буду все больше и больше видеть его за мороком, который не спадет для окружающих, но я за него протиснусь. Я ведь попробую его, а зверь Неби начнет играться и заигрывая дразнить меня. В двери постучались и тут же, не дождавшись ответа, проскользнули. Яко, осмотрел меня, млеющего от воспоминаний и скривился: — Ты что, не ощущаешь, что Химес в тотальном гоне? — Мне плевать. Перебесится. — Да? А то что он сейчас начнет строить подлянку, тебя тоже не волнует? — Яко, ты, когда его в последний раз пробовал остановить? — скептически кошу на него взглядом. Яко горько вздохнул и уселся на стул. — Что у тебя произошло в школе? — А что такое? — недоуменно смотрю на него. — Вот не надо мне ля-ля! — фыркнул он. — Твой щит дернулся, как если бы ты драку учинил. — А, это. — Вздыхаю и сажусь, так как все это время лежал, глядя в потолок. — «Это» что? — поинтересовался он, а мне так хорошо и тепло на сердце. — Я встретил омегу. — Омег много. — Хмыкнул с пониманием Яко. — Этот город вообще на них какой-то рекордсмен. — Яко, — смотрю на него мечтательно вспоминая Неби, — моя весовая категория. — Да? — расширяются его глаза, азарта столько, что я склонен зарычать. — Нельфер, — оторопело он пялится на меня, выдвигая щит. — Сдурел? — Нет. — Хмурюсь, так как эта несдержанность говорит сама за себя — я даже брата соперником считаю. — Так, — он перевел дух, убрал щит, как только я отступил, — рассказывай все. — А что рассказывать? Омега, таури. Категория или вне нее — не знаю, но он боевой. Начал охоту. — Ты уверен? А если он в паре или повенчан на будущее? — нахмурился Яко. — Если бы это было так, то его зверь первым делом ударил бы меня, открывая себя и демонстрируя метку занятости. Но, — я заулыбался с ликованием, — он зарычал, глубже спрятал зверя и закрыл нейтральную. Он свободен, даже на словах не обещан. — Про это не говори пока доподлинно не узнаешь. — Узнаю. — Охотишься значит. — Угу. — Смотрю на него и тихо добавляю, — не пытайся выяснить кто он, — смотрю зверем на него, — для тебя он будет не красивым, неказистым и абсолютно не пахнет. — Нельфер, — Яко заулыбался, — я понимаю, что значит охота таури. Это как шаки, только изворотливая тварь, готовая в спину ударить не один, а раз двадцать, чтобы наверняка. Никаких поползновений с моей стороны не будет. Ты мне его только покажи, чтобы я ненароком не полез по незнанию. — Яко, — угрожающе зашипел на братца, абсолютно не контролируя себя. — Я серьезно, Нельфер. — Впервые он так посмотрел на меня — сталь в голосе и во взгляде, тут же снимая налет недовольства с меня. Без разговоров показываю ему облик Неби и его зверя размытой дымкой с четким ароматом, дабы он знал, что здесь опасно. В ответ задумчивое почесывание бороды, которую он отращивает и после этого заверение: не полезу. На утро школа, круги вокруг Неби. Вчера мне не удалось поговорить с шаки, так как меня выцепил куратор и надрал уши. Он был в столовой, видел все, но был также и снисходителен. Сказал, что Тайнес в школе самый сильный самец, а мое отфутболивание его сил и его прихвостней, это было сильно и смело. Ведь он мог и атаковать. Но так как он достаточно умен, да даже культурен, то первым делом в причину вник, а потом поставил себя на мое место. Куратор рассказал, что буквально полгода назад он сам вел охоту, в которой вся школа страдала. Сейчас его пара в положении, жутко раздражителен и в школе не появляется. Шаки постарался сделать все, чтобы ему принадлежал тот, кого он выбрал предметом охоты. Итак, сегодня надо будет познакомиться поближе… но Неби меня откровенно послал, так что я иду по посылу в сторону предполагаемого местоположения шаки. На два этажа выше, к кабинетам старшеклассников. Иду по коридору и встречаю только недоумение. Ну, а как же! Я их на два года младше, да еще не проявляю никакого уважения. А мне и не положено перед слабыми голову опускать. Учуял я его в одном из кабинетов и заглянув, послал таку сил. В момент в кабинете стихло все, головы парней повернулись в мою сторону. — Нет, ну ты и наглец! — выдал шаки, вставая, улыбаясь. — Положено по статусу. — Улыбаюсь в ответ. — Вчера не смог, куратор выцарапал, показать насколько был не прав в его понимании и все такое. — Который из трех? — насторожился. — Скиталец. — Машинально назвал его по ипостаси, а вот реакция парней меня позабавила. Кто-то вздрогнул, кто-то недоверчиво посмотрел на меня. — Нельфер, у нас в кураторах нет скитальца. — Покачал головой Тайнес. — Есть. — Опровергаю их знания, так как со мной не справилась бы его дымка пумы. — И вы его знаете, как черную пуму. — Музлык… — выдохнул Тайнес. — Вот, зараза-а! — Что, хорошо маскируется? — с пониманием киваю. — Да не то слово! — шаки засмеялся. — То-то я думаю, что это меня так легко в бараний рог крутил, а у нас тут вон оно что. — Ну, скиталец он такой, — улыбаюсь, затем говорю серьезно, — сильно не несите слух, или он нам мерзко отомстит. Меня поняли сразу, так как самый пакостный зверь как раз у мако, особенно ночные скитальцы. После легкого обмена шутками, меня пригласили пройти, присесть. Мы поболтали, немного пошутили и я ушел на последний урок. Неби недовольно повел носом, явно ощутил на мне запах шаки, который остался от рукопожатия. Кстати, в классе Тайнеса о том, что я начал охоту и на кого именно, знают все. Тайнес предупредил их, чтобы не было войны, ведь я на мелочи размениваться не буду, но и прямых ударов они не получат, только мелкие и скрытые, которые потом в такое дерьмо выльются. Парни прониклись, а я его зауважал. Четкий такой, понимающий. Он ведь видит, если мы с ним из-за кого с его шайки сцепимся, я ведь пойду на дележ территории, а в этом вопросе я более щепетилен, чем он и буду бить сильно, много, больно и не остановлюсь, пока доходчиво до всех не донесу — моя территория и моя пара. В этом случае разборки могут перерасти до уровня стражей-законников. Мне скиталец не так опасен, как шаки — ему будет трудно со мной. Скрутит, да, но не заставит остановиться. И это Тайнес понимает прекрасно, поэтому все, кто входит в его шайку, они все предупреждены и просто игнорируют меня и Неби. Неби даже больше, чем меня. Дни, школа, вечера и новая компания. Все это слилось в сплошной поток между учебой, раздражением Химеса и ночью. И это тоже случилось ночью. Все спали, а потом проснулись как от толчка. Химесу было плохо. Моментально мы всем семейством оказались у него в комнате. Его било судорогами, началась частичная трансформа. Родители пытались успокоить его и перенаправляли потоки, а мы втроем — я, Яко и Диафи — держали бьющегося в наших руках младшего брата. Практически всю ночь родители вели его зверя из кокона в свет. Наши щиты почти не выдерживали и слышались нервные переливы сил, что защищались, от соседей прилетало пару раз, но тут же сходило на нет, когда ощущалось из-за чего весь сыр-бор. Когда ленивцы начинают выходить из кокона, они делают это не по своему желанию. Кокон для зверя становится мелковат и его выталкивает, дабы после этого ложе укрепить. И в такой момент нет времени по больницам бегать или на помощь звать — лучшие помощники, это семья. И вот, почти под самый рассвет, Химес перетек. Это был бергали. Гибкий, статный, красивый кот, со слегка приплюснутой головой, сильно раскосыми глазами, почти что щелочками, но, когда удивляется или пугается — глаза как блюдца, делают его мордашку изумительной. Хвост у него пушистый, сам он гладкошерстный, полностью белый. На морде: густой и длинный волос на щеках, уши с кисточками, и на шее мех как у льва, но однородный, как если бы его стригли, этакий плюшевый мишка с длинной шерсткой. Остальное тело покрыто, как я и говорил, гладкой и короткой шерстью, белоснежного цвета. Глаза зеленющие, даже более яркие, чем у Химеса в реальности. Он выдохнул, как если бы бежал сутки крайне сложный марафон и понюхав воздух, посмотрев на нас туманным взглядом, перетек назад и провалился в сон. Мы все выдохнули. Братишка получил своего зверя, теперь надо будет его учить, иначе несносный характер сделает его прямым попутчиком ограничителя. Штука такая, которая агрессию излишнюю давит, о ней я уже говорил. Неприятная, но полностью не блокирует, так как котенок обязан пройти все стадии — драки со сверстниками в ипостаси, определение себя в иерархии зверей, становление личной силы и гордости зверя. Ограничитель для детей будет гасить лишь те вспышки, что могут привести зверя к жажде крови, то есть к смерти противника. Через пару часов надо идти в школу. Спать в принципе уже бесполезно. Поэтому все, кроме родителя, что останется рядом с Химесом, разбредаются по комнатам, принимают душ, бреются и завтракают, одевшись пока в домашнее. А дальше по времени растекаются по своим делам. В школе у нас контрольная, так что мне сегодня будет очень непросто. Я пришел и сразу стал предметом интереса, так как у меня вся аура пропиталась ароматом брата. Я понимаю, что это крайне нехорошо на охоте отразится, но пропустить контрольную нельзя, иначе будут проблемы другого толка. К тому же, за последние пару месяцев, что я кружу вокруг Неби, он попривык ко мне, не рычит так откровенно и даже пару раз слегка улыбнулся. И вот он я, весь в запахе другого, прохожу мимо и чую, как он напрягся. И до начала урока оставались считанные секунды, так что поговорить не получится. Сажусь на свое место и ощущаю, как в классе поднимается градус интереса. А вот Неби повернул голову и прожег меня взглядом, весьма понятным — он был недоволен. И это была еще одна победа. Неби уже сейчас рассматривает меня как потенциального самца, а вот посторонний запах на мне ему неприятен. Если бы ему было все равно, как он показывает, то этого взгляда не было бы. Еще один плюсик в мою копилку — сумел заинтересовать его зверя на смотр себя, как его партнера в игры. Пишем контрольную, под мои зевки и откровенное клевание носом. Учитель косит глазом, но ничего не говорит. Перед тем, как я вообще вошел в класс, встретил его возле учительской и рассказал, что было ночью и что я могу неадекватно вести себя, а именно почти спать, зевать или что-то еще. Он сказал, что мне обязательно надо написать контрольную сегодня, иначе будет поставлен пропуск, который ничем хорошим не будет, но обещал, что не станет одергивать меня, если я не стану на весь класс громко показывать, как я не выспался. В общем он пошел мне на встречу, а я делал все тихо, но уши зверя, а особенно нос зверя, он улавливал все, что я делаю. Когда урок закончился, я вымученной тряпочкой опустился на парту. Душа с телом расставалась из-за бессонной ночи, нервов и мозговой усиленной деятельностью. И мне было откровенно плевать на то, как на меня сейчас смотрят. Очнулся я только от тычка под ребра и вскочив, вцепился рукой в горло посмевшего меня так неосторожно тронуть. Тут же послышался рык шаки, и я убрал руку. — Нет, я конечно понимаю, что было больно, но ты всегда такой нервный? — спросил Тайнес потерев рукой горло. — Нет. — Плюхнувшись на стул, покачал головой. — Брат всю ночь мучился, получая ипостась. Я жутко не выспался, у меня паршивое настроение и я волнуюсь, но ничем ему не смогу помочь. Па остался дома, а я тут. — И прикрываю глаза слегка отклоняясь на спинку стула. — Так что ты не вовремя со своими тычками под ребра. — Понятно. — Тайнес сел на стул и довольно громко произнес, — так вот чем от тебя несет? — Да. Это аура моего брата. — Открываю глаза и усмехаюсь, — так что сплетни, что я круто провел ночь с каким-нибудь рождающим, тупые попытки попрыгать на моем горбу и себе гроб заказать. Ночь была крутой, да не каждый такое выдержит. — И что за зверь? — Белый бергали. — О! — покачал головой Тайнес. — Да что «о»? Хищный альфа, — я скривился, — характером сущий дикарь и провокатор, еще и смазливый, нервный, агрессивный. Не удивлюсь, если приду домой и на меня кинется, помериться силами. — Сколько ему? — Тайнес не просто так спрашивает, дабы потешить себя, он разграничивает зону, когда за бергали начнется охота, дабы самцы не стали жестко обломанными подумав, что это рождающий. — Двенадцать. — Поздний. — С пониманием кивнул Тайнес. — Ага, — усмехаюсь, — если он сохранит такой же характер, какой у него был до ипостаси, то я даже боюсь представить, сколько дел он тут набаламутит. — Ну, его старший брат в силе, — шаки усмехнулся на мой скептический взгляд. — Да, я забыл, это бестия с самой соблазнительной ипостасью, да еще и альфа. Я лишь покачал головой. Наш разговор был слышен всеми, особенно Неби. Скорее всего шаки узнал новости, так как моя персона была принята в его круг общения, как равный. А сплетни, они такие быстрые, что уже к концу урока, причем первого, до него дошли интересные новости, облетевшие школу — телефон творит чудеса! Парень он хороший, с пониманием, причем сам провел охоту и столько всего там было, что осознает насколько круто я попал. Ну и любопытен он: ведущий охоту и так налажал? А это как? В итоге его болтовни и моих ответов, о том, что у меня есть младший брат с ипостасью красивого зверя, стало известно и на всю школу его слепок аромата известен чуть ли не до последнего ученика. Но не думаю, что они пойдут его искать — рассерженный таури, вне категории сил, а значит сильнее боевого альфы первой категории, коим является Тайнес, это вам не шутка. К концу уроков на меня не смотрели волком, что радовало. Неби, неосознанно, выдохнул, а я это заметил, но не стал говорить ему об этом. К тому же, вскоре у него течка и я еще не знаю, какой он в предшествующие ей дни. И не уверен, что сделал все, дабы он воспринимал именно меня партнером для игр. Сегодня Неби какой-то вялый, даже рассеянный. Правда его аромат усилился и лично я знаю, к чему все это. Правда…не рано ли? Он был на больничном в начале года, поэтому именно сегодня такое состояние у него крайне странное, только если его цикл не имеет сбоев. Хотя, к шестнадцати у рождающих этот цикл стабилизируется, выравнивается через каждые три месяца. А у нас прошло только два, что довольно странно. Я пробовал к нему подкатить, но Неби незримо рычал, показывая свое раздражение. Мне пришлось отступить, затаиться. Спровоцировать его не хотел, тем более обидеть. Больше всего на свете я не хочу его обижать. Еще два дня прошли одинаково — Неби нервничал чуть больше обычного, его аромат стал еще гуще, а у меня в предвкушении даже слюна выделяться начала. И я его непроизвольно начинаю нюхать кружить рядом больше, чем обычно. И это нервирует его еще больше, вынуждает даже рычать, чего в последний месяц почти не было. После урока естествознания у нас была физкультура и зачет. Мы всей толпой проследовали в большой спортзал, где урок был сдвоен с еще тремя классами. Половину ребят я уже знаю, так как с Тайнесом вожу дружбу, а он знаком с половиной школы, а с остальной крайне терпим — друг к другу не лезем и все рады. Мы переоделись и войдя в зал, здороваясь и просто кивая на приветствия, пошли в ту часть помещения, где был старший тренер. У нас зачет, смотр тренировки и подготовка к ежеквартальному смотру силы зверя. Обычная процедура, когда на уроке физкультуры принимаешь ипостась и делаешь несколько упражнений на силу, ловкость и скорость. Сегодня у нас зачет по физической части тела человеческой ипостаси. Встаю в строй, причем альфы отошли чуть назад, за рождающих, так как мы выше ростом. Ну подобрались в классе самцы высокие, что автоматом делало нас любителей заднего ряда. Неби получился передо мной, и я был несказанно рад. По внешнему виду и даже по его спортивной форме, в которой он находился, фигурой отличался пышной. Для многих он даже скорее толстый, но не для меня. Он должен быть мягоньким, пахнет так, что я сейчас очень сильно хочу его уложить на спину. Мой таури урчит от удовольствия, и я пропускаю мимо ушей ответный недовольный рык. Из-за моих мечтаний упустил предупреждение и все пялился на его ягодицы, воображал и раскладывал его во всех позах. — Задрал, — рыкнул Неби и резко разворачиваясь ко мне, занося руку, трансформируя пальцы в когти, делает выпад. Рефлекторно поднимаю руку закрываясь и отпрыгиваю назад. И понимаю, что неправ. Я проигнорировал предупреждение, а он сейчас раздражителен из-за сбоя цикла течки. Иначе его раздражение не объяснить. К тому же, я не его пара, а мое поведение говорит само за себя и атака рождающего логична. От нас отпрянули все парни, что стояли рядом. Даже учитель удивленно уставился. Неби же зарычал откровенно и со злобой. Глаза полыхнули, зубы вылезли, и он выдал атаку щитом. Инстинктивно укрываюсь от его повторной атаки, а также распространяю экран от эманаций таку его сил, дабы не задел никого. Провокатор я, а всем остальным страдать из-за этого совершенно ни к чему. Как только его атака по мне не увенчалась успехом, он зарычал, вылезли кошачьи уши и тут же прижались к голове. — Неби, нельзя! — я испугался. Омега таури имеет один опасный изъян в строении своего тела — его родовой мешок расположен со смещением и при трансформации ребер на строение зверя, мешок повреждается. Это после родов он встает на место, а ребра получат более эластичное строение в момент перехода. До родов трансформация запрещена. В древности вообще омегу таури насильно покрывали, чтобы зверь умертвил плод не дав развиться кокону, после чего происходил либо выкидыш, либо организм рассасывал, «переваривал в утробе» плод. Но Неби нельзя, он еще не рожал! Я вижу это по его ауре… В ответ на мой обеспокоенный окрик он только сильнее оскалился и моментально перетек шагая вперед. Мгновение и в меня врезается таури, который стремится ударить своим хвостом мне в лицо. Перетекаю, ограничиваю пространство щитами. Как