Драконьи цветы

— Ну же, расскажи мне все, ты ведь хорошая девочка, — Лексус подошел к Леви и обнял настолько сильно, что можно было услышать хруст ее костей. — Я рассказала тебе все, что знаю, — девушка попыталась вырваться из крепких объятий, но все попытки были тщетны, он лишь сильнее начал сдавливать ее. — Этого мало, очень мало, — прошептал над самым ухом мужчина, отчего МакГарден зажмурилась, отворачиваясь и вызывая ухмылку у блондина. — Если ты не хочешь говорить по-хорошему, то будет по-плохому, — резким движением, Дреяр перевел одну руку на грудь Леви и сжал ее, порождая крик из груди феи. — Прошу, не надо, я рассказала все, что знаю, — голос девушки начал дрожать от страха, слезы навернулись на глаза. Она боялась этого мужчину, того, что он может с ней сделать. — Ты не оставляешь мне другого выбора, фея. Скажи, Редфокс был нежен с тобой? — после этих слов, Лексус разорвал платье синевласки, открывая вид на аккуратную грудь и припадая к ней губами, девушка лишь всхлипывала от беспомощности в происходящем. — Прошу тебя, Лексус, прекрати, остановись, — Леви взывала к остаткам рассудка мужчины, но все ее попытки вызывали лишь смех с его стороны. Ей было неимоверно противно ощущать его прикосновения к себе, чувствовать похоть и грубость в действиях. — Нет, я не перестану до тех пор, пока ты не расскажешь мне всё, — содрав остатки платья, Дреяр толкнул девушку на кровать, нависая над ней и наблюдая. Такая чистая, невинная и совсем не в его вкусе, но желание вновь обойти Редфокса возбуждало его, он не понимал, как эта фея смогла покорить сердце врага, но уступать ему он не желал, поэтому собирается сам узнать ответ на свой вопрос.       Леви подскочила на кровати, озираясь по сторонам и тяжело дыша. Ее тело пробрала мелкая дрожь, щеки пылали от смущения. Убедившись, что это был лишь сон, девушка встала с постели и направилась к стальным прутьям, откуда можно было увидеть свет полной луны.       Синевласка сжала руки с такой силой, что от ее ногтей проступила алая кровь. Сны, которые видели феи в полную луну, были предсказанием того, что их ожидает.       Одинокая слеза скатилась по щеке девушки, она ощущала свою беспомощность и сожаление, что пошла против законов своего королевства, не ценила заботу родителей и сейчас выглядит настолько жалко, что если бы ее увидели сородичи, непременно смерили бы презренным взглядом, сопровождая словами, что так ей и надо. Душа ныла глухой болью от того, что она сделала ошибку, с которой ей теперь придется жить до конца своих дней.       Она не может сказать Лексусу что ее способности заключаются в исцелении и только, ведь видит, что он ждет от нее куда большего. От этого, мужчина может впасть в ярость и убить не только ее, но и вернуться в деревню и продолжить начатое, если того еще не сделал.       Вдохнув свежего воздуха, Леви сползла по стене на холодный каменный пол и начала успокаиваться, отгоняя от себя мысли о прошлой жизни, постепенно погружаясь в тревожный сон. На дворе стояла ночь, все жители деревни давно спали, лишь издали можно было услышать как что-то обсуждают охотники, несущие свое дежурство.       С того момента, как она прибыла в поселение Дреяра, прошло около двух недель, за это время волшебный свет феи начал угасать. Каждый день она думала о том, сдержал ли свое обещание Лексус? Как там ее друзья, жители деревни и Гажил? Думает ли он о ней? Все эти мысли, с которыми она проводила взаперти все свое время, начинали давить на нее. Ей не с кем было поделиться ими, разделить свои тяготы и переживания, лишь копить в себе все то, что гложит ее, убивает с каждым днем все больше.       Леви позабыла обо всех радостях жизни, что ощущала в недавнем времени, лишь чувство страха жителей, что витало в воздухе, было доступно ей. Помимо своих проблем и переживаний, она впитывала чужие, разделяя их страхи со своими. Они боялись не того, что на них могут напасть, не болезней или прочей ерунды, с которой живут люди, а Лексуса.       Этот мужчина вселял страх не только в своих врагов, но и в жителей деревни. За все время, проведенное здесь, МакГарден успела понять, что главарь деревни вовсе не человек, а самый настоящий монстр. Ему чужды человеческие чувства, он видит перед собой лишь то, что желает, и добивается этого любой ценой.       По приезду в деревню, Лексус пытался вытащить из девушки подробную информацию о феях и ее возможностях, но та упорно молчала, чем неимоверно злила вспыльчивого блондина, на что он решил закрыть ее в темнице.       Пока он не будет знать, на что может рассчитывать и чего ждать от этой феи, мужчина не может начать действовать. Его план по захвату всего королевства оттягивался, вызывая приступы ярости у Дреяра, но он старался держать себя в руках. Пока что он сам собирает всю информацию о феях, даже послал людей в деревню Редфокса, дабы привести несколько друзей феечки, возможно так он сможет развязать ей язык. А если это не поможет, его терпение лопнет, и то, что ожидает синевласку, ей придется не по вкусу.

