Случайности не случайны

Еще семь месяцев спустя. 12 июля 1890 г. POV Сиэля - Нет, ты просто признай, что тебе доставляет удовольствие одевать меня как куклу! - А если и так, то что? – довольно улыбается глядя на меня. Возвожу глаза к потолку: - Белиал, мне уже почти пятнадцать лет – это раз. Ну и не по нескольку же раз на день в конце то концов! – Два. - Даже если тебе будет сто пятьдесят или пятнадцать тысяч лет все равно я не прекращу о тебе заботиться, - обнимает меня со спины за талию и целует в шею. – И не преувеличивай, четыре раза сегодня было только потому, что ты сам не знаешь, что надеть на эту свадьбу жнецов, от которой, между прочим, мы могли отказаться, сославшись на... Да на что угодно! - Угу, не знаю... - Смотрю на часы на стене: - У нас осталось чуть больше часа, так что я, наверное, вновь примерю второй вариант костюма. По-моему он подходит больше всех... Любимый, ну не начинай опять а? Они – наши друзья и к тому же прислали нам приглашения, поэтому мы пойдем, поздравим их и сами повеселимся, - улыбаюсь и чмокаю его в губы, но он так же продолжает на меня серьезно смотреть. Вздыхаю: - Вот что тебе не нравится? – я присел в кресло, потянув своего принца за руку усаживая рядом с собой на подлокотник. - Тебе конкретно сказать? Складываю руки на груди: - Естественно. - Тогда не «что», а «кто». И этот «кто» – Грелль Сатклифф. Я не хочу слушать его восторженные возгласы, а сегодня он будет вопить в десять раз громче обычного. Меня раздражает его потоковая болтовня и вешания на шею. Если бы Гробовщик женился на каком-то тихом и скромном парне, то у меня бы и вопросов не возникло. С удовольствием бы пошел на его свадьбу! - Милый, - я ласково погладил его по плечу, - послушай, они очень долго ждали, когда смогут пожениться. Начальник Грелля по его словам жуткий тип, да и я сам видел, какие стопки отчетов бедняге приходится писать каждый день! Помимо того что Гробовщик ему помогает с их оформлением, он сходил к высшему руководству и добился рассмотрения разрешения на свадьбу обойдя Т. Спирса. О каком другом парне может идти речь, если они так любят друг друга? - Ой, бедненький! Как же мне его жаль, - говорит тоном полным сарказма. – А что перевестись работать в другой отдел не судьба? - Грелль уже подавал четыре месяца назад прошение о переводе все тем же высшим, но они наверняка отложили эту бумажку куда подальше... И без его начальника здесь точно не обойтись. Он должен подписать заявление. - Хм любят... И все-таки я до сих пор не понимаю, что Гробовщик в нем нашел... Я рассмеялся: - А что ты во мне нашел? Или я в тебе? - Котенок, мы – другое дело! Это все равно, что сравнить Рай и Ад! - Нет, мой дорогой, любовь если она настоящая, то у всех одинаковая. Нельзя полюбить по приказу либо только за что-то одно иначе будешь мучиться всю жизнь, пытаясь уговорить себя, что так надо и выдавливать выискивать в ком-то то качество, за которое когда-то полюбил теша себя иллюзией и успокаивая: раз нашел его сейчас, то и завтра оно никуда не денется. Я полюбил тебя не за внешность или только за хорошие черты характера, я не ищу в тебе совершенств, я люблю тебя, потому что ты... - не дает мне договорить, впиваясь в мои губы жгучим властным поцелуем. Постанываю ему в рот, сплетая наши языки вместе, а он, повалив меня в кресле, начинает целовать и прикусывать венку на шее. Откидываю голову назад и хватаю ртом воздух, зарываясь пальцами рук в его волосы. Мой демон влажным язычком спускается ниже – к груди. - Ммм,... солнышко, это так удобно когда на тебе лишь расстегнутая рубашка и, - лукаво смотрит вниз, - нижнее белье, - тут же задевает коленом мой пах. - А-ах,... любимый,... перест... а-ах, - посасывает сосок кончиком языка играя с ним, при этом провел ладонью по моему бедру, сжимая ягодицу, - мы... опозда-а-ах... - Давай вообще никуда не пойдем и займемся кое-чем интересным и намного лучшим, чем чужая свадьба, - теперь он начал медленно поглаживать через трусы мой член довольно наблюдая за моей реакцией. Беру его руку и, улыбаясь, отвожу в сторону, затем переплетаю вместе пальцы наших рук: - Мы займемся вещами поинтереснее сегодня ночью, а пока давай уже собираться. Опаздывать невежливо. - Ну-у, малы-ыш, - жалобно протянул он, строя мне глазки, - тебе ведь хочется продолжения. Я же вижу! Смеюсь: - И кто еще из нас малыш? Белиал, - уже серьезно сказал я, принимая сидячее положение, - я понимаю твою предвзятость к Сатклиффу, но мы не можем не пойти. В первую очередь это будет неуважение к Гробовщику как к жнецу, который в свое время тебе очень помог. Да и вы с ним неплохо ладите или мне показалось? - Не показалось, но... - Так вот его ты просто обязан поздравить, а на Грелля не обращай внимания, - я пожал плечами. – Игнорируй его и все. Тем более что у нас будет отдельный столик, а какая разница, где пить шампанское и танцевать? Мы же частенько выбираемся в различные рестораны и посещаем множество торжеств. Нам ли привыкать к подобному? – мило улыбаясь, обнимаю его за шею и чувственно с нежностью целую. - Ладно, ладно умеешь ты уговаривать, - улыбается и целует меня в нос. – А почему мы приглашены только на банкет? Значит, на церемонию венчания они нас не посчитали нужным позвать? - Они будут венчаться в Департаменте в церкви со священником и со всеми прилагающимися к этой церемонии обычаями. Как ты себя представляешь в божьем храме? - Да, ты прав никак, но ведь тебя они могли пригласить. Тебе в отличие от меня вход в церковь не заказан. - Ну, они понимают, что без тебя мне там делать нечего, - кладу голову ему на плечо и провожу рукой по его ноге от коленка до бедра. - Ай-яй-яй, котенок, подлизываться нехорошо, - говорит с укором, но я-то чувствую смешинки в его голосе. - Чего?! Это кто тут подлизывается?! – вскакиваю с кресла, валю его на пол, усаживаюсь сверху на его бедра и начинаю щекотать ему живот и подмышки. Мой возлюбленный захохотал, и я рассмеялся вместе с ним: - Аха-ха-а-ха-ха-ха-х, Си-ха-ах-эль, прекра-аха-хах-ти-и, – хитро улыбаясь, я сменил щекотку на нежные поглаживания ладонями его по его груди, изредка задевая соски. – Ох, как же чудесно, любовь моя, ты – прелесть, - промурлыкал он, кладя свои руки мне на бедра. – Солнышко, а скажи, что мы им подарим? - Хм... - я задумался. – Однозначно нужен красивый большой букет из красных роз для Грелля и еще что-нибудь существенное... О! Точно! Они живут на съемной квартире у Сатклиффа, да и то Гробовщик почти не вылезает из своего похоронного бюро. Грелль давно мне уже жаловался, что у них нет нормального дома, чтобы уже окончательно цитирую: «Свить любовное гнездышко и жить вечно и счастливо», поэтому мы подарим им деньги. Нужна такая сумма, дабы им хватило на приличное жилье. - Малыш, букет роз еще, куда ни шло, но деньги?! Где мы их возьмем? И потом, как ты себе представляешь шинигами живущих в поместье рядом с обычными людьми? К тому же если соседи узнают, что у них близкие отношения будет скандал! Их на костре сожгут за неправильный образ жизни и из-за человеческих предрассудков. Улыбаюсь: - А где мы их берем, когда ходим развлекаться? Причем мы бываем в различных странах и в каждой из них своя валюта. Вот именно в поместье! Если они купят себе поместье, то соседи будут от них далеко, а учитывая их способности Богов Смерти, вряд ли они допустят, чтобы люди узнали об их отношениях. - Котенок, только ради тебя и совсем немного ради Гробовщика я сделаю им такой подарок, - улыбается и, приподнимаясь сладко меня целует. После поцелуя я обнаруживаю, что у нас осталось меньше чем полчаса на сборы, и мы начинаем стремительно одеваться; попутно мой муж наколдовал букет из тридцати красных роз и деньги. Последние он вложил в большую и яркую поздравительную открытку в форме книги с изображенными на ней обручальными кольцами, бокалами с шампанским и свадебным тортом. Праздничная «оболочка» для денег распухла и стала похожа на одну составленную из нескольких томов книгу. Однако обращать внимание, на подобные нюансы не было времени, поэтому я помог своему любимому надеть персиковый костюм, а он облачил меня в небесно-голубой наряд. Глянув в зеркало еще раз, и прихватив подарки мы, взявшись за руки, перенеслись в Лондон. Уже стоя у входа ресторана «Rules» я, очаровательно улыбаясь, спросил у своего демона: - Ну что, дорогой, ты готов? – я взял его под руку. - Ой, было бы к чему, - фыркнул он. – Пойдем быстрее, а то мне розы уже все руки искололи шипами! Кстати могли бы и на швейцара раскошелиться, - пробормотал он, открывая дверь и впуская меня внутрь. Тихонько смеюсь, прикрывая рот ладонью: - Не бурчи, любимый. А чтобы не колоться шипами, надо было надеть перчатки. И вот мы вошли в зал ресторана, который полностью соответствовал духу эпохи королевы Виктории: его интерьер чем-то напоминал комнаты ее поместья, представляя собой множество квадратных столиков накрытых красными скатертями и дорогими столовыми приборами. Дополняли антураж гравюры и живопись, множество массивных подсвечников и бюсты английских творцов. В конце зала в центре на круглой сцене оркестр исполнял спокойную приятную мелодичную музыку, не мешая развлекаться прибывающим гостям, которые периодически угощались закусками и различными спиртными напитками у снующих мимо официантов. Из противоположной стороны зала к нам шел, улыбаясь своей фирменной улыбкой, ни кто иной, как один из главных виновников своего торжества – жених. Он был одет в черный фрак, белую рубашку и жилетку, а подчеркивали его великолепный праздничный наряд: черные галстук-бабочка и шляпа-цилиндр с красным бантиком и небольшим черепом в виде украшения. Серебреные волосы были распущены, но красиво уложены волнистыми прядями и ровно подстриженной челкой аккуратно спадающей на глаза. - Здравствуйте, Гробовщик, - я радостно улыбнулся, - чудесно выглядите вас даже не узнать! - Приветствую вас, Сиэль, Белиал, - все так же улыбаясь, мужчина снял цилиндр и шутливо поклонился, - рад, что вы приняли приглашения и пришли на нашу свадьбу. - Добрый день, - «просиял» мой принц, - ну что вы?! Мы не могли не прийти! С нашей стороны это было бы крайнее невежество проигнорировать такое прекрасное событие, произошедшее у наших лучших друзей. Соглашусь со своим мужем у вас шикарнейший наряд, и он вам очень идет! - Ох, благодарю за комплименты, хотя мне сегодня все говорят нечто подобное, но услышать похвалу от вас приятно в разы. Проходите, присаживайтесь за ваш столик он вон там, - жнец указал по направлению прямо и налево. Место нашего празднования располагалось в маленьком закоулочке под стенкой с небольшими мягкими диванчиками вместо стульев. – Грелль вас познакомит с остальными гостями, тем более что большинство из них его знакомые и друзья. - Да, конечно, спасибо, - улыбнулся я, - мы с удовольствием со всеми познакомимся! А, подождите! Я чуть не забыл! Вот это вам, поздравляем, - протягиваю ему открытку с деньгами и подмигиваю. - Грелль мне тут недавно рассказал о вашей мечте, а здесь как раз то, что поможет ее исполнить. Шинигами аккуратно берет подарок у меня из рук. В его