Адреналин: Obsessed

      Лекса сидела на полу, прижавшись спиной к стене, а на её ногах лежала голова Кларк. На них падал желтый свет от светильника, что стоял рядом. — Она очень опасна, Лекса, — тихо произнес Талбот, глядя на них сверху вниз. Он стоял, прижавшись плечом к решетке. — Ты уверена, что она будет нам полезна живая? — он какое-то время молчал, ожидая ответа, а потом продолжил, — я займусь её клинками, но не думаю, что есть способ оборвать их связь. Может быть, тебе удастся. Я подумаю, что можно сделать. — Она слишком слаба, — еле слышно ответила Лекса. — Она слаба и бесполезна. Мы её казним.       Талбот вздохнул: — Ты её не казнишь, — спокойно сказал он, пожимая плечами, и Лекса подняла на него взгляд. В её глазах читалось удивление, которое она тут же попыталась скрыть, отводя взгляд в сторону, — ты не хочешь её смерти. — Это уже не имеет значения, — прервала его Лекса. — Нет, имеет. Она не так уж слаба, как ты думаешь. Она сосуд, ждущий много лет, когда за ней придут архангелы и наполнят её предназначением. В этом суть избранной, в её пустоте, и там было место только для истинной миссии. Убить зло. Антихриста. Принести себя в жертву, если потребуется. Но, — он поднял взгляд к потолку, — этого не случилось. Я долго об этом думал. Сейчас она как сломанный механизм. Её пожирает ненависть. Если она еще не больная, то обязательно будет. — Что у неё на руке? — спросила Лекса, рассматривая метку. — Это сила смотрителя? То, чем она её наградила? — Да, — Талбот пожал плечами, взглянув на Кларк, — никто не сможет её снять, кроме смотрителя или тебя. Ты достаточно сильна. Я принесу тебе заклинание, если ты хочешь. И насчет… бесполезности. Я думаю, что если она не свихнулась окончательно, то можно что-то сделать с тем дерьмом, которое её пожирает. И она нам поможет добыть ларец. Это единственный способ спасти её от казни, Лекса. Ты знаешь, что другого выхода нет.       Лекса кивнула, а Талбот еще какое-то время смотрел на неё, прежде чем уйти. — Ты веришь ему? — спросила Рокси, вставая на ноги и подходя ближе. — Ну, — Лекса тяжело вздохнула, смахивая окровавленную прядь с лица блондинки, — у меня нет выбора. Убить его за проницательность? — она усмехнулась, — я потеряю доверие, если Кларк будет жива после всего, что сделала и что может сделать. Она должна быть нам полезна, и польза должна быть гораздо весомее, чем её смерть. В его словах есть смысл. И я не чувствую, что он лжет. — А ты чувствуешь? — Рокси нахмурилась, подходя ближе и присаживаясь на корточки рядом с ними. — Я почти всех уже чувствую. Я становлюсь сильнее, — Лекса взглянула на Рокси, — чувствую твое сердцебиение и волнение. — Лекса, — Рокси нахмурилась и хотела выпрямиться, чтобы отойти, но Лекса её остановила, поймав за руку. — Ты действительно думаешь, что я угроза тебе? — она пристально посмотрела на девушку, — ты всегда это чувствовала, Рокси, не надо быть антихристом, чтобы это знать. — Иногда мне кажется, что я единственная, кто за неё переживает, и что я этим предаю тебя, — честно сказала Рокси, глядя Лексе в глаза. — Давай сохраним доверие между нами. Мне не нравится, что ты начинаешь отдаляться или закрываться. Я не хочу изучать тебя другим способом, — Лекса пристально и требовательно смотрела на подругу. — Ты говорила о её казни! — громким шепотом возразила девушка. — Ты говорила об этом много раз. — Так возрази мне! Не надо мне поддакивать! Мы друзья, разве нет? — она опустила голову, заглядывая в голубые глаза, — Рокси? — Я не уверена, что могу это делать, — Рокси вздохнула, присаживаясь на пол и вытягивая ноги рядом с Кларк. ___       Утром следующего дня Лекса так же сидела на полу камеры с Кларк на своих коленях. Она не могла залечить ей все раны, но могла облегчить боль. Могла чем-то помочь, чтобы та отдыхала не чувствуя своих ссадин и синяков. И, похоже, Кларк хорошо и крепко спала.       