Стигматы

      — Они, наверное, расстались, — Джим беззаботно пожал плечами. Слишком беззаботно, для человека, который держал изуродованные руки под лучом регенератора. Хотя в данном случае регенератор был практически бесполезен. Только немного подсушивал поверхность ран, не позволяя им постоянно истекать кровью и лимфой.       — Как ты можешь относиться к этому… так, — с запалом начал Маккой, но к концу фразы просто сдулся. Глаза его сверкали злобой. И не ясно, на кого больше: на Кирка, который не хотел искать свою родственную душу, или на себя, оказавшегося бессильным против «стигмат», даже со всем оборудованием Энтерпрайз под рукой.       Джим опустил взгляд на свои кисти, в середине словно прожженные кислотой. Это свидетельство того, что он однажды, сам того не осознавая, уже сталкивался с родственной душой. И что этой родственной душе хорошо с кем-то другим.       Повисло молчание. Леонард отключил регенератор и принялся закрывать раны стерильными накладками, разработанными специально для таких случаев. Стигматы сейчас выглядели вполне неплохо для их стадии. Скорее всего, соулмейт Джима действительно расстался с тем, с кем он встречался. Не то чтобы Кирку было интересно. Ну, он пытался сделать вид, что ему не интересно.       Это началось почти сразу после истории с Нарадой. Словно других проблем было мало. Сначала появился зуд, слабый, не причиняющий большого дискомфорта, но ужасно навязчивый. Сам того не замечая, Джим ходил, все время почесывая и потирая тыльные стороны ладоней. А когда обратил, наконец, внимание, сначала списал все на очередную аллергию. Когда с внутренней и наружной сторон кисти появились красные пятна, похожие на ожоги, все стало на свои места.       Он пытался держать себя в руках, правда пытался, но его все-таки разобрало приступом громкого и истеричного смеха. За тот неопределенный отрезок времени с начала слушания он повидал столько людей, сколько не встречал, наверное, за всю свою жизнь. И кто-то из них был определен ему «судьбой», в которую Джим никогда не верил. Это действительно было смешно. Иголка в стоге сена была сущей ерундой, по сравнению с этой задачкой.       Он знал, как это будет. Первыми разъест руки, почти насквозь. Потом раны появятся на ступнях. Завершающей стадией станет «терновый венец». Он-то и положит конец мучениям, когда проступит полностью, оплетая голову по кругу причудливым узором из глубоких царапин. Хотя на самом деле убьют не сами раны, а полное истощение организма. Но будет это не скоро, через несколько лет. А учитывая уровень медицины, возможно даже, что получится протянуть больше десятка.       Сначала действительно хотелось куда-то бежать, как-то искать соулмейта. Но время шло, а зацепок больше не становилось. И Джим выдохнул, пуская все на самотек. Боунс многого не знал. Видя усталое равнодушие по отношению к проблеме, он думал, что с самого начала Кирку было плевать. Джим не спешил его разубеждать.       Двери турболифта разъехались с характерным звуком. Это тихое шипение отрезвило лучше пригоршни ледяной воды, брошенной в лицо, заставляя мгновенно переключиться в рабочий режим и отсечь все лишнее. Плечи распрямились словно сами собой, голова приподнялась. И на мостик шагнул уже капитан Джеймс Кирк, тепло приветствующий экипаж.       Стигматы под пористыми накладками и черными перчатками без пальцев, словно на время перестали существовать. Джим встретился взглядом с темно-карими, почти черными глазами, и поприветствовал своего первого помощника молчаливым кивком головы. На губы невольно наползла улыбка, как бы он ни пытался ее побороть, когда Спок ответил точно таким же кивком. Это стало их маленькой традицией, начинать смену вот так. Вроде бы мелочь, но настроение сразу перепрыгивало на несколько отметок выше.       Джим уселся в кресло и бросил быстрый взгляд на черный материал перчаток, напоминавший кожу и являющийся на самом деле ее во много раз улучшенной искусственной версией. Он был уверен, что это необязательное дополнение к форме создали именно для таких случаев, как у него. Контактным телепатам, например, по желанию выдавались глухие перчатки, защищающие от случайных прикосновений.       Кирк знал, что многие из экипажа догадываются, почему он прячет руки, но старался не думать об этом. И не думать о том, почему скрывает кисти не только он.