глазах читается сначала недоумение, приоткрывает «книгу», и оно сменяется восторженным удивлением: - Ну, вы даете! Это же целое состояние! Грелль с ума сойдет от радости! - Прекрасно! Значит, мы полностью угадали с подарком, - весело улыбаюсь. - Не то слово! – улыбнулся Гробовщик. – Сиэль, - он вдруг вмиг посерьезнел, - у меня к тебе есть важный разговор, не уходи пока. – Переводит взгляд на моего возлюбленного: - Белиал, я надеюсь, ты не против, если я ненадолго украду твоего мужа? Пожимает плечами: - Надо так надо. Только вы постарайтесь побыстрее, а то я не переношу когда моего котенка нет рядом со мной дольше, чем полчаса. - Что ты... - не успеваю возмутиться, как он притягивает меня к себе за талию и коротко целует. - Я понял, - усмехнулся жнец, направляясь в сторону от нас, - сейчас спрячу ваш подарок и вернусь. - Милый, иди, поздравь Грелля, а я к тебе тоже скоро присоединюсь, - сказал я улыбаясь. - Что?! Почему я один должен его поздравлять?! - Любимый, ну пожалуйста, - я сделал умоляющий взгляд, – он сегодня как бы невеста. Жениха я уже поздравил от нас двоих, а теперь твоя очередь. Вскидывает глаза к потолку: - Вот же! Учти, если он меня выведет своим поведением, я его придушу! – последнее он прошипел полушепотом. - Спасибо, дорогой, - целую его в щечку. – Души, разрешаю, - я весело улыбнулся, зная, что мой муж никогда ни на кого поднимет руку без серьезных на то причин или угрозы безопасности моей жизни. Он уходит к Сатклиффу и гостям, бурча еще что-то себе под нос, а я занимаю отдаленный столик в конце зала. Вскоре ко мне подсел Гробовщик: - Сиэль... - начал он, слегка потянув себя за прядь волос. Я удивился. Он за что-то переживает?! Да с его характером и манерами это в принципе невозможно! - У вас все в порядке? – обеспокоенно спросил я. – Вы ведь обвенчались с Греллем или все-таки что-нибудь произошло во время церемонии? - А? Нет, нет, - он привычно улыбнулся, - все прошло замечательно, мы с Греллем час назад стали супругами. Речь пойдет о тебе вернее, о твоих родителях... Я слегка напрягся и дернул плечом: - Знаете, мне бы не очень хотелось лишний раз о них вспоминать... Особенно после того как я узнал об их поступке по отношению ко мне... Жнец перебил меня: - Мне тоже не в радость тебе о них напоминать, однако есть еще кое-что, что ты должен узнать... Я вздохнул: - Ради этого вы прервали собственную свадьбу... Что ж рассказывайте. Мужчина кивнул и продолжил: - Я не виделся с твоими родителями почти полгода и никаких вестей за это время от них не поступало. Сначала примерно через месяц после их последнего визита ко мне пришел молодой человек лет до двадцати пяти и заявил, что расследует дело об убийствах по поручению ее Величества и что он новый Цепной Пес королевы. Мало сказать, что я удивился, я был в шоке, но как не пытался у него выведать: почему семья Фантомхайв больше не являются королевскими ищейками ничего не смог узнать. Он упорно разговаривал лишь о работе. Меня это насторожило и навело на самые худшие подозрения. Я попросил Грелля выяснить: живы хотя бы они или нет. От их дворецкого стало известно следующее: Фантомхайвы уехали неизвестно куда и насколько в бессрочный отпуск и непонятно когда вернутся. Более я за них не беспокоился. Ну, уехали так, уехали, хотя Винсент мог бы, и предупредить меня... В общем, я вернулся к своей обычной жизни, а потом уже стало как-то не до них... работа, планирование нашего будущего с Греллем и наконец, подготовка к свадьбе. И вот неделю назад я снова был обескуражен, когда в моем бюро, как ни в чем не бывало, появился твой отец и попросил помочь в расследовании очередного дела. После долгих уговоров он все-таки рассказал, что они с Рейчел уезжали на полгода в Швецию. Но главное не место поездки, а цель и это, - Гробовщик выдержал паузу, не мигая, смотря на меня, - рождение их ребенка. Я вцепился в столешницу до боли в пальцах: - Ре-ребенка...? – я рассеяно смотрел в пол. Информация никак не хотела укладываться у меня в голове. - Именно, - улыбнулся шинигами. – Когда они уезжали, твоя мать была на седьмом месяце беременности. В Швеции она родила девочку, назвали они ее – Викторией в честь королевы. Спустя еще пять месяцев они вернулись домой. Фантомхайвы не хотели предавать огласке рождения дочери, поэтому никто кроме королевы не знал о том, что графиня в положении. Как только ее живот начал расти, они перестали посещать все светские мероприятия, списывая отказы на недомогания леди Рейчел и постоянной загруженностью на работе – Винсента. Теперь им нет смысла скрывать наличие ребенка. Винсент вернулся к обязанностям королевского цепного пса, вместе с этим парнем они отлично ловят преступников, а жена сидит дома с малышкой. Сиэль, ты как? – словно сквозь вату до меня донесся вопрос седовласого. – Может воды? - Но... нормально. Нет, не надо воды. Давайте лучше пойдем уже к гостям, - я выдавил из себя кривоватую улыбку. – Спасибо за то, что все мне рассказали. - Не стоит, - улыбнулся жнец. – Я вижу, поздравлять тебя с появлением сестренки смысла не имеет... - Это уж точно, - отрешенно выговорил я. Едва мы подошли ближе, как к нам шурша юбками медленной походкой придерживая платье, стуча каблучками, продефилировал Грелль. Ничего себе, какие изменения! Он выглядит настоящей леди! На нашей «невесте» очаровательно смотрелось узкое затянутое корсетом длинное красное платье; плечи и руки были полностью открыты: платье держалось лишь на груди Сатклиффа. На этом красивейшем наряде чуть выше талии в виде пояса была вделана белая вставка с черными узорчатыми кружевами; далее приталенное платье украшали горизонтальные складочки, а к ним была пришита такая же белая вставка с черным кружевом только теперь в виде аппликационной изогнутой линии. К низу платье расширялось двумя полу пышными юбками и небольшим шлейфом сзади. Верхний подол – основное продолжение шелкового алого туалета – к верху по центру было собрано в крупные волнистые складки, а нижний – длинный ровный белый шелк переходящий сзади в шлейф. С прической шинигами тоже постарался: пряди его алых длинных волос были крупно завиты и собраны в высокий хвост украшенный белыми мелкими розочками, к которым крепилась длинная красная прозрачная фата из тюлевой ткани. - Привет, Сиэль, - весело улыбнулся он, - я счастлив, что вы с Белиалом пришли на нашу свадьбу, - целует меня в щеку слегка приобнимая, и тут же берет Гробовщика под руку, становясь рядом с ним. - Привет, Грелль, - я так же улыбнулся, - выглядишь потрясающе! Я ожидал увидеть тебя в платье, но чтобы оно так идеально тебе подходило... Очень красиво! Ну и еще раз поздравляю вас с началом семейной жизни. - Спасибо большое за поздравления и комплименты, - улыбается. – От ваших красных роз я в восторге! Самый шикарный букет из всех, что мне сегодня преподнесли! – его взгляд был устремлен куда-то мне за плечи, обернувшись, я, увидел своего мужа. Он подошел и взял меня за руку. – А платье мне шили на заказ, поэтому оно сидит на мне без изъянов. - О, для нас это тоже своеобразный комплимент ведь мы старались, чтобы он тебе понравился. - Да, - подключился мой принц, - тем более зная, что ты любишь, все красное мы решили составлять композицию букета в этом цвете. А роза, как известно – королева цветов и в такой праздник только она может стать достойным элементом украшения невесты. Я слегка покосился на своего любимого: кто-то мне говорил, что на дух Сатклиффа не переносит и тут такая пламенная речь... - Ой, вы меня засмущали, мне безумно приятно, - Грелль чуть покраснел и улыбнулся. – Милый, а вы с Сиэлем уже поговорили? – смотрит то на меня, то на своего жениха. Я шумно выдохнул. Ангел тебя побери, «невеста», зачем ты об этом напомнил?! В голове моментально образуется вакуум, и все мои мысли опять начинают крутиться вокруг родителей и их новом ребенке. Я крепче сжимаю руку Белиала, чтобы окончательно не улететь из этой реальности, а он лишь улыбается мне и стоящим напротив жнецам. Он не понимает. Он не знает и думает, что моя хватка стала крепче от переизбытка счастливых чувств. - Безусловно, мы уже все обсудили, - улыбнулся Гробовщик. - Замечательно! – весело воскликнул аловолосый. – Пора вас представить и познакомить со всеми гостями, - довольно улыбается. О нет! Только не это! - Леди и джентльмены, минуточку внимания, – все присутствующие тут же оторвались от празднования и посмотрели на нас. – Сегодня мы с Гроби пригласили на свадьбу своих лучших друзей! Итак, знакомьтесь: наследные принцы адского престола – Белиал и Сиэль. На несколько секунд повисла абсолютная тишина. М-да... ну не каждый же день шинигами (а я так понимаю, все гости ими и являлись) официально знакомятся с принцем Преисподней и обычным человеком получившим право претендовать на трон Ада по причине замужества за этим же принцем, да еще и являются друзьями Легендарного Бога Смерти и обычного. Когда оцепенение немного спало, первой к нам подошла молодая женщина лет двадцати пяти-двадцати семи. Высокая стройная зеленоглазая леди с иссиня черными ровными волосами ниже плеч и зачесанной на бок челкой. - Добрый день, - она приветливо улыбнулась слегка пухлыми накрашенными сиреневой помадой губами. К слову ее макияж был подобран точно под наряд: полу пышное длинное фиолетовое платье расшитое золотыми нитками, прозрачная шаль скрывала плечи, а черные атласные перчатки до локтей – руки. – Я – Эмилия Конорс и с недавних пор являюсь непосредственным начальником Грелля. Благодаря ему я наслышана о вас как о, - она чуть склонила голову на бок, копируя Сатклиффа, - «двух таких разных существах нашедших любовь и счастье друг в друге» и лучших друзьях моего подчиненного. Приятно с вами познакомиться. Мой возлюбленный легко рассмеялся: - А у вас хорошо получается, Эмилия. Мне тоже очень приятно, я – Белиал, а это, - указал на меня, - мой любимый муж – Сиэль Фантомхайв. - Можно просто Сиэль, - я вымученно улыбнулся. – Взаимно рад знакомству с вами, леди Конорс. - Просто Эмилия, - весело подмигнула жница. Тут к нам подскочил «подчиненный» собственной персоной, маня рукой официанта с шампанским. - Ой, вы уже познакомились с моей новой начальницей? Простите, совсем забыл вам сказать, что вот буквально неделю назад я наконец-то перевелся в другой отдел, и теперь буду работать в Италии. Хоть это и далеко от места жительства, но зато рабочий график там прекрасный! - Перевелся? – удивленно спросил я, делая глоток шампанского. – А как же твой ужасный начальник это допустил? - Что значит мой, Сиэльчик? Я ненавижу этого эгоистичного и холодного типа! Допустил,... ага допустил бы он, если бы Гроби его настойчиво не попросил подписать заявление о моем переводе. Вот Эмили прекраснейшая женщина во всех отношениях: и как директор своего отдела и как друг! - Я все слышу, Грелль, - стоявшая позади нас леди Конорс обернулась и с нарочитым укором посмотрела на аловолосого. – Не льсти начальству, - она легко улыбнулась, взяв закуску к шампанскому. Мы все рассмеялись. - Грелль, у тебя началось сплошное везение в жизни, - я улыбнулся. – И с новой работой я