Моя тайная влюбленность

*Год назад* Жизненный путь Сонхва был тернист всегда, с самого детства. Его родители никогда не замечали в нем его талантов к танцам, они упорно твердили, что танцоров в Корее более чем достаточно. А вот замечательных юристов слишком мало. Сонхва легко обучался точным наукам, был силен в правоведении и биологии. Много читал зарубежной литературы. А в подростковом возрасте его внимание привлекала японская поэзия. Но самой главной его страстью стала музыка и танцы. Он владел прекрасным баритоном, благодаря абсолютному слуху точно попадал в ноты. Его природное умение чувствовать в ритм пригодилось в танце. До семнадцати лет Сонхва в семье не имел права голоса. Его родные не ставили его ни во что, считая нерешительным и глупым. Зачастую он не успевал и слова сказать, и родители отворачивались от него, пресекая любую попытку выразить свое мнение. Лишь однажды он осмелился повысить голос, убеждая родных, что он не бросит танцевальную команду, в которой проходил обучение. За что получил такую порку, из-за чего дома просидел несколько дней, прежде чем его движения перестали быть настолько болезненными. Однажды, наврав родителям о дополнительных уроках после школы, он отправился на занятия по танцам. В здании академии была своя студия, где нередко танцоры записывали собственную музыку для танцев. Его привлекла красота мелодии, которую он услышал, проходя мимо дверей студии. На некоторое время он задержался, стоя под дверью и слушая. Гитарные переборы успокаивали, а красивая фортепианная мелодия навевала легкую ностальгию. Внезапно музыка стихла, послышались шаги, и дверь отворилась. Сонхва увидел его - Хонджуна, в легкой рубашке и потертых джинсах. - Тебе что-нибудь нужно？- Спросил парень. - Нет, - смущенно произнес Сонхва. - Я просто остановился послушать. - Тебе нравится моя музыка？ - Это шедевр, - честно признался Сонхва. - Мне еще никто такого не говорил. - Я рад, что могу быть первым. Хонджун улыбнулся ему. Было в этой улыбке что-то странное, но в то же время прекрасное. Сонхва быстро отвел взгляд и поспешил удалиться прочь. Еще несколько раз они случайно сталкивались - в коридорах академии. Хонджун только кивал в знак приветствия, в то время как сердце Сонхва замирало при виде парня. Но не от чувств к нему. Он просто находился в ступоре. Как будто парень имел над ним власть. Немую силу, природу которой Сонхва понять не мог. Когда родители прознали, что никаких занятий после школы Сонхва не посещает, отец избил его так, что уже никакой тональный крем не помогал закрасить синяки. Следы побоев были повсюду - на руках, спине, на лице. Ему запретили посещать танцы, предварительно позвонив в академию и рассказав о том, что их сын не справляется с учебой и больше не будет посещать занятия. Вместо этого отец оплатил Сонхва курсы юридического права, не оставив тому выбора. В такие моменты Сонхва ненавидел собственную жизнь, считая себя никчемным. Он хотел лишь одного - скорее сбежать из семьи и больше не возвращаться домой. Забыть свои корни. Однажды холодным ноябрьским утром Сонхва брел в школу, тяжело волоча ноги. На сердце был камень. Ему отчаянно не хотелось никуда идти, хотелось замерзнуть на улице, лечь посреди дороги и больше не проснуться. Придя на детскую площадку, он сел на качели и удивился, как это он уместился меж перекладинами. - А ты похудел, - послышался голос позади. Сонхва подскочил от неожиданности. Перед ним оказался Хонджун. - Ч-что ты здесь делаешь？ - Спросил Сонхва. - Ходил в поликлинику, - ответил парень. - Проболел неделю, сегодня выписался. Завтра в школу. - А-а-а, - пустым голосом ответил Сонхва. Он вновь сел на качели и продолжал покачиваться. - Почему ты не в школе？ - Спросил Хонджун. Сонхва ожидал, что парень уйдет, но он по какой-то причине оставался с ним. - Просто не хочу, - поникшим голосом ответил Сонхва. - Почему не приходишь в академию？