***

      Последующий день Леви пребывала в скверном настроении, мешки под глазами говорили о плохом сне, что расстраивало пожилую женщину, что приносила ей еду. Фея так и не прикоснулась к еде, поджав под себя ноги и наблюдая за голубым небом через стальные прутья.       Она всю жизнь мечтала о свободе, которую сумела получить, но так просто потеряла, рассталась с ней навсегда. Теперь все ее мечты казались глупыми, она сама отказалась от хорошей жизни и сейчас расплачивается за это. Если бы она только послушалась своего отца, все могло бы быть по другому, но, возможно, она никогда бы не узнала, что такое любовь.       Любовь - именно это ощущение еще придавало ей сил, помогало не угаснуть и держаться, хвататься за эту жизнь всеми возможными способами, в надежде, что еще можно что-то изменить. Мысли о Редфоксе придавали ей сил, о последней проведенной с ним ночи, о том, как он смотрел на нее, когда на деревню напал Лексус. Все это разжигало в ней силы жить дальше, надеяться, что Дреяр не нарушит своего обещания, пока она с ним.       Она не винила ни Гажила, ни жителей деревни в случившемся, лишь себя. Если бы она была сильнее, например как ее дракон, то смогла бы защитить всех. Как же ей было стыдно перед ним, он подарил ей ту самую свободу, дал возможность начать новую жизнь, о которой она мечтала, а она все потеряла.       Каждый день для девушки перестал отличаться от предыдущих, она знала, что завтра будет тоже самое, что и сегодня. Лишь после вчерашнего сна, она была уверена, что один день все же будет другим, не таким, как прошлые.       Где-то в дали послышался шум и крики людей, но Леви не обратила на это никакого внимания. Она не видела смысла как-то реагировать на происходящее, полностью погруженная в свои мысли и проживая эти дни в прошлом.       Лишь громкий рев, готовый заставить содрогнуться небеса, до боли знакомый ей, заставил фею вскочить на ноги и уставиться в единственное окно, расположенное к небу. Грохот и крики людей смешались воедино, все сильнее нарастая и приближаясь к ее месту заключения. Вскоре, над ее окном, в небе промелькнула черная тень, отчего сердце девушки начало стучать неимоверно быстро, а в голове крутились мысли о нем, Акнология здесь.