Лекса почувствовала, как ускоряется сердцебиение под её ладонью, что лежала на грудной клетке девушки. Брюнетка напряглась, готовая к тому, что приветствие будет бурным. И она бы встала сейчас и отошла, но почему-то продолжала сидеть, не двигаясь, пока сердце Кларк набирало обороты.       Ресницы начинают шевелиться, и веки чуть приподнимаются. Лекса сглатывает, глядя в голубые глаза, что так близко, но смотрят не на неё, а куда-то в потолок.       Нет. Она точно переоценила себя. Не стоило быть так близко. Стоило отойти еще час назад. Или два, или вообще не стоило нарушать настолько её личное пространство.       Отчего-то эти мысли посещают Лексу впервые, когда уже поздно. Она видит, как Кларк прикрывает глаза, а после — как медленно поднимается её грудная клетка и так же медленно, с тяжелым выдохом, опускается.       Лекса не дышит, нависая над ней. Она старается унять собственное сердцебиение, но тщетно. Хочется встать уже совсем не из-за опасения реакции Кларк. Хочется отойти, но она, как под гипнозом, продолжает сидеть, пока веки Кларк снова не поднимаются. Зрачки перемещаются от потолка чуть выше, и девушки устанавливают зрительный контакт.       Кларк смотрит на Лексу, не моргая. Долго, пристально, без какого-либо признака эмоций, злости или удивления. Просто пустой, прямой взгляд.       Кларк хлопает ресницами, и Лекса, будучи не в силах больше сдерживать дыхание, громко выдыхает. И всё вдруг приходит в движение. Кларк, которая начинает быстро шевелиться, чтобы отползти, и Лекса, ноги которой освободились, быстро начинает подниматься.       Все снова замирает, когда они выравниваются, стоя в метре друг от друга. От их зрительного контакта воздух в тесной камере будто бы тяжелеет и наполняется напряжением.       Кларк чуть щурится, явно ощущая боль. Но она не поднимает руки, чтобы пощупать свое лицо или живот. Она просто стоит и опасливо, пристально смотрит на Лексу.       Брюнетка видит, как челюсть Кларк сжимается, и лицо принимает четкие очертания. Её взгляд становится выразительным, оценивающим, а брови сходятся к переносице. Кларк выглядит будто хищник, готовящийся к нападению.       Лекса хочет успеть что-то сказать прежде, чем Кларк примет решение, но стоит её губам дрогнуть, как блондинка в секунду преодолевает короткую дистанцию, вынуждая Лексу уклониться от руки, которой Кларк попыталась то ли ударить, то ли схватить.       Площадь для маневров слишком маленькая, а Лекса совсем не хочет бить и так помятую девушку, поэтому уже через пару секунд Кларк удается её прижать к стене.       Одной рукой блондинка сильно сжимает шею девушки, а второй — предплечье. Лекса расслаблена, хотя дышать становится затруднительно.       Кларк какое-то время смотрит на Лексу почти искрящими от злости глазами, но, тем не менее, брюнетка чувствует, как хватка ослабевает. Кларк отводит взгляд в сторону, после чего её глаза расширяются и она, отпуская Лексу, делает шаг назад, рассматривая свое запястье. Её губы вздрагивают, а брови вопросительно приподнимаются, после чего она смотрит на Лексу, что все еще стоит у стены и не двигается. — Что за херня? — хрипит она, проводя пальцами по своей руке. — Мне показалось, что тебе это не нужно, — отвечает Лекса тише, чем сама ожидала и потирает шею, делая вид, что голос сел из-за этого. — Ты не могла! — Кларк изумленно смотрит то на руку, то на брюнетку. — Как? — Я могу всё, — Лекса обходит её, — я скоро вернусь за тобой. У нас будет… встреча с теми, кто жаждет твоей смерти, и, Кларк, — она оборачивается, закрывая за собой дверь, — можешь хотя бы сделать вид, что адекватна. Не хотелось бы тебя казнить. — Лекса, — кричит Кларк, когда девушка уже почти скрывается во тьме коридора, — что я должна взамен? Что ты требуешь взамен? — Я ничего взамен не требую, я просто посчитала, что с этой херней тебе не очень удобно. Отдыхай. *** — Привет, — тихо поздоровалась Рокси, открывая камеру. — Мне надо тебя сопроводить. Совет уже собран.       