тебя тоже поздравляю. - Спасибо, Сиэльчик, - шинигами расплылся в счастливой улыбке и чокнулся со мной и с Белиалом бокалами. После Сатклифф упорхнул танцевать со своим любимым женихом, а к нам следом за своей начальницей подошла знакомиться ее секретарша. Миловидная девушка лет двадцати двух ростом где-то на голову ниже Эмилии; светло-русая с мелкими кудряшками до плеч, с практически кукольным личиком, на котором весьма выразительными были зеленые глаза аккуратный носик и полутонкие окрашенные нежно-розовой помадой губы. Небольшие очки квадратной формы в тонкой оправе ее нисколько не портили наоборот, подчеркивали очарование этой особы. Одета она была в пышное салатовое платье обшитое белыми рюшками и бантиками. Скромно поздоровавшись и представившись – Мэри Шелдон она поспешила к своей руководительнице. - Ты посмотри на них, - мой принц кивком указал в сторону ушедшей секретарши. – Интересно у них в Департаменте все влюбляются только в жнецов своего пола? - О чем ты...? – я проследил за его взглядом и увидел Мэри, стоявшую около леди Конорс. Девушка о чем-то тихо разговаривала с начальницей, одной рукой неловко теребя рюшек на платье, а пальчиками другой чуть поглаживала затянутую в перчатку ладонь Эмилии. Я улыбнулся: - Милый, а почему ты решил, что это любовь? Может она просит свою директрису о каком-то одолжении… - Угу,... о постельном одолжении, - усмехнулся мой возлюбленный. - Белиал, ты делаешь поспешные выводы... - А сейчас что скажешь? – перебил меня мой муж. Я вновь взглянул на «парочку»: Эмилия взяв Мэри за руку, повела ее в центр зала, и они присоединились к другим танцующим вальс гостям. - Ну, теперь понятно, почему Грелль перевелся именно в этот отдел, - с улыбкой сказал я. – Начальница, состоящая сама в однополых отношениях, не будет слишком придираться и всегда с пониманием отнесется к любым обстоятельствам в работе такого же подчиненного. - Солнышко, - берет и целует мою руку, - а чего мы стоим? Пойдем танцевать! - Пойдем... - улыбаюсь хоть и ощущаю сейчас внутри себя давно забытое чувство обиды и предательства родителей. От этого на душе тяжесть и будто что-то ее скребет острыми когтями, раздирая давно зажившие раны. Если бы я знал что будет после этого вальса, то лучше бы упросил своего любимого посидеть за отведенным нам столиком и поесть каких-нибудь закусок с шампанским. Едва стихла музыка танца, как в зал влетел парень лет двадцати; высокий, в классическом черном костюме белой рубашке и черном галстуке. Самой необычной в его внешности была прическа: верхнюю часть волос и челку он выкрасил желто-оранжевым цветом, а нижние – коротко постриженные прядки на виске и затылке – черным. На носу у парня сидели очки в толстой черной оправе; ярко-зеленые глаза сияли озорством, а с тонких губ не сходила веселая улыбка. - Грелль-семпай! – громогласно воскликнул он, перекрикивая даже музыкальный оркестр и проносясь мимо нас к «невесте». – Простите за опоздание, - неловкий поклон, - вот это вам, - протягивает подарок, в коробке завернутый в ярко-красную бумагу и с бантиком из ленты сверху, - поздравляю с днем свадьбы и желаю счастливой семейной жизни! - Спасибо, Рони, - просиял Сатклифф, обнимая и целуя в щеку этого парня. – Ты опоздал почти на час, я уж думал ты не придешь! И какой я тебе уже семпай? – улыбнулся аловолосый. – Так коллега,... но и друг, конечно же. - Вы... ты же знаешь Уильяма, - махнул рукой жнец, - сначала он меня завалил работой, а потом представляешь, попросил сходить с ним выпить. Я от него еле отвязался под предлогом, что мне пора бежать на свидание с леди. Он рассмеялся и крикнул мне вдогонку что-то вроде: «Она такая же леди как я демон». - ЧТО?! Уильям?! Выпить?! – у «невесты» расширились глаза, и выпал бы подарок из рук, если бы стоявший рядом Гробовщик не забрал у него коробку. Впрочем, Легендарный шинигами был удивлен не меньше: - Раз Т. Спирс решил напиться то, наверное, завтра пойдет дождь из лягушек, а фараон Тутанхамон воскреснет, - хихикнул он. – С чего бы это ему в бутылку заглядывать? Он даже будучи человеком, не разбирался в спиртном. - Вот, вот, - поддакнул Грелль. – Еще с Академии, он никогда не ходил ни на какие вечеринки, полностью посвящая себя учебе, а позже уже работая, игнорировал все торжества, устраиваемые нашим отделом в честь праздников и дней рождений сотрудников. Поверить не могу в то, что он вот так просто пошел и напился! - Не знаю... - парень развел руками. – Он не сказал, по какому поводу хочет выпить, а по его каменному лицу без эмоций угадать невозможно. Пока я выпил сто грамм коньяка, он успел влить в себя почти бутылку виски, причем методично и молча, будто на работе отчет писал. Сатклифф и Гробовщик ошарашенно переглянулись между собой. Судя по их бурной реакции и разговору, бывший начальник аловолосого жнеца помимо Департамента еще и священником подрабатывал. А иначе, почему он до этого ни разу в жизни и глотка алкоголя в рот не взял? Нам с мужем стало интересно, и мы подошли к разговаривающей троице ближе: - О чем спорите? – улыбаясь, спросил я. - Вы представляете, - без церемоний начал этот парень, – экс начальник Грелля впервые в свой жизни напился, да еще и непонятно зачем! - Ой, кому это интересно? – махнул рукой «леди». – Познакомься лучше, это – Белиал и Сиэль – наши с Гроби близкие друзья и наследники адского престола. А это – Рональд Нокс – мой бывший подопечный работник и тоже друг, - наконец нам представил опоздавшего гостя алый шинигами. - Очень приятно, Рональд, - я улыбнулся и пожал ему руку. – Я – Сиэль. - Для вас просто Рон, - улыбнулся он в ответ. – Взаимно. - А я – Белиал, - мой принц протянул руку в приветствии Ноксу, - рад знакомству. - Так это вы! – воскликнул жнец, теребя руку моего мужа. – Год назад именно вашу пленку с воспоминаниями я забрал в архив Департамента, посчитав мертвым! Помню, тогда меня еще Т. Спирс похвалил за прекрасно проделанную работу,... но вы живы... - Как видите, жив, - усмехнулся мой возлюбленный, - и с памятью теперь у меня все в порядке благодаря нашей сегодняшней невесте. - Рони! – топнул каблуком аловолосый. – Твои мозги как дешевые духи из них выветривается вся информация! Я же тебе уже давно говорил, что вернул принцу Белиалу его ленту воспоминаний! - Яй! – отшатнулся парень, чеша затылок и нервно улыбаясь. – Ну да я забыл об этом... - Зато имена всех своих девушек ты помнишь! – надулся Грелль. - Ээ... не всех конечно... Но ты уж извини, что я по девушкам, а не по мужчинам, - развел руками Рон. - Не смей, слышишь, не смей нас оскорблять! – гневно шипя, Сатклифф выставил наманикюренный указательный пальчик, тыча им в бывшего подопечного. – Что толку в твоих свиданиях с девушками, если ты даже не собираешься влюбляться и выбирать себе невесту?! Ты посмотри на нас с Гроби и на Белиала с Сиэлем! Мы поженились и создали семьи, мы любим друг друга и это навечно! Как тебе вообще не стыдно?! Вот этот мальчик, - указал он на меня, - взял на себя ответственность за мужа в тринадцать лет, а ты бесцельно развлекаешься в двадцать! Мы с любимым переглянулись: алый жнец выдал поистине поучительную тираду о любви и защите всех кто связывает свои судьбы однополыми отношениями и браками. Повисла неловкая пауза. - Грелль, может, не стоило так... Это личное дело каждого... А Рон обязательно найдет свою любовь, - улыбаясь, я, попытался сгладить назревающую ссору. - Да! – тут же подхватил Нокс. – Я же ничего такого не имел в виду! - Однако ты пытался! – парировал «леди». - И в мыслях даже не было кого-то обидеть! – вокруг нас уже постепенно собирались гости и с любопытством смотрели и слушали спор между невестой и шинигами. Последний не выдержал и, мирно улыбаясь, предложил: - Послушайте, у нас ведь праздник так давайте не будем его портить и продолжим веселиться а? - Я рад, что ты все-таки понял, Рони, - миленько улыбаясь, пропел аловолосый. - Конечно, Грелль, мы ведь друзья, - в таком же тоне сказал парень. – И у меня по этому поводу тост! – теперь собравшийся вокруг нас народ весело заулыбался и приготовил бокалы с напитками. – В первую очередь я хочу выпить за счастливую и вечную семейную жизнь молодых, а во вторую – за наши дружеские отношения и чтобы таковыми они оставались всегда! Ура! – «Ура!» – дружно подхватили все присутствующие и залпом осушили фужеры. – А сейчас предлагаю всем потанцевать, НО, - Нокс поднял указательный палец вверх, - не с вашими любимыми или друзьями, а поменяться партнерами так будет веселее, - улыбнулся жнец. Все дружно поддержали его идею и началось. Я оказался в паре с совершенно незнакомым блондином лет двадцати пяти-двадцати семи. Высокий стройный зеленоглазый мужчина; его волосы были собраны лентой в хвост, точеный подбородок и аккуратный нос, слегка полноватые губы улыбались приветливой улыбкой, а бордовый костюм идеально подчеркивал его прекрасно сложенную фигуру. Мой муж готов был испепелить его взглядом. Я, посмотрев на него, улыбнулся и пожал плечами. Ну что можно сделать в такой ситуации? Это всего лишь веселая игра. Кстати сам Белиал должен был повести в танце какого-то парня не старше его самого. Он был небольшого роста и хрупкого телосложения; небольшие изящные кисти рук и тонкая шея остальное же скрывал классический черный костюм с белой рубашкой и черным галстуком. На лицо он выглядел так: широкие скулы, впалые щёки, большие и выразительные желто-зеленые глаза, обрамленные длинными ресницами, полные и изогнутые губы, нос небольшой, но немного «вздёрнутый». Завершали образ: каштановые волосы, подстриженные в аккуратную прическу. Было видно, что юноша слегка стесняется и ему неуютно танцевать с тем, кого он первый раз увидел в своей жизни, да еще и с демоном. Гробовщика с Греллем тоже «разлучили». Легендарному шинигами пришлось танцевать со слегка грубоватым на вид мужчиной лет двадцати восьми. Внешне он был высок со спортивным телосложением; его светлые волосы были зачесаны на одну сторону, а другая сторона волос подкрашена в более темный цвет, заплетена в косички и закреплена на затылке. Длинную неровную челку он закинул на правую сторону. «Однако какая вычурная прическа» – про себя подумал я, рассматривая этого мистера. На его щеках легкая щетина, переходящая в небольшую бородку. Как и все шинигами он носил очки, только они были без оправы с синими тонированными стеклами, а за ними скрывались зеленые глаза. Оделся он на сегодняшнее торжество во все черное: небрежно расстегнутые первые две пуговицы черной рубашки и лишь как ляп на шее ослабленный белый галстук. Странно и в некоторой степени вульгарно, но ему очень шел сей образ. Кстати танцуя со Старшим жнецом, он постоянно поглядывал на парня, партнером которого был мой любимый. Рональд пригласил на танец Мэри, надеясь, что она станет его «невестой» на некоторое время, но та абсолютно не обращала внимания на старания Нокса сблизиться с ней и во время танца опускающего руку ниже талии девушки. Вместо того чтобы сделать нагло пристающему к ней жнецу хотя бы замечание, леди Шелдон пристально следила за своей начальницей и возлюбленной. Госпожа