только моя смена ипостаси произошла, мы кубарем прокатились до середины зала, распугав всех тех, кто, замерев смотрел на нашу перепалку. Неби всерьез дрался со мной, а мне ответить ему было откровенно страшно. Если я перекушу по силе его зверя, то навсегда упущу возможность его доверия к себе. Но и давать себя убивать не имею права — моя семья найдет его и лишит жизни. Наша драка, она была скорее катание клубка когтей и хвостов, нежели серьезный бой — по крайней мере с моей стороны. Неби же рычал, грыз меня, царапал и шипел. Я защищался вяло, так как мой зверь не желал причинять ему вред. И еще страх, что довел его до трансформы. По залу полетело неверие: Мхэй Неби — таури! Шепотки, глаза изумленно распахнуты и мы, катающиеся по полу. Зрелище неприятное, и я решаюсь на мелкую подлость. Перехватываю его за холку, удостаиваясь негодующего возгласа и вдавливаю его щитами так, чтобы он смог вывернуться, только сменив ипостась на человека. Ощущая «Я не могу победить, но есть лазейка!» и он моментально идет по мною предоставленному пути попадаясь. Как только он изменил ипостась, я сменяю свою и развернув его к себе лицом, вжимаю в себя и начинаю мурлыкать, гоня его ярость прочь. В ответ мне в плечо впиваются его зубы, со спины когти полосуют кожу, хоть и прикрыл я себя щитами. Рык, шипение, и все же я сумел его остановить. Прижимаю к себе, убаюкиваю, мурлычу. У самого сердце бешено колотится, словно я марафон пробежал. Вокруг много любопытных, а еще влетел куратор. Его я учуял чисто механически. В моих руках мой приз, который сменил ипостась, хотя ему и нельзя. И виноват в этом я. — Зачем ты прошел трансформу? — тихонько спрашиваю. — Тебе же нельзя. — Тебе какое дело? — рычит и пытается высвободиться. — Пусти! — Неби, не надо… — больно, его когти пробили щит, распарывая кожу в кровь. — Тебе нельзя до зачатия… — Не волнуйся, этот дефект у меня удален. — Операция? — с надеждой спрашиваю, так как не хотел бы знать, что его покрывали и что-то не так пошло, или дома у него есть малыш. Не хочу ошибиться в определении его ауры на потомство, не хочу знать, что был другой самец с ним. — Не твое дело! — рыкнул он и вжал когти с силой, пробивая оставшийся слабенький щит, прокалывая кожу. — Хорошо, не мое. — Я выдыхаю, ведь если не успокоить его, то будет буря. — Извини, я задумался и не услышал тебя. Не хотел доставлять тебе неудобства. — Да ты одно сплошное неудобство! — прошипел Неби. — Да, — одной рукой крепко держу его за талию, а другой прижал голову к груди, — я такой. И все же, извини, не хотел, задумался и потерял контроль. — Еще раз и я тебя разорву! — зарычал он, неосознанно вжимаясь в меня. — Угу. — Чувствую, как мне становится дурно, все же кровь из плеча и на спине хлещет, кажется даже больше, чем минуту назад. — Неби, прошу убери когти. — Что? — не понимает он напрягаясь. — Ты дерешь мне спину, я не так чтобы против, но что-то мне дурно. — Ощущаю, что голова пошла кругом, во рту пересохло. Мгновенно острые когти ушли, но его руки прижались к больному месту, заставив едва слышно сипло вдохнуть. От меня отстранились и его глаза наткнулись на окровавленное плечо. Он побледнел, в глазах застыл легкий страх, удивление, изумление и осознание, что нанес вред. Все же, когда инстинкт преобладает, человек перестает соображать и подчиняться рамкам поведения в «человеческом» обществе, переходя на общество «инстинкт». И рождающий в преддверии течки, особенно если она не имеет устойчивого цикла по времени, он агрессивен и неадекватен куда как больше, чем я, ведущий охоту самец. Чую, как меня с нарастающим шумом в ушах, перехватывает куратор и один из учителей. Следующее что я осознал, так это кабинет врача, где я лежал на животе, а мою спину тщательно промывали и смазывали лекарством. Немного щипало, но терпимо. Аромат Неби был рядом, и я был рад. Плечо уже обработали, так что лежал я, не ощущая боли. Скорее всего присыпали обезболивающим. Через пару минут на раны наклеили широкий пластырь и прикрыли одеялом. — Нельфер, — позвал врач, — два часа на сон, потом посмотрим, как заживают, если что, отсюда тебя отвезут в больницу. Родителям уже сообщили. Я лишь поморщился. Отец будет драть мои уши, это точно. Да и Па не далеко от него уйдет. В ответ киваю, так как говорить еще не могу, подозрительно ослаб. Врач вышел из кабинета. Я прикрыл глаза и услышал, как напротив меня на кровать присел Неби. Открываю глаза и едва заметно улыбаюсь ему. — Извини, — он выглядит виноватым. — Я бил до ауры, зверя твоего ранил. Все понятно теперь. Меня драли во всех ракурсах, поэтому я так подозрительно быстро ослаб. — Неби, — тихо позвал его, привлекая внимание, — не знаю почему, но твой цикл сбит, и я неосмотрительно поступил, за что был бит. Квиты. Он опустил глаза. — Это из-за операции. — Он неосознанно приложил руку к животу. — До первых родов он не встанет в жесткие рамки. — Понятно. — Киваю ему. И ведь даже обидеться на него не могу. За последнее время я к нему привязался и разузнал какой он. При всей его невзрачности и резкости, Неби хороший человек, отзывчивый и даже рыча на меня, помогал в некоторых вопросах. В учебе он почти отличник, а я многое не понимаю, да и охота все мысли выбивает. Я вообще не понимаю, как умудряюсь сдавать контрольные. Когда я проснулся от легкого толчка в плечо, то ощущал себя нормально. Правда будил меня не школьный врач, а Яко. Этот паршивец сидел на кровати напротив и смотрел хмуро. — И что это было? — Что? — Ты допустил, чтобы Неби атаковал тебя. И сейчас ты весь такой больной, что до дома своими ногами не дойдешь. Как это понимать? — Облажался. — Выдохнул я и попытался перевернуться. По всему телу, особенно по пояснице, словно огнем опалило. Непроизвольно охнув, даже едва слышно застонав сквозь сжатые зубы, все же попытался завершить движение. — Лежи, дубина. — Рыкнул Яко, привстав и прижав ладонь между лопаток, единственное место на спине, где коготки Неби не прошлись по мне. — Скорую уже вызвали. — Зачем? — спрашиваю, а сам чувствую, что слабость накатила волной и в ушах зазвенело. — Да потому что… Нельфер? Нельф! — меня потрясли за плечо, а мне откровенно плохо. Все же, надо будет запомнить на будущее — нельзя давать омеге себя драть, пытаясь успокоить. Это довольно опасно. Провалившись в пелену забытья, я временами ощущал, как меня или перекладывают, или перевозят куда-то, затем что-то вокруг творится, кто-то говорит и по рукам обжигающие точки появляются. А потом настоящее забытье, выключившее сознание и провалившее меня во тьму. Очнулся я ночью, у себя дома. Лежал на спине, но она не подавала признаков неудобства или боли. Медленно и осторожно сел, затем спустил ноги на пол. Ощущение слегка неприятное, родилось только на плече, где раны были более сильными. Спина не болела совершенно, и я медленно здоровой рукой пощупал ее. Шрамов почти нет, значит кто-то пел для меня. А вот плечо явно будет заживать дольше. И след останется. Урок на будущее… Медленно встал на ноги, ощутил легкую слабость, но она довольно быстро прошла. Двинулся в сторону ванной, чтобы посмотреть на себя, да и попить бы не мешало. В ванной меня ожидал бледный и осунувшийся сюрприз. С щетиной, дня на три. Хмыкнув, взялся за станок. Минут десять и лицо перестало быть таким паршивым. Легкая усталость, но больше болезненности из-за щетины не было. Вот ведь вещь странная — более половины парней с легкой небритостью смотрятся стильно, кто-то даже шикарно, а у меня вид сразу болезненный такой, отвратительный становится. На кухню я прибыл медленно шагая. Зашел и оценил то, что предстало перед моими глазами. Химес, в форме зверя, смачно чавкая, уплетал шмат мяса, забравшись в холодильник, почти что целиком. Я, без какого-либо стеснения, подошел и прижал дверку, наступив ему на задницу ногой. — Я поймал вора! — говорю, подражая отцу. В ответ мрявк, рык, дерг и хнык, когда удар пришелся по голове о полку. Замерев, кошак перетек. Я, недолго думая, наклонился и, положив руку ему на шею, потянул на себя. Когда мелкий заметил боковым зрением кто именно его спалил, то зашипел. — Химес, — вздыхаю и отодвигаю его от холодильника, предварительно заглянув внутрь, дабы чего съестного не вылилось-вывалилось из упаковки, — если ты голоден, то не надо вести себя подобно зверю. Просто возьми. Отпустил его шею, вздохнул и пошел к шкафу за стаканом. — Я может от нервов! — рыкнул он. — Не шуми, разбудишь остальных. — Не став к нему поворачиваться, достал стакан и налил воды, сделал несколько глотков. И тут на меня со спины налетело его еще по-детски хрупкая фигурка, руки оплели мою талию. Прижавшись, он судорожно перевел дух. — Что такое? — Мы испугались. — Он даже подрагивал. — Когда ты потерял сознание, да еще и в больницу тебя отвезли…даже псих Диафи заволновался. — Ясно. — Я заулыбался, так как семья у меня хоть и склочная, но друг друга мы любим. Развернувшись в его руках, погладил по голове, успокаивая. Все же Химес еще мелкий. Пусть между нами всего четыре года, но я уже вошел в силу зверя, а он его только получил. — Со мной все хорошо, не волнуйся. Братишка только кивнул головой, отпустил меня. Разошлись мы по комнатам и улеглись спать. А в голове каша из образов и отчетливого ощущения, что спина у меня зажила из-за красивой песни. А утром я узнал, что был не далек от истины. Неби мне пел. Он приехал в больницу, прошел в палату ко мне и помурлыкал, причем проигнорировал моего отца, который смотрел на него довольно сурово. Все же, Неби сильнее, поэтому он был немного грубым и невоспитанным. Отец покачал головой, когда узнал, что я веду охоту на этого «грубияна неотесанного», но не стал спорить, что виноват я, мне и получать все шишки. В школу я вернулся спустя два дня. Мне повезло, так как это время выпало на выходные. А вот Неби не было. Наверное, началась течка. Жаль, что без меня. Очень-очень жаль. В школе сразу стало скучно, тоскливо и ничего не хотелось. Уроки я досидел на честном слове. Хотелось домой. Очень сильно. И как только наша экзекуция знаниями завершилась, я стрелой метнулся туда, куда меня тянуло. Добравшись до дома, изумленно замер на пороге. Па стоял и смотрел на меня так, как если бы видел первые. — Па? — недоуменно смотрю на него, затем втягиваю носом воздух и замираю с расширившимися глазами, так как просто не поверил. — Он пришел два часа назад. — Неби? — Да. — Па кивнул головой, затем вздохнул. — Я напоил его травами, и тебе следует сделать тоже самое. — Травами? — спрашиваю и не могу поверить, что Неби пришел ко мне. — Да, травами. — Па протянул руку и поманил меня. — Идем, все равно перевозить вас в укромное место бесполезно. Отец выставил глушащий барьер, так что никто и ничего не услышит. Признаю, я смутился. Все же, Па и все такое…но меня слушать конечно же не стали. На кухне опоили ослабляющим семя отваром из трав, вручили упаковку изделий и даже смазку, странные баночки с каким-то лекарством. Попутно-популярно объяснили, что и для чего, когда и как делать. После этого мою тушку отконвоировали наверх, в спальню. Как только я прошел сквозь барьер-изолятор, то услышал его. Неби мурлыкал, расслабленно и ожидая меня. Войдя в комнату, я обомлел, оробел и замер у самого порога. На моей кровати лежал тот, на кого я веду охоту. Мхэй Неби, тот из-за кого я бывает и по ночам не сплю. Он здесь, у меня и пришел ко мне. Этот котик пришел ко мне в свою течку…невероятно. Сглотнув, мурлыкаю в ответ и на меня устремляется заинтересованный взгляд его зверя. А дальше все смазалось. Я подошел, раздел его, разделся сам, обласкал и…это ощущение было феерично. Неби выгнулся навстречу, когда я в него вошел, что доказало — он хочет меня как партнера. После этого было только удовольствие — движение, отдача, стоны, укусы и ласки, поцелуи. Я буквально поедал его губы, вжимался в его тело, заставлял его рычать в голос от волн оргазма. Наша сцепка была долгой и Неби метался подомной, рычал и выпускал когти. Он был азартен, был едва контролируем и жаден. Четыре дня бешенного марафона, исследовать все его тело губами-рукам, и не давать ему отдыхать больше чем пара часов. Я несколько раз будил его тем, что брал его, заставляя ощущать меня и движение внутри. В ответ он царапал мне спину, покусывал руки, лукаво глядя мне при этом в глаза. А я не мог не наслаждаться его реакцией. Я бы хотел его пометить, но этого еще нельзя сделать. Так поступить, когда он доверил себя в этот неконтролируемый сознанием процесс…это подло. Он омега, он не контролирует себя в течку, поэтому для него доверие партнеру в этот момент очень важно. И я не имею права взять и предать, сделать так жажду, я не имею права на это. Только когда он примет меня, мой аркан и ус пары, только тогда я буду иметь право пометить его. Когда течка сошла на нет и последнее страстное доведение его до пика завершилось, мне пришлось побыть заботливым, отринув собственные позывы завалиться спать. Обтерев его от пота и семени, пусть у омеги оно и недееспособное в данный момент, ввел ему внутрь гель-антисептик, который идеально снимет болезненные спазмы. Ведь я брал его много раз, не обращая внимание на то, что вскоре его сладкая попа начнет побаливать, а поясницу ломить. Благодаря предусмотрительности родителей, я был вооружен и применил все это по назначению. Накрывая его одеялом, такого сладко спавшего, прижался к обнаженному телу и обхватил руками. Мое. Плевать что он будет думать и делать, когда отойдет от течки и начнет соображать. Плевать. Он теперь мой. Я добьюсь того, чтобы и в сознании, без сносящего крышу процесса, он признал меня своим самцом. Я добьюсь этого. Утро наступило тоскливым. Проснувшись, я понял, что от меня форменно удрали. Вылез из постели, принюхался и понял, что аромат его «остыл» примерно часа на четыре. Значит он ушел ночью. И это огорчало. Но все же, я получил то что хотел: в течку его зверь рассматривал именно меня как партнера, а не пошел искать кого-то еще. Встав, быстро умылся, зубы почистил и побрел на завтрак. Думал, что сейчас все три моих братца будут зубоскалить, но все три рожи были молчаливы. Проходя к своему месту, осматриваюсь, даже принюхиваюсь и понимаю очевидное: Диафи пил сироп от спазмов. И это было странным, ведь его цикл начинается где-то через три дня. Но… — Диафи, ты пил сироп? — навешиваю на лицо маску идиота и вижу боковым зрением, как скривились сразу трое — отец, Яко и Химес. — Следи за собой и своим удравшим, а меня оставь в покое! — рыкнул старший брат, просверлив во мне мнимую дырень своим горящим взглядом. — Ну, допустим, что за ним я послежу, а что с тобой такое? — присаживаюсь на свое место и законно получаю подзатыльник от родителя. — Па, я реально обеспокоен! — выдаю обиженно. — У Диафи никогда сбоев не было, и меня это тревожит. — Нельфер, — ласково произнес Диафи, трансформируя зубы, — давай я тебе сейчас все-все объясню! — Не надо! — понимаю, что у Ди случилось нечто, от чего он весь на взводе и второго рождающего по моей пояснице когтями я не вытерплю. Если от Неби я потерплю, даже сам подставлюсь, то вот с Ди…могу ведь и защищаться начать. И все из-за того, что с ним я вырос и не ощущаю его как рождающего, а это будет нехорошо. За время взросления как самец, я получил несколько суровых уроков, так что не желаю быть избитым зверем отца. Он слишком серьезен, особенно в воспитании принятия своей сущности самца. Мне от него еще не хватало перехватить по хребту. Вон как хмурится. Дальше наш хмурый завтрак перешел в потасовку между Химесом и Яко, а Диафи рыкнул, что покоя в этом доме не дождешься и вылетел из-за стола. — Вот психопат. — Яко покачал головой. — Да кинули его. — Беззаботно произнес Химес. — Да? — недоверчиво косим всем взрослым составом на мелкую пакостную зверушку нашей семьи. — Угу. — Химес невинно посмотрел на нас и добавил, — я же живу через стену от него и мне прекрасно слышно, как он ревет ночью в подушку. Кинули его, — зевнув, обнажая отросшие клыки — у него сейчас непроизвольно бывает потеря контроля над зверем, как у любого ребенка, только-только получившего ипостась — он грустно договорил, — еще когда мы только собирались уезжать. А вот эта новость нас слегка удивила. Химес пакостник, но не врун. Даже с Ди они только воюют, дерутся, но никогда не клевещут друг на друга. Так что-то, что Диафи плачет ночью, этому верить было можно. Я переглянулся с Яко и мы молчаливо, одними только глазами, сговорились. Все же, как бы ершисты не были наши отношения, но обижать его никому не позволим. Хоть он скорее всего сам нарвался, но это не отменяет самого факта! Сегодня у нас в школе нет занятий, белые дни, этакий ежегодный праздничный настрой перед самыми суровыми сплошными экзаменационными реалиями. Белые дни являются всеобщими выходными днями в размере пяти, после которых принято браться за работу усердно, за учебу основательно и подтверждать на малых экзаменах свои знания. Поэтому я не иду в школу, а у Яко выходной. Отец нет, он работает в больнице, поэтому выходных дней на Белую Пятерку у него нет. Па…ну он мешать нам не будет. Сам вон брови хмурит, раздумывает как подойти к нервному сыну, да так, чтобы тот рассказал ему, а не закрылся и защищаться начал. Это был бы провал, так считает па, отец так считает, и поэтому мы, братья-альфы, пойдем на таран, подставляясь под первые удары. Вышли из-за стола и вдвоём идём, Химесу щелбан, чтобы не мешался. Я посигналил Па взглядом, и он с пониманием кивнул головой. Слышу за спиной недовольное сопение от младшего, но извини мелкий, не сегодня. От па ему не сбежать и нам не помешать. Проходим расстояние до комнаты младше-старшего братца, бесцеремонно входим