***

      Гажил до сих пор не мог окончательно поверить в то, что происходит. Еще недавно он не верил в существование фей, а теперь перед ним стоял самый настоящий дракон, который еще недавно был человеком.       Охотники впервые в жизни столкнулись с таким величественным существом, огромная концентрация мощи, силы и магии вызывала дрожь в их телах, неспособных даже пошевелиться. Акнология, явно довольный произведенной реакцией, взглянул на Редфокса прежде чем взлететь в небо. — Не забудь свое обещание, данное мне, человек, — оглушительный голос дракона спугнул всех птиц, что были в округе. — Я всегда держу свое слово, — как можно громче крикнул Гажил, дабы его слова долетели до слуха того, кому было дано обещание.       Акнология начал взлетать в небо, рассекая воздух, и заставляя людей хвататься за деревья, дабы не упасть на землю. Времени у него мало, надо успеть спасти Леви до того, как он снова обратится в человека.       Гажил и охотники ринулись за драконом, сегодня они смогут одержать победу над Дреяром и вернуть фею обратно в деревню. Мысли о синевласке сводили брюнета с ума, он боялся того, что мог с ней сделать Лексус, лишь одна мысль об этом, заставляла его кровь кипеть в венах.       Мужчина корил себя за то, что не ринулся сразу спасать свою женщину, позволил ей заплатить своей свободой, чтобы они могли дальше жить, но что бы он мог сделать один? Разве что приблизить свою неминуемую смерть и принести удовольствие врагу. Теперь у него появился шанс все исправить и в этот раз он не упустит его, любой ценой он освободит Леви и вернет обратно, даже ценой собственной жизни.       Пока охотники нагоняли Акнологию, он уже пролетел над поселением людей, что посмели посягнуть на жизнь его феи. Жалкие, презренные мошки, именно такими он видел этих людей, и Гажил тому не исключение. Дракон до сих пор прибывал в ярости от того, что тот не смог защитить ее, сберечь ту, о которой сам же и мечтает.       Люди, завидев в небе огромное существо, начали лихорадочно бегать, прятаться в домах и искать там защиту. Дракон лишь бросил на них злобный взгляд, после чего опустился на землю, его невероятно сильный рёв смёл стоявшие рядом сооружения.       В воздухе отчетливо витал запах Леви, который невидимой нитью вел его к ней и дракон шел, сметая на своем пути все, что попадалось. Добравшись до нужного места, он увидел как небольшая группа людей собралась вдали и наставила на него свои луки, на что Акнология лишь фыркнул, перелетая через то самое место, куда звало его сердце и направляясь прямиком к глупым смертникам.       Прибывшие охотники, увидев что стало с поселением Дреяра, ужаснулись. Все дома, что стояли здесь когда-то были снесены, всюду лежали раненные и мертвые, дракон не делил людей на опасных и беззащитных, сметая всех в одну кучу.       Редфокс недолго думая, ринулся к каменной башне, что была единственным уцелевшим сооружением. Сердце подсказывало ему, что именно там держат его фею. Мужчина пробивался к ней через способных к сражению охотников, прокладывая себе путь ценой чужих жизней.       Позади каменной башни он увидел устремившееся черное пламя, что съедало все дома, расположенные в той стороне и людей. Крики боли, шум падающих домов и смерть витали в воздухе. В который раз он убедился в мощи дракона, насколько опасным было это создание и каких бы бед могло принести, живя в его мире. — Я смотрю ты подмогу привел, Железный, что еще спрятано в твоем тайнике необычных тварей? — голос, полный злости, раздался позади Гажила и заставил того отпрыгнуть в сторону, спасаясь от опустившегося на то место топора.       Лексус был в бешенстве, мало того, что все итак шло не по плану, так еще и дракон, самый настоящий дракон прилетел к нему в поселение и разрушил все, что было построено за долгие годы существования деревни. Его огромное войско было разгромлено одним только рёвом этого существа, а оставшаяся часть армии пала в черном пламени ящера.       В какой-то момент мужчина пожалел о том, что связался с этой чертовой феей, его разум охватило безумство, он не умрет просто так, а заберет жалкую жизнь девчонки с собой, но сначала разделается с давним врагом. — Я убью тебя, Дреяр, — прорычал Редфокс и ринулся на блондина, уклоняясь от нового удара.       