Passing Time (2/4). Совершенство приходит с практикой

В окрестностях Школы Чародейства и Волшебства стояла необычно теплая для октября погода, и послеполуденное солнце заставило Гермиону Грейнджер скинуть с себя мантию и свитер. Она была единственным зрителем на квиддичном поле: сидела на гриффиндорских трибунах, поигрывая травинкой, пока команда Слизерина готовилась к субботнему матчу с Рейвенкло. Игроки, которых поначалу раздражало присутствие на тренировке студентки факультета-соперника, носились вокруг поля, перекидываясь квоффлом. Драко Малфой летал высоко над трибунами и, казалось, высматривал снитч, однако на самом деле внимательно следил за Гермионой. — Итак, малышка-гриффиндорка, что же привело тебя в компанию змей в такой прекрасный день? Услышав веселый голос Блейза Забини, Гермиона обернулась. Тот стоял на два пролета выше, засунув руки глубоко в карманы джинсов и зажав сигарету между губ. Он заговорщицки улыбнулся. Гермиона залилась краской. Его манерный голос вызвал волну мурашек по спине — от неудержимого желания — и заставил ощутить, что на ней маловато одежды. Она пожала плечами, пытаясь казаться безразличной. Оглянувшись на квиддичное поле, она заметила наблюдающего за ними Драко. — Я просто... хотела подышать свежим воздухом. — И это все? — Блейз спустился к ней и сел рядом; исходящие от него флюиды повергли Гермиону в смятение. Она чувствовала на себе его взгляд, но мысленно поклялась его игнорировать. «Он пахнет божественно, — думала она. — И эти кудри… Прекрати, Гермиона!» — Вы сегодня очаровательны, мисс Грейнджер, — прошептал он ей на ухо, оказавшись так близко, что Гермиона подпрыгнула от неожиданности. — Раскрасневшаяся и возбужденная. Тебе тепло? Он протянул руку и, подхватив каштановый локон, пропустил волосы между пальцев. Его дразнящий тон растопил решительность Гермионы, и на ее губах невольно заиграла улыбка. — Сегодня весьма... жарко. Согласен? — игриво ответила она. Улыбка Блейза вышла голодной, что заставило его моментально отвести глаза и посмотреть на Драко. Гермиона проследила за его взглядом; Малфой завис довольно близко — так, что его можно было коснуться, протянув руку. Серые глаза горели подозрением и гневом. Она сразу поняла: ревнует. Грейнджер робко улыбнулась, и он моргнул, готовый улыбнуться в ответ, когда снитч молниеносно пронесся мимо его носа, едва не задев развевающимися крыльями. Малфой отправил метлу в крутое пике, и Гермиона ахнула, уверенная, что он врежется в сияющую зелень поля. Но, изящно свернув у самой земли, Драко остановился: рука в перчатке сжимала золотой шарик. Он испустил победный клич, и товарищи по команде подлетели ближе и начали радостно хлопать его по плечам. Блейз поправил волосы Гермионы, его губы почти касались ее кожи. — Почему бы нам не спуститься и не поздравить нашего мальчика? Он так усердно тренировался, что, думаю, заслужил похвалы. Гермиона вгляделась в обаятельное лицо Блейза. С этими глянцево-черными локонами и ямочками на щеках он был слишком красив, чтобы быть слизеринцем. Выдавали лишь глаза — в лазурных глубинах таился дьявольский блеск. Опасный, обещающий поглотить ее полностью. Она была уверена, что ей бы это понравилось. Грейнджер согласно улыбнулась и подала руку Блейзу, который со старомодной галантностью помог ей подняться с места и взял под локоть, когда она подобрала свитер и мантию. Гермиона оглянулась через плечо и увидела, что команда Слизерина уже покинула поле. Малфоя нигде не было видно. Вместо того, чтобы встретить Драко у раздевалки, Забини повел ее к трибунам Хаффлпаффа. На поле было мрачно и прохладно, особенно теперь, когда солнце спряталось за горы. Блейз забрал