***

      Джим охнул и попытался снова осознать себя в пространстве. Голова кружилась, а все тело болело. Но, на первый взгляд, ничего не было сломано. Куча ушибов и счесанная местами кожа — не в счет.       — Спок! — он приподнялся настолько быстро, насколько это позволили непослушные конечности, и осмотрелся. Вздох облегчения невольно сорвался с губ, когда Джим увидел, что его первый помощник неподалеку принимает сидячее положение. Выглядел тот крайне помято, но кроме рассеченной брови никаких видимых повреждений не было видно. — Как ты?       — В пределах нормы, учитывая обстоятельства, — сразу отозвался Спок, скорее всего «просканировавший» свое тело сразу после падения.       Джим поднял голову и присвистнул, оценив высоту, с которой их скинуло внезапным землетрясением. Повезло, что стены ущелья были покатыми, а не отвесными. А то не помог бы даже Боунс…       Погрузившись в свои мысли, все еще не полностью оправившийся после падения, Кирк не сразу понял, что Спок ему что-то говорит.       — Ты что-то сказал?       — Я… — Спок вдруг замолчал, а выражение его лица неуловимо изменилось — за пару лет Джим научился различать. — Капитан, вы ранены, — он в пару шагов оказался рядом с озадаченным Джимом. Тот как раз хотел спросить, с каких пор его первый помощник, видавший многое, так реагирует на обычные ссадины и разодранную местами форму, как почувствовал, что чужие сильные пальцы осторожно сомкнулись на предплечье. А еще осознал вдруг, что на правой руке нет ни перчатки, ни защитного пластыря. Скорее всего они слетели, пока Кирк кубарем катился по каменистому склону, судорожно хватаясь за все выступающие камни, в попытке затормозить.       Джим посмотрел на свою руку, которая выглядела так, словно ее насквозь проткнули гигантским гвоздем. Возможно, несколько раз. И вдобавок старательно прокрутили. Раньше он никогда не показывался перед Споком без перчаток, хоть они и заметно сблизились в последнее время.       — Я не ранен, — слабо возразил он. Но Спок уже и так все понял. На его лице в одну невообразимую эмоцию смешались печаль, сочувствие, сожаление и что-то еще. Джим почти испугался такого вдруг открывшегося Спока, который, кажется, даже не пытался контролировать сейчас эмоции. Наверное, вулканцу, в культуре которого руки являлись практически святыней, было почти физически больно видеть изуродованные стигматами кисти.       — Почему вы не ищете свою родственную душу, капитан? — тихо спросил Спок, продолжая бережно держать Джима за предплечье.       «Потому что не хочу. Потому что мне нравишься ты, хоть между нами и ничего нет. Потому что не могу, я ведь не всесилен и скорее всего так и отброшу коньки…». Джим мог сказать бы многое, но один вариант был нелепее другого.       — Все сложно, — уклончиво ответил он.       Спок вдруг провел кончиками пальцев вокруг раны. Кирк замер, не зная как реагировать.       — Вам не больно? — голос вулканца был тихим и напряженным.       — Нет… — Джим неожиданно тоже понизил голос, с удивлением глядя на свою руку в чужих. Он не врал, сейчас стигматы не доставляли ему вообще никакого дискомфорта.       А Спок, логичный и холодный Спок, вдруг поднес его кисть ближе к своему лицу и прижался губами к ладони, где-то между раной и запястьем. Джиму показалось, что к нему прикоснулась не прохладная кожа, а раскаленное добела клеймо. Он замер, застигнутый врасплох. Мгновение растянулось, почти осязаемо наслаиваясь вокруг и укрывая их словно коконом.       Сигнал коммуникатора раздался откуда-то из кармана формы. Джим вздрогнул, поспешно высвободил руку и ответил.       — Кирк слушает, — он ни капли не удивился тому, насколько хриплым у него стал голос. Слишком много событий произошло за последние десять минут.