и запираем дверь. Диафи удивился, потом нахмурился, приподнявшись на локтях, лёжа на кровати. Яко прошел, оседлал стул и в упор уставился на него. — Рассказывай. — Что? — Ди смотрит не понимая, удивлен и даже растерялся. — А то, из-за чего ты ночи на пролет слезами подушку свою заливаешь. — Яко сощурился, — или ты будешь все отрицать и свой сбитый цикл на простуду валить? Ди перевёл взгляд с Яко на меня и не нашел поддержки, потом опять посмотрел на Яко. — Тебе-то какое дело? — начал защищаться он, так как видно было, ему неприятно говорить об этом. Вновь лег на спину и уставился в потолок. — Ну, хотя бы потому что я твой старший брат. — Яко вздохнул, осмотрел его и покачал головой, начав говорить, — знаешь, а ведь я не заметил. Ты изменился, стал более угрюмый, недовольный, как если бы тебя некто интересный очень хорошо обидел, но ты гордая пташка, решил по ночам выплескивать, а днем ни-ни, силу проявляя. — Яко, это не твое дело. — Устало отозвался Ди прикрывая глаза. — Почему? — вырвалось у меня, избавляя старшего от банального вопроса. — Потому что касается только меня. — Ди, сбитый цикл касается не только тебя, но и нас. Это значит, что ты заболел, а мы, — Яко обвел рукой дом, — не любим ни сами болеть, ни что бы наши близкие болели. Сейчас простой сбой примерно на три-четыре дня, а завтра родовой мешок отвердеет, а после завтра что, операция? — Не боись, — саркастически усмехнулся Диафи, — неудобства не доставлю. Ну все, достал! С рыком подрываюсь и к нему, дергаю с кровати ставя на ноги и сжав плечи, хоть он и старше, но ниже меня, после чего выдыхаю раздраженно: — Живо все рассказал! Кто. Когда. Где. Почему?! ЖИВО!!! Диафи не ожидал от меня такого и даже испугался, но я не дал ему уйти в улитку слабой особи рождающего типа, которая своими страхом-слезами-обидой, способна сильного альфу так свернуть и так наизнанку вывернуть, не дотрагиваясь и пальцем, встряхнув посильнее. И он рассказал. Все было банально — Ди вёл охоту. Когда мы узнали, то чуть там же не заскулили на пару с Яко. Парень, за которым Ди бегал, должен был пойти на военную подготовку. Ди обвивался вокруг него, а все те слухи, что у него по три-пять партнеров в кармане, были лишь слухами. Он ими крутил, даже иногда позволял надеяться и когда дело доходило до ответственного момента, просто посылал куда подальше. Конечно же парень слухи все эти слышал и даже пару раз видел Ди с кем-то на свидании. Почему Ди допускал рядом с собой кого-то еще, он объяснил просто: тот, на кого он вел охоту, был в паре. И все эти похождения были лишь попыткой перебить зверю его интерес к самцу. Но, ничего не получалось. А потом, примерно через пару недель до нашего отъезда, парень ушел на службу. И что самое любопытное было: Диафи ни разу не провел с партнером течку, так как интересующий его партнер был занят. Он никого не хотел и тайком пил препараты. И сбой сейчас идет именно из-за этого. Конечно же Ди просил нас молчать, но Яко покачал головой и вышел из комнаты. Через пару минут вошел Па, меня выставили при этом. Думаю, что сейчас течка пройдет под таблетками, а следующая в центре, если Ди так решительно не желает никого к себе подпускать. В центре с такими случаями работают и рождающий до момента ухода в забытье даже не видит партнера. До вечера мы ощущали, как из комнаты Ди идут волны негодования, но психов не было. Па разговаривать умеет, когда знает всю глубину причины сложившейся ситуации, и мы ему противиться в принципе не можем. Химес запросился погулять и был милостиво отпущен с наказом ко времени Х явиться. Мелкий фыркнул, но заявил, что на минуту ранее вернется. Яко удрал на свиданку, так как уже отыскал себе интересного партнёра. А я…ну, а что я? От меня удрали, и я даже не знаю где он живет. Если бы знал, обязательно пришел бы, получил скорее всего нагоняй и был бы прогнан, но все же обозначился и был бы рад от этого. Диафи пустился к обеду вниз, принципиально со мной не разговаривал, словно именно я виноват во всех его недугах. Ну оно и понятно — еще никогда его не пугал на правах сильного самца. Вот он и злится, мол я младше, а его заставил себя ощущать слабым на моем фоне. Ну да ладно, плевать. Главное мы знаем причину его недомогания и это в скором времени разрешится. Подуется немного, потом поймет, что так делать не надо и за здоровьем следить нужно лучше. В дверь позвонили. Плетусь открывать, так как меня погнали сразу оба рождающие: один ласково довел до моего сведения, что мне бы не противиться, а второй рыкнул, что раз я самец, то и самая сложная задача для моего мозга будет решаться мной самим. В общем, меня послали тактично и не очень открывать дверь. На второй звонок я добрался до этой самой двери и открыл ее. На пороге был молодой парень, старше меня года на четыре или чуть больше. Довольно симпатичен, смуглый, темные волосы и заинтересованно смотрит, приветливо и…он незримо тянет носом воздух, явно хочет кого-то унюхать. — Здравствуйте. — Произносит это новоявленное чудо. — Привет. — Киваю ему, так как смутно что-то мне его образ знаком, но вот откуда, понять не могу. — Могу я поговорить с Диафи? Он дома? — А ты кто? — Друг. — Мягко говорит он и расплывается в улыбке, а взгляд плывет мне за плечо. — Ди, привет. За спиной с шумом вдох-выдох и на мое плечо ложится рука брата, который непроизвольно когти выпустил. Я уже хотел его отругать, но стоило только посмотреть на его лицо, и я все понял. Герой его не начавшегося романа. Хмыкаю, делаю шаг за порог, дверь за собой прикрываю, а вот Ди за ней оставил, оставшись наедине с этим образчиком не спокойствия и тревог моего брата. Уставляюсь в глаза этого хэроя и с улыбкой маньяка-убийцы начинаю разговор: — И что же тебе, друг, тут понадобилось? Он откровенно удивлен, даже слегка отступил, но не на полный шаг, а так, едва обозначив. — К Ди приехал. — А зачем? Ты ведь у нас в паре, службу служишь, зачем ты к моему брату приперся? — уже рычу, еще немного и драться кинусь — клыки полезли, и только дернись я их применю. — В паре? — хмурится. — Кто такое сказал? — удивленно таращится, а я начинаю заводиться на «сука язвительная». — А то нет? Или Ди так просто от тебя отстал, когда полноценную охоту вел? — Охоту? На меня? — удивлен и…он рад! — Я тебе щас рожу начищу, сиять будешь. — Вкрадчиво произношу и уже поднимаю руки, дабы к делу приступить. — Стой! Стой! Стой! — вскидывает руки в защиту, — погоди! Тут какая-то ошибка! — Да неужели? — делаю шаг вперед и частично снимаю с себя морок, мой таури плотоядно ощерил пасть. — Да погоди ты! — выдает он серьезно и тут же снимает часть с себя, показывая своего зверя. — Я не в паре, я чист, и кто такое сказал Ди, не имею ни малейшего понятия! Смотрю на его кошака, а ведь и правда, чистый. Даже если бы он был в паре, а потом по какой-то причине она распалась, след остался бы. Но следа нет. Девственно чистая аура на предмет пары. — Интересно, — едва кошу взглядом в сторону двери и вижу, что ее слегка приоткрытой держат. — И что же ты тут делаешь? — У Ди скоро цикл, а мне дали разрешение. В первый, когда вы уехали, меня не отпустили бы. — Он косит взглядом в сторону двери, где две любопытные мордахи следят за разборками самцов или за попыткой одного накостылять другому, но как оказалось и не за что. — А если он нашел себе пару? — Нет, — качает головой, — он не такой. — Ди, может хватит уже подглядывать? — повернулся я к двери, так как дальше делать из себя идиота вдруг вставшего на защиту братца как-то не тянет. Дверь приоткрылась и появился виновник мелкой словесной перебранки. Смотрю на него и вижу то, чего раньше никогда не видел: Диафи нервничает. Он истерит, кричит, дерётся, ругается, но никогда молча не ждет что будет. А вот тут иной случай. Да, этот парень ему реально очень сильно нравится. И не только ему, но и его зверю, а это уже гораздо более серьезная ситуация. Зверь выбирает партнера только для зачатия. Зверь духа, наш напарник, защитник и спутник души не знает, что такое удовлетворение тела и секс ему вторичен. Зверь выбирает партнера для создания кокона будущего котенка, и если он выбрал, то человеку только и остается подчиниться. Спать можно хоть до посинения с кем и когда хочешь, а вот ребенка сделать можно только если звери хотят этого друг от друга. Есть, конечно, насильно зачатые, когда сильный самец ломает рождающего, но тогда родившийся ребенок никогда не станет счастливым обладателем сильного зверя…если вообще родится, а родившись его щит будет правильно свит. — Ди, — парень обходит меня, тотально игнорируя, но мне уже все равно. Я покачал головой, после чего плавно утек за дверь, смотреть на их разборки не хочется. Па еще следит, но уже так, чисто на слух. А ведь эти двое выясняют отношения. Лично я услышал обрывок разговора, в котором самец обругал Диафи идиотом и посетовал на то, что цикл сбился, ведь это нарушение. — Вот сейчас эти две горячие головы придут и заявят, что идут гулять. — Па материализовался рядом со мной на кухне, где я лично искал чего бы засунуть в рот. — И после этого пойдут куда-нибудь в дешевый отель, откуда вылезут только под конец течки Ди. — Думаешь? — смотрю на него, а сам жую что-то мясное. — Да уверен. — Па вздохнул. — Ну, может им намекнуть про наш домик? — спрашиваю и вижу, как на лице па отражается реальный выход из положения. — И там, как раз был запас. Или по дороге прикупят. — Па заулыбался. — Думаешь? — я лишь скептически покачал головой. — Па, этот парень узнал, что Ди фортели тут выписывает, брошенку из себя строит. Не, он его заберет себе, пометит и покрыть попытается. — Нельфер! — рыкнул па. — А я не прав? Ты ведь сам видел и слышал, как парень на Ди отреагировал. Кто на кого охотился ещё надо будет разбираться. В итоге па призадумался, а эта пара голубков реально прибыла и завуалированно начала гнуть на то, что надо парня разместить в городе, пока он на увольнительных. Па, поманив сына к себе, шепнул на ушко о домике, за городом, на природе и рыкнул довольно слышно, но еще имитируя шепот, что изделия должны быть. Ну, если Ди залетит, меня это не огорчит. Парень, скорее всего, будет только на увольнительные кататься, как будущий папаша, а не службу проходить. Первое время раз в неделю, потом ему выпишут увольнительные до того срока, как будет свит каркас кокона малыша. Ну это в перспективе и, если, самец все же решит сделать Ди своим полностью, а тот сироп, что братец пил, не завершит свое действие до окончания игр, то будет у меня племянник. Мы с Яко вышли прогуляться. В кои-то веки старший решил меня выгулять. У него вечеринка где-то была, а я так, довесок. И ведь хитро щурится, я же отказаться хотел, но меня вытянули и ничего объяснять не стали. В общем, оделись как подобает — Яко этакий мачо, а я так, парень с нашего двора. Ничего такого в глаза бросающегося, просто рубаха поверх белой футболки, темные штаны и кроссовки. На голову кепку и плевать что Яко весь такой разодетый, пусть и во всем черном, но крой одежды шикарный, плевать что косит на меня недовольно. Мне не интересна вся та толпа гостей, ведь мой интерес где-то сейчас находится и что-то делает, а я не могу его заставить обратить внимание, немного покрасоваться перед ним, почувствовать его запах…как только думаю о нем, сразу всплывает его образ в момент цикла. Он такой…не описать… Пришли мы к дому, не к квартире, а к дому, где была туса. Молодежь, что часто кружит рядом с нашей школой, несколько своих знакомых увидел. С кем-то я приветливо обменялся кивками, кому-то руку пожал. Яко привел меня, передал на другие руки и утек. Вот…нехороший человек. Я прошел в дом, поболтал с кем-то и после этого понял, что брат мне такое одолжение сделал, какое я ему вернуть не смогу. Я увидел его! Быстро обтекаю всех и материализуюсь рядом. — Привет Неби. — Мурлычу на ушко, и он вздрагивает, поворачивает слегка лицо. — Что ты тут… — и замолкает. — Брат вытянул на вечеринку, — киваю головой в сторону, откуда слышен его голос. Неби переводит взгляд и безошибочно видит его, во всем черном. Он беззвучно выругался, покосился на меня. — Ты ведь не отстанешь? — спрашивает мое чудо. — Нет. — Я слегка отстранился, засунул руки в карманы. — Ты давно здесь? — Нет. — Мы только пришли, а этот засранец сбросил меня на незнакомцев и рад стараться обихаживать кого-то. — Театрально вздыхаю, что сокрушен таким поведением брата. — А ты здесь один или тоже пришел с кем-то, кто тебя передал в чужие руки, а сам утек? — И как ты догадался? — сарказм из его уст, он тоже волнует все мое нутро. — Да просто предположил. — Пожимаю плечами. А дальше мы болтаем о всякой чепухе. Просто и расслабляясь с каждой минутой. Затем стало весело, так как за дело взялись балагуры, о которых Неби выразился не очень лестно. В итоге мы даже потанцевали, под дружные хлопки и крики и бурные эмоции тоже танцующих и веселящихся. А потом я его утащил в темный уголок, прижал к стене. — Что, рад? — рыкнул Неби, сверкнув глазами. — Есть такое. — Слегка наклоняюсь, дабы приблизиться к нему. — Ты что пил? — хмурится он. — Нет. — Вжимаю его в стену, голову кладу ему на плечо. Как же вкусно он пахнет, аж до мурашей по всему телу. — Неби, ты ушёл ночью, а я даже не знаю ни твоего номера, ни где ты живешь. — Поднимаю голову и заключаю его лицо в свои ладони. — А если бы ты попал в неприятности? — Ты забываешь, что я таури. — Убирает мои руки со своего лица, а я не сопротивляюсь, позволяю ему освободиться, дабы дать то самое нужное ощущение права выбора. — Неби, ты был ослаблен, и не говори мне, что не ощущал слабость, не поверю. — Смотрю в полумраке в его глаза и вижу, что он нервничает. — Ты меня боишься? — Нет. — Смотрит упрямо, а у меня камень с души упал. — Тогда, зачем ты сбежал? Так было противно, что именно я? Или ты просто не захотел видеть меня после всего? Молчит, явно я почти у цели. Скорее всего он просто смутился или ему было стыдно, что столько времени меня от себя гонит, а в течку пришел именно ко мне. Но я не хочу слышать именно этот ответ. Знать, что ему стыдно со мной спать…это больно. — Не знаю. — Почти прошептал он и я чуть не проворонил ответ. — Неби, — ласково провожу пальцами по его щекам, вновь захватив его лицо в свои ладони, — я хочу поцеловать тебя. Можно? — Зачем? — смотрит на меня, а глаза…тону в них. — Ты мне нравишься, я охочусь на тебя, и, — наклоняюсь ближе, — если я тебе не противен, почему бы и нет? Можно? Минуту. Он думал целую минуту, лихорадочно и сглатывая. Ведь если он разрешит, то это поощрение. Даже то, что его зверь пришел ко мне в момент течки ничего не значит. Охоту открывают не только на зверя, но и на человека. В течку зверь ищет партнера, но вне нее это не есть реальный плюс — без течки Неби может опять атаковать меня и не остановится. Он может искать партнёра из десятков сильных котов, перебирать их, играться и в итоге послать всех куда подальше и встать в пару с тем, о ком мы вообще ничего не будем знать. Но сейчас, если он разрешит, то это будет моим личным плюсом… Я вжался в него, руками исследовал спину, прижимал его голову и жадно, можно сказать даже неистово целовал-терзал его губы. Мне разрешили, мне позволили. Этот поцелуй завел нас обоих, но дальше я не пошел. Если сейчас не остановиться, то Неби будет думать, что я ненадежен и мне надо только одно. У меня другая задача — его доверие мне. А это значит, что волю в кулак, облизывая его губы, после чего слегка отстраниться и подождать, когда все уляжется. — Почему остановился? — спрашивает он, а у меня рвет башню, но я держусь. — Моя цель ты, а не секс. Неби, это разные вещи. — Да? Твой дружок не согласен с тобой. Я чуть не прикусил себе язык — его рука до меня дотронулась. С шумом выдыхаю, матерясь про себя, ведь я тут пытаюсь успокоиться! — Неби, — простонал я, так как его ручонка массирует меня. — Что ты… — Молчи. — Рыкнул он и куснул меня в шею. — Руками упрись в стену. Я едва успел сделать что просили и тут же ощутил, как его пальцы проникли за ткань, обхватили меня, слегка сжимая. Зарычав сквозь сжатые зубы, уткнулся ему в плечо. Ласка, которой подверг меня этот искуситель…я даже представить себе не мог, не то чтобы подумать о таком. Дышал я жадно, вспотел и был готов взвыть от кайфа, что дарила мне его рука, а еще осознание того, что именно он сам, без моего наставления или хорошо спланированного пошагового руководства, сделал для меня. Когда оргазм прошил меня до затылка и растекся по телу, я едва стоял на ногах. Благо уткнулся ему в плечо и не застонал в голос. Еще мелко подрагивая, возвращая себе ясность мысли, пытался проанализировать случившееся. Ведь он был крайне недоволен моим появлением, был даже рассержен и вел себя настороженно. И тут такой подарок. Он меня принял или это игра, которая мне не понравится? — Неби, — шепчу ему на ушко и отлипаю от него, заглядываю в глаза и присасываюсь к губам. Плевать, если укусит. Плевать. Я ему благодарен, и ласкаю его губы, посасываю, покусываю, зализываю место, где до этого оставил ранку. — Дурак. — Шепчет Неби и в его голосе новые для меня ноты, новая интонация от которой можно улететь. — Ага. — Киваю головой. — Еще какой. А еще ревнивый, эгоистичный, сварливый и слишком много думаю. — Улыбаюсь, глядя ему в глаза. — Если это все твои лучшие качества, то я боюсь спросить про худшие. — Хмыкает, а у самого глаза… — Неби, я ведь тоже могу, — опускаю руку, но меня перехватывают. — Не хочешь? Он отводит глаза, сглатывает. Потом переводит их на меня, и я вижу нерешительность. — Хочу, но не здесь. — Тогда, — боюсь спугнуть, почти шепчу, — покажи где. Дальше мне было велено привести себя в порядок, а после этого