у нее одежду и расстелил на ближайшей скамейке. Грейнджер нервничала, в животе что-то переворачивалось от осознания того, что она делает. Она считала, что на интеллектуальном уровне не уступает ни Забини, ни Малфою; Гермиона была самой умной ведьмой, лучшей студенткой Хогвартса. Но Блейз моментально обнаружил ее слабость, и она знала, что он с радостью ею воспользуется. Он обращался с ней не как с интеллектуалкой, или умнейшей ведьмой, или же лучшей студенткой Хогвартса. Он обращался с ней как с женщиной. С привлекательной женщиной. И Гермиону, чьи лучшие друзья держали ее за «своего парня», это возбуждало. Почувствовав нерешительность Грейнджер, Блейз взял ее за руку и притянул ближе, накрывая ее губы своими в жадном поцелуе. Ошеломленная, Гермиона пошатнулась и ухватилась за его кремовый джемпер, чтобы сохранить равновесие и устоять на ногах. От напора Забини все мысли безвозвратно улетучились. Он брал то, что хотел, и она была не в силах ему отказать. — Решили начать без меня? — Судя по голосу, Драко был обозлен. Блейз неохотно отстранился, глуповато улыбаясь. — Прости, любимый. Я увлекся, — он нежно уткнулся носом в волосы Гермионы. — Но ты только посмотри на нее, Малфой. Она словно наш собственный Хэллоуин. Сладкая, с перчинкой... и все в ней очень-очень здорово. Драко не выдержал и рассмеялся. Неудивительно, что Блейз Забини являлся любимчиком хогвартских профессоров. Он даже Макгонагалл умел заставить краснеть, как школьницу. Если от внимания Забини Гермиону пробирала дрожь желания, то Драко Малфой заставлял ее пылать. Все еще облаченный в квиддичную форму, он выглядел совершенно потрясающе. Не так хорош, как Блейз — черты бледного лица были слишком резкими, чтобы считаться красивыми, — но в Малфое чувствовались глубина и сила, что держали в плену и заставляли разрываться между желанием сражаться за свою жизнь и кинуться в его объятья. Драко решил избавить ее от проблемы выбора. Бросив форменную мантию на землю, он сделал шаг в сторону Грейнджер и, придерживая ее затылок рукой, все еще облаченной в перчатку, неистово поцеловал. Он прикусил ей губу, и Гермиона захныкала; его язык проник глубоко в ее рот, и та вскрикнула от сладостной боли. Она прижалась к нему, перебирая пальцами влажный от пота джемпер. Сейчас Забини находился позади нее; его бедра плотно прижимались к ее ягодицам, а руки возились с ремнем. Через пару минут Блейз приспустил джинсы Грейнджер, и рука Драко скользнула в трусики. Его пальцы гладили влажные складки, заставляя Гермиону дрожать от прикосновений огрубевшей кожи. Он широко улыбнулся, продолжая двигать пальцами, покрытыми ее влагой, то и дело проникая внутрь. Гермиона запустила руки под джемпер Драко, его грудь по-прежнему была горячей и липкой от пота. Он прижал Грейнджер еще сильнее, наслаждаясь вкусом ее губ, в то время как все, на что она была способна, — полностью подчиниться, отдавшись его власти. Забини подтолкнул их в сторону скамьи, его руки принялись за майку Гермионы. Драко немного отстранился, позволив Блейзу стянуть ее и бросить на землю, к квиддичной форме. — Ох, святые угодники… — благоговейно выдохнул Забини; его член напрягся от желания. Смущаясь под оценивающими взглядами парней, Гермиона прикрыла ладонями обнаженную грудь. — Не стоит, мисс Грейнджер. Не нужно, — сказал Блейз, отводя ее руки. — Они слишком прекрасны, чтобы их прятать. Мерлин, детка… ты все время должна оставаться обнаженной. Гермиона рассмеялась; тело горело от возбуждения, а избыток внимания кружил голову. — Едва ли это поможет учебе. Кроме того, профессор Снейп, не задумываясь, снимет двести баллов с Гриффиндора за неподобающую наготу. Драко коснулся