Рокси вытянула руку со светильником, глядя в темный угол, где сидела Кларк, но та даже не думала шевелиться. — Это все? — послышался тихий голос.       Рокси глубоко вдохнула, сжимая кулаки, и медленно выдохнула: — Пошли. — Так странно, — Кларк подтянула колени к груди, и Рокси увидела её руки, которые та положила на ноги. — Я скучала. — Кларк, — еле выговорила Рокси, делая шаг вперед, но не решаясь подойти ближе. — Ты меня пыталась убить, когда я больше всего в тебе нуждалась, — её голос был надломлен, и сказанное казалось искренним. Рокси была не уверена, она не могла поверить в то, что Кларк так быстро могла бы перемениться. Она была уверена, что Кларк так же сильно её ненавидит, как и Лексу. — Мне приказали, у меня не было выбора. — Я знаю, — уже более язвительным тоном ответила блондинка и начала подниматься на ноги. Она сделала несколько шагов вперед, и Рокси вздрогнула от её внешнего вида. Синяки из красных превратились в синие, а запекшаяся кровь на ссадинах делала рваные засохшие раны еще более жуткими. — Что? — Кларк наклонила набок голову, — я хорошо выгляжу? — Ты выглядишь просто ужасно, — поморщилась девушка.       Кларк медленно подалась корпусом вперед, будто желая, чтобы Рокси получше её рассмотрела, но нет, она положила руки девушке на плечи, а после потянула на себя. Выдержка Рокси подверглась сильному испытанию, она хотела остановить Кларк, но слова застряли в горле. — У тебя так бьется сердце, — прошептала Кларк ей на ухо, — интересно, а у Лексы так же? Я не чувствовала. Или, чтобы это заметить, надо его вытащить из её груди?       Рокси будто ледяной водой обдало, а после тут же бросило в жар, она резко оттолкнула от себя Кларк. — Что ты смотришь на меня как на сумасшедшую? Уверю тебя, сердце Лексы меня волнует исключительно, когда оно у неё в груди. Даже если оно бесчувственно бьется в ритме часов. Тут-тук, — Кларк улыбнулась, — тут-тук. — Ты совсем двинулась? — Рокси оценивающе заглянула ей в глаза. — Нет, — Кларк небрежно пожала плечами, — я просто борюсь с желанием ударить тебя. — Ты можешь ударить меня, Кларк, — Рокси двинулась вперед, — я заслужила твою злость, но я… — её голос дрогнул, — я так скучала. — Рокси, — Кларк отошла назад, скрываясь в темноте, — я не буду тебя бить. Как бы я ни хотела, но я ненавижу тебя меньше всех. Всё, что связано с тобой, — это не злость, а боль, — Кларк вернулась к девушке, подняла руки и сжала у её лица кулаки, — она меня душит. Я будто задыхаюсь, от неё, когда думаю о тебе. И я так не хочу тебя видеть. — Я не хотела тебя убивать, — просипела Рокси, уже поддаваясь происходящему. — Да мне насрать, — кричит блондинка, отходя и ударяя рукой о прутья клетки, — блять! — Кларк, у тебя нет причин нас ненавидеть, — пробует Рокси, желая заткнуться. Этот разговор ни к чему не приведет. Она знает, она чувствует, что ничто не изменит положения, какой бы разговор сейчас ни состоялся. Единственное, что может что-то поменять, — это время. И Рокси надеется, что это время у них будет. — Вас? — Кларк безумными глазами смотрит на Рокси как на дуру, будто она сказала самую глупую вещь на свете, — Лекса. Ну конечно. Она пустое место. Я её вчера не убила, только потому что хотела жить! Я её ненавижу только за то, что она отняла тебя у меня. Можешь ей так и передать, если вдруг она поинтересуется.       