Конорс же с неким безразличием танцевала с девушкой лет двадцати на вид. Ее белоснежные волосы были уложены и заплетены в две косы, в каждой из которых было по серебристой пряди локон; косы крепились и держались на голове, образуя на середине, продели один пышный хвост. Белая кожа точеный профиль и длинная тонкая шея. Аккуратный носик и пухлые губки. Танцевали они боком к нам, и ее взгляд был полностью устремлен на Эмилию, поэтому я не мог толком увидеть ее лица. На красавице идеально сидело нежно голубое пышное платье, подчеркивающее и слишком открывающее обзор на ее немаленькую грудь. Судя по тому, как она прижималась к мисс Конорс, у Мэри появилась конкурентка. И наконец, Сатклифф. Нашей «нареченной» выпала честь танцевать ну очень с необычной барышней. Во-первых, вела в танце она... С одной стороны конечно алого жнеца сегодня не отличить от леди, но с другой – он все-таки мужчина и танцует с настоящей дамой хотя... Вот тут и во-вторых. Все дело в том, что внешность девушки была весьма... мужской. И если Грелль всегда стремился выглядеть, как женщина то эта особа вела себя и подавала исключительно в мужской ипостаси. Одета она была в строгий синий костюм: удлиненный пиджак украшали черные манжеты и черные вставки на его отворотах; белая рубашка и черный галстук. Даже туфли она носила без каблуков, и я так и не понял: женские они или мужские. Смугловатая кожа лица и видневшихся из-под манжетов рубашки кистей рук с коротко обстриженными ногтями. На ее овальном лице прекрасно смотрелись небольшие зеленые глаза, поведенные черным карандашом, аккуратный нос, но с слегка широкими крыльями и тонкие губы. Естественно прическа этой мисс тоже была диковинной, по крайней мере, ни одна леди Англии не решится на такую под страхом пыток. Ее каштановые волосы были коротко подстрижены и напоминали ежика, а длинную челку закрывающую левый глаз и почти всю щеку, она выкрасила двумя яркими цветами по горизонтали: лимонным – от корней и до середины, а от середины и до кончиков прядей – розовым. Танцуя, девушка уверенно прижимала Грелля к себе за талию, будто и впрямь являлась мужчиной. Остальные гости тоже разбились на другие танцующие пары, однако рассмотреть всех я не мог в силу их отдаления и перемещения по залу. В течение последующих танцев все несколько раз менялись партнерами и таким образом знакомились, но мне не очень хотелось кружиться в вальсе или «отплясывать» мазурку с абсолютно незнакомыми мне... жнецами, поэтому после первого танца я с радостью принял приглашение Сатклиффа станцевать с ним. Потом были Эмилия и Рон, а уже затем я с величайшим удовольствием вернулся к своему любимому мужу. Правда перед этим мне пришлось пару минут подождать, так как с ним танцевала эта особа, которая ранее кокетничала с мисс Конорс. Видимо ей не удалось ее обаять, и она принялась за Белиала. Танец уже закончился, а она, похоже, и не собиралась от него отходить. Какая наглость! Тут мой принц сам сказал ей что-то с серьезным выражением лица, и назойливая леди, обернувшись и взглянув на меня с некой злостью, поспешила удалиться. Я удивленно смотрел ей вслед. - Могу ли я рассчитывать на танец с самым прекрасным созданием сегодняшнего вечера? – проговорили мне в самое ухо, щекоча теплым дыханием вызывая стайку мурашек. Я повернулся и увидел довольно улыбающегося своего любимого протягивающего мне руку. Я улыбнулся: - А почему бы и нет? – и положил свою руку на его ладонь. Он тут же обнял меня и прижал к себе, целуя в макушку. - Малыш, я безумно соскучился! Танцевать непонятно с кем вместо тебя ничего кроме раздражения у меня не вызывает! - Мне тоже было неуютно танцевать с другими разве что кроме Грелля. Чтобы чувствовать приятные ощущения нужно хотя бы хорошо знать того с кем танцуешь. Мой муж лукаво улыбнулся: - Приятные ощущения говоришь... – промурлыкал он и впился в мои губы, горячим нежным поцелуем проталкивая свой язык мне в рот. Естественно у меня пошла кругом голова, а внизу живота сразу же потеплело. Постанывая, я жадно отвечал на поцелуй, зарываясь руками в его волосы на затылке. Мы целовались до нехватки воздуха в легких. После Белиал довольно облизнулся, скользнув рукой по моему бедру, сжал его. Восстанавливая дыхание, я слегка застонал: - А-ах... мы же... так нельзя! На нас все смотрят... - Ну и пусть смотрят. Чего они там не видели? Кстати с кем ты танцевал первый раз? – как ни в чем не бывало, спросил мой возлюбленный, продолжая теперь уже оглаживать мои ягодицы. Я переложил его руки себе на талию: - Веди себя прилично, милый, мы в обществе, - с улыбкой сказал я. – А танцевал я с господином Хавьером Уинтером, он – заместитель начальницы Грелля – леди Конорс. Твоя очередь представить мне того застенчивого парня, которого ты вел в первом танце, - улыбнулся я. Мой принц возвел глаза к потолку: - Да в этом обществе почти у каждого вечная однополая любовь! – фыркнул он. – Вот тебе, пожалуйста, тот с кем я танцевал – Алан Хамфриз. Обычный жнец, но у него есть хм... можно сказать жених. Помнишь джентльмена, который танцевал с Гробовщиком? - Мм... такой грубоватый на вид с косичками в прическе и с длиной челкой? - Он самый. Зовут – Эрик Слингби как раз он и есть возлюбленный Алана. Я усмехнулся: - А я-то думал чего это он, танцуя с Гробовщиком постоянно на вас поглядывал. - Угу. То-то же. А ты говоришь общество. Улыбнувшись, я притянул его к себе и чмокнул в губы. - Уж лучше такое общество, чем человеческое с их предрассудками. Ну а кто та леди, которая после последнего танца все никак тебя не отпускала? Она еще так на меня глянула, когда от тебя отходила, будто прокляла. - Об этой барышне даже говорить не хочется! – скривился мой муж. – Во время танца ее грудь едва на меня не вывались из декольте ее платья! Видимо она решила, что этим сможет меня покорить или заставит оказаться в ее постели, но я ей коротко и ясно объяснил, что женат и поэтому она так отреагировала. Я рассмеялся: - Не только ты жертва ее выдающихся достоинств. Эмилию она точно так же пыталась покорить, но той, похоже, было абсолютно все равно. Наверное, эта девушка одна из тех, кому неважно с кем быть лишь бы обратить на себя хоть чье-нибудь внимание. - Так все! Котенок, мы не будем сейчас думать о посторонних, а разговаривать, о них тем более! Лучше давай разделим на двоих чувства этого танца. Смотри на меня, – он улыбнулся, а я как зачарованный взглянул и растворился в его соблазнительных винных глазах отобразивших меня самого. Мы кружились в вальсе, но мне казалось, что весь мир вокруг нас исчез. Я растворился в своем возлюбленном. Я полностью отдался танцу, совершенно позабыв, где мы находимся и поэтому когда его губы нежно и трепетно коснулись моих губ, я слегка вздрогнул. Белиал улыбнулся сквозь поцелуй и скользнул язычком по моим зубам, провел им по небу и обласкал мой язык, превращая наш поцелуй в такой же волшебный танец жгучей страсти и любви. Заканчивали поцелуй мы под последние аккорды вальса, и мой принц «вернул меня на Землю», поцеловав тыльную сторону ладони моей правой руки. - Солнышко мое, спасибо тебе за этот чудесный танец, - он положил мою руку на свою ладонь, а другой накрыл ее и начал невесомо поглаживать кончиками пальцев. - Любимый, ты меня так благодаришь, словно я сделал тебе величайшее одолжение на Земле, - я слабо засмеялся. – Если бы по какой-то причине нам бы пришлось танцевать, чтобы жить, я бы танцевал с тобой вечно. Он взял два бокала с шампанским у мимо проходящего официанта и дал один мне: - Малыш, я тебе еще не говорил, но ты – мой большой секрет, который таится в моем сердце. Но я готов открыть его всему миру и в тоже время я не хочу, чтобы хоть кто-то из этих лживых алчных существ узнал о нашем счастье, - говоря он, держал меня за руку и откровенно любовался мной. – Я готов кричать о том, что ты – моя вечная любовь. Я готов бесконечно шептать, что ты – самый лучший и замечательный. Но мой шепот и мои крики сможешь услышать только ты один, потому что ты чувствуешь меня, как и я тебя, - на последних словах его глаза лучились невероятной нежностью и теплотой. Мне казалось, что я вот-вот утону в этой сладкой волне неги, а смущение уже давно украсило мои щеки румянцем. – И поэтому мы выпьем за нас и нашу судьбу одну на двоих, - мы легонько чокнулись фужерами и пригубили игристый напиток. Я улыбнулся: - Чудесный тост, дорогой. Ты сейчас сказал такие прелестные слова о нас и нашей любви... На какое-то мгновение я ощутил себя не на чужом празднике, а будто бы в другом месте... на годовщине нашей свадьбы... - до конца я не договорил: мой муж вновь со всей пылкостью впился в мои губы пьянящим поцелуем. - Это было нечто спонтанное, - с улыбкой сказал он, обнимая меня за плечи. – На нашу годовщину я подготовлюсь куда лучше. - Чтобы на протяжении всего торжества засмущать меня до крайности, да? - Да-а, - протянул он довольно улыбаясь. – Обожаю, когда твои щечки становятся розовенькими, и ты при этом пытаешься убежать, избегая смотреть на меня. – Наклоняется и томно шепчет мне на ухо: - В такие моменты я еще больше хочу сотворить с тобой множество всяких непристойностей. Поворачиваюсь и смотрю ему прямо в глаза: - Тебе, мой родной, можно все, - почему-то краснею я в таких ситуациях лишь поначалу, а потом приходит уверенность и ощущение правильности происходящего. – Так что жду красивых тостов и сотни слов восхищения в мою честь, - весело сказал я улыбаясь. – О, слышишь, Рон там что-то опять желает нашим молодым. Подойдем ближе посмотрим, - я взял своего принца за руку и потянул вперед к сцене. - ... Еще жениху и невесте на свадьбе желают нарожать побольше детишек. В вашем случае это, увы, невозможно, но и не все так плохо. Вы можете взять ребенка из приюта, растить его как своего и в дальнейшем сделать из него жнеца. За вас, дорогие Грелль и Гробовщик! – с сияющей улыбкой выдал Нокс. Все гости дружным радостным гулом подхватили его поздравление и опрокинули в себя бокалы с алкоголем, затем разошлись на очередной танец. Я сжал ладонь мужа, прикрывая глаза, вновь вспоминая о маленькой дочке родителей. Он вопросительно на меня посмотрел: - Котенок? - Белиал, я так больше не могу! – воскликнул я, утыкаясь носом ему в грудь и обнимая за талию. - Согласен, - усмехнулся он. – Меня эти танцы тоже утомили, - я почувствовал, как его рука легла мне на макушку и тонкие пальцы с нежностью стали перебирать пряди волос. – Давай присядем за наш столик и чего-нибудь съедим. - Я имел в виду не танцы, - устало сказал я, садясь за стол, - хотя и их тоже, но... - я вздохнул. – Я должен кое-что тебе рассказать... - Малыш, открой ротик, - улыбаясь, он, провел по моим губам клубникой в шоколаде. – Я тебя слушаю, радость моя. - Мои родители... у них недавно родился ребенок... девочка... вот... - проглатывая кусочки клубники, я облизнул нижнюю губу и начал нервно ее покусывать. - Ох, солнышко, - он мгновенно обнял меня, прижимая к себе и пересаживая на колени. – А откуда ты узнал? - Гробовщик сегодня сказал. Помнишь, когда мы только пришли он позвал меня на разговор? – не выдержав, я