руками ее нежной, мягкой плоти, лаская большими пальцами чувствительные соски. — Снейп не заметит обнаженной женщины, даже если та выскочит из его котла, — протянул он, снова целуя Грейнджер в губы. Она улыбнулась в ответ. Малфой выглядел не менее возбужденным, чем она; его щеки окрасил румянец. В глазах Драко читались желание и решимость, и это стало последней каплей: эмоции переполнили Гермиону и, ошеломленная, она припала к горячему телу Блейза. Забини подхватил ее на руки и усадил на широкую скамью. От любопытных взглядов их скрывал черно-золотой флаг между полем и сиденьями. Дул легкий ветерок, и лучи заходящего солнца освещали три фигуры. Драко расстегнул наручи и стянул серый свитер через голову, взлохматив светлые волосы. Гермиона лежала на прохладной деревянной скамье, а Блейз расшнуровал ее кеды и стащил джинсы. Гермиона не дала себе времени задуматься или испугаться неизведанного. Если бы она это сделала, то, безусловно, струсила. Она хотела Блейза и Драко, и, судя по значительным выпуклостям на их брюках, они тоже ее хотели. Гермиона Грейнджер никогда бы не отказалась от получения нового опыта и знаний. Так почему не дерзнуть и сейчас? Малфой нагнулся, чтобы снять защиту с колен, но она остановила его. — Нет… не снимай, — прошептала Гермиона, проказливо улыбаясь. Малфой хищно посмотрел в ответ, а Забини кивнул в знак одобрения. — Приподнимите бедра, мисс Грейнджер, — приказал Блейз, стягивая с нее розовые трусики. Он встал и приглашающе взмахнул рукой: — Она вся твоя, Малфой. Ведь в поезде первым был я. Так будет справедливо, согласен? Драко был более чем согласен. Опустившись на колени на жесткий деревянный настил, он развел бедра Гермионы и припал ртом к ее влажному лону. Грейнджер ахнула, вскидывая бедра; ее тело молило о продолжении. Каждый дюйм ее плоти был распален, что побудило Драко проникнуть в нее глубже, продолжая томительно ласкать. Тихий скрип скамьи отвлек его, и он поднял глаза, увидев Блейза, решившего присоединиться; тот был полностью обнажен, член гордо возвышался среди темных завитков. Посмотрев на него, Гермиона залилась густым румянцем. Но как только Драко зажал губами клитор, продолжая работать внутри нее пальцами, она тут же забыла обо всем, кроме умелого рта, обжигающего ее чувственную плоть. — О-о-ох… только… не… останавливайся… — пролепетала она, когда сознание разлетелось на мелкие осколки; все напряжение, сосредоточенное меж ее бедер, вырвалось наружу, даря ощущение невесомости; будто еще немного, и она взлетит. Возможно, она действительно летала. Забини поцеловал ее. В отличие от Драко, губы Блейза были нежными; язык уговаривал впустить его. Блейз взял руку Гермионы и положил на свой член, плотно сжимая восставшую плоть. Он ухмыльнулся Драко, который, тяжело дыша, срывал с себя брюки. — Будь с ней милым, Малфой. Наша маленькая мисс Грейнджер еще девственница, я прав, cara? — сказал Блейз, покусывая Гермиону за мочку уха. Он взял ее руку, сжимающую его член, и провел ею от головки к основанию и обратно. — Смотри, как он входит в тебя, сладкая. Драко снял белье и выпрямился. Поглаживая ее ноги, он осторожно приподнял их и развел в стороны. Блейз поднес ладонь Гермионы к губам и начал поочередно посасывать и облизывать каждый палец, а затем вернул руку к своему отвердевшему члену. Гермиона отчаянно покраснела, смущенная откровенной демонстрацией тела и восторженным вниманием парней. — Все в порядке, Грейнджер? Я не… — Драко замешкался, встретившись взглядом с Забини. — Я не хочу причинить тебе боль. Гермиона быстро покачала головой, свободной рукой погладив его по шелковистым волосам. — Ты и не причинишь. Я хочу этого. Правда. Блейз