Последняя встреча

Тёмная энергия разрывала тело Старейшины И Лин. Он дрожал, словно находился в лихорадке, и смотрел на армию мертвецов у подножия горы Луан Цзан. Мертвецы ему больше не подчинялись. Старейшину И Лин затрясло: остатки рассудка начало заволакивать воспоминаниями о детстве, о веселой ругани с Цзян Чэном, о ласковой улыбке Цзян Фэн Мяня; Вэй У Сянь вспомнил обучение в в Облачных Глубинах, вспомнил отважного юношу с холодным лицом и упрямым взглядом светлых глаз… Вэй У Сянь почти не вздрогнул, когда его за плечи крепко обняли ласковые холодные руки. — А-Сянь… Его шицзе, его молодая, безгранично добрая шицзе, которая всегда с крайней заботой относилась что к родному брату, что к часто шкодившему шиди. Она, хрупкая, слабая и очаровательная, не могла попасть на Луан Цзан, не обойдя стерегущую у подножия горы армию. — Янь Ли? Цзян Янь Ли стояла перед Вэй У Сянем, заслоняя собой рой мертвецов. Старейшина знал, что восставшие из могил вот-вот сломают последнюю черту, и тогда Вэй Ина уже ничто не спасёт. Но шицзе! Как тут могла оказаться шицзе? — Что ты тут делаешь, шицзе? — он почти закричал, полный страха за свою Янь Ли. Цзян Янь Ли, необыкновенно бледная в своих пурпурных одеждах, улыбнулась как всегда ласковой, теплой улыбкой и чистым голосом заговорила: — А-Сянь, ты должен… — Скорее, уходи! Вэй У Сянь вскочил на ослабшие ноги и, шатаясь, схватился за худые плечи Цзян Янь Ли. Вэй Ин испугался, когда в медовых глазах девы Цзян сверкнули слёзы. — Где Цзинь Цзы Сюань? Почему Цзян Чэн тебя отпустил? Как ты здесь вообще очутилась?.. Янь Ли перебила шиди — она мягко дотронулась холодной ладонью до щеки Вэй У Сяня и будто бы извиняющимся тоном возразила: — А-Сянь… Я и Цзы Сюань — мы мертвы, помнишь? Вэй У Сянь поражённо замер. В голове калейдоскопом пронеслись слепящие своим бессилием картинки: вот Вэнь Нин, потерявший контроль, убивает Цзинь Цзы Сюаня, вот золотые одежды наследника Ордена Цзинь быстро окрашиваются в гадкий темно-алый цвет, вот Цзян Янь Ли, склонившаяся над телом почившего мужа, беззвучно плачет и прижимает к себе совсем маленького А-Лина. И вот Цзян Янь Ли лежит на руках у Цзян Чэна — красивая, бледная, умирающая… — Ты вспомнил, А-Сянь? Нижняя губа Цзян Янь Ли задрожала, словно дева Цзян хотела расплакаться, но она сдержала свой порыв и тихо прошептала, уверенно глядя в глаза Вэй У Сяня: — Поборись еще, Вэй Ин. Выживи. Старейшине И Лин показалось, будто где-то в клубах тьмы из пыли и неестественно серых мертвецов, разбивающих последнюю границу, мелькнул силуэт в золотых одеждах с Пионом сорта Сияние Средь Снегов на груди. — Шицзе, я… шицзе… Ноги Вэй У Сяня подкосились. Он рухнул на колени перед Янь Ли, закрыв лицо руками. Тонкая ладошка Цзян Янь Ли нежно потрепала Вэй Ина за волосы, а голос над его головой мягко, но настойчиво сказал: — Выживи, А-Сянь. Выживи ради меня. Цзян Янь Ли, наклонившись, обняла Вэй У Сяня за плечи в последний раз — и растворилась в всполохах тёмной энергии, печально улыбнувшись напоследок. Вэй У Сянь порывисто выдохнул и через силу встал на ноги. Мертвецы почти пробили сдерживающую их черту. Но Вэй У Сянь ещё поборется. К счастью прославленных орденов и кланов, Старейшина И Лин не пережил осаду горы Луан Цзан.