мы тихо ушли с вечеринки. И как только нас не застукали в этом углу, я не могу понять. Неби вышел на задний двор, прошел до калитки и вышел на дорогу, я следом. Мы перешли ее и вошли во двор небольшого домика на один этаж. Неби достал ключи из куртки, открыл дверь, и я судорожно перевел дух. Молча, дабы не спугнуть, иду за ним, разуваюсь и снимаю куртку. Комната, куда меня привели, он пропитана ароматом моего омеги. Я это понимаю и изумленно осознаю, что меня привели домой. Неби замер посередине комнаты, явно нервничает. А мне так светло и тепло на душе, что хочется заорать во весь голос. Но нельзя, напугаю. Вместо этого подхожу к нему со спины, медленно руками беру его руки, поднимаю и свожу спереди, обнимая при этом. — Боишься? — шепотом на ухо. — Да. — Если не хочешь, ничего не будет, только если мы начнем, я, скорее всего, не сумею остановиться. Даже если ты будешь умалять меня. — Прижимаю его к себе, давая понять, что я дико возбужден и мой «дружок» в полной боевой готовности. — Со мной придется драться, я же перестану соображать из-за тебя, такого вкусного и дурманящего. — Говоря все это я уже непроизвольно потираюсь щекой о его шею, глубоко вдыхаю его запах, в голосе уже слышны мурлычущие нотки, так как мой зверь нетерпеливо кружит по своей обители. Неби замер, ощущая попой мое возбуждение. У него участилось дыхание, он сглотнул, и я едва ощутимо расслышал, как облизнул губы. А потом он поводил бедрами, дразня. — Неби, — почти взмолился я. — Нельфер, — сглотнул, и я это услышал, — я ни с кем между циклами…никогда. — Можно? — отпускаю его руку и своей свободной поворачиваю голову так, чтобы хоть чуть-чуть видеть его лицо. — Да… — шепотом отозвалось мое чудо… Весь процесс был слегка нервным, для Неби даже болезненным. Хоть я и старался, но мой размер… В общем чтобы он расслабился и хоть что-то получил, мне пришлось приложить титанические усилия. И в итоге Неби все же получил то, что получил и я. После этого мы уснули. Устали оба, и о душе оба забыли. Я проснулся рано утром и с ощущением, что рядом мой котик. Лежу и глупо улыбаюсь. Неби спит ко мне лицом, закинул на меня ногу и руку, прижавшись лицом к плечу. Собственник. А у меня все внизу в интересе. И я хулиганю. Медленно просунул руку под его ногу и нашел интересное местечко. Плавно обхватил пальцами, начал массировать, заставлять проснуться. Когда его глаза открылись, а голова поднялась и в недоумении на меня уставились ясные глаза с которых слетела сонливость, я перевернул его на спину, впился в губы, гася всякое сопротивление в зародыше. Ну, а дальше только руками, ласково и заставляя сдаться. И он сдался. Застонал, ноги согнул в коленях, чуть сжал меня, позволяя ласкать. После столь сладкого пробуждения Неби был более чем благосклонен к моей персоне. Правда юркнул в душ первым и мне запретил. Сказал, что пока я там буду зависать он чаю согреет. Я не стал спорить или напрашиваться с ним, вдруг вообще прогонит. В итоге он вышел из душа укутанный в махровый длинный халат и мне указал на дверь, сообщив, что там есть полотенце и еще один халат. Душ я принял быстро, почти не задерживаясь. Вытершись, покосился на халат. Не люблю их и никогда не любил. Обмотал полотенцем бедра и вышел в коридор. Вышел и замер. Неби таращась на меня, замер и даже притаился. Ну, а я что? Красуюсь перед ним, даже самодовольно улыбаюсь. Делаю шаг, и он отмирает, хочет отступить, но куда уж там! Поцелуй, вжать его в себя до хруста костей, облизнуть его губы и отстраниться, заглянуть в глаза…да, это теперь моя тактика, которая работает. Он реагирует не так как в начале охоты — он начинает сдаваться, принимает меня. И я вижу, что начинаю ему нравиться не только своим зверем. Неби моргает, совершенно не понимает, что на меня нашло. Потом толкает меня, что-то проворчав и сообщает, что еда готова, но мне лучше одеться. Я не стану с ним спорить, тем более что мне нравится, когда он улыбается. И ночью, когда мы делали это, он чуть не заплакал, а у меня чуть все не ухнуло вниз — я действительно испугался, что сбил настрой и все мои шаги улетят в Бездну только потому, что Неби со мной не понравится. Смешно сказать, начиная охоту, я начинал ее за омегой. А вот сейчас вижу перед собой Неби, и хочу именно его, а не омегу. Кажется, я влюбился. Пришли чувства после азарта охотника. Я хочу больше — я хочу всего Неби, не только его зверя. Еще не знаю и не уверен полностью, но азарта охотника здесь точно нет. И, если, Неби подпустил меня не потому что я сильный самец, то я самый счастливый человек на свете. Потому что если он сделал это только из-за силы самца, то мне предстоит проявить перед ним все мои качества, как человеку, и доказать, что я не только самец, но я еще и «Нельфер». Мы покушали, причём Неби пытался делать вид, что все нормально и ночью ничего не было, равно как и утром. А я, странным образом понимаю все, что он чувствует сейчас. И когда у него из рук что-то начало валиться — он отошел взять вазочку с конфетами — понимаю, что надо бы мне сделать нужную вещь. Плавно встаю, подхожу к нему, обнимаю со спины. В ответ он даже вздрогнул. — Неби, тебе понравилось ночью? — спрашиваю, специально не глядя в глаза, ведь так намного легче — и ответить правду, и соврать. — Я не знаю…все так…я не знаю, что делать. Сам пригласил и… — Неби, — шепчу ему на ушко, — все хорошо. Не знаю почему, но я понимаю, что именно ты сейчас чувствуешь. И это нормально. Повернешься ко мне? — слегка расслабляю руки, давая ему право решать самому, как вчера, когда он решил разрешить мне себя взять. Минуту он думал, потом повернулся. Глаза на уровне моей груди, но не страшно. Ему неловко, и он просто не знает, о чем говорить со мной. Приподнимаю его голову за подбородок и легонько целую. Затем аккуратно прижимаю к себе, как если бы успокаивал. Меня в ответ обнимает, прижимается. — Я могу и дальше ухаживать за тобой? — шепотом в самое ушко, дабы раззадорить его. — Как будто тебя останавливали мои отказы. — Хмыкнул мне в ответ. — До вчерашнего это была охота, почти у бескрайней стены. Сейчас здесь есть дверь, и я могу постучаться в нее. — Где ты таких фраз нахватался? — поднимает голову и смотрит мне в лицо. — У меня жутко увлекающийся соблазнением рождающих старший брат и я фактически вырос на его эпитетах. Только он никогда на охотился, а я вот нашёл того, кого хочу видеть своей парой. В ответ на меня уставились в изумлении. Потом покачали головой. Я лишь ухмыльнулся и впился в его губы. Меня не прервали. Даже когда я стал откровенно его лапать. И мою наглость оставили без внимания, даже когда я оттеснил его к комнате, когда раздел, когда начал готовить. И вот я в нем, в ответ стон и пальцами вцепившись мне в руки, когти выпуская. Все еще больно. Выхожу, переворачиваю его на живот, продолжаю массаж рукой. Обильно смазываю пальцы, смазываю себя и начинаю медленно и поочередно погружать в него то плоть, то пальцы. Неби выгнулся на один из толчков, но я не услышал в его голосе боли. Поняв, что попал куда надо, продолжил и вскоре он дышал жадно и шумно, а я размашисто овладевал им. А когда узел завязался, придавил его к кровати, переплел пальцы и едва заметно прикусывал его холку, слушал его и давал услышать себя. Когда все прекратилось, медленно слез с него, укрыл. Неби отключился под конец вязки особо сильно выгнувшись и застонав в голос, не сдерживая себя. А я услышал свой телефон. Осторожно встал, взял трубку и вышел из спальни. Звонил Яко. Я быстро ему высказал благодарственную речь и попросил отмазать от родителей. Скрывать я не собирался, но сейчас не надо бы мне мозгомоя. Тем более, что я не имею ни малейшего понятия, где семья Неби. Секс у нас регулярный. Так получилось, что в семье Неби только родитель. И он работает по командировкам. Неби часто оставался дома один. Я с его родителем встречался, мы поговорили и мне сообщили, что если поступлю некрасиво, то мне будет не очень приятно в итоге. Я не стал углубляться в то, что же сделает его родитель, но по словам Неби, он хуже Химеса, а мой братишка та еще мстительная душонка. В школе я не показываю, что уже добился расположения Неби. Также бегаю за ним, также веду себя. И если он чуть благосклоннее себя ведет со мной, то это выглядит естественно. Сам Неби достаточно серьёзен, поэтому ему труда не составило вести себя точно также, как и до нашего фактического соединения. Зато после школы я все чаще и чаще провожу время у него. С некоторых пор подготовка его тела перед самым сладким перестала занимать так много времени, но я бы и дальше готовил его, слушал и облизывался. Все же, Неби мягонький, а когда я начинаю его мучить, он так бесподобно реагирует, что хочется помучить его еще больше. Причем не до обиды мучить, а заставить томиться, жаждать, даже иногда просить. В пылу страсти он иногда неосознанно начинает просить, неприличные такие просьбы, но они так возбуждают…мрррр… Вот, например, сейчас, после игр, он спит, ведь я измотал его. Поглаживаю оголенное плечо, слушаю как ровно его дыхание и балдею от этого. Наверное, я фетишист и мой фетиш это Неби, весь целиком. А может это просто после игр, когда мы так расслаблены и довольны, не знаю. Думаю, что сегодня я это сделаю. Жду покорно, когда он проснется, поглаживая его по спине. И волнуюсь страшно. Ведь…он же может отказать. Уж лучше бы мои страхи никогда не проявились. Ощущаю, что под рукой заходили ходуном плечи. — Щекотно. — Шепчет Неби. Я лишь улыбаюсь, придвигаюсь ближе, и укладываю голову не его плечо. Медленно, крайне осторожно выпускаю нить пары и предлагаю щит защиты, как паре. И жду. Затаившись. Если откажет, это будет очень больно. Но покорно жду, что же решит мой Неби. Он резко поворачивается на бок, сбрасывая меня с себя и заваливает на спину. — Дурак! — рычит и впивается в мои губы, а его зверь ловит нить. У меня фейерверк и свистопляска в чувствах. А потом я чувствую, что он не просто на мне сидит, я нахожусь в нем. Неби выгнулся, застонал и медленно повел бедрами, вызывая мурашки, заставляя пялиться на себя. И я пялюсь, сглатываю, а потом обхватываю его руками за бедра. Мой… Неби МОЙ! Взрыкиваю, перехватываю его за талию, заваливаю на бок и подминаю под себя. Дальше неистовство и безудержная страсть. И я забыл, что на мне нет изделий. Забыл, забылся и пометил его. Но Неби не пресёк, он был где-то далеко и когда узел уплотнился, зарычал, зашипел и поцарапал мне руки, укусил куда-то, ногами обхватил за спину… Я очнулся только к вечеру. Неби обрабатывал свои метки на моем теле. Довольно глубокие. — О, проснулся. — Ехидно произнес его родитель. — А я уж думал, что Неби тебя заездил в-у-смерть. — Добрый день. — Выдавливаю из себя, а в ответ смешки. — Уже вечер, любовничек. — Родитель покачал головой. — И так как ты теперь почти что зятек, я тебе говорю первый и надеюсь ты отнесешься с пониманием — котенка делать будете только после службы в армии. — Па! — возмутился Неби, явно не из-за запрета, а из-за того, что ему не доверяют. — А что я такого сказал? — скрещивает руки его родитель. — Ты в течку вообще личность невменяемая, молодая и горячая. Ответственность по зачатию всегда лежала на плечах самца, тем более он альфа. Поэтому я и говорю это сейчас и при вас при обоих. Пять лет вполне нормальный срок, чтобы притереться друг к другу и перебеситься, если уж на-то-пошло. Потом разлука из-за службы и станет ясно — нужны дети и вы сами друг другу или все это юношеская игра гормонов. — Я вас понял, — киваю ему, потому что и сам сейчас не хотел бы малыша. Я просто еще не готов, не справлюсь. И не потому что еще учусь, а из-за того, что плохо контролирую передачу малого потока таку сил, на уровне передачи канала к зверю. С четырнадцати нас учат передавать силы, контролировать остроту потока. Так как я однополярный, то есть никогда не смогу зачать и выносить котенка, то мои силы имеют острые грани и, если я не буду ограничивать их, сам срезать углы, рождающему рядом со мной будет очень и очень трудно в период беременности. И как куратор говорит, мне учиться еще долго, примерно года три-четыре. Так что слова родителя Неби частично скрывают мою бездарность в контроле внутреннего потока передачи таку сил, и я ему благодарен, что он фактически вызвал огонь на себя. О том, что мы теперь пара, школа узнала моментально, стоило только одному из нас переступить порог. Могу только сказать, что Тайнес был очень и очень рад. Затем он шепотом поинтересовался, как и когда я уломал ледяного омегу. Я лишь ухмыльнулся и оставил вопрос без ответа. Не вашего ума дело, когда я распробовал моего Неби. Это только мое. Никому не позволю, он только мой. Семья была рада, особенно отец. Я сумел довести охоту до логического конца. Как только они увидели метку, быстро в руки отца передали, на разговор. Он мне сообщил те же слова, что и родитель Неби. Я его успокоил и сообщил, что мой куратор обеспокоен тем, что у меня не выходит контролировать поток и возможно я буду намного дольше тренироваться. Отец только кивнул головой и пожал руку, что не осрамил альф и благополучно завершил охоту не травмировав того, на кого собственно эту охоту и открывал. Было очень приятно. Сейчас, а это под конец года, проведя Неби ещё через две течки, мы строим планы на будущее. В частности, где и кем работать, ведь ознакомительная часть по профессиям была и теперь мы перейдем на непосредственное получение профессий. Неби тянется к чему-то гуманитарному. В разговорах проскальзывает, что он бы получил профессию учителя. А меня тянет куда-то выше, в дело или спорт. Неби смеётся и заявляет, что таури принципиально плавать идут отдельной категорией, так как для остальных ипостасей мы сила на голову превосходящая в водном спорте. Ну да ладно, выбор профессии не критичен. У нас много мест, много интересного и много требуется специалистов. Молодым дороги открыты, просто потому что молодые не боятся оставаться на месте. В классе как всегда все в сборе, разговоры и прочие мелочи. Куратор в школе гоняет кого-то несдержанного и его эманации сил ощущаются отсюда. Всполошили всех рождающих, ведь всполохи довольно сильные. А я украдкой покосился на Неби — он проигнорировал все эти волны и пишет конспект. У меня от сердца отлегло — я победил. Силы, идущие от альфы, взволновали бы даже его, не будь он уверен, что я тот самый самец, который ему нужен. Урок подходит к концу, учитель морщится, ворчит себе под нос о молодости и несдержанности. Я с ним согласен. Желаешь подраться — не тревожь всех вокруг. То, что силы используются в драке я ощущаю отсюда, а вот то что эти силы могут спровоцировать у более слабых рождающих спонтанную течку ни есть хорошо. Я бы драл уши обоим драчунам. Правда… Непроизвольно оголяю зубы и тихо рычу. — Нельфер? — учитель удивленно смотрит на меня, так как я даже встал. — Что такое? — Извините, — быстро встаю со своего места и к окну. Внизу натуральная драка. И она не нравится мне. И не потому что дерется с куратором несколько довольно сильных самцов, а потому что их потоки только крепчают. — Может ты займешь свое место? — поинтересовался учитель. — Угу. — Киваю головой и тупо открываю окно, перетекаю и вниз. Плавно приземлился и в несколько быстрых скачков оказался рядом с дракой, на полную врубил щиты, ограничивая потоки, перехватывая их и задавливая со всей силы. Пробил драчунов по щитам, не касаясь физически. Издаю рык старшего в иерархии, и все драчуны непроизвольно припадают на передние лапы, головы в пол…с легкостью ограждаю куратора от влияния, и он удивленно смотрит на меня в образе своего истинного зверя — черный скиталец. Вижу за бухнувшимися на землю тремя тушками шаки. Тайнес лежит и прерывисто дышит. Это ни есть хорошо. Его ранили, причем профессионально. — «Аккуратнее с ними.» — Куратор отступает в сторону Тайнеса. — «Кто такие и откуда?» — спрашиваю, а сам вбиваю в них поток нескольких сотен тысяч таку, дабы перебить всякое сопротивление, в тот же момент собираю своим щитом потоки их сил, не давая им распространиться дальше определенного радиуса моего умения. — «Не знаю.» — Куратор перетек и довольно легко подхватил Тайнеса взваливая себе на плечо. — Били его энергетически. Я прибыл, когда он упал. Эти кинулись уже на меня. Удержишь? Сейчас остальные подтянутся. — «Удержу.» — Уверенно киваю, так как именно удержание у меня выходит лучше всего. Жаль, я еще не служил и не всеми своими силами владею в полной мере, иначе им бы пришел конец. Эти три кошака довольно сильны и прибыли по душу Тайнеса, даже гадать не надо. Куратор стал для них неприятным сюрпризом, так как все знают его иную ипостась не как скитальца, и она очень слабая официально. Но вот наличие меня…я аж всем существом наслаждаюсь их потаенным страхом младшего в иерархии перед его правящей вершиной. Конечно я не марашат и не кумар, но здесь даже мако не может противиться воле моего зверя, если он возжелает установить свою территорию. — Все, парень, можешь отпускать. — Раздалось сбоку, но никто не подошел и тем более не тронул меня. Я лежал, уставившись на свою добычу, глаза, наверное, блестели азартом, ведь с каждой секундой вся троица пропитывалась страхом, реальным. Но, поигрались и будет. Я чувствую свою пару, которая смотрит на меня из окна. Сейчас просто идеальный момент покрасоваться не только силами, но и выдержкой. Плавно сажусь и позволяю кураторам вклиниться в поток моего щита, перехватить их пузыри силы, после чего потихонечку отпускаю тушки, позволяя мако вцепиться в их энергетические холки своей звериной пастью. Как только контроль над тремя буйными был у взрослых, я без зазрения совести грозно рыкнул, получив одобрительный