Рокси вышла из камеры, а Кларк пошла следом. Отчего-то Рокси знала, что это ложь. Что она злится на Лексу из-за чего угодно, но это точно не главная причина. Она слишком хорошо знала Кларк. Кларк, которая никогда никого не ненавидела. Может быть, она была безразличной, но злость? Хотелось бы узнать, что творится в душе у самого близкого ей человека, но это не в её силах.       Еще Рокси знала, что от любви до ненависти один шаг, и, может быть, единственная, кто мог бы помочь Кларк, это Лекса. Может быть. Но она точно не собиралась спрашивать у Кларк, насколько глубокие чувства у неё когда-то были к Лексе.       И, может быть, то, что это и есть самый ужасный вопрос, который можно задать ей, и является ответом на него. ___       Они вошли в огромный зал. Здесь было мрачно из-за отсутствия окон. С потолка свисали две огромные люстры, от которых исходил тусклый желтый свет.       Рокси наблюдала, как Кларк оглядывается по сторонам, рассматривая фризы на стенах с изображениями демонов в своем истинном облике. Кларк подняла голову наверх, где было огромное панно с изображением могущественного демона, в ногах которого лежат тела архангелов. Кларк присвистнула, за что тут же получила тычок в бок от Рокси.       Лекса сидела в самом конце зала на троне, а в нескольких метрах от неё, преклонив колено, стояли демоны. Никто из них не поднял головы, чтобы посмотреть на Кларк, лишь Лекса, выше вскинув голову, наблюдала, как девушки неспешно приближались к ней. — Всем встать, — приказала Лекса, когда Рокси с Кларк подошли и встали напротив неё.       Рокси заметила, как все присутствующие рассматривали блондинку. Многих из них не было при её избиении. И было очевидно, судя по их взгляду, что того, как выглядела Кларк не достаточно. В их глазах читалось желание разорвать её, покалечить, убить. Кто-то даже скалился, рассматривая блондинку.       Лекса встала, и демоны перевели на неё взгляды, которые тут же стали смиренными и повинующимися. Может, у них и было желание высказаться, но они сохраняли тишину и ждали, что скажет Лекса. — Перед вами стоит Кларк Гриффин, — Лекса указала на блондинку рукой, и та, повернувшись к демонам, криво улыбнулась и помахала им рукой, — та, что должна была занять место избранной, но очевидно, — Лекса улыбнулась, одарив уже смотрящую на неё Кларк, насмешливым взглядом, — провалилась в этом. Несостоявшаяся избранная выбрала себе в союзники наших врагов, предателей, — все демоны тут же понимающе закивали, поджав губы от злости. Они были в предвкушении. — Кларк для них стала силой и оружием, способным убить любого из нас. Кларк убила не одного, а четверых. Троих земных демонов четвертого ранга и одного — третьего. Мою наставницу. — Глаза Лексы сузились, — Сейчас Кларк стоит перед вами, — Лекса перевела взгляд на совет, — сегодня будет решаться её судьба.       Взгляд Лексы, как и взгляд Рокси, перемещался с одного демона на другого, когда все, оживившись и перебивая друг друга, начали перебирать варианты наказания. Нет, это была не смерть — это были требования мучить Кларк. Подвергнуть её пыткам. Рокси посмотрела на Кларк, которая уже без ухмылки наблюдала за происходящим. — Отрезать язык, — прошипел демон, который ранее высвободил Кларк из клетки, — подвесить её и лишить рук, которыми она убивала. — Тишина! — Призвала их Лекса, — по очереди.       