прижался к щеке Гермионы своей, по-прежнему не теряя контакта с ее рукой, скользящей по его члену. — Давай же, Драко... заполни ее. Слегка согнув колени и мысленно благодаря Мерлина за то, что был не такого высокого роста, как Забини, Драко потерся головкой члена о влажные раскрытые складки, а затем проник в ее лоно. Блейз охватил ладонью грудь Грейнджер, перекатывая между пальцами возбужденный сосок, в то время как ее рука медленно ласкала его член. Забини склонился к ее лицу, нашептывая на ухо сладкие, ободряющие слова. Драко настойчиво толкнулся, и Грейнджер дернулась в ответ; ее глаза наполнились слезами. — Прости... Без этого никак, Гермиона... — Все… все нормально… я в порядке… — выдохнула она; ее взгляд не отрывался от его члена, на лбу выступили капельки пота. Она обхватила Драко за шею и робко улыбнулась. — Давай же, — прошептала она, вторя словам Забини. Блейз взял ее за руку, кивая другу. Устроившись между ее ног, Малфой медленно проник внутрь, слегка отстранился и одним толчком вошел на всю длину. Она была такой тугой, манила, окружала опаляющим жаром. Гермиона сморгнула слезы, переводя дыхание. Блейз нежно прижал ее к груди, успокаивая. — Все хорошо, мисс Грейнджер. Ты прекрасно справляешься, — шептал он у ее щеки, пока Драко изо всех сил пытался сохранять спокойствие, чтобы она могла прийти в себя и привыкнуть к новым ощущениям. Гермиона подалась ему навстречу, шире разводя колени, заставляя себя расслабиться. Малфой смотрел на нее с трепетом, его обычно холодные глаза светились от переполняющих его эмоций. Наконец она кивнула и зазывно качнула бедрами. Опираясь одной рукой о стену за Блейзом, Драко начал медленно проникать в нее, глубже и глубже, дальше и дальше с каждым толчком. Забини вернул ее руку на свой возбужденный член, и она начала медленно поглаживать, следуя его указаниям. Но пока Малфой входил в нее, ее взгляд ни на миг не отрывался от него; он просунул руку между ее ног и начал массировать клитор большим пальцем при каждом новом толчке. Забини перекинул ногу Гермионы через колено, полностью раскрывая ее, позволяя Драко войти в нее еще глубже. Малфой с радостью принял это; наклонившись вперед, он прижался своим лбом к ее, порывистые движения его бедер подталкивали ее все ближе к Забини. Покрытые горячим потом, они двигались как единое целое. Грейнджер вскрикивала, находясь на вершине наслаждения, возносящего на небеса. Она вцепилась в плечо Драко, притягивая его ближе, желая, чтобы он вошел в нее весь, полностью. — Драко… О боже, о боже… Драко, умоляю… — простонала она, дрожа в его руках, и он энергично толкнулся в нее, затем медленно вышел, и снова толкнулся. Он казался огромным и таким твердым; с последним рывком он излился в нее, уткнувшись лицом в изгиб ее шеи. Забини был крайне возбужден, и Гермиона переключила внимание на него. Он взял член в кулак, не в силах отвести глаз от своего лучшего друга и их маленькой любовницы. Оба захихикали; Драко медленно вышел из нее, поглаживая упругие бедра. Блейз тихо застонал, ощущая близость разрядки. — Нужна помощь, Забини? — протянул Малфой и насадился ртом на член Блейза. — Черт… Гермиона по-прежнему крепко сжимала Драко бедрами, понимая, что ему совсем неудобно: он сидел на корточках, склонившись в сторону, а рот... о господи. Она густо покраснела, глядя, как белокурая голова Малфоя покачивается в паху Блейза. Забини был на грани потери контроля — таким Гермиона его никогда не видела. Обеими руками он вцепился в волосы Драко, сверля Грейнджер пристальным взглядом; на губах играла едва заметная ухмылка. — Вас это… черт, Малфой… да, вот так… Вас это пугает, мисс Грейнджер? — хрипло простонал он и провел