хмык от всех кураторов школы и плавно развернувшись пошел к зданию школы. Ну, возвращаться тем же путем в класс не буду. Итак, слишком много пафоса было с экстренным спуском. Но там была ситуация, в которой я ощутил угрозу. А так как тут моя пара, а эти три индивидуума могли выбросить в пространство атакующие потоки, пусть и едва ощутимые, но они были бы атакой, мне нельзя было ни игнорировать, ни медлить. Если бы они задела Неби… тогда я бы не остановился. Даже если бы этот поток никакого вреда Неби не причинил, он был бы все равно атакующим. А для меня это равносильно вызову на смертельную дуэль — я буду защищать свою пару до тех пор, пока дышу. И это невозможно изменить. Вхожу в школу, иду сдаваться, так как прервал урок. Да, ситуация была неприятная, и где были остальные кураторы неизвестно, но факт, что я нарушил дисциплину, он никуда не денется. По какой причине — это отдельная тема. Я все равно считаюсь нарушителем. Подошел к кабинету, постучался и открыл дверь. Сделал шаг внутрь и прозвенел звонок. — Нельфер, это было так необходимо? — спросил учитель никому не позволив встать с места. — Извините. — Я серьезно спрашиваю! — рыкнул учитель. — Ситуация была настолько серьезной? — Могла бы быть. — Я посмотрел на Неби и затем вернул взгляд на учителя, — когда взял их в щит, почувствовал уже готовую площадную атаку. Слабую, но ее бы хватило спровоцировать всех альф, кто в паре или только ведет процесс ухаживания. Я и сам бы кинулся и не остановился. — Понятно. — Учитель кивнул головой. — Ладно, раз тут было предотвращено безобразие и срыв всего учебного дня, закрою глаза. Все свободны. У нас еще урок именно у него, но после обеда. Чувствую в столовой будет шумно. Я прошел к Неби и присев рядом на корточки, заглянул в его лицо. Слегка встревожен. — Дрался? — смотрит и что-то ищет. — Не, — качаю головой. — Ты ведь видел, только щитами задавил и чуть-чуть авторитетом ударил. Им хватило. — Они могли всю школу поднять на уши? — спросил он, а сам все смотрит на меня — неужели травмы ищет? — Не просто школу. — Опускаю глаза, покусал губу. — Неби, если бы тебя коснулась волна атакующего щита, она не причинила бы тебе вреда из-за своей рассеянной структуры. Но, — поднял на него глаза и мои собственные изменились, показав глаза таури, — я бы не остановился и убил всех троих. Мою пару трогать нельзя. Даже такой жалкой и бесполезной атакой. Он непроизвольно закусил губу и опустил глаза. Он ведь раньше не был в паре, и не знает, что самец должен делать, когда берет на себя ответственность за жизнь пары. И как болезненно реагирует на малейшее посягательство. А особенно такие как я, у кого зверь силен. — Пошли кушать. — Плавно встал и протянул ему руку. Он не ответил, но за руку взял. С каждым разом Неби все теплее со мной, позволяет чуть больше, показывает себя, и я рад, что нашел его. С ним мне тепло и уютно, а сейчас в столовой будет еще и сытно. Мы вышли из класса, направились в столовую, после чего нашли место, дабы примоститься. Я быстро узнал, что будет моя пара, после чего отчалил за съестным. Поухаживать за ним вот так, как оказалось еще одно из любимых занятий. Когда я приношу ему покушать, глаза у него горят, а меня его котик ласкает, мурлыкает и заигрывает после. Несколько минут в очереди, на этот раз она быстро продвигалась, да и народу было не так много, сделал заказ, и я иду с разносом, забитым тарелками. Смотрю рядом с Неби сидит его друг. Тот, что мельче и, я бы сказал более хрупкий. Подошел, поздоровался. Он ответил как-то с натяжкой. Пока я расставлял тарелки, ощутил тонкий усик, который пощупал меня. Несмело и тут же спрятался. Откуда он пришел, итак понятно, только… — Циан, — я уже сижу и смотрю на него в упор, — тебя задело? Стушевался, глазенки забегали и тут…думаю это ощутили все самцы в радиусе десятка метров. Циан побледнел, с силой сжал плотно губы. М-да… — Неби, — смотрю на него, а ведь у моей пары на лице и паника и какой-то страх даже. — Неби. — Да? — Дай ус. — Протянул ему руку. — З-зачем? — еще не понимает, а я уже ощущаю несколько самцов, которые тормоза не включили, не осилили и сейчас их зверь ведет их. — Неби, твоему другу сейчас помощь нужна. Дай ус. Только сейчас он стремительно осмотрелся и его глаза расширились от удивления. Мгновенно он схватил меня за руку и вытянул ус, в который я вплел свой щит и кивнул ему. Неби без вопросов расцепил наши руки и быстро повернулся к Циану, прижал ладонь с усом ему к шее. Надо сказать, вовремя. Паренек поплыл, тихонько застонал, ощущая мою энергию и его повело вбок, пришлось встать и поддержать его. Как только я встал и можно сказать повернулся для демонстрации, в столовой слегка осел градус нарастающего напряжения. Мне пришлось даже выпустить зубы и глаза изменить, дабы осеклись. Подействовало моментально. А Циан стал терять сознание. Неби его перехватил и замер, ожидая, когда померки сил завершатся без их явной демонстрации. В столовой стало очень тихо, как на кладбище. Ворон только не хватает. Кто-то хотел было усмехнуться, что я себе еще одного мальчика захапал, но поднятый на мои руки Циан сейчас пах не так, как должен пахнуть взятый альфой под крыло. Он сейчас пах как моя семья и все смешки стерлись даже из их сознания. Семья для таури довольно болезненная тема — если в семье иногда мир не берет, то внешним раздражителям лучше не показываться. Быстро отнес парня в медблок. Врач осмотрел его и сообщил, что никаких отклонений, просто та дебильная силовая волна спровоцировала и Циан не первый, кто обратился. Просто у него цикл должен был начаться через несколько дней, поэтому и потек так внезапно. — Его надо домой. — Сказал врач. — Он сейчас как мой брат, мы могли бы его отвезти. — Посмотрел на Неби, который согласно кивнул головой. — Хорошо, я напишу вам освобождение. — Врач кивнул головой. Мы забрали наши сумки, и я позвонил брату. — Яко, слушай, тут дело небольшое. — Я был в коридоре. — Что случилось? — спросил братец. — Ты сейчас свободен? — Ну, смотря для чего. — Эм, — я ему рассказал, что произошло и для чего нужен он и его машина. — Поможешь? — Что с тобой поделать. — Усмехнулся брат. — Ждите, минут за двадцать приеду. — Благодарю. — Я заулыбался и вернулся в медкабинет. — Брату позвонил, он на машине. — Сообщил доктору. — Хорошо. — Кивнул врач. — Я поставил ему блокатор. Он как раз очнется как к дому его подъезжать будете. Мы подождали и Яко прибыл, отзвонился. Подняв на руки эту пушинку, коей является друг моего Неби, пошел в сторону лестницы. Неби шел, неся вещи Циана, свои и мои. Он беспокоился за друга, а еще, мне так кажется, немного ревновал. Если есть второе, то я практически закончил приручать его и вскоре он примет меня окончательно. Да-да, даже при том, что мы пара, что спим вместе, он еще остается довольно независимым и способен улизнуть от меня. И я прилагаю массу усилий, чтобы быть единственным на кого он посмотрит. Мы спустились на первый этаж, прошли через холл под удивленные глаза любопытствующих. Благо блокатор стоит и если и ощущается слабый аромат, то не страшно. Неби открыл дверь, и я вышел на улицу. Мы спустились по ступеням, затем прошли двор и вышли на парковку. Машин там было не много, а брат припарковался очень удобно. Он вышел, поздоровался с Неби, дверь открыл и с шумом втянул воздух. — Яко, вот только ты не начинай, — я поморщился, так как братец тот еще фрукт. Яко непроизвольно облизнулся и спохватившись, метнулся на водительское сиденье. А я проводил его недоуменным взглядом. Мне показалось или он реально «нюхал» его зверем? Да не, бред. Яко слишком избалован вниманием рождающих, так что тут просто его природные инстинкты неотразимого самца сыграли. Мы уселись в машину — я рядом с братом, Неби положил голову Циана себе на колени. Машина тронулась с места, плавно, словно крадется, вылезла на дорогу и мягко начала набирать скорость. Пока мы выезжали на основную дорогу, петляли по городу, Циан очнулся. Застонав, медленно открыл глаза, и я могу поклясться, Яко шею свернет! У дома Циана я вылез из машины, помог ему вылезти и тут… У меня словно взорвался фейерверк в душе. Такого прилива сил, счастья и триумфа мне еще никогда не предоставлялось испытать. Рядом со мной и мною поддерживаемый Циан замер. У правого плеча обмер Неби. А вот мой брательник расплылся в дебильной улыбке. У него была эйфория на лице, глаза горели огнем, дышит едва заметно. Запечатление. Этот дурень только что прошел запечатление! — Яко? — медленно и осторожно надо его заставить очнуться. — Да? — он смотрит на меня, но его глаза неукоснительно опускаются с моего лица на того, кого я поддерживаю. Буквально мгновение и со словом «нашел!» из моих рук был забран Циан, которого ситуация напугала, но вопреки здравому смыслу, он теснее прижался к обнимающему его самцу. М-да, не город какой-то, а рассадник самых лучших в мире рождающих. И за брата я страшно рад, ведь теперь ему придется забыть о своих забегах и прочих увеселениях. Циан довольно серьезный парень, а по рассказам Неби, его отец жесткий самец. Так что братик попал между молотом и наковальней. А мне еще интересно, кто были эти три идиота и что они не поделили с Тайнесом? Эпилог. Прошло немало времени, когда мы виделись. Нас разделили по разным военным частям, так как я альфа, а он омега. Пусть мы и боевые, но в части с альфами ему делать нечего. И вот прошло время. Дембель. Еду домой и не знаю, как он отреагирует на мое решение. Вообще Неби не вмешивается в то, что будет моей профессией. Вернее, не вмешивался, но в связи с новыми обстоятельствами…я даже не знаю, как он отреагирует. После школы мы съехались и жили вместе. Много чего пришлось поменять в своей жизни. И мне, и ему. Но ничего, перед поступлением в военный корпус мы даже мирно прожили полгода. Как говорят — душа в душу. И вот сейчас я еду и думаю, кого первым отправили — корпус альф или корпус рождающих. Отдельного корпуса омег у нас нет, так что все рождающие идут одним скопом. А вот с альфами иная проблема. У нас людей не так много, как вообще поступающих самцов на службу. Но наша боевая сила граничит иногда с запредельными объемами энергии, да и покладистыми нас не назовешь. Лично мне раз двадцать пришлось отбывать время в карцере за неподчинение, драки и вызов на бой самого коменданта. Он, конечно же, навалял мне, как только мог, но я не сдался. Очнулся в палате под аппаратом искусственного жизнеобеспечения и не поверил, что драка дошла до такого. И что самое главное, меня не отправили под трибунал. Когда я вышел, первым делом меня отправили к коменданту, и он все пояснил: у Неби была течка, а у меня зверь знает четко, когда пара потечет. Останавливать было бесполезно, поэтому меня вынудили среагировать, ну, а там драка была серьезная. Комендант показал свежий шрам на руке и предложил пройти усиленную подготовку. Я не отказался, так как моя профессия…ну выбрал просто потому, что больше выбирать было не из чего. Неби встретил меня дома… Когда мы отдышались, он огорошил меня тем, что ему поступило предложение стать штатным молодым учителем при одной военной части, в которую его пару переводят. Я на такое заявление поперхнулся, а меня за горло и вынудили все рассказать. Во всех деталях. Примирение после этого было долгим и страстным. И вот он наш новый дом. Теперь я военный, Неби будет учителем в школе для детей, чьи родители живут и работают в армии. И жить мы будем в городке, недалеко от того места, где я вел свою охоту. И, в следующую течку, лично я буду стараться чтобы нас было через год больше, чем двое. Яко и Циан. Сколько себя помню — люблю внимание. Когда был маленьким, всегда перетягивал внимание старших на себя, ревновал, когда у меня появился первый из братьев — Диафи. С ним мы не ладили, так как он с детства любил тоже самое, что и я — внимание. А потом родился Нельфер и мы, я и Ди, ощутили, что он сильный. В отличие от нас Нельфер был более серьезен. Он как отец. Отец сильный, серьезный, даже суровый мужчина. Па нет, он ласковый, игривый и умело управляющий нами всеми. А потом появилось маленькое чудовище по имени Химес! К тому моменту я уже получил ипостась. С рождения родители знали, что я альфа, и что Нельфер альфа, и что это чудовище тоже альфа. А вот за Диафи никто не знал, пока он ипостась не получил. Ди бета, но рождающий. Сейчас я вернулся после службы в армии. Это обязательно, когда достигаешь возраста, просто потому что в армии обучают использовать свои силы не только для себя лично, но и для защиты. На нашей планете силы стран определяются не числом техники и оружия, а наличием боевых особей и альф старших категорий, то есть первой. Чем больше и сильнее этот слой, тем сильнее страна — альфы, пытаясь показать свою значимость для рождающих, рвутся ввысь, занимают фактически все вершины, какие могут, дабы красоваться и привлекать внимание. А я его просто обожаю. Особенно из-за того, что могу беспрепятственно использовать все, чем меня природа наделила. Я альфа, красив, статен, физически хорошо сложен — широкие плечи, сильные руки, уверенно стою на ногах и могу ударить так, что мало не покажется! Я — альфа! Встал с кровати, подошел к зеркалу и осмотрел себя. Отращивая бороду, для красивой стрижки, немного перестарался. Надо будет и волосы чуть поправить. Я ведь собираюсь быть соблазнительным, а не неряшливым. — Яко! — раздается голос шкета. Поморщившись, толкаю его усом силы и ощущаю, как его всего прошибает. Химес. Ему одиннадцать. Дикий, неуправляемый, избалованный и вечно соперничающий со всеми братьями. Он даже Ди и того донимает. — Па сказал, чтобы ты отвез меня на тренировку! — зарычал Химес с ноги открыв дверь в мою комнату. — Ты, мелкая пакость, — я рыкнул, выпустив зубы, — скройся! В ответ вообще бесстрашный взгляд и «пф!», после чего чудовище ушло. Я лишь вздохнул, покачал головой. Нет, не поймите неправильно, я брата люблю, но он такой пакостный, нарывается ежедневно и никакого спокойствия. С ним мягко и добро только Па разговаривает, а отец управляет грозным взглядом. Но, с каждым годом взгляд просто потихонечку начинает сдавать. Только Па умудряется та́к с ним говорить, что Химес не находит в себе сил сопротивляться. Ладно, надо одеваться. Это чудовище меня в покое не оставит. Быстро достал спортивный костюм, взял новые кроссовки, которые обновил вчера, оделся, обулся и накинул на голову кепку козырьком назад. Слегка расслабленный вид и все, я буду сегодня на коне. Вышел из комнаты, прошел на кухню. Чудовища нет. А завтрак есть. Диафи уже ушел, Нельфер еще нет. Па крутится между столом и плитой. — Где чудовище? — спрашиваю и осматриваюсь. — И тебе с добрым утром, невоспитанный мальчишка, — над ухом проговорили недовольно. — С добрым утром всем! — тут же исправляюсь и кошу взглядом на вошедшего на кухню отца. Вот кто-то, а наш старший альфа прекрасно держит всех в руке, хотя Химеса пока не сильно давит. Еще рано. Меня поприветствовали, усадили за стол и накормили. Химес влетел, порычал, что опаздывает, и моя скромная персона флегматично смерила его взглядом. Химес мелкий, хулиганистый, но на мордашку симпатичный. Как будет он выглядеть, когда переходный возраст закончится? Не знаю. Это от его зверя зависит. Бывает так, что красотулька-лапочка становится страшненьким и все из-за влияния его зверя. А бывает и так, что по идее он должен быть страшненьким, склад лица там, форма глаз или носа, а получив зверя, который завлекает партнера именно мордашкой, все, гадкий утенок становится прекрасным лебедем. Кем будет Химес, не знаю. Вышли на улицу, я зашел в гараж, вывел машину и посадил братца на заднее сиденье. Плавно, как учили, вывел машину на дорогу, повернул в нужную сторону, и мы покатили к месту где Химес тренировки проводит. Вот странность, он дерется с нами каждый день, а дополнительные занятия по подготовке взял стрельбу из лука и управление боевыми топорами. Ну, стрельба ладно, тут нужно уметь спокойно рассчитывать, концентрироваться и фокусироваться. Но топоры? Хотя, помахай ими, и сразу поймешь, что тренирует грудную клетку, мышцы рук, спины, пресс и даже ноги. Вещь полезная, но я в свое время выбрал борьбу и плавание. Нельфер…он таури, поэтому в десять получил зверя и его дополнительными занятиями были занятия с инструктором. Диафи? Ну, он работал с короткими парными клинками. Вообще, для него это подходит — верткий, быстрый, обескураживает. Диафи очень красивый, как рождающий вообще лапочка. И это при том, что он строен, гибкий, соблазнитель. Да, я говорю о брате. И мне не стыдно. Диафи соблазняет самцов одним взглядом и его кот заигрывает со всеми, но выбирает только тех, кто ему нравится. Разборчивый, хоть и игривый. А я…я соблазняю, мне нравится, когда они подо мной, когда их тело отзывается на ласки. Зверь нет, я не интересуюсь зверем. Нельфер не такой. Он очень серьезен. У него нет категории, но он боевой. Ему просто так нельзя распоясываться. А мне можно — я первая обычная категория, не боевой. Для меня нет такой проблемы с выбором партнера для зачатия. Но на данный момент не хочу. Поиграться в постели — да хоть сейчас. Дети? Это другая и очень серьезная тема. Оставил Химеса в центре дополнительных занятий по боевому развитию и узнал, сколько он там будет. Встретился с преподавателем, узнал, чего надо или нет, затем поехал к мастеру ножниц и расчесок. Надо побрить фигурно бороду, волосы подравнять. Как только сделаю, буду сам следить за формой, не трудно. Главное тут сделать эту форму так, чтобы лежала красиво и не делала из меня старика. Приехал к мастеру и на сорок минут остался в его власти. Через это время стал обладателем красивой