всхлипнул, крепче к нему прижимаясь и обнимая за шею. - Любовь моя, ну не плачь, - ласково поглаживает мои плечи и лопатки, - или поплачь. Прости, я не знаю, как будет лучше в таком случае... - Нет, я не заплачу, - я слабо улыбнулся. – Мне станет легче, если я просто выговорюсь... - Конечно, мой маленький, рассказывай, - целует меня в щеку. - Угу, сейчас начну. Только выпью чуть-чуть... - наливаю себе немного коричневатой жидкости в стакан. Хм, наверное, коньяк... - Сиэль, это же виски! Ангел дери, кто поставил их нам на стол?! Не пей! – мой любимый попытался отобрать у меня сосуд с крепким напитком, но тщетно. - Виски? – с глупой улыбкой переспросил я. – Так это то, что нужно! – и залпом опрокинул в себя содержимое стакана. Тут же горло легкие и желудок обожгло алкоголем. Я скривился и запихнул в рот сразу несколько ягод клубники. - Котенок, заче-ем...? – едва не простонал он. Я молча впился в его губы сочным пылким поцелуем, на который он отвечал, прижимая меня к себе так будто я, по меньшей мере, сейчас уйду и мы уже никогда не увидимся. - А вот теперь слушай, милый, - я поерзал, устраиваясь у него на коленях, и положил голову ему на плечо. – Год назад, когда я умер для своих родителей, отец тут же позаботился о том, чтобы у него родился новый наследник. Наверняка он хотел сына, а родилась дочь, какой неприятный сюрприз, - усмехнувшись, я, развел руками. – Они не предавали огласке беременность матери и не ходили на торжества и приемы. Дождавшись седьмого месяца развития плода, они уехали в Швецию якобы в отпуск, никому ни сказав, ни слова. Отец не рассказал даже Гробовщику, о будущем ребенке знала только королева. Кстати они и назвали малышку Викторией в ее честь. Как глуп такой фанатизм и преданность той кто регулярно своими заданиями подвергает их смерти. Спустя пять месяцев они вернулись домой и граф Винсент Фантомхайв вновь, как ни в чем не бывало, приступил к обязанностям Цепного Пса, а графиня Рейчел нянчит новорожденную дочь. Идеальная семья полностью соответствующая рамкам высшего общества и репутации достойной служения ее Величеству. А я стал для них ошибкой, потому что со своей неправильной любовью разрушил все их эталонные планы на будущее: брак с нелюбимой кузиной, возглавление компаний и самое главное – передача от отца к сыну королевского ошейника. И они позаботились о том, чтобы «ошибка» не запятнала их благородную фамилию своим позором. Интересно, а если эта девочка, дожив до моего возраста, совершит нечто выходящее за их оковы, они ее тоже похоронят или придумает что-нибудь новое? - Эта девочка... Ты не считаешь ее своей сестрой? Я рассмеялся: - Знаете, мой дорогой прекрасный принц, я скорее Грелля возьму себе в сестры, чем назову сей новый проект родителей своей близкой родственницей. Любопытно даже: сбудутся ли их планы насчет нее в будущем? Мы это обязательно увидим, - я расплылся в довольной улыбке. – В отличие от них нам незачем спешить жить, - улыбаясь, я обхватил ладонями его лицо и сначала чмокнул в носик, а затем медленно и чувственно поцеловал: посасывая и кусая губки, играя с язычком и сплетая его со своим. – У тебя есть еще вопросы, любимый? - Лишь один: малыш, тебе стало лучше? – взяв за подбородок, внимательно смотрит мне в глаза, большим пальцем поглаживая по щеке. - Намного, - улыбаюсь, - будто скалу с души сбросил и все это благодаря тебе. И все-таки я не понимаю, почему после того как родители со мной плохо поступили, после того как я начал новую жизнь с тобой меня до сих пор волнует, что там у них происходит в семье? Так странно... - Я, конечно, мало разбираюсь в тонкостях человеческих привязанностей, но думаю, что все дело в твоей принадлежности к своей семье. Родители произвели тебя на свет, они тебя растили и пусть до определенного возраста, но все же любили. Надеюсь, они не настолько циничны, чтобы планировать твою жизнь в рамках с самого младенчества. И как бы ты не отрицал, ты любил их сильнее, чем они тебя. Они для тебя были всем, пока ты не узнал что большая часть их заботы о тебе – всего лишь фальшь ради их же собственной выгоды. В уме ты построил стену безразличия с примесью обиды, но твоем сердце еще живут теплые чувства к ним и тебе иногда не хватает ласковых маминых объятий и добрых слов похвалы отца. - Бели-ал, - захныкал я, утыкаясь носом ему в шею, - я не хочу ничего к ним чувствовать! Избавь меня от этих ненужных переживаний и глупого отношения привязанности к родным. Пожалуйста, любимый, сделай что-нибудь! Ты же можешь магию там какую-то применить... - Солнышко, я могу, но результат будет временным, - прижимает меня к себе и целует в висок. – А после конца действия магии все твои чувства вернутся, причем есть большая вероятность того что они станут в разы крепче теперешних и тебе станет только хуже. Прими новость о родившемся ребенке родителей как данность, и постарайся реже думать вспоминать и спрашивать у наших друзей о своей бывшей семье. Так постепенно ты и сам не заметишь, как твоя привязанность к ним начнет угасать, а потом и вовсе исчезнет. Улыбаюсь и чмокаю его в губы: - Милый, я сделаю все, как ты сказал. Мне действительно надо меньше обращать внимание на свое прошлое и родителей с различными изменениями в их жизни. Нет смысла продолжать что-то чувствовать к людям, которые мне давно уже полностью чужие... - А чего это вы уединились и воркуете? – навис над нами Сатклифф хитро улыбаясь. Мой принц возвел глаза к потолку в немом возмущении. Я улыбнулся: - Мы устали танцевать, решили отдохнуть и перекусить, а что? - Ага, и поцеловаться, - подмигнул жнец. - Грелль, ты хочешь пригласить кого-то из нас на танец? – не выдержал мой муж. - Пфф мне и самому уже надоели танцы, - махнул рукой аловолосый. – Пришел фотограф. Эрик, Рони и Хави соединяют столики в один большой, чтобы все гости могли сфотографироваться за одним столом... - Фотограф? Вы пригласили фотографа?! – перебил его я. - О, я смотрю, вы тут совсем увлеклись друг другом и ничего не замечаете. Гляньте туда, - указал он в противоположную от нас сторону. Мы обернулись... На том конце зала устанавливал камеру мужчина лет сорока и у него были голубые глаза... Не шинигами? Я перевел взгляд на любимого, а он на «невесту»: - Не опрометчиво ли приглашать на свадьбу Богов Смерти – человека? – спросил мой принц, косясь на Сатклиффа. – Еще и на торжество где оба молодожены – женихи? – вторил я. - Да ладно вам, - расплылся в улыбке «леди». – Он даже не догадывается что я – мужчина. К тому же он уйдет сразу после того как всех нас пофотографирует. И чтобы его не задерживать вы должны как можно скорее присоединиться. Пойдемте, - берет нас за руки и пытается утащить с собой. – А если что Гроби подправит его книгу жизни и он вообще забудет, что когда-либо был на нашем празднике. Я улыбнулся: - Все, все, мы уже идем, - и, вставая, высвободил свою ладонь из руки Грелля. То же самое сделал и мой возлюбленный, а затем поймал меня за локоть: - Котенок, мы же не договорили... - Нет, хватит об этом, - я слегка скривился. – Давай закроем тему, касающуюся моей бывшей семьи, и продолжим веселиться, - беру его за руку и улыбаюсь. - Как скажешь, любовь моя, - улыбается и целует меня в щеку. Едва мы оказались на том конце, зала к нам тут же подошел фотограф и попросил присесть за стол по обеим сторонам от мест, где предположительно будут сидеть молодые. Самих жениха и «невесты» еще не было, они по очереди подходили к каждому гостю предлагая сфотографироваться. Краем уха я услышал, что фотограф называет Сатклиффа «миссис Эрдфал» и очень удивился. Если насчет «миссис» еще было понятно, почему, то откуда взялась такая фамилия – нет. Обязательно спрошу потом об этом у нашей «леди». Наконец все гости правильно расположились за столом. Гробовщик присел рядом со мной, Грелль с моим мужем при этом одной рукой он обнял своего жениха, а другой – Белиала. Я слегка рассмеялся, «сочувствуя» своему принцу. Старший жнец так же обнял меня и свое алое чудо – так нас и сфотографировали. Затем мы все менялись местами позами и «партнерами» для фотоснимков. Даже на улицу выходили и фотографировались возле ресторана и дальше в районе Сент-Джеймса. И вот с позированием на камеру было покончено, фотограф ушел, пообещав, что фотографии будут готовы через пару недель. Мы с любимым сидели за общим столом он кормил меня, тортом периодически целуя в разные части лица. Рядом уселась наша аловолосая «невеста» подпирая рукой, подбородок он расфокусировано оглядывал гостей, и все помещение ресторана при этом взял бокал с вином и стал медленно его попивать. Я улыбнулся, значит, он уже пьян и будет легче выяснить то, что меня интересует, хотя жнец и ничего не скрывает от нас, но мало ли... Может это что-то личное... - Грелль, - с улыбкой позвал я. - Да, Сиэльчик? – он расплылся в радостной улыбке. - А почему фотограф обращался к тебе по какой-то не то чтобы странной, но незнакомой фамилии? Если это было нужно всего лишь для скрытия твоего пола от человека то чего не «миссис Сатклифф»? - Ну отчего же незнакомой? – шинигами загадочно улыбнулся. – Вернее вам она незнакома, а я вот уже почти семь часов как являюсь миссис Эрдфал. - То есть эта фамилия... - Моя настоящая, - раздался голос рядом с нами и жених присев рядом, обнял своего возлюбленного за талию, растянув губы в форменной улыбке. Мы с Белиалом удивленно на него смотрели. Он рассмеялся: - Уж не думаете ли вы что Гробовщик – имя, данное мне от рождения? – и опять смех. - Милый, давай им расскажем? – Грелль буквально лег на своего мужа. - Думаю, наши друзья имеют право знать, - с неизменной улыбкой сказал седовласый. - Знать что? – спросил мой принц. - Историю моей жизни до и после того как я стал Богом смерти причем Легендарным. На последнее я не претендую, это в Департаменте меня так прозвали, - махнул рукой шинигами. - С удовольствием послушаем, - с улыбкой сказал я. - Начнем с того что меня зовут – Андеян Эрдфа́л. Будучи еще человеком я родился в тысяча четыреста сорок первом году в Сербии в небольшом городке Валево. Рос я в обычной семье крестьян. Я не был единственным ребенком в семье, моя сестра Миряна была младше меня на два года. Как раз когда Сербия окончательно была завоевана турками, мне исполнилось восемнадцать лет и меня забрали в служение турецким войскам. В двадцать четыре года я женился, но из-за военных походов практически не бывал дома и не видел жену даже по праздникам... Детей мы так и не нажили. Я не люблю вспоминать свою человеческую жизнь... - вздохнул жнец. - Кончилось все тем, что в одном из походов меня убили, на тот момент мне было двадцать девять лет. И правда за пару мгновений до смерти вся жизнь перенеслась перед глазами, а еще я увидел, как мне тогда показалось Смерть с косой вернее с садовыми ножницами, - он слегка рассмеялся. – Потом я очнулся и сперва не понял где я: в Аду или в Раю? Оказалось в Департаменте шинигами. Они сказали, что я им подхожу и гожусь учиться в Академии Богов Смерти. Вот так я стал жнецом. Поначалу было странно и даже трудно осознавать себя кем-то стоящим над людьми видеть