рукой по блестящей спине Драко. — Это не значит, что мы не хотим тебя. Ты нужна нам. Он толкнулся бедрами, глубже проникая в рот Драко, кусая губы, взвывая от удовольствия. Гермиона прижалась так близко, как только могла, чтобы не мешать Малфою в его усердных стараниях. Она запустила пальцы в его волосы, провела по острым скулам. Можете назвать это откровением, но в ее голове пронеслась мысль: это — ее будущее. Ей предназначено быть не с одним, а с двумя желанными, страстными мужчинами. Все трое отличались темпераментом, и неудивительно: ведь у каждого было что-то свое, особенное, чем можно поделиться друг с другом. Она задумалась: как ей удастся проводить время в их объятиях, не вызывая подозрений? Хотя, пожалуй, на самом деле не имеет значения, что подумают остальные. — Мне не страшно. Пожалуй, я бы сказала, что в этом году Рождество пришло в Хогвартс раньше положенного, — ответила Грейнджер, мило улыбаясь. Улыбка исчезла с лица Забини, когда Малфой довел его до экстаза. Гермиона положила голову на плечо Блейза и была вознаграждена сладким поцелуем. Драко привстал, продолжая облизывать опадающий член Забини, ловя капли его семени. Он облизал губы, избегая пристального взгляда Грейнджер. Со стоном нахлынувшего вожделения она резко притянула Малфоя к себе и впилась в него, страстно целуя. Драко застыл в удивлении, но покорился ее напору. Язык Гермионы прижался к его губам, и он позволил ему проскользнуть внутрь; снова ощутил желание, вскипающее внизу живота, когда Грейнджер яростно ворвалась в его рот, желая ощутить вкус Блейза. Малфой притянул ее ближе; об их беспрестанном соперничестве было забыто. Если он не мог превзойти ее в зельях, или ее факультет в квиддиче — черт с ними; но здесь он будет лучшим. — Скажи, Грейнджер, как далеко ты намерена зайти? — выдавил он, замечая настороженный взгляд Забини. Он слегка встряхнул Гермиону — осторожно, чтобы не причинить боли, но достаточно ощутимо, чтобы та поняла: он не станет подчиняться. Ее влажные от пота кудри упали на лицо, и он намотал прядь волос на кулак, глядя ей в глаза. Гермиона по-прежнему боялась его, боялась того, что он может сделать с ней и с ее репутацией в Хогвартсе; но она проглотила страх и потянулась к нему. Ее тонкие пальцы обхватили его плоть и решительно погладили, приводя в состояние готовности. — Я намерена зайти настолько далеко, насколько тебе это будет по силам, — прошептала она, медленно облизывая губы. Забини усмехнулся про себя: дело принимает интересный оборот. Драко отпрянул от нее, быстро сбросил остававшуюся одежду и откинулся на скамейку. Его губы скривились в столь раздражающей ухмылке. — Ты будешь удивлена, с чем я смогу справиться, Грейнджер. Думаю, пришло время узнать, на что способна ты. В любой другой ситуации Гермиона была бы возмущена таким явным вызовом, но не собиралась позволять Драко Малфою запугать ее, тем более сама она была почти уверена, что он поступает так из-за собственного страха. Если он оттолкнет ее, то ничего не получит. Ей это было понятно; но все-таки, если бы не успокаивающее и, несомненно, желанное присутствие Блейза Забини, она могла бы попасться на этот крючок. Но Драко, несмотря на все свое слизеринское позерство, боялся ее не меньше, чем она его. И лишь Блейз оставался совершенно безмятежным, когда их внезапно охватывали такие знакомые приступы враждебности. Забини встал, потягиваясь с неторопливой грацией. — Все, детишки, разбежались по углам. Мы здесь, чтобы повеселиться, а не свадьбу играть. По крайней мере, не сейчас, — с ухмылкой произнес он, заметив, как вздрогнул Малфой. Широкой ладонью Блейз притянул Гермиону поближе, и теперь ее обнаженные ягодицы