и аккуратной стрижки, идеальной по лицу бороды. Усмехнувшись, сделал звонок. Мне ответили и сделали несколько комплиментов, увидев лицо по видеосвязи. Договорился, когда встретимся. Посмотрел на часы, подумал и поехал забирать своего братца. Подождал его еще немного. Вижу, на пороге потасовка из дверей вывалилась. Ну вот кто бы сомневался, что это наше домашнее чудовище! Осмотрев драку, покачав головой, вышел из машины. Химес дерется с тем, кто в силу входит, кто зверя имеет. Нехорошо. Он задира, да, но второй малец может его травмировать. Быстро подхожу, за шкирку перетекшего мальца и поднял над землей. — Тебя не учили, что драки только с принявшим ипостась? — мои глаза трансформировались, показывая взрослого. — Я тебя запомнил и передам все твоим родителям. — «Он первый начал!» — рыкнул котенок. — И что, ты имеешь право в драке применять свою ипостась? Я тебя спрашиваю? — тряхнул его, глядя строго. — Деретесь в форме человека, деритесь в ней. — «Я не виноват, что он голый!» — зарычал этот невоспитанный паршивец и я не сдержался, рыкнул. — А теперь, мелочь, идем к директору центра. — Он меня разозлил. — И ты тоже, Химес! Когда я так злюсь, братишка прижимает свои еще не вылезающие ушки котенка и плетется за мной. У директора я не стал выходить из себя и заставил их рассказать из-за чего драка, кто начал, а кто не умеет пользоваться привилегией обладания ипостаси. Директор молча выслушал. Всыпал им обоим. О том, что Химес задиристый знают все. И щадить его я не собираюсь — накосячил, сам разруливай. А второй ребятёнок обязан понимать — ипостась дана не для тотального установления власти. И того, у кого ее еще нет, нельзя трогать зверем. Он защититься не может, щиты не поставит, и его подрать до крови очень просто. Дома Химесу сильно не досталось. Я передал все виденное отцу, Па, и также постановление директора. В общем отец только головой покачал, что в данной ситуации было больше, чем просто зарычать на него. Па сказал — марш в комнату! — и Химес скрылся в ней без единого слова сопротивления. Вина в том, что драка началась лежит на нем, и не умаляет этого факта то, что его противник сорвался. Это уже другой разговор. Химес сделал так, что конфликт вообще состоялся. А кто и как в итоге себя повел, разбирательство отдельное и вкручивание мозгов на месте будет идти не только для Химеса, но и для его противника, и, так как я знаю родню мальчишки, более чем уверен, что воспитательную работу они проведут с ним не менее строго, плюс директор. Мальчишки теперь будут на особом контроле и наказаны соответственно правилам боевой школы дополнительных занятий. — Отец, — подошел к нему и лукаво глазами захлопал, — могу быть свободен? — Что, очередной сладкий? — усмехнулся он тихонечко. Я лишь головой кивнул. Отец покачал своей, вздохнул и махнул рукой, а меня словно ветром сдуло. Пусть я и прошел армию, я все еще живу с ними, а ссориться с отцом…нет, я еще не готов. К тому же, у меня замашек по территории нет. Я по ипостаси рысь, увы и ах, но длинный хвост мне не грозит. Зато я имею просто потрясающую мордашку, затаиваюсь и из засады вылавливаю своих жертв. Драки, не особо люблю, но могу вдарить. Быстро переодевшись, не став брать машину, вызвал такси и был таков. Пусть еще день, но завтра воскресенье, а значит можно повеселиться. И меня отпустили, зная, что могу не прийти ночевать. Утром в воскресенье взял его еще раз, заставляя так потрясно реагировать и извиваться. Обожаю, когда рождающий такой, весь в азарте. Этот парень один из тех, кого я соблазнил и сейчас пробую постепенно. С ним секс жаркий, жгучий. А ведь с виду он довольно крепкий, и не давался сразу в руки. Но стоило только чуть-чуть покружить рядом, покрутить его и все, он под меня лег. Закончив, приняв душ, я быстро смотался. Правда перед этим сладко чмокнул его. Вернулся домой и вижу унылые моси. — Что такое? — спрашиваю, и вижу, что нет среди братьев довольных. — Отца переводят. — Нельфер сморщился. — Когда и куда? — осматриваю лица, пытаюсь понять — а это хорошо или не очень? Ну, для меня. — Через полгода. Как раз к новому обучающему. — Нельфер передернул плечами. — Опять все новое, школа, терки. Да, Нельфер не любит переезд. Вообще. А мы довольно часто это делаем из-за специфики работы отца. Он хирург, только хирург-педагог, который проводит тестирование молодых хирургов в больницах городов, где есть отделения аттестации после выпуска и первой реальной практики после обучающей школы. Полгода. Они промчались и вот мы, всем нашим большим и неспокойным семейством, плавно сгребли вещи, собрались сами и направились в новый город. У нас в семье два альфы получили правая — я и отец. И машины у нас две — моя небольшая, и у отца семейная. В отцовскую мы все влезаем, причем она удобная. И на этот раз поехали на машине. Вторую нам перегонит специальная компания, которая занимается подобными делами. Дорога была как дорога. Правда Па решительно остановил нас у небольшого дорожного отеля, где велел всем спать, а не гнать ночью по незнакомым улицам. Сняли два номера. Химеса забрали родители, а мы втроем разместились во втором. Диафи половину вечера провел на телефоне, разрывая контакты, так как за этим переездом, мы скорее всего не вернемся в тот город. Я…мне рвать было не с кем. Все мои свиданки были чисто для сладкого. Нельфер слишком серьезен. Он не завел никого, только морщился от слабости рождающих и нюхая воздух рядом с теми, кто был более интересен, но уже опробован кем-то. В кого он такой брезгливый, не знаю. У нас даже отец, при всем его суровом внешнем виде, молодость провел бурно, пока па не встретил. Я лег спать. Утром встал, быстро умылся и вышел к завтраку, который у нас был в кафе, которое притулилось рядом с отелем. Покушали, сели в машину и покатили вперед. Отец сегодня вел первым. Они вчера точно дорогу просмотрели, так как сейчас уверенно свернул на развязке и покатил. Километров через пятьдесят мы поменялись и я, обрадованный, что без съездов и поворотов, перехватил управление, устремляясь вперед чуть прибавив скорости, но не сильно. Город. Мы увидели его издали, так как он чуть в низину уходит и одним краем на холм наползает, а мы с другого холма едем. — Какой средний. — Поморщился отец, явно не обрадованный. Да, мы умеем определять силу города по наличию сильных самцов и рождающих. Вот отец сильный и как Нельфер боевой. А Па омега, не боевая, но сильная. И они будут бельмом на глазу у городских. А еще тут вообще нет никого, кто был бы в силе равный Нельферу, что ни есть хорошо — рождающих нет. Его силы, я имею в виду. В общем мы приехали, сверились по карте города куда нам и прибыли к домику в два этажа. Это был дом, который занимает хирург-педагог. Дом рассчитан на большую семью, так что нам места хватит. Когда мы прибыли, соседи, и кто бы сомневался, враз заинтересовались. К вечеру точно весь квартал будет знать кто и что делает, откуда и когда приехал. Такие города тем и славятся, что вести летят быстрее ветра и сразу на весь город. Внутри домик ничего так. Химес, ясное дело, метнулся комнату выбирать, а мы все только вздохнули. Диафи, так как наш второй рождающий, прошел с пафосом за чудовищем и выбрал свое жилье. Мы с Нельфером переглянулись и хором крикнули наверх: — Самая большая спальня для женатых! И законно получили по подзатыльнику. Шутливому, и не обидному, потому что Па улыбался. Мы с братом пошли наверх, забрали последние пустые комнаты, заметив еще одну и хихикнули, что еще одного чудовища наше семейство не выдержит. После этого нам предстояло дом распаковать и одеть. За день мы управились только частично, но подобие уюта было наведено только на кухне. Утром, когда пришло время, я спустился вниз, уже одевшись, дабы проехать с отцом к офису регистраций. Так как я альфа, причем отслужившая, это необходимый момент. Мы быстро перекусили и поехали. Ну, что я могу сказать — мне тут понравится. Пока ехали, я облизал взглядом несколько фигурок, которые на меня обратили внимание, и не с возмущением, как если бы были заняты, а вот вполне свободно и заинтересованно. — Так, балагур, пыл поумерь. — Отец припарковался у здания. — Пешком дойдешь? — Да. Запомнил. — Кивнул я головой. — А здесь есть центр для Химеса? — Есть. — Кивнул головой отец. — Я туда заеду, как раз по пути. — Угу. — Я кивнул ему и пошел в здание офиса регистрации. Внутри практически не было посетителей и ждать не пришлось больше десяти минут. Быстро пройдя регистрацию свободного альфы под присягой, заполнил форму и в специальной комнате показал ипостась. Затем был свободен. Вышел на улицу и решительно побрел круги нарезая, осматриваться. Гулял долго, пронюхивал улицы, заметил довольно сильного молодого шаки, но он в паре, к тому же занят его персоной. Пару тоже видел. Капризен, животик чуть округлен. Шаки терпеливо сносил его рык, даже удары. Видать не все миром у них было. Когда они мимо меня, сидевшего на бордюре моста, проходили, шаки срисовал всего представшего перед ним незнакомца. Я ему лишь кивнул головой и дальше вслушиваться в город. Но…шаки не будет шаки, если не поинтересуется. — Ты тут недавно? — задает голосом уже сформировавшимся, похожим на взрослого. Я признаюсь — моя мордашка и то, как от меня веет, складывает впечатление ученика старших классов. Вот такого же сопли, как и этот шаки. Плавно поворачиваю голову, медленно приоткрываю завесу и показываю аркан военнообязанного. Мягко улыбаюсь на его расширившиеся глаза. — Яко, — протягиваю ему руку. — Тайнес. — Протягивает свою и из вежливости показывает частично своего зверя, аркан пары. — Приятно. — Киваю головой его паре, но не делаю ни жеста в его сторону — шаки может неправильно понять и атаковать, почем зря. Увы, я обучен и его на раз перебью, а этого делать нельзя. Шаки отомстит. И не успокоится. Он как таури, если его унизить перед парой и ему показать слабость защитника. А такой мороки мне на голову не надо. Да и его пара, он в положении, что автоматом сделает меня кровным врагом. — Давно приехал? — Нет. Вчера. — Я плавно встаю, втягиваю носом воздух, — вот осматриваюсь. А ты тут родился? — Да. — Хорошо. Ладно, мне пора, давно осматриваюсь, нюхаю. Удачного дня, — киваю ему и чуть дальше обхожу его пару, иду с моста. Ощущаю, что шаки все это время держал щиты защиты на свою пару. Оно и понятно — если его пара испугается, это будет его личным промахом. Я ведь старше, сильнее и прошел подготовку, а значит атака и защита у меня сознательные. У него же сейчас все интуитивное, еще не оформленное. Хотя он прекрасно держит и щит, и себя контролирует. Молодец. Вернулся домой, а там Химес безобразничает. Диафи с ним скандалит, щепки летят. Нельфер у себя в комнате. У него через два дня школа. Стучусь, быстро просачиваюсь через приоткрытую дверь и прикрываю ее. — Что, давно чудовище бесится? — Давно. Как вы уехали, они с Ди опять что-то не поделили. — У Ди истерика. Видать сильно он его допек. — Па дома, до драки не дойдет. — Нельфер сидит за столом, просматривает учебники по списку. — Ты не хочешь осмотреться, понюхать? — спрашиваю, прекрасно понимая — он уже частично пронюхал город вчера, когда мы въезжали. — Нет. — А что так? Может какого лапоньку встретишь. — И что толку? Сильных не ощущаю. Если и прячутся, то явно не потому что свободные. — Вот пессимист. — Покачал головой. — Ты в офис съездил? — Еще нет. Только отметился о прибытии. Погулял, понюхал. Встретил шаки. Не боевой, но сильный. В паре. Чуть постарше тебя. — И это интересные известия твоей прогулки? — поворачивает голову и усмехается. — Сколько телефонных номерков собрал? — Пока ни одного, но это только сегодня. — Улыбаюсь ему и понимаю, он сейчас будет головенкой своей покачивать. После переезда прошла неделя. Нельфер уже ходит в школу, Химес и Диафи тоже. Только Ди в профессиональную школу ходит, профессию осваивает, а эти двое еще уроки зубрят. Хотя Нельфер в старшей, а Химес еще в младшую. Мой офис есть в этом городе, так что я с чистой совестью прибыл на сдачу к начальству. Прибыл и тут же срисовал несколько мордашек. К вечеру уже одного пригласил показать окрестности. Ну, после этого я ласково склонил его и славно провел время. Мне тут нравится. Соперников по моим силам нет в том же объеме, как и в прошлом городе, а это значит я могу погулять на широкую ногу. Дни полетели и тут наступил день, когда Нельфер с кем-то драться кинулся. Вернее, я почувствовал, что по щитам с его стороны нить натянулась так, как если бы он был в ярости и с кем-то сцепился. Правда посыл был короткий, но меня он взволновал. Все же, Нельфер у нас чуть ли не эталон целомудрия и манер, а тут драка! Я дождался, когда этот парниша вернется домой и быстро за ним. Задал ему вопрос, а он расплылся в улыбке. Через мгновение заявил, что нашел омегу, таури. Я, так как любвеобилен до одури, не сдержался и мне чуть хвост не прищемили. Нельфер во мне соперника увидел! Я обалдел! Пришлось его авторитетом взрослого останавливать, потребовать дать знать, как пахнет и выглядит его избранный. Увидев и ощутив его, сразу понял — братец не ошибся. Мальчик очень силен. Может в ипостаси он и кто другой, но вот по силам да, такого я не раскушу. Такой об меня ноги вытрет и дальше пойдет. А вот братец… Боги, у него глаза огнем горят. Весь в интересе, азарте, его зверь вообще возбужденно круги нарезает. Заулыбавшись, всей семьей мы посматривали изо-дня в день, как Нельфер ведет свою охоту. Два месяца смотрели. А потом почуяли, что нить его бьется, как если бы он не просто дрался, а что-то такое странное. Отец в этот момент на дежурстве был, у него какой-то там процесс сложный шел и проводился в специальной огражденной комнате. Ему не дозвониться и вибрацию нити он не ощущает. Па мне позвонил, я отпросился с работы сразу, так как волновался. Приехал в школу. Прошел до медпункта. Дверь была приоткрыта. Вижу, братец на животе лежит, рядом с ним паренек сидит, ну весь вину излучающий. — Вы за Нельфером? — спросил врач. — Да, я его старший брат. Что случилось? Врач прикрыл дверь. — Мальчик, что там сейчас сидит, — доктор на дверь покосился, — он омега. С вашим братом они поссорились. И, вы ведь знаете, в преддверии течки, да еще если его предупреждение проигнорировали, омега может атаковать. — Так. — Я поднял руку. — Мальчишка, что сидит рядом с Нельфером, это Мхэй Неби, так? — Да. — Понятно. Сильно подрал? — Плечо и вся поясница. Пробил до зверя. Раны затягиваются плохо. — Ясно. Могу забрать или вы врачей вызвали? — У него нет температуры, сейчас еще спит. Поставил стандартный укол на два часа. Киваю головой, после чего вхожу. На меня посмотрел этот парнишка, а в глазах и вина, и страх, и право омеги дать отпор. В общем, этому мальцу в данный момент не лучше, чем братцу. На него охотятся, у него скоро течка и братец не совладал со своим зверем, скорее всего полез. Реакция рождающего, тем более боевой омеги, на подобное понятна. Паренек извинился и выскочил. Я лишь головой покачал. И тут Нельфер просыпается, перекидываемся парой слов, и он теряет сознание. А у меня шерсть дыбом — раны по зверю более чем серьезные! Рычу вызывать врачей. В больнице его прокапали, спецы восстановили потоки, что разрушил омега. Отец к тому времени уже закончил свои тесты с молодыми специалистами и запыхавшись примчался в другое отделение больницы. Нас привезли сюда, к отцу, так что ему мчаться по улицам не пришлось. Меня домой отправили. Отец остался с Нельфером. На следующий день он перевез его из палаты домой, и еще ворчал, что омеги нынче вообще в воспитании отстают. Видать мальчишка пришел косяки свои исправлять, а так как он отца сильнее, то и никакого уважения не проявлял. Ну или так нервничал, что просто его не заметил. После того случая, буквально через несколько дней, Неби к Нельферу в течку свою пришел. На автопилоте. Чисто по запаху. Братец обрадовался, дорвавшись до тельца. А паренек потом ночью под утро сбежал. Я это видел, но останавливать не стал. У них свои разборки. А тронуть омегу только что с альфой бывшую, даже закоренелый псих не посмеет — он будет бить на поражение, не щадя и вызывая альфу, который с ним был, попутно еще с десяток в округе. Я тактично не стал давить на больную мозоль и быстро скрылся в потоках страстных объятий соблазненных красавцев. Один жил в частном домике, причем один и самостоятельно. У него я уже несколько раз был. Сегодня тоже. — Яко. — М? — лежим на кровати, отдыхаем. — Что делаешь на Белую Пятидневку? — Пока не решил. А есть предложение? — повернул к нему голову и улыбнулся улыбочкой, от которой они так положительно реагируют. — Ну, на первый день у меня будет вечеринка. — Здесь? — Да. — Он повернулся на бок, и моя рука непроизвольно легла ему на бедро. — Что же, — приподнимаюсь и подтягиваюсь к нему ближе, — ляг на спинку, сладкий. Несколько минут и вот они ощущения, почему я так люблю соблазнять их. Вязка. Особый момент. Рождающий улетает, и я следом за ним. После еще одной бурной игры, мы встали и приняли душ. — Так ты придешь? — спрашивает, а я в окно глядь, там кто-то ходит на той стороне дороги. — Яко? — Слушай, а там кто живет? — тычу пальцем в дом через дорогу. — Соседи. — Насупился он. — Родитель и сын. Ребенок еще. Ты что, на ребенка запал? — Не, — я заулыбался. — Скажи, его Мхэй Неби зовут? — Да. Откуда? — Мой брат за ним бегает. — У тебя есть брат? — удивляется. — И не один. — Я повернулся к нему, приобнял за талию и посмотрел в глаза. — Я старший. Есть еще второй, рождающий. За ним идет третий, альфа, который как раз за твоим соседом приударил. Ну и мелкое чудовище. — Чудовище? — удивляется. — Очень пакостный и ревнивый