Мужчины сцепились в схватке, нанося друг другу смертельные удары. Лексус был сильным противником, но и Гажил не отставал от него. Каждый сражался за свое право на жизнь, в этой битве не будет компромиссов, лишь выживший и мертвец.       В какой-то момент брюнет потерял бдительность, и Дреяр, воспользовавшись шансом, повалил того на землю, сцепляя свои руки на его шее и душа. Редфокс пытался скинуть с себя мужчину, но все его попытки начали ослабевать, когда воздуха стало не хватать. В последний момент Гажил увидел нож, лежавший рядом с ним, осталось лишь дотянуться до него, что было неимоверно тяжело, в глазах все темнело и мужчина начал погружаться в сон. — Гажил!       Едва уловимый голос синевласки заставил мужчину прийти в себя и собрать все силы, что у него остались. Дотянувшись до ножа, брюнет всадил его в сердце Лексуса быстрым движением. Блондин, в глазах которого застыло разочарование, отпустил горло брюнета, сползая с него на землю и падая.       Вот и все, его противник повержен, он отомстил ему за всех, кому тот причинил когда-либо боль и страдания. С трудом поднявшись на ноги, Редфокс направился к башне. Отперев железную дверь, он почувствовал, как на него кто-то налетел, чуть было не сметая с ног. Опустив глаза, он увидел синюю макушку, что прижималась к нему всем телом. — Я боялась, что больше никогда тебя не увижу, — рыдала фея, обнимая столь родного для нее человека. — Я тоже, — прошептал мужчина, вдыхая знакомый аромат небесных волос.       После того, как Гажил и Леви покинули башню, фея смогла увидеть все то, что произошло в деревне. Она не сомневалась в том, что дракон не будет делить людей на хороших и плохих, и попросту уничтожит всех, но сердце ее сжималось от сострадания всем тем, кто ни в чем не виноват.       Девушка почувствовала на себе чей-то настойчивый взгляд и повернулась в ту сторону, завидев там голубовласого мужчину. Он лежал на земле, захлебываясь в собственной крови и держась на последнем дыхании за эту жизнь, и упорно продолжая смотреть на фею таким взглядом, будто знал ее, будто, она что-то значила для него. — Гажил, а где дракон? — девушка окликнула впереди идущего мужчину, заставляя его остановиться и проследить за ее взглядом.       Вне сомнений он узнал его, это было он. Акнология перевел свой взгляд на Редфокса, после чего тот незаметно кивнул ему и дракон в последний раз взглянул на ту, ради которой отдал свою жизнь, после чего погрузился в темноту. Диалог Гажила и Акнологии в деревне       Дракон выслушал всю историю, что поведал ему Редфокс. В правдивости его слов он убедился лишь тогда, когда увидел то самое платье, в котором была Леви, когда он отпустил ее в этот мир.       Акнология был в ярости, узнав, что его фею держат в плену, что она пожертвовала своей жизнью, но ради кого? Ради этих жалких людей? Они и пальца ее не стоят, не то чтобы жизни.       Также от дракона не скрылись и чувства, с которыми брюнет все рассказывал. Сердце голубовласого разрывалось на части, он готов был убить его, но в то же время не мог, ведь принесет боль той, кого любит больше всего. — Розоволосый остается в деревне, не хочу слышать даже, что если с ним что-то произойдет, то и фея пострадает, остальные отправятся со мной, — грубо изрек Акнология. — С тобой? А что мы сможем сделать против целой армии людей? — Гажил смотрел на гостя как на сумасшедшего, рвущегося на собственную смерть и ведущего их с собою. Ладно он, ему нечего терять, в этой жизни он не видит смысла более, но вот другие охотники этого не заслужили. — Когда мы будем возле деревни врага, я приму облик дракона, но он не будет действовать долго, поэтому мне потребуется ваша помощь, — Акнология смерил мужчину недовольным взглядом. — С чего вдруг я должен тебе поверить? — Редфокс скрестил руки на груди, бросая на гостя такой же взгляд, как и тот. — У тебя нет выбора, иначе этого всего бы не произошло и Леви была бы здесь, — гневно изрек дракон, ему уже порядком надоело возиться с этим человеком и пытаться заставить что-то сделать, и просто поверить ему. — Пообещай мне кое-что, человек, — Акнология снизил свой пыл и уселся на стул, устало прикрыв глаза.       