- Не унимался парень. - Родители забрали меня оттуда. Сказав это, Сонхва едва смог сдержать слезы. Этот парень был словно болезненным напоминанием о том, чего он лишился. - И что？- Продолжал Хонджун. - Разве тебя должно останавливать решение взрослых？ Сонхва раздраженно посмотрел на Хонджуна. - У меня нет денег платить за свое обучение. Парень смолчал. - И нет больше сил терпеть побои каждый раз, когда я иду против воли отца. Хонджун переменился в лице. - Пойдем ко мне домой？ - предложил он. - Ты замерз, а у меня дома есть какао. И родителей не будет до вечера. - Нет, я не могу. - Все ты можешь. Я не могу смотреть на то, как ты изводишь себя на холоде. Он взял парня за руку и потянул за собой. Отчего-то ноги Сонхва, хоть и налились свинцом, но все-таки двигались, и он покорно пошел за парнем. Так и началась их дружба. Хонджун не учился вместе Сонхва, но после школы частенько встречал его и провожал до дома. Когда Сонхва шел с курсов юридического права, Хонджун встречал его и угощал сладостями и какао в термосе. Однажды, когда Сонхва пришел в гости к парню послушать его новую музыку, Хонджун рассказал об агентстве, ищущем таланты для формирования юнита. - Им нужны танцоры и певцы, - произнес Хонджун. - Я слышал, как ты поешь. И в академии неоднократно слышал хвалебные отзывы о твоем мастерстве в танцах. - Отец ни за что не отпустит меня, - чуть ли не плача, ответил Сонхва. - Да и денег у меня нет. - Агентство оплачивает стажировку, - ответил Хонджун. Сонхва смолчал. - В том городе, где все это будет происходить, - произнес Хонджун, - живет моя бабушка. Мы можем пожить у нее, пока не пройдем стажировку, до зачисления в юнит. - Как это？ - Удивился Сонхва. - Почему ты так добр ко мне？ Хонджун взял парня за руку. - Ты мне очень дорог, - ответил он. Сонхва стало не по себе от этого прикосновения, но руку свою он не убрал. С этим парнем творилась какая-то магия, раз он так легко поддавался ему, не в силах возразить. - Обещай, что подумаешь над моим предложением？ Сонхва согласно кивнул. Дома он не мог спокойно уснуть. Он часто задумывался над тем, что ему предстоит в жизни, если он обучится на юриста. Он видел себя скучающим где-нибудь в ненавистном офисе, с кипой бумаг, выступающим с безразличным видом в суде и проигрывающим чуть ли не в каждом деле. Нет, такая жизнь не для него. Все, чего он хотел - это выступать на сцене, рассказывать свою историю языком жестов и движений тела. Он хотел петь, принося миру те эмоции, которые испытывал сам. Он не хотел сидеть и до конца дней мечтать о том, как бы сложилась его жизнь, поступи он иначе. Решение было принято. Утром он позвонит Хонджуну и расскажет обо всем. Хонджун радостно принял новость. Они спланировали дату поездки, купили билеты через интернет. Сонхва сложил свои вещи в сумку и спрятал ее под кроватью. Несколько дней он жил, как обычно, делая вид, что смирился со своей участью. Ранним декабрьским утром, проводив родителей на работу, Сонхва дождался такси и вместе с Хонджуном они отправились на вокзал. - Мне страшно, - произнес Сонхва в машине. Хонджун приобнял его и прижал к себе. - Ничего не бойся, - произнес он. - Отныне я всегда буду заботиться о тебе. ....... Сонхва тренировался до потери пульса. В агентстве, где они с Хонджуном стажировались, высоко оценили их таланты, особенно умение Хонджуна самостоятельно писать аранжировки и тексты песен. Семья, узнав, что сын бросил все - свою карьеру юриста ради танцев, отказалась от Сонхва. Отец запретил парню приезжать даже на зимние праздники. И больше не разговаривал с ним. Все смс-сообщения, отправленные матери так и остались не отвеченными. Все, что было у Сонхва - это лишь стажировка. И Хонджун. Т.к. денег у парня совсем не было, он жил за его счет. Агентство платило совсем мало, и все заработанные деньги Сонхва отдавал бабушке Хонджуна. Подрабатывать где-нибудь не представлялось возможным, т.