***

      — Необходимо как можно быстрее понять, почему сканеры не засекли сейсмическую активность почти у самой поверхности, — Джим пошевелил пальцами правой руки, бездумно проводя ими по ладони, снова скрытой черным материалом перчатки. У них еще слишком много дел на этой планете, но никто не спустится, пока не будет гарантии, что произошедшее сегодня не повторится. Им чертовски повезло, на самом деле. Пять из семи человек подняли сразу, как только земля едва заметно дрогнула под ногами. Кирк и Спок задержались на поверхности. Но даже так им в каком-то смысле повезло тоже. Они в этот момент могли быть у отвесного обрыва, но в итоге пережили несколько неприятных секунд качения-скольжения по каменному склону, покрытому острыми выступами, и отделались только ссадинами.       Решив большую часть вопросов, уставший Джим добрался до каюты почти ночью, когда смена давно закончилась. Хоть Маккой и подлатал его сразу, обработав ссадины и убрав регенератором те, которые кровили больше всего, а после вколол стимулирующий коктейль, сейчас Джим ощущал себя так, словно только что упал с той скалы.       Двери едва успели сомкнуться у него за спиной, как раздался сигнал, оповещающий о посетителе. Кирк совершенно не удивился, обнаружив на пороге Спока. Тот стоял, вытянувшись по струнке и, будь он человеком, его мышцы уже наверное зазвенели бы от напряжения.       — Извините за столь поздний визит, — начал он, голос его был совершенно деревянным. — Капитан, я…       Кирк остановил его взмахом руки, а после указал себе за спину, и посторонился. Спок шагнул в каюту. Даже кто-то не знающий его, наверняка заметил бы сейчас, что вулканец чувствует себя явно не в своей тарелке.       Джим знал, что им нужно поговорить, но днем было много более важных вопросов, требующих срочного решения. Поэтому до самого вечера он запретил себе думать о произошедшем. То, что Спок действовал на эмоциях — уже само по себе настораживало, если не сказать пугало. А если вспомнить как вулканцы относятся к рукам, его поступок был крайне интимным, возможно, даже в каком-то смысле табуированным.       И видя сейчас Спока в таком состоянии, Джим понял, что его предположения не так далеки от истины.       — Я приношу извинения, — ровным голосом начал Спок, успевший вернуть контроль над эмоциями. — Мои действия были неподобающими как для вулканца, так и для офицера Звездного флота. Я был эмоционально скомпрометирован. Но влияние стрессовых факторов не делает мои действия менее неподобающими. Я полностью осознаю свою вину и готов понести любое дисциплинарное взыскание, — он замолчал, застыв неподвижной статуей и ожидая ответа.       Джим почувствовал, как теплая волна прокатилась через грудную клетку, ускоряя биение сердца. Он шагнул ближе. Теперь его очередь действовать на эмоциях, а потом жалеть об этом. Он поднял руку и провел пальцами по щеке вулканца, неосознанно стараясь не коснуться ладонью, словно боясь испачкать, хотя стигматы были обработаны и снова спрятаны под перчаткой. Во взгляде Спока что-то резко поменялось.       — Чем ты был скомпрометирован? — тихо спросил Джим.       — Вами, — глядя прямо в глаза, так же тихо ответил Спок.

***

      — Уму непостижимо… — Маккой почесал в затылке, а после наполнил бокалы. — Мне нужно выпить. Много.       — Согласен, — Кирк потянулся к своему, но на секунду завис, глядя на руку, которую сейчас не скрывали ни повязки, ни перчатки. Вид гладкой и совершенно здоровой кожи, на которой ни осталось ни единого напоминания о почти сквозных ранах, сейчас казался каким-то нереальным, словно из сна. Раньше Джиму часто снились собственные исцелившиеся руки.       — Все еще не могу поверить, что это был Спок, — Маккой отпил из своего бокала и покачал головой.       — Только с ним не вздумай об этом говорить! — сразу же вскинулся Джим. — Он до сих пор переживает, что встречаясь с Ухурой, мог убить меня, — Джим осекся, вспомнив, что совершенно не подумал о своем соулмейте, когда выяснилось, что его чувства взаимны.       — Ой, да я и не собирался, — Леонард выставил вперед руки. — Просто у меня в голове не укладывается. Он же вулканец. Они вроде не страдают всей этой ерундой с родственными душами и ранами.       — Наполовину вулканец, не забывай, — Джим назидательно поднял палец, а потом улыбнулся и добавил: — Но как оказалось, понятие соулмейтов у вулканцев тоже есть, только у них это идеально подходящие друг другу мозги, — он пошевелил пальцами возле головы. — Ну, это если коротко, Спок мне на самом деле целую лекцию прочитал. И вот представь себе, я именно тот, кто ему идеально подходит. Ты вот знал, что соулы могут родиться на таких далеких друг от друга планетах? — Джим еще раз отпил из своего бокала. Маккой прав, без выпивки вся эта ситуация не укладывалась в голове.       Некоторое время они сидели молча.       — А Ухура, она.?       — Была Споку больше подругой, чем девушкой. Им было хорошо вместе, но они пришли к выводу, что по отдельности им будет лучше. Думаю, отчасти это было и из-за меня тоже, — Джим улыбнулся немного грустно.       — Иногда мне кажется, что я живу в бульварном романе, — хмыкнул уже слегка пьяный Леонард. — Но вы определенно стоите друг друга.       — Звучит почти как тост!