альфа, получивший красивого белоснежного кота. — А почему чудовище? — А потому, что ни дня без драки, скандала, пакости с его стороны не проходит даже сейчас. Вернее, особенно сейчас, когда он получил свою ипостась. Поздний, и от этого психовал, а сейчас тренируется на нас. — Понятно. — Слушай, поможешь мне? — Чем? — сощуривается. — Ты с соседями дружен? С Неби в частности? — Да. Что ты хочешь сделать? — Ну, ты только не ляпни чего, ладно? — сощуриваюсь и он кивает головой. — Мой брат охотится, а Неби пришел к нему в течку и сбежал после нее не дождавшись, когда альфа проснется. — Ого! — Брат не знает где он живет, а тут такая удача. Поможешь? — Пригласить Неби, а ты притащишь брата, так? — Ага. — Ладно. — И заулыбался, провокационно. Я ухмыляюсь и быстро подхватываю его, все еще в одной майке и на кровать, жадно вдавливая в нее, заставляя сдаться и еще на несколько минут сладко показать, как ему сейчас хорошо. Нельфер хотел отказаться. Ну ага! Я его так просто не отпущу! Быстро заставил одеться, сообщив, что выгуляю братца, а то совсем он грустный. Конечно же, восторгом он не блистал, но послушно что-то напялил на себя. Ну и плевать. Главное я его туда приведу, а если омеги не будет, домик укажу, куда надо скрестись когтями. Нельфер дорогу туда протопчет, так что надо просто чутка помочь. Одеваю черные брюки, рубашку, укладываю волосы по стрижке, без всяких там лаков или еще чего. Просто причесал и локоны распределил по пробору. И этого хватит. Вызвал машину, так как буду выпивать и за руль садиться в таком состоянии просто опасно, за шкирку недовольного братца и на выход. Он ворчит, но смирно принимает мою подачку в виде выгула. Ну-ну, как только ты его увидишь, не думаю, что твое паршивое настроение останется паршивым. Мы приехали, вышли, я рассчитался и отпустил машину. Через пару шагов увидел хозяина, который стоял на веранде и с кем-то шептался. Ну, то что его обнимают за талию, меня не коробит. Я все равно просто играюсь. Если показать, что мне неприятно или что еще — подумает, что запал, а это уже осложнения. Взойдя по ступеням, перехватываю его и шепотом на ушко: — Здесь? — Да. — Кивает головой и по моему брутальному сильному братцу глазами. — Какой лапочка. — Осади. — Шепотом ему в ухо, — боевой, занят. — Жаль. — И стреляет по мне глазами. Ну-ну, не выведешь на конфликт. Я лишь иронично улыбнулся и братца в дом подтолкнул, сам прошел и стрельнул по всей массе, сразу же выцепив скучающего омегу. Лишь кивнув самому себе, сдал братца на руки его знакомым и отошел к тем, кого я знаю. Пока шли минуты, я все косил взглядом, и тут мой братишка его увидел. Все, для него более никто не существует. Подошел, завязал разговор. Что примечательно, его не погнали зарычав. Вечер обещал быть томным, и я повеселился. Даже заставил братца своего и этого омегу поплясать, а потом хозяин дома заметил, как они в уголочек утекли. Ну мы и решительно отвлекли всех от созерцания данной картины. Краем глаза замечаю, как братец утекает и только хмыкнул. Кажется, все, сдался омега. Хотя, может просто опьянел. Да ладно. Утро было жарким. Парень, что был тут хозяином и еще какой-то самец страстно предавались этой самой страсти. Я посмотрел на него, хмыкнул на то, что он меня заметил, помахал ему ручкой и ушел. Вышел из домишки, отвязался от попыток объясниться, рыкнув, что обмылки не собираю и потопал в сторону дома. На половине дороги позвонил братишке. Тот, явно сонный, или только встал, рассыпался в любезностях, попросил отмазать от родителей. Заулыбавшись, присел на бордюр перед магазином. Еще волнуется чего-то. Да родители прекрасно знают, к чему ведет охота и что такой мощный парень захочет того, на кого охоту ведет. Не будет же он с ним в гляделки играть? Конечно в койку потянет, просто не сумеет отказаться от соблазна. Тем более он его в течку попробовал. Заулыбавшись, замираю. Аромат. Сглатываю. Дивный, тонкий аромат. Подскочив, завертев головой, понимаю — упустил. Мой зверь тонко взвыл, старательно пытаясь вынюхать, откуда идет источник. Даже когти и зубы выпустил. Сколько себя помню, впервые такое. Чтобы так манил аромат рождающего. Я несколько минут нюхал воздух и только потом до меня дошло — он был в проехавшей мимо машине, но я сидел спиной, поэтому его не увидел. Поняв причину, по которой не могу найти ниточку, заулыбался. Подходящий под мою силу рождающий здесь есть. Хотя, для меня пару найти не так чтобы много проблем было. Но этот идеален. Причем его аромат мне нравится. Сильно. Вот только, как мне найти его? Несколько месяцев я словно по заколдованному кругу хожу. Уже и Ди свою жизнь устраивает — у него было недопонимание с самцом, на которого вел охоту. У Нельфера все шикарно, конфетки-лютики. Да даже чудовище наше домашнее немного спокойнее стало. А у меня с каждым днем нервы шалят. Я ищу источник запаха. И он кружит вокруг. Только как бы я ни крутил головой, не вижу его. Это как наваждение. Уже и сны сниться начали. Тень с его ароматом и я, весь готовый и не могу его найти. Проснувшись в полном боевом настроении, рыкнул, в душ и одеваться. Из дома ушел не позавтракав. Настроение вообще ни к черту. Да еще вчера Нельфер пришел с Неби, и от этого братца-паразита разило его парой за милю! Я так не завидовал, наверное, со школьной скамьи. Был эпизод такой жгучей зависти и то, только по отношению к обладателю первого места по спортивной борьбе, чей рекорд никто не перебил! Прыгнул в машину, по газам и на работу. Из-за того, что найти его не могу, психую. У меня скоро истерика начнется. Аромат, что кружит рядом со мной…выть скоро буду. Всех, кто до этого момента был рядом, ластящиеся ко мне котята, всех их послал. Таким раздражённым был. Звонок телефона. Беру трубку. А там голос Нельфера. Просит помочь. Обрисовал ситуацию. Я окинул взглядом свой стол, покосился на рядом стоявшего начальника, который кивнул головой, мол разрешаю, киваю в ответ и говорю брату, что могу приехать. Поблагодарив начальство, которое призналось, что прибыло меня урезонить — оказалось я бил в пространство потоком — вышел из офиса, на улицу. Прыгнув в машину, быстро добрался до школы. Позвонил братцу. Несколько минут и вижу, что, дела-то серьезные. Нельфер не ведет кого-то, а несет. Неби за ним с рюкзаками идет, взволнован. Вокруг ощущается волнение во всей школе. Видать та драка взбудоражила не одного рождающего. Только этому не особенно повезло — течка должна была начаться через пару дней, и он среагировал. Жаль мальчонку. Вышел из машины, с Неби поздоровался, дверку в машину открыл и чуть не задохнулся. От Нельфера несет…я неосознанно втянул носом воздух. Нет, это не из-за ощущения начавшейся течки, нет. В смеси аромата, убойного, брата и его пары, пробивался тоненький, особый. На меня даже зарычали нетерпеливо. Опомнившись, на водительское место прыгнул. Глянул на то, как Нельфер устраивает этого лапочку на заднем сидении, а Неби его голову себе на колени кладет. Не поймите меня неправильно. Я контролирую себя, если рядом есть течный рождающий. Я ведь взрослый, но…здесь в аромате было нечто, от чего все нутро в жгут скрутило. Всю дорогу до адреса, я просто не мог удержаться и поглядывал назад, на лежавшего на коленях Неби паренька. Он их ровесник. К концу дороги даже стал приходить в себя, постанывать, а у меня шерсть дыбом. Постепенно внутри машины его запах становился гуще и к дому, к которому я вырулил, до моей головы дошло — он источник того аромата, что крутит меня. Паренек очнулся настолько, что мог сам вылезти из машины, но ему не позволили. И медленно, при помощи Нельфера, вывели из машины. Неби тоже вышел, встав справа от своей пары, что поддерживала этого незнакомца. Я не остался на месте, быстро выскочил и впился взглядом в его лицо. Ну посмотри! Посмотри на меня!!! Плавно приблизился машину обойдя и его глаза нашли мои. Буквально мгновение и я кидаю этот странный золотистый ус. Его зверь, рефлекторно или осознанно, впивается в него зубами, дергает на себя, и я плыву. Это ощущение, оно ни с чем не сравнимо. Словно меня наполнили от и до, и я готов поделиться этим реальным счастьем со всеми. Несколько секунд тотального ступора, потом осознаю, что Нельфер меня по имени зовет. Что ответил ему, не помню, только чувство, что надо дотронуться и вот он уже в моих руках. Выдыхаю: — Нашел, — и прижимаю к себе. Ни как его звать, не кто он, ничего не знаю. Прижимаю к себе, ощущая, что он жмется тоже, но напуган. Убаюкиваю и ощущаю, что царапать начинает, испугавшись. — Тише, ну ты чего? — мурлычу ему на ушко и чуть разжимаю руки, — не бойся, все хорошо. — И заглядываю в глаза. — Не бойся, не обижу. — Ты что делаешь?! — зарычал кто-то и меня отдирают, в лицо смачно впечатывается кулак. — Ублюдок! Меня перевернуло. Не удержался на ногах, рухнул на землю. Слышу, как кто-то вскрикнул, кто-то зарычал, причем злобно и все, свет выключили, вместе с сознанием. Открываю глаза и вижу — больница. Палата на одного пациента. Пытаюсь понять, как я тут оказался и ничего не помню. Да и вообще, ничего не помню. Медленно приподнимаюсь на локтях и осматриваюсь. Действительно палата на одного. Сел, вздохнул, чувствую, что надо проведать фаянсового друга. Медленно спустил ноги на пол и аккуратно встал. Прихрамывая пошел к двери, которая явно та самая комнатка и не ошибся. Друг белеет, я рад. Прошел, дверь прикрыл и чую, стоять нельзя. Голова кругом. Пришлось сесть. Как маленький… Вышел из комнатки и вижу доктора. Ну, на нем спец-костюм, бейдж, взгляд деловой. Он меня быстро до кровати доставил, заставил лечь. Как оказалось, у меня даже очень серьезная травма головы. Не только физическая, но и энергетическая. — Док, а кто меня так? — лежу, круги пятнами перед глазами бегают. — Ничего не помню. — А что помните? — Хм, — напрягаю извилины и отрицательно покачиваю головой. — Ничего. — Как ваше имя? — Я бы и сам знать хотел. — Это раздражает. Действительно ничего не помню, а пугаться не пугаюсь. — Семья? Друзья? — Док, не помню. — Покачал головой. — Нихрена не помню. И даже испугаться не могу. — Вы альфа, такие вещи не пугают. — Доктор велел мне отдыхать, при этом назвал меня по имени и сказал, что семейка у меня есть. Яко Леонди. Старший сын. За мной еще трое. Диафи, Нельфер и Химес. Оба родителя. Я лишь кивнул головой и погрузился в сон. Из больницы меня выписали. Приехал отец и забрал. Увы, память у меня, равно как и зверь, крайне флегматично уснула. Никого из них не вспомнил. Все знакомым кажется, но не помню. Не могу вспомнить. На работе, которая у меня была довольно хорошей, мне сделали больничный. Так что я был дома и был обязан выздоравливать. Несколько дней провел, изучая семейство и понял, почему раньше младшего брата называл чудовищем. Он таким и был. О том, что случилось, странным образом помалкивали. Вернее, отвлекали от этого вопроса. Дня три. Потом отец вызвал меня на разговор и огорошил: я запечатлелся и получил по тыковке от ревнивого дурня. Что было дальше, ну с дурнем, дело понятное. Меня травмировали очень серьезно. Сдвоенный удар сразу в обе головы — мою физическую и голову моего зверя. Паря сейчас находится в изоляторе. И это чудо, что после такого удара я вообще живой. Когда речь зашла о моем «запечатленном партнере», отец покачал головой и сообщил, что его отец странный тип. Зато я узнал, что зовут мою пару Циан Вальди. Он друг Неби, который пара моему второму братцу, Нельферу. Восстановление было не особо трудным. После того, как меня пролечили и домой отпустили, я еще дня два походил с повязкой, после чего снял ее. И неприятно осознал — шрам на половину лба, висок и щеку. Нехило меня отделали. Мордаха ничего, а с этой меткой…ну да ладно. На работу я вернулся после нескольких дней проверки что я помню по самой работе. Пришлось что-то заново изучить, так как знания по рабочим материалам у меня частично были. Как только вернулся, немного освоился, вроде что-то начал вспоминать. Только вот, зверь мой, он признаков сознания не проявлял. Изо дня в день я его пытался разбудить, но не мог. Не просыпается и меня это начинает пугать. Сейчас иду после теста на разрешение после такой травмы возобновить мое разрешение водить машину. Тесты сдал сразу, с первой попытки. Вождение сдал также, на автомате делая все движения, не задумываясь и как привык — аккуратно, плавно, мягко. Мне сказали, что решение примут после последней проверки у врачей. Все же, удар по голове был не слабым. Дошел до перекрестка и увидел удобный бордюр. Присел на него, уставился на дорогу. Странно, но это место было знакомым. — Привет. — Раздался голос, которого я не знаю. Поворачиваю голову и вижу перед собой щуплого паренька, примерно второй год старшей школы или третий. Без понятия, он щупленький, но точно не из младших. — Здравствуй. — Смотрю на него и понять не могу, что ему надо. — Как ты? — задает вопрос и на голову мою смотрит. — Да вроде ничего. — Пожимаю плечами. — Прости, — смотрит на меня и вижу, сейчас разревется. Вот не знаю, что меня тянет, но я довольно быстро оказался стоя на ногах и к себе это тельце прижал. — Вот только реветь не надо, хорошо? Чего ты сделал, что я тебя прощать должен? — спрашиваю, а сам неосознанно принюхиваюсь. — Тебя ранили из-за меня, — выдавил он. Шестеренки прокрутились, и я сложил картинку. — О, вон оно как. — Киваю головой. — Ты, стало быть, моя пара, так? — Мы не пара. — Отодвигается он и насупился, руки мои с себя скинул. — Извини, я просто еще ничего не вспомнил. — Да мы даже не знакомы! — зарычал паренек и злобно на меня посмотрел. — Ну извини, — пожимаю плечами, просто не понимая, что сделал именно я и как мне с ним себя вести. — Извини, — передразнил он меня, шмыгнул носом. — Ты вообще ничего не помнишь? И зачем запечатлел меня, тоже, да? — Нет. — Потираю шею, вздыхаю. — Ничего. — Дебил. — Рыкнул паренек и пошел прочь. Вот это поворот! У меня все нутро перевернулось и в два прыжка нагнал его, дернул на себя. — А ну повтори! — зарычал на него, испугал и все же не остановился. — Я не твои сверстники, сопляк! — Не смей меня трогать! — зарычал он и руку вырвал. — Да? — сощуриваюсь. — Значит липнуть ко мне можно, а мне значит нельзя? — Да когда к тебе липли?! — возмутился он, а я ехидно повел бровями. — Да пошел ты! Прошипел он, оскалившись и зубы показав. Ах так! Перехватываю его и к зданию прижав, впиваюсь в губы, обезоруживаю и сам теряю голову. Он одуряюще пахнет! Впился в его губы, сломал сопротивление и остановился, только услышав стон. Что я творю?! И где?! Ну да, мну его попку, коленом массирую его пах. Паренек поплыл, видать ощутил меня. Боги…он красивый. Стрельнув глазами по сторонам, быстро срисовал проулок и шмыгнул туда. Пока делал шаги, этот детенок очнулся, начал дергаться. Ну ага! Я заулыбался акулой, впился в него взглядом, и он дрогнул. Уперся руками мне в грудь, явно думая, что я его здесь и сейчас. Испугался. А ведь такой смелый был, пока светло и людно. Хочу его подразнить, только… — Да не бойся, — усмехнулся ему в лицо глядя. — Я же не животное. — Пусти, — шепотом просит, а у меня нутро скручивает — он меня боится. — Тише, — вжимаюсь телом в его и ощущаю, что дрожит. — Тише, не бойся. Медленно поглаживаю по голове, понимая, что, он-то под маревом запечатления и ничего поделать не может. А я, так как зверь спит, лишь отголоски ощущаю и все. Нет во мне этого тумана, который делает его единственным, но и обижать его я не могу. А он все равно боится, и мне от этого нехорошо становится. Покачав головой тихо говорю: — Я тебя сейчас поцелую, только чтобы ты расслабился. Дальше не пойду, не бойся, хорошо? Его уже трясет. Блин, он сейчас вырываться начнет. Быстро хватаю его за подбородок и впиваюсь в губы, терплю когти, постепенно заставляю сдаться. Ласкаю языком его язык, неба, губы. Несколько минут и он поплыл. Но этого хватит. Разрываю поцелуй и просто прижимаю к себе головой. Чтобы успокоился. Иначе будет катастрофа. Запечатление не шутка, а мальчишка еще ребенок. И что, что он в старшую школу ходит — я взрослый и армию прошел. Несколько минут и чувствую, что он успокоился. Отстраняюсь и смотрю в его лицо. Красивый. Действительно красивый мальчишка. Щуплый, но, кажется мне такие нравятся. Глаза синие, ресницы яркие, густые. — Полегчало? — Да. — Опускает взгляд. — Не обзывайся больше, хорошо? — кивает в ответ. — Я ведь не ощущаю запечатление также, как ты. У меня лишь его отголоски. — Угу. — Кивнул он головой. — Слушай, а что за дурак на меня напал? — Мой партнер в течку. — Бывший, да? — Теперь да. — Циан, так зовут это милое создание, иронично улыбнулся. — Отец его сам выбирал. — Отец? А ты? — Что? — поднимает на меня свои глаза и я понимаю, что начинаю тонуть — такие невинные. — Что значит «что?» — таращусь на него. — Разве не ты должен выбирать себе партнера в течку? — Отец не даст. — Почему? — удивляюсь и понимаю, что просто «странный», это, наверное, щадящее название человека, который воспитал этого лапочку. — Потому что он мой отец. Я оторопело уставился на него, затем покачал головой. — Нет, а что бы он делал, если бы ты этого партнера не принял? — Я его не видел, до первого раза. — Циан покраснел. — То есть, у тебя началось и его привели? — Кивает согласно головой. — И ты узнал, что тебя положили с кем-то уже после, когда очнулся? — тут тоже кивает. — И ты не возмутился? — А толку? — и поднимает глаза, а я вижу, ему партнер не нравился. Ни в каком качестве. — Я бы ему зубы выбил. — Нельфер выбил. — Циан мстительно заулыбался. — Отцу пришлось отбрасывать его. Даже Неби не смог ничего сделать. Он озверел. А когда прибыли стражи, то повязали его и блокаторами обкололи. — Сорвался