Мой господин

Салли проснулся в огромной мягкой кроватке. Он сонно потёр глазки, даже не понимая, где находится. Он приподнятая на локтях и посмотрел на время. 10:11 утра. Он в полудрёме поднялся с кровати и вышел из комнаты. В нос ударил приятный аромат, доносящийся с нижнего этажа. До него дошло, где он. Он спустился вниз по лестнице. Он оказался в огромной гостиной. В ней находился огромный плазменный телевизор, огромный диван (явно расклодной, для гостей), несколько кресел, как обычных, так и кресел-мешков. Всё было выполнено в белых тонах, разбавляемых множеством ярких подушек. Такой же яркий сиреневый ковёр. Мягкий и пушистый, как котёнок. Пройдя через гостинную на право, он оказался в кухне. За плитой стоял Ларри без футболки. Лишь фартук. Он стоял спиной к двери и даже не заметил вошедшего. Салли этим и воспользовался. В его голове что-то щёлкнуло. Лицо расплылось в пошлой ухмылке. Он тихо подкрался к Ларри сзади, смачно шлёпнув по ягодицам. Ларри вздрогнул от неожиданности и хотел было развернуться, но ему не дал Сал. Он обнял его сзади за талию. Он нежно целовал спину, оставляя засосы. Ларри постанывал от таких действий. На всякий случай, он выключил плиту. Руки Фишера скользили по прессу, постепенно спускаясь вниз. – Ну нихера ж себе, блять. И тебе ах~ доброе утро... Салли лишь издал смешок и развернул его к себе лицом, тут же опустившись на колени и расстёгивая джинсы Джонсона. На его лице играла хищная улыбка. Быстро расправившись с ними, он облизнул плоть сквозь ткань боксеров. Ларри издал сдавленный стон. Всё, во что он был одет, полетело к херам. Что-что, а возбуждать Фишер умел превосходно. Он провёл языком от основания до головки, смотря щенячьим взглядом в глаза Джонсона. Он готов был от одного вида младшего кончить. Салли чуть прикрыл глаза и стал нежными поцелуями покрывать член полностью. Он резко взял в ротик. Полностью. От этого Ларри громко простонал. Рука сама потянулась к затылку младшего. Ларри сам стал задовать темп. Быстрый. Бешеный. Салли закатывал глаза, подавляя рвотный ревлекс. Ларри стонал, запракинув голову. Вот он уже на пике. Сал резко отстраняется, не дав ему кончить, и впивается в его губы. Поцелуй вышел дерзким и страстным. – С добрым утром, папочка. Я вёл себя, как очень-очень плохой мальчик. Накажи меня за это. - на шее Фишера застёгивается ремень, который он непонятно откуда взял. Он приблизился к уху Джонсона, прикусив мочку, и страстно прошептал. - Выеби меня, папочка. И Ларри, как с цепи сорвался. Рывком он сажает его на кухонный стол. Одежда Фишера мгновенно летит к его собственной. Он грубо кусает ключицы, тут же зализывая горячим языком. Его руки грубо сминают ягодицы. Останутся синяки, но сейчас их это не волнует. Они слишком увлечены друг другом. В порыве страсти Салли царапает спину старшего, получаю за это нехилый шлепок по жопе. Ему это нравится. Им обоим. Он стонет, как последняя сучка. Решив с этим не затягивать, Ларри вводит сразу два пальца. Он вскрикивает. Его тут же грубо притягивают к себе за ремень и целуют. Ларри затягивает ремень чуть туже. Не разомкнув поцелуй, он вводит третий палец. Фишер шипит и утыкается в плечо Джонсона. – Ебать нескафе три в одном. - усмехнулся Ларри. Сал сквозь шипение усмехнулся на его шутку. Сделав "ножницы" и ещё не много растянув младшего, Джонсон вытаскивает пальцы, тут же заменяя их своим членом. Он входит сразу на половину. Салли вскрикивает. Ларри набирает темп, входя с каждым разом всё глубже и глубже. Резкий толчок во всю длину. Вскрик Фишера. Простата. Ларри усмехается. Он меняет угол и начинает вдалбливать Сала в стол. Крики, смешанные со стнонами, раздаются на весь дом. Ларри шлёпает и сжимает измученные ягодицы младшего. Сал расцарапывает его спину. Ларри начинает долбиться сильнее. – Ах~ Папочка, быстрее~ Ларри усмехается и начинает вдалбливаться в него, как казалось Фишеру, с космической скоростью, каждый раз задевая простату, надрачивая при этом в такт своим движениям. У Сала в глазах космос. Они закатываютя за орбиты. Его голос уже сорван. Спустя пятнадцать минут он кончает, ловя судороги. Думаете всё так просто? Нет. Ларри стягивает его со стола, кидая на пол. Его рука надавливает на затылок. Член проникает в рот. Он входит полностью. Фишер давится. Из глаз текут слёзы. Ларри убирает руку. Сал тут же отстраняется. Он плюёт на член, тут же размазывая рукой и сам насаживается ротиком. Подавляя рвотный рефлекс, он с дикой скоростью засасывает, облизывает и целует плоть. Ларри возвращает руку. Голова Фишера останавливается. Он вновь плюёт. Ларри вдалбливаться ему в глотку. Он входит резко и до максимума, задерживаясь в глотке. Также резко выходит. Фишер плюёт. Незамыславатая схема. Дойдя так до пика, Ларри снова начинает просто долбиться ему в глотку. С громким рыком он кончает и без сил падает на пол. Думаете это всё? Ну уж нет. Фишер проглатывает семя. Он, как кошка ползёт к нему по полу. Начиная с пяток он проводит языком вдоль ноги. Он кусает его за ляжку. Засасывает животик, оставляя свою метку. Он доходит до члена, слизывая с него остатки семени. Быстро вылизав, он перекидывается через него ножку и сам насаживается. Он стонет и начинает резко насаживаться. Руки Ларри ложаться на талию, помогая насаживаться глубже и резче. Голос садится. Фишер от стонов уже хрипит. Ларри резко его останавливает и сам начинает долбиться. Фишер тоже двигается. Опять вскрик. Джонсон снова нашёл точку. Оба долбятся именно под этим углом. Так прошло минут тридцать. С громким стоном они кончили в унисон. Салли срывает ремень со своей шеи. Оба обессиленно падают на пол, пытаясь вернуть давно сбитое дыхание в норму. Так они пролежали минут пять, не сказав друг другу ни слова. Лишь тяжёлое дыхание нарушает тишину. Вдруг Ларри резко поворачивается на бок, смотря Салу прямо в глаза. Он вновь в них тонет. Очнувшись, он нарушает тишину. – Ну и какого хера сейчас было? – В душе не ебу, Лар. Но признаю, мне ещё не было так пиздато. Надо будет как-нибудь повторить. – Согласен. Это было ахуенно. Ларри разворачивается обратно на спину. Сал ложится на его грудь, приобняв за плечо и закинув на него ножку. Ларри приобнимает его за талию. Так они и лежат, слушая биение сердца друг друга, и всё ещё рвано дыша. Обоим было ахуенно. Им давно не было так хорошо. Слова сейчас им не нужны. Лишь тепло любимого человека. Они счастливы. Им дико хорошо вместе. Больше их ничего не волнует. Потому, что они любят друг друга...