прижимались к вновь возбужденному члену Забини. Она потерлась об него, дразня, поощряемая хриплым стоном удовольствия. — Итак, мисс Грейнджер, как вы себя чувствуете? — спросил он, покусывая ее ухо, а затем ласково проходясь языком по укушенному месту. — Не против продолжить? Грейнджер бесстыдно извивалась в руках Забини, но ее взгляд и вызывающая усмешка были адресованы Малфою. — Хочу попробовать его на вкус. В ответ на ее собственнический тон Драко приподнял бровь. Блейз не мог сдержать радостного смеха. Ох уж эта маленькая гриффиндорка, она бесценна! Он даже вообразить не мог, какой была бы реакция Поттера и Уизли, увидь они сейчас свою невинную прилежницу Гермиону. Особенно, если бы узнали, что за распутница она на самом деле. И она принадлежала только им, ему и Драко, они могут играть с ней, как им заблагорассудится. Руки Забини прошлись по ее бокам и охватили маленькую грудь; соски были похожи на горячие камешки. Он сжал ее, вдавливая пальцы в упругую плоть, от чего Гермиона издала гортанный стон. Блейз почти ощущал ее аромат, витающий в воздухе. Драко взял в руку член и начал дрочить уверенными, быстрыми движениями. Одна рука Забини переместилась на мягкий, округлый животик Гермионы — он находил его очаровательным. Она не была плоской и угловатой, как Панси или десяток других девушек в Хогвартсе, девушек, которые после половины яблока и одной морковки на обед заявляли, что объелись. Гермиона не была полной, но ее шелковистое тело обладало приятной мягкостью и чувственными изгибами. На долю секунды он ощутил жалость к Поттеру и Уизли: они еще раскаются в том, что упустили возможность узнать, кто на самом деле жил у них под носом в течение последних пяти лет. Сочувствие испарилось в момент, когда его палец скользнул в ее влажное лоно. Как только он начал с мучительной медлительностью массировать ее клитор, Грейнджер накрыла волна сладостной истомы. Он подтолкнул ее ближе к Драко, который сидел на скамье, бесстыже широко раскинув ноги; на губах играла опасная улыбка. Даже Блейз ощутил дрожь тревоги. Когда Гермиона оказалась достаточно близко, Малфой добавил свои пальцы к тем, что уже лихорадочно работали внутри нее. Они сразу же покрылись ее влагой, которую Драко начисто слизал, а затем вернулся к прежнему занятию. Блейз наклонился, чтобы Гермиона нагнулась вперед, поближе к бедрам Малфоя. Она шире раздвинула ноги, опасаясь, что струйка влаги скатится вниз по ноге, но тут же поняла, что ей это безразлично. Пока Драко дразнил ее прикосновениями, а Блейз ласкал чувствительный клитор, все прочее потеряло значение. Даже если бы с неба спустился Волдеморт собственной персоной и напал на них. Темному Лорду пришлось бы подождать своей чертовой очереди. В этот раз оргазм застал ее врасплох. Только по телу прошлась волна удовольствия, а уже в следующий миг она стонала, кричала, впиваясь ногтями в бедра Драко. И пока Гермиону била дрожь от небывалой радости, Блейз схватился за ее бедра, направляя член в ее лоно, проникая так глубоко, что ей захотелось плакать от удовольствия. — Ох, клянусь, мисс Грейнджер, ты настоящий ангел, — выдохнул Блейз, двигаясь внутри нее, вжимаясь бедрами. Он нашел подходящий ритм, проникая в нее мощными толчками. Драко взял ее за подбородок и улыбнулся, увидев, что она беспокойно хмурится. — Это несложно, Грейнджер. Как облизывать леденец. Драко наклонил ее голову к своему члену, и Гермиона облизала губы. Такая поза казалась странной, особенно, учитывая Блейза, усердно овладевающего ею сзади, но она сумела упереться одной рукой в бедро Малфоя, а другой охватить его плоть. — Оближи губы… да, вот так… еще. Молодец, Грейнджер, — Драко потерся головкой