к. целыми днями он усердно тренировался. Оттачивать свое мастерство и быть принятым - вот и все, что оставалось у Сонхва. На зимние каникулы парни остались одни. Бабушка уехала навестить своих детей и еще одного внука - брата Хонджуна. Тренировок не было, и у парней наконец-то появилось больше свободного времени. Сонхва навел идеальный порядок во всем доме. В духовке запекались цыплята, приготовленные по собственному рецепту. - Пахнет изумительно, - произнес вошедший в комнату Хонджун. Он закончил украшать новогоднюю елку. - Ну еще бы, я ведь расстарался, - ответил Сонхва. Он помешивал рис в сковороде. - У меня для тебя есть кое-что, пойдем, - Хонджун потянул парня за собой. Как обычно, Сонхва повиновался. Под елкой стояла праздничная коробка. - Еще не полночь, конечно, но я хочу, чтоб ты сейчас открыл свой подарок. Сонхва улыбнулся. В коробке была пара спортивных кроссовок, на толстой подошве. - Я знаю, каково это - танцевать в неудобной обуви, - произнес Хонджун. - И пусть эта неприятность обойдет тебя. Сонхва благодарно улыбнулся парню, чувствуя смущение. Он покопался в своей комнате и принес оттуда подарочный пакет. - Раз мы вручаем подарки друг другу раньше положенного, прими и ты мой презент. И он протянул подарочный пакет Хонджуну. Открыв его, парень просиял. Он выудил тапочки-миньоны и готов был прыгать до потолка. - Я знаю, что ты их очень любишь, - произнес Сонхва, - и пусть миньоны греют тебя холодными вечерами. - Ты же знаешь, что ты самый лучший？ - Спросил Хонджун. Он подошел к Сонхва и крепко прижал его к себе. Парень ответил на его объятие, пусть и не хотел этого, но таинственная магия парня снова на него подействовала. - Рис сгорит, - прерываясь, прошептал Сонхва, и, найдя в себе силы отстраниться, отправился в кухню. ...... Ночью отключили отопление. На соседней улице произошла авария, и подача тепла была приостановлена. Сонхва проснулся, весь дрожа. В дверь постучались. В его комнату вошел Хонджун с чашкой горячего какао. - Я знал, что ты проснешься, - произнес Хонджун. - Откуда？ - Думаю, у нас с тобой ментальная связь. Сонхва отпил горячительный напиток. По телу прошел поток тепла. Хонджун принес еще один плед, и, сев рядом с парнем накрыл их пледом. В полутьме Сонхва смог разглядеть лицо парня, пусть и взъерошенного, но такого прекрасного! Неожиданно Хонджун притянул к себе Сонхва и поцеловал прямо в губы. Сонхва недоумевал, что происходит, но по непонятной причине не отстранился. - Тебе понравилось? - Спросил Хонджун, когда они закончили целоваться. - Я не знаю, - честно признался Сонхва. - Ты когда-нибудь целовался? - Нет. - Даже с девушками? - Даже с девушками. Хонджун ничего не ответил. Он лишь притянул к себе Сонхва для очередного поцелуя. Целовал он властно, горячо, с напором. Сонхва это возбуждало, будоражило его нервную систему. - Тебе не кажется это неправильным？- Спросил Сонхва, отстраняясь. - Почему это должно быть неправильным？ - Мы ведь парни. - И что с того? Ты прекрасен. Не думай ни о чем другом. Он слегка толкнул Сонхва, нависая над ним. Его язык глубже проник в рот Сонхва, сплетаясь в поцелуе. Дыхание Хонджуна стало горячим и участилось. Одной рукой он гладил по щеке Сонхва, а другой щупал ему между ног. Сонхва хотел что-то сделать, чтобы прекратить это, но так и не решился остановить парня. Он лишь положил свои ладони ему на плечи, таким образом давая понять, что не против происходящего. Хонджун опустился ниже, целуя Сонхва в шею. А потом еще ниже, поцеловал его кадык. А после он ласкал соски, пресс парня. Поцелуи обжигали кожу. Одной рукой Хонджун проник под пижамные штаны Сонхва и, нащупав его член, сделал несколько характерных движений. Впервые Сонхва ощутил что-то такое. До сих пор он никогда не мастурбировал себе, а теперь он почувствовал прикосновение чужой руки и чуть было не взорвался от возбуждения! С его губ срывались стоны, и каждый раз, после очередного звука, Хонджун накрывал своими губами губы парня. Вдруг он притих, но лишь на секунду, а потом с его губ слетел особенно громкий стон, тело затряслось, вздрогнуло, а из его члена вытекла горячая жидкость. - Тебе понравилось？ - Прошептал ему на ухо Хонджун. Сонхва не смог ответить из-за неровного дыхания. - Я думал, этого никогда не случится, - прошептал Хонджун. Он вытер свою руку о края футболки. - Тебе было хорошо？ - Спросил Хонджун. - Да... - Найдешь в себе силы ответить тем же？ - Да... Хонджун полностью разделся. Казалось, похолодевший воздух в комнате, его совершенно не смущал. Забравшись под одеяло к Сонхва, он развернул его к себе лицом. Таким образом, парень оказался над Хонджуном. Одной рукой он прикоснулся к его члену. Ранее он никогда подобного не делал, да и представить себе не мог, что это произойдет. Отвращения не было. Видимо, ему и правда нравились парни. Двигая рукой все быстрее, он сам прикоснулся своими губами к его губам. Они слились в поцелуе. Внезапно он почувствовал нечто твердое, упиравшееся в его анальное отверстие. Это были пальцы Хонджуна. Сперва ему было больно, неприятно, и инстинктивно он хотел вытащить их оттуда. Но спустя несколько минут неприятные ощущения ушли, и было даже приятно от поступательных движений и проникновений. - Ты так сладко стонешь, - произнес Хонджун. Сонхва ничего не ответил, лишь усерднее заработал своей рукой. Когда Хонджун вытащил свои пальцы, он почувствовал пульсацию в области своего отверстия. Хонджун перевернул парня на спину и поцеловал. - Я хочу, чтобы ты расслабился, - прошептал Хонджун. - Я сейчас приду. А после он удалился из комнаты, пошумел выдвижными ящиками тумбочек и вернулся вновь с маленьким тюбиком смазки. Сонхва сделал глубокий вдох - то ли в предвкушении, то ли от волнения. - Я хочу тебя, - лег рядом Хонджун. Он прикусил мочку уха парня. - Скажи, ты хочешь меня？ - Не знаю, - произнес Сонхва. - Наверное, да... Он так и не смог отказать ему! На самом деле он не был готов к происходящему, но язык не поворачивался отказать ему! - Я буду нежным, - прошептал на ухо Хонджун. Он развел ноги парня в разные стороны. Обильно смазав член смазкой, Хонджун сделал первый толчок. Боль. Жгучая боль в области анального отверстия. Второй толчок, глубже первого. Член вошел наполовину. Боль усилилась, но Сонхва, привыкший терпеть боль, не издал ни звука. Третий толчок. Член вошел полностью. Ощущения были такими, что хотелось кричать, брыкаться, лишь бы это прекратилось. Его отверстие словно разрывалось пополам. - Он слишком большой, - надрывающимся голосом произнес Сонхва. - Не бойся, - провел ладонью по его щеке Хонджун, - потерпи совсем немного, и вскоре станет приятно. Он начал двигаться. Сначала медленно, маленькими толчками причиняя боль Сонхва, но тот смолчал. Постепенно темп ускорялся, толчки стали глубже и уверенней. Боль понемногу отступала. Вскоре Сонхва громко и учащенно задышал. Он прикоснулся ладонями к обнаженной спине Хонджуна, а губами к его губам. Они слились в поцелуе. Боль была едва ощутимой, смешиваясь с новыми ощущениями. Постепенно Хонджун осмелел и еще ускорил свой темп. Когда он кончал, он глубоко вонзался в отверстие Сонхва, издавая протяжные стоны. Сонхва стонал вместе с ним, и ему было действительно приятно. - Я кончил в тебя, - произнес запыхавшийся парень, - прости... - Ничего, - улыбнулся ему Сонхва. - Разве должно быть иначе？ А после притянул его к себе для поцелуя. После душа они засыпали вдвоем. Хонджун положил свою руку на талию парня. Дождавшись, когда тот уснет, Сонхва дал волю слезам. Не такой ценой он хотел выбиться в люди. Не продавая себя из благодарности за то, что ему дали шанс исполнить свою мечту. Не так он себе представлял первый раз. Не с парнем. Но почему он не смог отказать ему？ Неужели он правда гей？ Ему ведь понравилось. Но все должно было быть не так. Он не был готов. И что же дальше？ Так и будет жить в плену желаний Хонджуна? Он сам виноват. Не смог поступить по-мужски. Не смог оттолкнуть его. Позволил поиметь себя. Утерев слезы, Сонхва закрыл глаза. Завтра придет новый день. Еще один день, приближающий его к исполнению мечты. К свободе.