Гажил молча наблюдал за гостем, не зная, что ему ответить. Разум говорил о том, что все это ложь, а душа кричала довериться, ведь еще недавно он не верил в фей. Да и как он сможет дальше существовать, зная, что у него был шанс все исправить. — Когда освободишь Леви, скажи что я вернулся домой, не говори о том, каким ты меня видел, в человеческом облике, — дракон напрягся и сжал кулаки до белизны костей, сердце предательски начало ныть. — И еще, пообещай позаботиться о ней, она настолько хрупкая, что не сможет выжить без чьей-то помощи, — тяжелый вздох вырвался из груди дракона. — Обещаю, — хоть Гажилу и не нравился этот гость, но он выполнит данное обещание не смотря ни на что. — Тогда выдвигаемся на рассвете, — Акнология покинул дом Редфокса, направляясь в лес.       Разместившись на поляне, дракон наблюдал за звездным небом. Он понимал, что эта ночь, проведенная в человеческом мире, последняя для него. Сердце болезненно сжималось в груди от того, что он не сможет быть рядом с той, кого посмел возлюбить, а другой человек будет рядом с ней, заменяя собой его место.       Акнология вдохнул прохладный ночной воздух, наполненный свежестью. Он не чувствовал к себе жалость, не думал, что поступает неправильно, ради безопасности феи он готов пойти на все, даже пожертвовать своим счастьем и жизнью. Конец диалога — Гажил? — Леви вывела мужчину из раздумий. — Он вернулся домой, — с всевозможной уверенностью в голосе, солгал брюнет. Он избегал ложь, но отказать в выполнении своего обещания, данного спасителю его женщины, не мог. — Вот оно как... даже ничего не сказал? — девушка поникла, она хоть и почувствовала, что Редфокс что-то скрывает от нее, но не стала докапываться до правды, решая, что потом все обязательно узнает.       В голове Леви не укладывались мысли, что Акнология даже не встретился с ней, не увидел своими глазами ее, как и она его, отчего некая обида уколола сердце феи, но она не стала обращать на это внимания, ведь он в очередной раз спас ей жизнь. Именно ему она стольким обязана, именно это могущественное существо столько сделало для нее, а она не смогла поблагодарить его лично. — Сказал, чтобы ты была счастлива, — Гажил обнял фею, нежно проводя руками по ее волосам.       От мужчины не скрылся тот факт, что Акнология неспроста пришел в этот мир, принял облик человека и пожертвовал своей жизнью ради синевласки. Он видел по его глазам, насколько дорога для него была фея. И вот сейчас, он боялся узнать, что сердце его Леви возможно и вовсе не его. — Идем, надо возвращаться в деревню, все уже заждались тебя, — мужчина взял за руку девушку и повел за собой.       Леви в последний раз обернулась на тело голубовласого мужчины, который не свел своего взгляда с нее, даже после смерти. Что-то подсказывало ей, что она упускает нечто важное, будто бы, знает этого человека больше, чем могла бы себе представить. — Леви! Мы так рады, что ты цела! — охотники окружили девушку, засыпая кучей вопросов. — А ну разошлись все! Нечего приставать к моей невесте! — Редфокс растолкал всех столпившихся охотников, грозно сверля их взглядом и закрывая собою фею. — Невесте? — Леви бросила на брюнета удивленный взгляд, щеки залились яркой краской, а ноги подкосились от услышанного. — Возможно я тороплю события, но уж таков я, можешь не давать мне ответ сейчас, а подумать, я не буду торопить тебя, — Гажил подхватил на руки чуть не упавшую девушку и заглянул в ее глаза, в надежде увидеть там все те эмоции, что видел раньше.       Девушка смотрела в алые глаза брюнета, не в силах поверить в происходящее. В них было столько нежности, любви и страха, но чего именно боялся он, было неизвестно ей. Еще недавно она прощалась с жизнью, не видела выхода из клетки, а сейчас с ней рядом тот, о ком она все время думала. Слезы появились в глазах феи, она сильнее сжала в своих руках одежду охотника.       Завидев слезы возлюбленной, мужчина поник, сердце больно сжалось от того, что он оказался прав, она не может стать его женой, о чем он только мог думать, она же фея, а он обычный человек. — Я согласна, — еле слышно прошептала девушка, улыбка наконец окрасила ее бледное лицо. — Что? — не веря в то, что услышал, переспросил Гажил, с удивлением смотря на счастливое лицо феи. — Я согласна стать твоей невестой, — робко повторила синевласка, щеки ее покрылись румянцем от проницательного взгляда брюнета.       Впервые за долгое время, Редфокс позволил себе улыбнуться, по-настоящему, искренне и чисто. Крепче сжав в своих объятиях возлюбленную, он поцеловал ее со всей нежностью, которую мог себе позволить. Девушка ответила на поцелуй любимого мужчины, теснее прижимаясь к нему, столь родному, ставшему для нее всем миром, человеку.