их за пару часов до смерти живыми и веселыми или наоборот устало доживающих свое существование из-за болезней и старости. Потом я привык. Поработав около пяти лет забирая души своих и турецких земляков, я попросил перевести меня в Англию. Впервые мне пришлось побывать в Норидже [Прим. автора: город в Англии] по поручению моего начальника отдела и меня поразило спокойствие и величие этой страны. Умиротворенная погода с почти ежедневными дождями то, что нужно было для моего характера и вечно меланхолического настроения. Со временем я поселился в Лондоне, ну а Легендарным меня прозвали за то, что мне выпала честь вынести приговор душе Робина Гуда и приговорить к Аду Марию Антуанетту. После этого меня приняли в состав руководителей Департамента и выдали закладку смерти, благодаря которой можно остановить и переписать судьбу любого человека. Я ушел в отставку, потому что мне надоело изо дня в день рутинно просматривать на пленках жизни людей и возиться с отчетами. Гораздо прекраснее и интереснее подготавливать их к последнему выходу – похоронам; увидев однажды, как хоронят красивую молодую леди в шикарном свадебном платье, я был поражен самим процессом погребения, он меня впечатлил настолько, что я решил открыть Похоронное бюро, а моим хобби стало украшать покойников для их прощального пути и коллекционирование гробов. Так же меня интересовали убийства, но только самые изощренные и необычные его способы, поэтому я помогал твоим родителям в расследованиях, Сиэль, - Гробовщик улыбнулся и замолчал. Я тоже улыбнулся: - У вас довольно таки интересная и необычная жизнь особенно после гибели. Наверное, не каждому умершему человеку позволяют стать Богом Смерти, а тем более берут в состав руководителей. Однако меня больше затронуло упоминание о Робине Гуде... Он, что существовал на самом деле?! – воскликнул я. – В детстве мне читали о нем баллады и рассказывали легенды, до сегодняшнего дня я был уверен в том, что он миф такой же, как и Дух Рождества. Неужели он действительно грабил богатых, отдавая добытое бедным?! - Это кто здесь взрослый? – шутливо спросил мой муж, пальцами легко трепля меня за щеку. – Малыш, не ты ли несколько дней назад просил рассказать тебе сказку перед сном? – он смотрел на меня, довольно улыбаясь. - Белиал, ты... - Я хмыкнул: - А то ты не помнишь, что в тот день мы занимались учебой почти до вечера, а потом еще пошли на бал к Левистусу, и мне пришлось до ночи танцевать и играть с Неринелией. Я устал, и когда мы легли, попросил тебя рассказать какую-то историю или красивую сказку. О чем была твоя повесть? Нет, рассказ мне, конечно, понравился красивая и романтическая история, но зачем было описывать в подробностях первую брачную ночь принцев, а потом приставать: «давай сделаем так же?» - Оу, Сиэльчик, а мне перескажешь все эти подробности? – сверкнул глазами «невеста». – Нам с Гроби как раз сегодня пригодиться! Я вспыхнул: - Нет! Даже и не проси, Грелль! Я ни слова не смогу произнести оттуда вслух! - Не переживай, Грелль, я одолжу тебе эту книгу, но с условием возврата через пару месяцев, - подмигнул мой принц. - Что-о?! Целая книга?! И ты хранишь ТАКОЕ в своей библиотеке?! – я уже был красным до кончиков ушей. Мой любимый откровенно смеялся над моим стыдом и, чмокнув меня в нос улыбнулся: - Котенок, это просто сказки для взрослых. - Да как... Да кто пишет о таких извращениях?! Это же, каким пошлым и безнравственным должен быть автор своих рассказов, если он лишь в ОДНОМ описал столько разврата! - Извращения и развра-ат... - мечтательно пропел Сатклифф. Я закрыл лицо руками и услышал смех Гробовщика. Белиал обнял меня за талию, уткнулся носом мне в шею, продолжая тихонько хихикать. - Итак, - седовласый жнец кашлянул, - вернемся к твоему вопросу, Сиэль, - медленно отняв ладони от своих щек, я кивнул. – Робин Гуд существовал на самом деле. Он был предводителем разбойников и обитал со своей шайкой в Шервудском лесу около Ноттингема. Вся его, так называемая армия, состояла из нескольких десятков отличных лучников. Они могли легко попасть даже в самую отдаленную цель. Например, если мимо леса благородных разбойников проезжала отделанная золотом и драгоценными камнями карета с каким-то аристократом на расстоянии около ста метров, Гуд и его соратники безошибочно подстреливали кучера, выбивая поводья из рук, затем для полной остановки дилижанса стреляли в колеса. У богача отбиралось все вплоть до одежды и требовалось сказать либо адрес проживания, либо его брали в плен и вели домой, где он отдавал все награбленное. Накопив достаточно отобранного имущества, Робин шел в город и раздавал все беднякам и нищим, у которых не было даже скудного дома с крышей над головой. Главными его врагами были королевский рыцарь – Гай Гисборн и Ноттингемский шериф. Первый всегда состязался с Робином в стрельбе и давал мелкие подачки, людям силясь доказать, что он лучше благородного разбойника и постоянно делал ему пакости. Второй же ненавидел Гуда за его щедрость и доброту по отношению к простому народу и за то, что он все время мешал и пресекал любые попытки собирать дань из бедняков. Так же к шерифу ежедневно приходили жаловаться аристократы на то, что защитник всех «униженных и оскорбленных» вновь отобрал у них богатство. Вместе с тем и Гисборн и шериф и оставшиеся ни с чем вельможи чуть ли не каждый день просили аудиенций у Эдуарда II [Прим. автора: король Англии (1462-1485)] с просьбами что-нибудь сделать с разбойниками а, особенно с их предводителем. Король в свою очередь отмахнулся и приказал рыцарю решить как-то этот вопрос самому. Довольный ответственностью Гай нашел решение проблемы быстро: он попросту пропитал одну из своих стрел ядом и пустил ее в Гуда. Противоядия не нашлось... Так и погиб храбрый борец за справедливость ко всем беднякам, а мне пришлось решать судьбу его души. И, знаете, он не попал в Рай за, казалось бы, свои добрые дела, нет, его душа триста лет отбывала наказание именно за то, что он грабил богачей. - Но в Преисподней никогда не было души, что в прошлом звалась, Робин Гудом, - возразил мой возлюбленный. - Разве я говорил что-то про Ад? – широко улыбнулся Андеян. – Его душа, прикованная цепью за ногу, триста лет маялась у ворот Рая, и каждый проходящий мимо должен был нанести ему какое-то увечье: ожег, порез, удар... Слишком хорош для Преисподней и слишком грешен для Райских кущей – таков приговор был единственным, что мне довелось вынести за всю свою работу шинигами. Я улыбнулся: - Спасибо вам за то, что рассказали об этом герое, я давно хотел узнать о нем что-то настоящее, а не вымышленную его жизнь из легенд. - Ой, да ладно тебе, - махнул рукой Гробовщик, улыбаясь. – И хватит мне «выкать», будто я старик какой. Мне в этом году исполнится всего лишь четыреста сорок девять лет я гораздо моложе твоего мужа, - хохотнул он. - А ведь и правда! Я даже как-то не задумывался о ва... о твоем возрасте. А когда у тебя день рождения? - Двадцать седьмого октября. Кстати заранее вас приглашаю, - улыбнулся мужчина. - Мы обязательно придем, - я так же улыбнулся. – А как вы обычно отме... - на этом моменте раздался сильный резкий непонятный стук с металлическим скрежетом. Что за...? Я скривился и обернулся на раздражитель. Тоже самое сделали и мой муж, и жених с «невестой». Некоторые гости сидящие поближе к выходу из ресторана резко вскочили со своих мест, остальные же начали удивленно смотреть на входной проем и перешептываться. Музыка окончательно стихла. Я привстал на цыпочки, и слегка отодвинув Белиала, выглянул из-за его локтя: - Солнышко, тебе лучше стоять за мной, - шепнул он, закрывая меня. - Да что случилось-то?! Кто там! – громко спросил я, пытаясь отпихнуть своего принца. Он вздохнул: - Ладно, смотри, но только осторожно, - немного передвинул меня вперед и крепко прижал к себе, обнимая за талию. Моему взору открылось вот что: около с грохотом закрывшейся входной двери стоял, покачиваясь, мужчина лет двадцати пяти – двадцати семи. Он опирался на длинную железную... хм... – палку? – с двумя заостренными концами напоминающую секатор для деревьев. Сам он был среднего роста со статной прямой осанкой худощав. Его каштановые волосы некогда, а скорее всего еще сегодня днем были уложены в идеальную прическу, но сейчас несколько коротких локонов выбились, наперед закрывая до половины высокий лоб; на макушке же и затылке пряди волос торчали во все стороны и вверх. Черты его лица мне показались уж слишком четко очерченными, их будто вылепил неведомый скульптор: тонкий прямой нос и слегка заостренный подбородок. Сжатые в тонкую линию губы через несколько секунд искривила усмешка после того, как он обвел взглядом все пространство своими ярко-зелеными глазами миндалевидной формы поверх съехавших на переносицу очков с толстыми стеклами в темно-серой оправе. Одет незнакомец был в черный классический костюм, однако пиджак он полностью расстегнул; первые три пуговицы белой рубашки тоже были расстегнуты, а с левой стороны она вынулась из брюк и весела, но мужчина даже не удосужился ее поправить. Его черный галстук был полностью ослаблен и болтался на шее веревкой, а завершали образ заляпанные грязью на коленях брюки и туфли. «Кто это?» «Он пьяный что ли?» - гости полушепотом переговаривались между собой. «Это же Уильям Т. Спирс!» - вскрикнул кто-то из них. Уильям Т. Спирс? Тот самый начальник Грелля? И мои и догадки гостей тут же развеял сам алый жнец, подойдя к этому неизвестному: - Уилли, ты решил прийти на нашу свадьбу? – «Леди» оглядел его с ног до головы: - Фе! Что за вид? И от тебя воняет алкоголем за два метра! – и наморщил носик. - Мистер Т. Спирс, что вы забыли на нашем скромном торжестве? – посмеиваясь, спросил подошедший к ним Гробовщик. – Мы вас не приглашали, - уже серьезным тоном сказал он. Шинигами расхохотался: - Ой, я не могу-у, аха-ха-х... Торжество ха-хах... свадьба! Уж извините, что явился на ваш спектакль без приглашения и билета, - он насмешливо развел руки в стороны, от чего его железная опора с лязгом упала на пол. Продолжая смеяться, он ткнул пальцем в аловолосого: - Ты спрашиваешь, что у меня за вид, Сатклифф?! Ты на себя посмотри! Это же надо напялить платье и разыгрывать из себя женщину! Ах да, я забыл ты же у нас невеста! – тут он грубо схватил и потянул Грелля за фату. «Леди» взвизгнула, но Легендарный сразу же перехватил руку экс-начальника своей «нареченной» за запястье до боли сжимая: - Я тебе не позволю оскорблять моего мужа, а уж если ты посмеешь тронуть его хоть пальцем, тебе будет очень плохо, Спирс, - почти прошипел седовласый пристально глядя тому в глаза. Кривясь от боли, пьяный жнец все же засмеялся: - Аа-а жених, - протянул он. – Трансвестит и некрофил-похоронщик из вас выйдет отличная пара, - захохотал он. – Свою брачную ночь вы, где проведете? В гробу? Хотя зачем тебе брачная ночь... Уложишь свою невесту в красный гроб и украсишь икебаной красных роз... красота... - Послушай ты... - начал Андеян схватив незваного гостя за грудки. Однако его перебил поднявшийся со своего места Эрик Слингби: - Думаю, не