таури. — Я ухмыльнулся, после чего осмотрел свою, как оказалось, запечатленную пару и улыбнулся, — мы ведь так и не познакомились. — Хм, — смотрит на меня, ирония играет на губах. — Яко Леонди, — протягиваю ему руку. Заулыбался, видать все, больше не боится, расслабился. Протягивает свою: — Циан Вальди. Беру его за руку и непроизвольно к губам, а сам глазами в его глаза. Мне все больше и больше нравится этот мальчик. Симпатичный, пахнет вкусно, голос приятный, глаза красивые. И, чувствую, хочу его услышать, когда ему хорошо. — Перестань так смотреть! — выдергивает руку и возмущенно хмурится. — Как? — Словно съесть хочешь! — Могу и съесть, но чуть попозже. — Поднимаю его голову за подбородок, сам прижимаюсь к нему, ощущая, что он вздрагивает. — Можно? — Что? — Поцеловать. — И улыбаюсь, смотрю в его глаза. — Спрашиваешь? Что-то ты не удосужился до этого. — Успокаивал тебя, или ты начал бы атаковать, вырываться. — Пожал плечами. — Или так, или бить, но это было бы уже низко и безответственно. Так могу? Смотрим друг другу в глаза. Минута, другая и он едва заметно кивает. Мягко наклоняю голову, обхватываю его губы, начинаю нежно мять своими, затем запускаю в ход язык, обхватываю его за плечи, голову поддерживаю другой рукой. Он вцепился в меня, отвечает. Жаль, не я научил. — Циан! — резко кто-то рычит сбоку. Сволочь! Мой маленький вздрогнул, испугался. Я зарычал, пусть человеком, но мне совершенно не понравилось то, как моя пара задрожала. — Пусти, отец. — Шепотом щебечет, а я злобно в сторону урода голову поворачиваю. — Отойди от моего сына, щенок! — рычит мужик. — А не отойду, что делать будешь? — нарываюсь, но не могу ничего поделать — натура у меня семейная. — Ах ты сопляк! — шагает к нам и дергает меня за плечо. — Не смей трогать моего сына! — Да? — щурюсь и оскаливаюсь. — А что такое? Уже нашел себе нового удобного зятька? Удар в челюсть и меня отбрасывает дальше в проулок. На ногах я удержался. Циан повис на отце, что-то ему говорит, останавливает. — Запомни, щенок! Мой сын — это моя забота! И мне плевать что ты там сделал — он мой сын! Пошли, — дернул за руку Циана, который пискнул поморщившись. У меня кулаки чешутся, но я ничего не могу — мой зверь спит и эта сука знает это. Мне рассказали, какой он странный и что Циан не смеет против него и слова молвить. Так вырастили. Домой я вернулся злой и потрепанный. Когда Нельфер это увидел, зарычал. Пришлось осадить. Остановился, но затаился. Его семью тронули опять. После случившегося он вообще какой-то нервный, раньше таким не был… Оу! Я помню каким был братец! Ура! Я начинаю вспоминать! Два дня медленно и аккуратно память возвращалась образами. Правда зверь все еще спит. И плохо, и хорошо. Уж не знаю, что бы я сделал, так говно кипит из-за того, что я узнал. Чем больше память возвращается, тем больше я чувствую связь. Неби в гости зашел, сказал, что Циан подавлен. Он итак слишком серьезен и зациклен на учебе, а теперь еще и расстроен. Я тут же к Неби подошел и пару слов попросил передать, мол все хорошо, и я начинаю вспоминать. Он мне кивнул головой. Еще несколько дней прошло. Я нарезал круги возле того магазина, но не видел Циана. Потом моя буйная голова додумалась до того, что я ведь могу и до школы прогуляться! Нацепив кепку на голову, чтобы не пугать прохожих шрамом, быстро покатил на следующий день к школе, предварительно узнав у братца, сколько у них там уроков обычно. Пришел к школе, присел на столбик у низкого забора, и принялся ждать. Забор…он тут как часть декора, как и везде. Заборы нам не помеха. Один прыжок зверем и десяток метров можно преодолеть. Заборы у нас украшение и показатель территории. Но не преграда и тем более не защита. Сижу, думаю и слышу звонок. Смотрю, через несколько минут детвора подростковая вываливает на улицу. Всматриваюсь и вижу его. Заулыбавшись, быстро встал и пошел навстречу. Нельфер и Неби о чем-то болтали с ним, и не заметили меня из-за идущих спереди парней. Мгновение и я вдергиваю свою пару, которую для себя признал таковой, впиваюсь в его губы и получаю укус. Но не остановился, и он признает меня по запаху, расслабляется, подвиснув на моих руках. Мне нравится его вес. Держу его под попу, целую, чувствую, как отвечает. Сладко. — Братец, а другого места не нашел? Здесь столько глаз! — ворчит Нельфер, который не любит показывать свои отношения. А мне плевать. Моё. Циан мой. Чувствую с каждым днем, что это чувство собственника все больше и больше. Зверь еще спит, но я уже принял связь. — Циан! — зарычало убожество, что является его отцом. В моих руках вздрогнули. — Иди сюда немедленно! — рычит из машины. — Не ходи. — Шепчу ему в губы. — Ты ведь не хочешь. — Он догонит. — Почти плача отзывается мое маленькое чудо. — Нельфер, — перевожу взгляд на брата и тот только головой кивает. Опускаю на землю свою пару, ехидно улыбаюсь старой брюзге и веду пару к машине. Нельфер же, со всей мстительностью таури подходит к старику и смотрит ему в глаза — мол дернись и порву на кусочки. Я в этот момент Циана в свою машину и по газам, чтобы не опомнился хрыч. Пара кварталов и подкатываю к стоянке отеля. Циан прекрасно понял, что я хочу, но не остановил. Увы, котенок, я хоть и имею сейчас зверя в спячке, но вот аромат практически готовой сорваться течки ощущаю. Нюх у меня хороший, хоть и без ипостаси. Вылезаю из машины, обхожу ее и дверь открываю. Смотрит на меня испуганно. — Циан, я тебя чую. — Говорю и смотрю в его глазенки. — Меньше суток осталось. Ты пил сироп? — Нет. — Побледнел он. — Не волнуйся, — протягиваю руку, предлагая выйти. — Здесь сервис, аптека вон, — киваю головой. — Идем? Он облизывает губы, еще страшно. А меня накрывает нежностью. Чувствую, что зверь просыпаться начинает. Он ощущает, что пара его течь начинает, что еще немного и он будет в азарте. Спать не вариант. Циан несмело протянул мне руку и вложил свои пальцы в мою ладонь. Я вывел его из машины, закрыл дверку и повел в аптеку. Нам сейчас осложнения в виде котят не надо. Рано еще. Он сначала отучиться должен, потом все остальное. Входим в аптеку. Моя пара в смущении, я к продавцу за консультацией. Тот спрашивает возраст и все остальное. Я Циана подманил, он рассказал, какими пользовался. В итоге добавил, что пара на запечатлении. Слушавший специалист кивнул головой, добыл нам запас, пару пузырьков для меня и Циана, а также посоветовал купить сыворотку, которую бывает забывают. Закупившись, веду покрасневшего как помидор Циана в сторону специального отеля. Прошли внутрь, сняли номер. Администратору я сообщил, что предстоит течка, и оплату счета надо оставить на счетчик. Тот молча кивнул головой и отдал ключ, сказал где и как расположен номер. И вот он этот номер. Заходим, дверь закрываем, и Циан вдруг начинает паниковать и удрать хочет. Он напуган. Ему вообще впервые предстоит переспать с тем, кто нравится. Из-за запечатления я точно знаю, что его влечет ко мне, и очень сильно. Но он напуган, все впервые. Беру пакет, достаю бутылочку для себя и скрутив крышку, пью ровно треть. Видя это, он пугается еще больше и бледнеет. Достаю еще одну и протягиваю ему. Не хочет пить. Отступает. Вздохнув, подхожу, скручиваю крышку и заставляю выпить все. Пьет, и плакать начинает. Страшно, боится. Я не совсем понимаю эту реакцию, но будем аккуратно. Усаживаю его на кровать и сам сажусь на пол, обхватываю его за талию, прижимаюсь и замираю. Несколько минут он еще боится, потом постепенно успокаивается. Может ему течку сбивали? С подобной проблемой партнеров у меня не было и в течку я ни к кому не ходил. Игрался между ними, но настолько серьезно не завлекал. Чувствую, что гладит меня по голове, пальцами в волосы зарывается. Медленно голову поднимаю и смотрю на него. Пока не поплывет конкретно, не трону, так решил. Сейчас у него легкие проблески, только наметки на начало. А значит страх еще может вернуться, поэтому просто заставлю лечь рядом и пусть привыкает, нюхает. Медленно пересел с пола на кровать, прижал к себе. Потихонечку оттеснил его к подушкам. Затем завалился с ним и на себя перетянул. Прижал за талию теснее и зафиксировал голову, расслабившись и замерев. Он напрягся, но потом замер, прислушиваясь. Через несколько минут почувствовал его зверя, что, любопытничая, пришел в гости к моему сонному ленивцу. Царапает кокон, голос подает, звать начинает. И мой ленивец глазенки открывает, ушами стрижёт, но еще не проснулся до конца. Циан спал. Спал как младенец. Уже три дня прошло. Течка у него короткая. А мне и этого хватило. Мой звереныш очнулся, когда аромат настолько усилился, что у меня без зверя в голове все смешалось. Как я не навредил, не испугал, не знаю. Какой он страстный и азартный, мне понравилось. Я весь в его метках. Царапается, кусает, тянет на себя… Заулыбавшись, нежно погладил его по спинке. Еще пара лет и он станет не щуплым, а стройным. Заматерет, станет сильнее, краше. И я буду ревновать. Реально, я буду его ревновать к каждому столбу! Сколько я на него пялился, не знаю, но вскоре моя пара проснулась. И засмущалась, занервничала. — Циан, давай сделаем это сейчас? — спрашиваю и смотрю ему в лицо, в эту растерянность и недоверие. — З-зачем? — находит силы спросить. — А ты не понимаешь? — рыкнул ему, используя бархат голоса своего зверя и он расширяет глаза. — Очнулся?! — изумляется он, когда моя рысь плавно и вальяжно пришла к нему в гости. — Да. — Шепчу на ушко и нежно в шею целую. — Благодаря тебе, проснулся, поигрался, и не хочет отпускать. Циан, давай сейчас сделаем. — Яко…я… — Не бойся. Мы запечатлены, — приподнимаюсь на локтях, заглядываю ему в лицо, — и, если надо, я могу обратиться в комитет, чтобы тебя мне отдали. — Тебе? — удивился, да так смешно, что я не сдержал улыбки. — Да, мне. Я уже взрослый и могу дать гарантию, что ты доучишься, получишь профессию и только после этого мы будем решать — делать малыша до или после армии. Обеспечить я могу нас обоих. — Но мой отец… — Уже ничего не может. — Улыбаюсь. — Наше запечатление проверить просто. И, если ты захочешь, то без его разрешения могут перевести ответственность за тебя на меня. — Ты его не знаешь. — Циан покачал головой. — Он не отступит. — Ничего, у меня семья не из пугливых, а я тем более. — Ласково провожу рукой по его бедру, завлекаю, соблазняю. Что и говорить, в таких делах я мастер. Через несколько минут и щенячьих глазок, Циан сдался. Я был предельно осторожен и очень нежен. Столько целовать и ласкать ни одного партнера не хотелось. А когда повязал его, подумал, что меня молнией шибануло! Что и говорить, одним разом не ограничился. Да и он, вошел в азарт. Последний раз сам попытался соблазнить, и я соблазнился моментально. Еду в машине и улыбаюсь. Моя пара рядом. Румянец на щеках, наверное, вспоминает игры. Целоваться хочу. Торможу на парковке у магазина, протягиваю руку и притягиваю удивленного внезапной остановкой Циана. Впиваюсь в его губы, долго и страстно их пробую, заставляя его коготки выпустить, но не от страха, нет, он в азарте. Когда отпустил, он облизнул губы, глазами туда-сюда. Хочет. Чувствую. Но нам надо до дома доехать. Нельфер позвонил и сказал, что нас с собаками ищут. Этот дурень заявил, что я его сына похитил. Бред. Какой же бред! Плавно выехав с парковки, через несколько минут привез Циана к себе домой. А у нас стоит машина, стражи тут. Видать нас искать не стали, просто потому что семья сообщила о запечатлении. Паркую машину, выхожу, пару свою забираю, веду к дому. Циан трусит. — Там отец, — сжимает пальцы сильнее в моей руке. — Тише, — подтянул его к себе, поцеловал в губы, — не бойся. Теперь я в ответе за тебя, не бойся. Вхожу домой. Чувствую напряжение. Веду свою пару в большой зал и вижу картину Репина — «Приплыли!» Мой отец гнев распространяет, отец Циана что-то лопочет, стражи урезонить обоих хотят. Мои братья, кроме Химеса, тут же, недовольно порыкивают. — Всем день добрый! — выдаю я, обнимая за плечи Циана, который трусит и не держи я его, сбежал бы. — А! Явился! — заорал мой, как бы тесть. — Ну да, а что нельзя? — смотрю на него и ухмыляюсь. — Ублюдок! Верни моего сына! — А он не хочет. Что делать будешь? — язвлю и понимаю, такой бальзам на душе, так тепло. Циан ни слова против не сказал, за отца не заступился. А отец его на говно, в драку кидаться, да куда там! Па грозно зарычал и все альфы в доме присели. Чего стесняться, я тоже непроизвольно колени согнул. Благо Циан рядом вздрогнул не меньше. — Мистер, я бы попросил не провоцировать меня. — С угрозой в голосе процедил слова Па, а мы, члены его семьи, уши прижали — па в гневе, это труба. Даже офицеры сглотнули. Ну как же! В доме есть ребенок, который только-только получил ипостась, да и я, как бы не сосед. Компромисс, дабы не начать драку, нашли офицеры. Один попросил Циана отойти в сторонку, а второй остался рядом с нами, отделив экраном. О чем именно говорили моя пара и офицер, увы слышно не было. Долго говорили. После чего офицеры извинились и забрали его отца. Что именно натворил он, не знаю. Циан не распространялся. Да я, если честно, не хотел его заставлять. Если захочет, расскажет сам. Если его будут эти воспоминания сильно угнетать — заставлю рассказать. Все. Сижу, на том памятном столбике, жду, когда уроки закончатся. На работе график подстроил, чтобы совпадать по времени с окончанием уроков у моей пары. Вот сейчас еще пара минут и звонок, затем еще несколько и он выйдет. Жду, радуюсь теплой погоде. Не так давно Циан простыл, пришлось даже в больницу ехать и уколы ставить, так ему было плохо. Сейчас погода хорошая. Я тут заготовил сюрприз. Сижу, жду и улыбаюсь. Вот ведь какой парадокс — до запечатления я ведь ни одного лапочку не пропустил, всех соблазнял. А тут все мысли только о Циане. Надеюсь тяга сохранится у нас обоих, после того как мы родим. Запечатление вещь коварная. Как только главная задача выполнена, а именно новая жизнь создана и кокон со щитами ему сделан, все наваждение исчезает. И ведь после стольких лет, когда будет можно его без оглядки покрыть, и не волноваться за право по закону, я могу вновь вернуться к легкой и разгульной жизни. Будет жалко, если этот период запечатления не продлится дольше. — Яко, ты о чем думаешь? — спрашивает меня и улыбается. — О тебе. — Улыбаюсь ему в ответ, встаю с насиженного места, притягиваю к себе и целую. — О тебе, только о тебе. Зарделся, улыбается, прижимается и волнует. Смотрю в эту мордашку и понимаю — нравится. Очень сильно нравится. Обнимаю и веду к машине, на зависть многим, ну, а как же! Я взрослый, самостоятельный и симпатичный альфа, который души не чает в одном из их знакомых. Из этих мальчишек, что даже в техническую школу не поступили. Один из них в запечатлении и счастлив. Эпилог. Жду, когда доктор выйдет и скажет, как там мой любимый. Мы сейчас рожаем. Мне туда нельзя. С Цианом мы больше десяти лет вместе. После армии еще несколько лет подождали и решились. Было, если честно, откровенно страшно. Все, что я ощущал под нитью запечатления, оно ведь может исчезнуть. И Циану было страшно. Но мы решились. И вот он день, когда наш малыш появится на свет. Жду уже долго. Нервничаю. Несколько раз прохаживался по коридору. Сейчас просто сижу и жду. Мой Циан бета, и нам повезло, на тесте пола не распознали ни омегу, ни альфу. Значит мой любимый сможет еще раз родить. За это я рад, но что-то долго! Нервно прохаживаюсь, жду и поглядываю на часы. Вдруг в родовое отделение влетает бригада врачей и в тот зал, где Циан. У меня все упало. Они влетели, затем еще и еще пробежали. Жду уже бледный, мне откровенно плохо. Слишком все долго. Слишком. Боюсь, что что-то не так. — Мистер Яко Леонди? — задает вопрос врач, который стоит передо мной. — Да. — Поднимаюсь, смотрю на него. — Поздравляю, тройня. — Улыбается. — С роженником все хорошо, не волнуйтесь. — Тройня? Как? — Бывает, что зверь прячет детей, если не хочет или играется. — Врач-акушер улыбнулся. — Не волнуйтесь, небольшие порывы, поэтому вызвали дополнительную бригаду. Плюс он атаковал, пришлось менять врачей. Сильный у вас супруг. — С ним точно все хорошо? — хватаюсь за его руку. — Он ведь еще сможет? Ему ничего не удаляли? — Нет, все в полном порядке. — Покачал головой этот добрый дядечка. — Сейчас приведем в порядок и переведем в палату. Малышей принесем. Вы пока на этаж ниже спуститесь, там будем располагать. Киваю головой и понимаю — я отец! Изумленно замерев, погонял мысль, отмер и быстро спустился вниз, опять ждать. Правда сейчас не так долго. Одев специальный комбинезон, шапочку, и бахилы, руки помыв, я был допущен до палаты. Сел и смотрю на него, спящего. Роды все равно были не легкими. Видно, как ему досталось. Немного тени под глазами видны. Смотрю и понимаю — люблю. Действительно люблю его. У нас были и сладкие дни, и горькие. Как оказалось, Циан с очень крутым нравом, непокорный, иногда даже дикий. Сколько летало тарелок и как меня порой били! Огонь. И все же, сидя у его кровати, понимаю — я его люблю. Взял его за руку, поцеловал пальцы, которые порой когтями делают больно, но они мои. Он весь мой. Никому не отдам. — Яко, — тихо зовет, просыпаясь. — Я здесь. — Прижимаю его руку к губам, потираюсь щекой о пальцы. — Здесь. — Я не помню…ребенок…что с ним? — встревоженно переводит взгляд по палате. — Все хорошо. — Отпускаю его руку, сажусь на постель и целую в губы. — У нас трое. — Что? — Трое. Роды были тяжелые, поэтому не помнишь. Но у нас трое малышей. — Трое? — Да. — Улыбаюсь. — Люблю тебя, Циан. Люблю. — И начинаю целовать сильно, страстно, зная, что не отпущу. Пусть сколько хочет наваждение спадает, я его люблю. Действительно и очень сильно. Он мой.