Талбот, который все это время молчал и тоже внимательно наблюдал за происходящим, сделал шаг вперед: — У нас есть ритуал. Мы уже давно не прибегали к нему, предпочитая убивать врага на месте. Но, — он посмотрел на Кларк, — эта девушка может знать полезную нам информацию, во-первых, а во-вторых, за то, что она сделала… раз уж так получилось, что она сейчас стоит перед нами живая, есть обряд, в котором описывается то, как раньше наказывали врагов и предателей перед тем, как уничтожить или отправить в преисподнюю.       Лекса кивнула ему, давая разрешение описать этот обряд. — Врага, — Талбот подошел к Лексе ближе и развернулся лицом к совету, — распинали и лишали конечностей. Всех. Жизнь поддерживали, чтобы враг мучился и не откинулся раньше, чем через месяц. Так же, лишая конечностей, можно было услышать какую-то информацию. Сущность так слаба, когда чувствует адскую боль и предчувствует кончину. Враг делает всё, чтобы сохранить свою жизнь. Изгоев мы не подвергаем пыткам, потому что пытки их ждут в аду, где они будут гореть бесконечно, но любые другие существа — он указал рукой на Кларк, — например, человек, должен страдать, прежде чем его жизнь оборвется.       Все как один кивнули и в ожидании посмотрели на Лексу. Кларк так же перевела на неё взгляд.       Рокси хотелось схватить блондинку за руку, чтобы успокоить, потому что она точно знала, что та напугана, как бы старательно она сейчас это ни скрывала и как бы ни желала выглядеть гордо и самоуверенно. — А руки и ноги мне будет отрубать антихрист? — дрожащим, но  дерзким голосом спросила Кларк, делая шаг к брюнетке и тут же отмахиваясь от руки, Рокси, которой та попыталась схватить её за предплечье.       Лекса скалится, желая тут же что-то ответить, но прерывает это тяжелым вздохом. — Я думаю, что может быть другой вариант, — быстро вмешивается Талбот, — нам нужен ларец, который хранится в храме под охраной одного из семи архангелов. Лекса, может быть, Кларк согласится нам помочь, если конечно дорожит своими конечностями и жизнью.       Все приготовились возмущаться, но Лекса подняла руку, прервав их и заставив замолчать. Рокси с облегчением вздохнула. Все-таки есть толк от этого мерзкого мужика. — О чем ты? — подыграла ему Лекса. — Последний раз мы обсуждали его. Но пришли к выводу, что это невозможно. Все помыслы открыты в этом храме. Ни один человек и близко не окажется с ларцом, если его мысли не чисты. Но, насколько мы знаем, Кларк не простой человек. Её мысли не прочитать. Ни нам, ни архангелам. — Кларк стала слабее. Я могу влиять на неё. Это значит, что будь я сильнее, то и мысли могла бы прочитать. Сила, которая охраняет ларец, больше. Она будет там как открытая книга, — рассуждающе ответила Лекса. — Да, — согласился Талбот, — но, — он поднял палец вверх, — мы можем восстановить эту девушку. Пока она в своем уме. — Талбот развернулся к совету, который явно был недоволен, — я понимаю ваше желание убить её, ваши опасения. Я так же желаю ей смерти, но у нас есть цель. И либо мы будем ждать еще сотню лет, пока Лекса станет сильнее, либо мы добудем этот артефакт, где хранится сила и энергия с поля боя, и она станет сильнее сейчас. Мы станем сильнее. Что может быть важнее этого? Смерть этой девки? Вы её испугались? Очевидно же, что без изгоев она ничего из себя не представляет. Её клинки в надежном месте. Без оружия она просто человек. — Мы не боимся её, — огрызнулся один из земных демонов. — Но я требую, чтобы она была наказана. После того, как добудет для нас ларец. — Она будет наказана, — кивает Талбот. — Да, госпожа? — Талбот, — неуверенно говорит Лекса, — ты уверен, что это возможно? Мы можем просто потратить время, когда оно для нас сейчас слишком ценное. — Я уверен, моя госпожа, что это возможно. У тебя сейчас нет советника, но я как бывший советник… имею наглость настаивать на том, чтобы ты мне поверила. ___ — Охренеть, — выдыхает Рокси, оказываясь с Лексой наедине, — я поверить не могу, что этот мудак так нас выручил. — Да, — отвечает Лекса, не глядя на Рокси. Она присаживается на свою кровать, — он взял это на себя.       