члена о ее губы, и она нерешительно и осторожно провела по ней языком. Малфой, взволнованный фактом, что Гермиона Грейнджер вот-вот собирается ему отсосать, вздохнул. — Полегче, Забини. Мне не улыбается ходить с откушенным по случайности достоинством. Блейз усмехнулся, но сделал, как просили, замедляя ритм и проникая в Гермиону чуть менее энергично. Драко сжал член рукой, а другой провел по нижней губе Грейнджер. — Все просто, Грейнджер. Только следи за зубами. Она обнаружила, что крайне тяжело сосредоточиться, когда Блейз столь восхитительно проникает в нее. Его лобковые волосы касались ее ягодиц, посылая вдоль позвоночника легкую дрожь восторга, и она нетерпеливо задвигалась ему навстречу, предвкушая удовольствие. Драко же поставил перед ней новую задачу, и Гермиона хотела как следует вознаградить его за проявленную заботу. Она провела языком по головке члена, что напомнило ей об их ранней игре; на вкус он оказался солоноватым и даже приятным. Она немного отстранилась и начала дразнить его долгими, влажными касаниями языка вверх и вниз по всей длине его орудия. Драко накрыл ее руку своей, показывая, как ему нравится. Гермиона еще раз охватила головку, вбирая член глубоко в рот. — Очень… хорошо, Грейнджер… это твой первый раз? — спросил Малфой напряженным голосом, выдающим наслаждение. Она кивнула, продолжая ритмично сосать, работая языком. — Ты отлично справляешься. Он поднял взгляд на Забини, который глупо улыбался; его движения становились все более беспорядочными. Драко не стал жаловаться — только не сейчас. Каждый толчок бедер Блейза углублял проникновение Малфоя в рот Гермионы. Несомненно, она была совершенно неискушенной; дважды отрывалась от него, чтобы перевести дыхание, и он ощущал легкую боль от касания ее зубов чувствительной плоти, но несмотря на это, ему было хорошо. Невероятно хорошо. «Кроме того, — подумал он, — совершенство приходит с практикой». — О, господигосподигосподи… черт, детка! Сделай так снова! — внезапно вскрикнул Блейз. — Туже! О, да-а-а-а… С рыком Забини достиг пика наслаждения, так сильно сжимая бедра Грейнджер, что Драко был уверен: утром та обнаружит синяки. Он снова сосредоточился на Гермионе, отводя волосы с ее лица. Сейчас она нашла подходящий ритм, и он почувствовал, как его яички сжимаются в предвкушении разрядки. — Грейнджер… Гермиона… Я сейчас… Я почти…— пробубнил Малфой, потянув ее за волосы. — Ты не обязана… Она отстранилась, и Драко переплел их пальцы вместе, двигая ими по своему члену раз, и еще один, а затем кончил; сперма выплеснулась ему на грудь и живот. Гермиона широко распахнула затуманенные глаза. Она выглядела немного разочарованной. Наконец Блейз в изнеможении упал на настил, откидываясь на прохладные пыльные доски. Он наблюдал за любовниками с ленивым обожанием, а Гермиона тем временем провела пальцем по жемчужным брызгам на груди Малфоя и поднесла его ко рту. Драко усадил ее к себе на колени, не в состоянии отвести взгляд от припухших розовых губ, плотно сжимающих палец, пробующих его на вкус. Прежде чем он успел ее остановить, она припала к его гладкой груди. Забини приподнялся на локтях, с интересом и некоторым изумлением воззрившись на Грейнджер, тщательно вылизывающую его друга. Если бы не тот факт, что солнце уже давно скрылось за горизонтом и скоро настанет время ужина, он в тот же момент был готов продолжить начатое. Гермиона улыбнулась и пригладила волосы; к ней снова вернулся чопорный взгляд школьной всезнайки, с которым парни были так хорошо знакомы, с той лишь разницей, что на этот раз она выглядела отлично оттраханной. — Итак, — удовлетворенно сказала она, светясь от счастья. — Когда мы сможем повторить?