стоит доводить дело до драки из-за этого недоразумения, - он кивком указал на горе-начальника, - вы только испортите себе настроение всем нам праздник и своей прекрасной невесте – свадьбу. Разрешите, я улажу ситуацию? - А ты прав, - улыбнулся Гробовщик, отпуская Уильяма и отходя в сторону. – Разрешаю. - Мистер Спирс, вам уже пора, - мужчина настойчиво надавил на плечи шинигами, разворачивая его к выходу. Но тот и не думал «сдаваться»: - А ты еще кто такой? – щурясь, спросил он. – Друг жениха? Копаешь могилы вместе с ним? Или может быть аха-ха-ха-х подружка невесты? И убери от меня руки! – жнец крутанулся, скидывая руки Эрика и отталкивая его от себя. После он неуклюже наклонился, кривясь, поднял свой секатор, и в этот момент дверь в ресторан распахнулась, являя собой Рональда Нокса. Несколько секунд немая сцена: парень с удивлением смотрел на своего пьяного начальника, а тот, опираясь на железную опору – на своего подчиненного. Затем его губы расползлись в усмешке: - Ты тоже участвуешь в этом дешевом фарсе, Нокс? Так любишь своего дружка-невесту, что променял свидание с девушкой, на сей балаган? Хах, что ж ты раньше за Сатклиффом не начал бегать? Подарил бы ему пару чулок, и он был бы весь твой. - Мистер Т. Спирс, о чем вы говорите?! – ошарашенно спросил шинигами. – И что вы здесь дел... - он не договорил потому, как Уильям разразился громким хриплым смехом. - Рон, это бесполезно лучше помоги мне его выпроводить, - вмешался Слингби. - Аа-а да конечно... - растеряно протянул парень, подходя ближе. - А где ты вообще был все это время а, Рони? – Грелль уже не обращал внимания на слова своего бывшего начальника. - Я выходил... тут у одной леди сломался каблук, я увидел в окно и помог заодно и познакомились, - виновато улыбаясь, молодой жнец подхватил под локоть сопротивляющегося мужчину, с другой же стороны буйного Спирса утихомиривал, выводя из ресторана – Эрик. Аловолосый возвел глаза к потолку: - Если бы ты не бегал в поисках очередной особы на неделю, то остановил бы Уилла во время, его тут кроме нас никто хорошо не знает, - раздражено бросил он троице вдогонку. Гости, видя что «спектакль» закончился, вернулись к торжеству, бурно обсуждая странное и довольно таки неприятное событие. Мы тоже присели за стол, будучи еще в легком замешательстве от произошедшего. - Простите за сие недоразумение, - Сатклифф сел рядом с нами. – Думаю, вы уже поняли, что это был мой экс-начальник Уильям Т. Спирс. У него, наверное, из-за работы совсем помутился рассудок. Как ему вообще пришло в голову, прийти сюда в таком состоянии и нести всякую чушь? Ужас! - Это он из зависти, - усмехнулся подошедший к нам Гробовщик, обнимая свою «невесту» за плечи, - и если бы Эрик не вмешался, я бы воздал ему за все оскорбления. - Любимый, ты у меня такой храбрый и мужественный! Я счастлив, что ты будешь меня оберегать и от всего защищать вечно, - тая, просияла «леди», накрывая и поглаживая своей ладонью руку мужа. - Кстати насчет зависти... Я заметил, что Спирс оскорбил именно вашу свадьбу, а не брачные союзы мужчин, в общем, и больше всего он выливал свои пьяные речи в твою сторону, Андеян. С чего бы это? – я вопросительно посмотрел на седовласого жнеца. Тот задумался, но видимо все равно так и не смог найти оправдания поведению Уильяма. - У тебя есть какие-то предположения по этому поводу? - Ты тоже понял, почему этот тип выборочно начал говорить на них все эти отвратные вещи? – с улыбкой спросил мой принц. Я кивнул, улыбаясь в ответ. - А вот я понятия не имею, что на него нашло! – возмущенно вскрикнул алый шинигами. - Сейчас я вам обоим объясню, - с улыбкой сказал я. – Грелль, возможно ты не обращал внимания, но со стороны это стало видно давно. И сегодняшний инцидент только подтвердил мою догадку и наблюдения. С самого начала нашего знакомства ты постоянно рассказывал, что Т. Спирс загружал тебя работой, относился строже и предвзятее чем к другим своим подчиненным и так почти постоянно. Мы даже с вами виделись из-за этого реже, чем хотелось бы. А когда вы с Андеяном решили пожениться, и тебе надо было подать ему заявление и через него поставить печать у высшего руководства об этом факте то, что он сделал? - Около пятнадцати раз рвал бумагу при этом, заставляя собирать души в несколько раз больше обычного и писать подробные отчеты тоже расписывая их до мелочей, - кривясь, вспоминал Сатклифф, - пока Гроби не пошел прямо к высшим. - Во-от, - протянул я, мило улыбаясь. – Таким образом, он пытался сделать все, чтобы ваша свадьба не состоялась. - И не только свадьба. Похоже, он изначально планировал разрушить ваши отношения, ведь заваливая тебя работой, он рассчитывал на то, что твой возлюбленный рано или поздно бросит тебя из-за того, что ты не будешь уделять ему должного внимания. Вы бы почти не виделись, и так постепенно отдаляясь друг от друга, перестали бы даже быть друзьями не то, что любовниками, - продолжил за меня Белиал. - Но зачем ему это было надо?! – в один голос спросили новобрачные и переглянулись между собой. «Миссис» Эрдфал нахмурилась: - Я, конечно, всегда выполнял должную работу, справлялся со всеми иногда слишком уж придирчивыми его требованиями, писал и во время сдавал отчеты и если бы личная жизнь и замужество как-то и повлияли на мои рабочие обязанности, то на мое место бы пришли другие. Незаменимых нет, может в крайних случаях,... но я же обычный Бог смерти! Какой ему был смысл меня удерживать в своем отделе таким способом? - На первый взгляд мне тоже показалось что работа – основная причина, по которой твой бывший начальник пытался давить на тебя, однако рядом стояла и его личная неприязнь к тебе, а за ней скрывалась симпатия, - улыбаясь, я, взял и положил себе в рот небольшое мясное канапе на шпажке. - Не просто симпатия, а любовь, - довольно улыбнулся мой муж. Гробовщик расхохотался, а его «невеста» уставилась на нас глазами размером с чайные блюдца: - Вы... вы что шутите?! У Спирса любовь?! Ко мне?! Я вздохнул: - Да, опять же это кажется смешным и нереальным, но, Грелль, вспомни с каких пор он начал усиленно придираться к тебе на работе и выказывать недоброжелательное отношение по любому поводу? - Ну... Мы не особо ладили еще с Академии, но общались сносно, а после того как я рассказал всему отделу, что наконец, нашел своего любимого и у нас с ним все серьезно, Уильям стал буквально меня ненавидеть. Это замечали все. - И ты не понял еще тогда, почему он так к тебе относится? - Откуда бы?! Знаешь, как его называли за глаза, и какие слухи о нем ходили? «Синий чулок» только мужского пола; «карьерист», «женат на работе» – и это лишь основные. Возможно, кто-то и думал, что ему нравятся мужчины, поэтому он не знакомится с женщинами, но и с любовником его никто никогда не видел. Его вообще не интересовала эта сторона жизни и мне кажется, вы преувеличиваете насчет его любви ко мне. - Я все равно докажу тебе, что Т. Спирс давно уже в тебя влюблен и остается таким по эту самую секунду, - довольно улыбаясь, я взял очередной бутербродик на шпажке. А они вкусные... ммм... - Попробуй, - ухмыльнулся аловолосый, нагло на меня смотря. - Эм... А мы вам не мешаем? – с широкой улыбкой спросил Андеян. - Действительно. Давайте вы отложите свой спор на потом, - предложил мой любимый. - Нет! – хором крикнули мы с Сатклиффом. Легендарный опять рассмеялся, а мой принц возвел глаза к потолку: - Вот же... делать вам нечего! - Милый, не переживай это не займет много времени, - я уселся к нему на колени и чмокнул в щеку, а он обнял меня за талию. - Итак, Грелль, я с легкостью опровергну твои слова о том, что твоего экс-начальника не интересовала любовь, и жизнь, которая есть у всех нормальных мужчин. И его помешанность на работе, и отстраненность от других женщин или мужчин объясняется любовью к тебе. С помощью работы он пытался забыть или подавить свои чувства к тебе, поэтому, узнав о ваших отношениях, естественно он начал злиться и ревновать, выплескивая свои негативные эмоции в форме рабочих нагрузок. Он приложил много усилий, чтобы вас разлучить, но ему не удалось, и сегодня вы поженились. Отчаявшись Спирс с горя напился, и решил хотя бы чем-то испортить вам праздник, заявившись сюда в таком виде и наговорить тьму гадостей осуществить так, сказать свое последнее желание проигравшего. Этим своим поступком он показал, что ему уже нечего терять и отнюдь не из-за того что он лишился хорошего подчиненного. Стал бы он напиваться тем более, наверное, впервые в жизни, если бы дело было только в работе. Чтобы решиться на то чего никогда не делал, нужен очень весомый повод. - Хорошо! Допустим, он в меня давно влюблен! Но почему... С Гроби мы знакомы лишь больше года, а с ним уже точно лет восемь! Почему тогда он все это время молчал?! Я не понимаю, как можно испытывать к кому-то любовные чувства и не признаться? - Тут уж я не знаю... Вероятно, он боялся, что ты его отвергнешь или он не мог свыкнуться с мыслью, что любит мужчину. А еще может быть он слишком горд, чтобы признаваться первым и ждал чуда в виде того, что ты сам ему об этом скажешь. - Я?! – «леди» рассмеялась. – У меня никогда не было к нему даже симпатии, а рассматривать его как предполагаемый объект любви мне бы и подавно не пришло в голову. Скорее всего, он опасался отказа либо считал унижением, что полюбил мужчину... Я победоносно улыбнулся: - Ага! Значит, ты все-таки признаешь, что он тебя любит? - Ой, ладно признаю. Умеешь ты убеждать, Сиэль, - с улыбкой сказала «невеста». – И потом если тщательнее разобраться в его поступках, то получается я и правда ему не безразличен, раз он пришел на нашу свадьбу в таком состоянии только для того чтобы высказать всю ту ерунду. Кивнув, я положил голову Белиалу на плечо. Вроде бы целый день прошел весело и хорошо за исключением некоторых негативных моментов, но я устал. Потихоньку начало клонить в сон, и я прикрыл глаза. Сквозь полудремоту я услышал голос своего мужа: - Так я полагаю, дискуссия окончена? - Наконец-то! А то нашли предмет для разговора! Пфф тоже мне... Было бы из-за чего спор поднимать! Этот Т. Спирс и капли того не стоит! – поддержал его Гробовщик. - Но, любимый, для меня важно было узнать, почему он так ко мне относился! - И ты решил спросить об этом у Сиэля практически не знающего всей ситуации и вообще не знакомого с твоим бывшим начальником? – фыркнул старший шинигами. - А что здесь так... - он не договорил, а мне стало любопытно, и я открыл глаза. – Подожди-ка, - хлопнул в ладоши алый жнец, - да ты ревнуешь, дорогой! – Его губы растянулись в блаженной улыбке: - Мой муж просто чудо... - повернувшись к седовласому, Грелль пальчиками провел по его щеке и чмокнул в губы. – Не переживай, любовь моя, ты – единственный мужчина в моей жизни. Легендарный слегка переменился в лице, хмурясь, но после поцелуя нежностей и ласковых слов «жены» он просиял: - Как я могу не ревновать свою любимую леди? – промурлыкал он, присаживаясь на стул рядом и притягивая Сатклиффа к себе за плечи. – Особенно когда ты разговариваешь или что-то выясняешь о другом. Мне не просто неприятно, я