Рокси смотрит на Лексу, которая хочет что-то сказать, но не делает этого. Рокси подходит к ней ближе и присаживается на корточки напротив неё: — Почему ты просишь меня о доверии, но сама этого не делаешь. Ты постоянно себе на уме. Куда-то постоянно уходишь. А когда разговор касается Кларк, ты будто погружаешься в себя. Поделись со мной.       Лекса поднимает на неё взгляд и какое-то время смотрит, пока не решается сказать: — Я никогда не хотела её казнить, Рокси. — Она это произносит с придыханием и будто с облегчением. Глаза её начинают раздраженно бегать по комнате, — я так привыкла всё держать в себе. Я так злюсь на Кларк за то, что она убила Габриэллу,  — Лекса кладет пальцы на виски, — все будто давит, мысли будто разрывают меня. Кларк твоя подруга, но… даже зная это… Блять, я будто в ловушке, где постоянно пытаюсь найти ответы на что-то, чтобы из неё выбраться. И ведь Кларк не помогает! Она тронулась головой, а я все равно готова на всё, чтобы сохранить её жизнь! Я сама будто безумная. И любое мое неверное действие или слово способно подорвать доверие ко мне. С самого первого дня, как я ступила в тот зал совещаний, я будто заставляю всех верить мне, и они верят! Я чувствую, как они верят. Они видят во мне лидера. Это же моя миссия. Моя цель. Мое предназначение, но Кларк… Она как паразит в моей голове!       Рокси хмуро смотрела на девушку, на лице которой была целая гамма эмоций. — Лекса, — надломленно шепчет Рокси, — ты была так убедительна… В своих сомнениях. В своей решительности, что могла бы её казнить. Я тебя знаю лучше их всех, но даже я тебе поверила. Ты сейчас была убедительна. Они это видели. — Рокси, — громко обрывает её Лекса, — сейчас я чувствовала себя загнанной в ловушку как никогда! Всё в моей голове было так складно, пока они не стали предлагать ей оторвать что-то. Блять, у меня почва из-под ног уходила! Они смотрели на меня и были уверены, что предлагают мне то, что я сделаю! Без единого сомнения! И тут я должна была сказать, что мол, знаете, а давайте мы её в живых оставим. Даже несмотря на очень весомую причину, если бы не Талбот, я бы заставила их сомневаться. — Он спас положение, почему ты сейчас так обеспокоена? Я не верю, что говорю это, но этот кусок дерьма оказался полезным. — Я обеспокоена тем, что Кларк желает другого. Она здесь для того, чтобы предать меня, Рокси.  — Что? — глаза девушки округлились и она стала выпрямляться. — Зачем ей это? Ну… она ненавидит тебя конечно за что-то, но предавать? Какая ей польза? Не поверю, что кто-то из изгоев заслужил от неё такой преданности. — Я точно знаю, зачем она здесь, Рокси. Среди них был парень. Изгой, молоденький. Он что-то знал. Я навещала его. Я выследила всех, кто был в доме Габриэллы. Каин предложил Кларк свободу. Метка, что была на её руке. Он предложил взамен на меня освободить её. — Но эту метку он не смог бы снять, — Рокси выгнула бровь. — Да, — усмехнулась Лекса, — только он был уверен, что может. — А что взамен? Почему ты мне раньше не сказала, мы ведь друзья! — Это не важно. Я навещу еще несколько изгоев и узнаю больше. Не смотри так, — прервала её Лекса, когда Рокси хотела вставить что-то, что её беспокоило, — я точно знаю, что делаю. Каин не так прост, мне надо знать, что он скрывает. Если он хотел, чтобы Кларк втерлась в доверие и стала демоном, а после изгоем, то он точно этого не получит.