хочу разорвать на куски любого, кто смотрит на тебя или интересуется как сексуальным объектом, - он говорил спокойно, но при этом его глаза светились особо ярко, и правая рука сжалась в кулак. - Ну, котик, прости меня, - проворковал аловолосый, поглаживая Андеяна по колену, - я больше не буду ни о ком так узнавать, а от неприличных взглядов в мою сторону защищать меня уже придется тебе, - он с нежностью взглянул на своего возлюбленного, накрывая его правую руку своей. - С удовольствием, мое счастье, - промурлыкал Гробовщик, целуя руку своей «миссис». - Оо-о, по этому поводу у меня есть тост! – мы слегка вздрогнули от неожиданности. У Рональда Нокса просто талант появляться внезапно. – За любовь! – крикнул жнец и залпом опрокинул в себя стакан виски. - Рони! – возмущенно воскликнул Грелль. – Спасибо тебе, что радуешься за нашу любовь, но хватит пить! - Ой, невеста, не ворчи, - пробубнил он. – Вроде я один здесь пью... Вон посмотри, уже все замечательно отметили. Ваша свадьба удалась! Ура! – и он вновь выпил только на этот раз бокал шампанского. Кстати о гостях... Я оглянулся по сторонам: большая часть приглашенных незаметно покинула торжество еще раннее, а оставшиеся – преимущественно те с кем мы успели познакомиться, были действительно пьяны и, не стесняясь, не сдерживаясь, обнимались, целовались, танцевали, тесно прижавшись, друг к другу либо же продолжали поглощать еду и спиртное. Чувствуя себя все более утомленным и сонным, я сказал об этом своему любимому демону: - Мм... я так устал... Дорогой, может мы уже пойдем домой? – улыбаюсь и кладу ладонь ему на грудь. - Котенок, чего же ты до сих пор молчал?! – целует меня в нос и, взяв за руку начал перебирать мои пальцы. – Я хотел уйти отсюда еще несколько часов назад, - прошептал он мне в самое ухо. - Тогда нужно попрощаться с нашими друзьями, - улыбнулся я. - ... Что?! Вы уходите?! Но ведь ресторан пока не закрывается, можем посидеть еще пару часов! – перестав ругать пьяного Нокса, «миссис» Эрдфал пыталась нас задержать. - Куда сидеть дольше? Уже почти час ночи, так что не только гостям, но и нам уже пора перейти от веселья к более личным делам, - загадочно улыбнулся седовласый. - К каким дел... - недоговорив Сатклифф вспыхнул и покраснел. – Зачем такое произносить вслух?! - Для молодожен вполне естественно говорить о первой брачной ночи. Белиал, Сиэль, вы со мной согласны? Мы кивнули, сдерживая смешки. - Не смущайся, Грелль, в любви нет ничего постыдного и если она настоящая, то почему бы не рассказать о своем счастье всему миру? Лишь полюбив, я смог в полной мере ощутить то безграничное наслаждение жизнью и своим возлюбленным. Это не каждому дано из-за глупых рамок, в которые люди сами себя загоняют и потом до конца своих дней мучаются, что не смогли, отказались от своей судьбы в пользу никому ненужных предубеждений. Я улыбнулся, но в следующую секунду удивился и даже слегка растерялся: мой муж и наша «леди» одновременно поцеловали меня в обе щеки: - Эм... И? – я переводил взгляд то на одного, то на другого. - Малыш, я поцеловал тебя за то, что ты подарил мне свою любовь и соединил наши жизни в одну на двоих и только что в очередной раз сказал об этом вслух, никого не стесняясь, - он с нежностью мне улыбнулся. - А я тебя поблагодарил, Сиэльчик, за то, что ты говоришь о своей любви, тем самым помогая мне не скрывать своих чувств даже при обществе. Я слегка рассмеялся: - Тебе тоже спасибо, любимый, - повернувшись к своему принцу, я чмокнул его в губы. – А тебе, Грелль, спасибо за прекраснейший праздник, - я с улыбкой глянул на жениха, - и желаю вам романтического настроения для продолжения уже уединенном месте. Гробовщик расплылся в улыбке: - Спасибо, Сиэль. А может, ты и меня заодно поцелуешь? – и засмеялся. - Нет уж, пусть твоя невеста тебя целует, - с улыбкой ответил я. Далее мы по очереди пожали Андеяну руки, а его «миссис» вновь обнял нас и расцеловал в щеки. С радостными улыбками и обещанием обязательно опять встретиться в ближайшее время мы покинули торжество. Как только мы вышли из ресторана, мой принц сразу же подхватил меня на руки, за что я ему был непомерно благодарен, потому как меня уже покачивало от усталости. Уютно устроившись головой на его плече и обняв за шею, я через пару минут начал дремать и едва услышал, как открылся проход в Ад. «Наконец-то домой» - с мысленной улыбкой подумал я и окончательно погрузился в сон. Две недели спустя со свадьбы Грелля и Гробовщика. 26 июля 1890 г. «Мы с женихом и «невестой» возле Сент-Джеймсского двореца» - с улыбкой подписал мальчик последнюю вклеенную фотографию в альбом и отложил перо, давая чернильному названию просохнуть. Сиэль с неким блаженством потянулся в кресле, ногой легко отталкиваясь от стола, и взглянул на часы, висящие на стене напротив: те показывали девятнадцать сорок восемь. Затем юный принц перевел взгляд на мерно потрескивающие свечи в люстрах и пальцами постучал по дубовой поверхности стола. «Уже прошло почти два часа, как Белиал ушел готовить мне какой-то сюрприз и попросил не подглядывать, но при этом из замка он никуда не отлучался... Что ж так долго-то? Обычно ему хватает меньше получаса. Если он опять подарит мне что-то нелепо-дорогое и огромное – не приму. Точно не приму!» Вздохнув, Фантомхайв встал из-за стола и пересел на одно из кресел у окна. Рядом на журнальном столике ему на глаза попалась книга о Шерлоке Холмсе, и он решил прочесть новую недавно изданную повесть любимого автора. Едва подросток коснулся обложки детектива, как дверь в комнату с тихим скрипом отворилась, и вошел его муж: - Надо будет сказать Аластору, чтобы смазал... - оглядывая дверные петли, пробормотал он. – Котенок, чем занят? – с ласковой улыбкой спросил демон, подходя ближе к мальчику. Тот взял его за руку: - Да вот Андеян с Греллем прислали фотографии со свадьбы и приглашение на новоселье, - с такой же улыбкой ответил юный принц, - я вклеил их в альбом. Давай вместе посмотрим? – весело предложил он. Не дождавшись ответа, Сиэль соскочил с места и, взяв со стола фотоальбом, протянул его своему любимому: - Мне больше всех нравится вот эта фотография, - пальчиком указал он на изображение где они сидели за столом с молодыми в обнимку. - Ну, нет. На ней мне пришлось обнимать Сатклиффа, - принц наморщил нос. – Если выбирать то... - он перелистнул страницу, - вот прекрасное фото, - улыбнулся Белиал. - Но, милый, здесь только мы вдвоем, - мягко возразил Фантомхайв. - А мне кроме тебя никто и не нужен, - демон притягивает мальчика к себе и сладко с нежностью целует, буквально вылизывая его ротик и посасывая язычок. Одной рукой он придерживал своего мужа за затылок, зарывшись ему в волосы, а другая скользнула по спине и начала мять его упругую ягодичку. Юный принц застонал в поцелуй, обнимая возлюбленного за шею, и полностью забрался к нему на колени, своими коленками слегка сдавливая его бедра. – Сокровище мое, - промурлыкал Белиал, целуя Сиэля в носик. - А ты моя шоколадная конфетка. Хочу оставлять видимые поцелуи по всему твоему телу, обнимать тебя, ласкать, а затем доставить наивысшее удовольствие, - томно улыбнувшись, мальчик, провел ладонями по груди своего супруга, сквозь рубашку пальчиками надавил на соски и, прильнув к его шее, прикусил кожу, тут же зализав. Демон балдел от слов и ласк своего любимого, а когда почувствовал, как теплый влажный язычок лизнул место укуса на шее то с шумом выдохнул и довольно улыбнулся: - Конфетка значит? Солнышко, мне это все очень приятно но, по-моему, одна наша знакомая красноволосая «леди» учит тебя пошлостям. Фантомхайв надул губки: - И что не так? Я всего лишь придумал как можно тебя сексуально и вкусно назвать. - О, мы уже не стесняемся произносить слово «сексуально» вслух? – принц иронично поднял бровь. - Ну, Белиал, я же просто... Брюнет улыбнулся: - Я понял, кажется, мой малыш взрослеет. И чем старше ты становишься, тем откровеннее и не скромнее будут проявления твоих желаний и интересов близости ко мне. - Ты рад или я слишком «взрослею»? – хоть Сиэль и наговорил пару минут назад вызывающих слов, но сейчас он опустил свои сапфировые глазки вниз, а румянец трогательно окрасил его щечки. - Котенок, - принц ласково коснулся его подбородка заставляя посмотреть на себя, - по человеческим меркам ты растешь и развиваешься вполне нормально, а если еще учесть твое проживание в Аду, обучение магии и замужество за демоном... Из-за этого твои взгляды на жизнь слегка расширены и ускорены, но ничего страшного мне так даже больше нравится, - Белиал улыбнулся и чмокнул мальчика в щечку. Тот уткнулся носиком ему в шею, обхватив руками за плечи: - Тогда я иногда буду называть тебя разными милыми прозвищами. Кстати, а где ты был почти два часа и что делал? – юный принц поднял голову и с любопытством взглянул на своего мужа. - Сюрприз, - демон загадочно улыбнулся, - и он состоит в том, что я приготовил тебе ужин. - Ты? Приготовил ужин? Сам?! – Фантомхайв шокировано на него смотрел. - Не удивляйся до такой степени, словно я спас Преисподнюю от смертельной опасности, - фыркнул брюнет. - Но в твоем случае так оно и есть, - коварно усмехнулся Сиэль. - Ах, ты ж маленький бессовестный чертенок! – Принц шутливо оскалился и схватил мальчика за руки, удерживая их над головой, дабы он не вырвался, повалил его на пушистый ковер, у камина нависая сверху: - Я стараюсь ему угодить: почти три месяца учился у Аластора готовке людской пище, доводил до идеала все виды вкусов и блюд, чтобы сотворить для тебя шедевр кулинарного ремесла, а ты смеешься, - последние слова Белиал сказал с легкой обидой в голосе, нарочно отворачиваясь от своего возлюбленного. Юный принц виновато улыбнулся: - Любовь моя, ну прости, - изящными ладонями он заключил лицо демона в свои руки, пальчиками очерчивая его скулы, - я привык, что ты мне готовишь только десерты, а тут полностью ужин. Это было слишком неожиданно и немножко смешно. - Угу, причем романтический, - буркнул принц. – Хотел устроить нам небольшой праздник с приятным продолжением... - брюнет хитро улыбнулся в сторону: он знал, против чего не устоит его муж. И не прогадал. Синие глазки с озорством блеснули в свете бликов десятка свечей и пламени, плясавшем в камине: - У тебя получилось, - Сиэль с нежной улыбкой притянул любимого к себе и подарил ему чувственный горячий поцелуй. – Я с величайшим удовольствием попробую все, что ты приготовил. Белиал с довольной улыбкой поднялся и подал мальчику руку: - Ваше высочество, позвольте пригласить вас на ужин и угостить самыми изысканными блюдами, которые вам еще не доводилось пробовать в вашей жизни. - Позволяю, - кокетливо с улыбкой проговорил Фантомхайв, кладя свою руку на ладонь принцу. Подросток лишь едва коснулся пальцами руки демона, как тут же оказался у него на руках. - Дорогой, а что мы подарим нашим друзьям на новоселье? – весело спросил юный принц, обнимая возлюбленного за шею. - Радость моя, мы подумаем об этом после ужина, а лучше завтра, - и чтобы его муж не начал вдруг возмущаться занял его ротик долгим властным поцелуем.

❀ܓ Конец ✿ܓ