Глава 2.
1 июня 2019 г., 21:33
Бён Бэкхён медленно начал сходить с ума.
Одержим своим проектом, ему было неинтересно, что происходило вокруг, какие новости извне, чем занимались друзья. Если они звали его выпить в бар, то тот лишь отказывался, утверждая, что ему нужно доделать проект, не связанный с его машиной. Первое время друзья верили, но после очередного обморока от недосыпа, поняли, что Бэкхён нагло лгал им в лицо. Парень поставил себе, на первый взгляд, невыполнимую цель. Но он чувствовал, что если все не решится в этом, две тысячи девятнадцатом, году, то потом все изменится. Внутреннее чутье подсказывала, что что-то произойдет. Вот только его шестое чувство не могло разговаривать с ним, поэтому он мог только гадать и думать о том, что будет завтра, через месяц, год, пять лет.
Он не жил настоящим, забывал о том, что существует здесь и сейчас. Для парня это было обычным делом, но он сам не замечал, как потихоньку его поглощает эта пропасть науки, знаний. Его телом, разумом овладела детская мечта, которая потихоньку становилась настоящим проклятьем. До чего это могло довести, не знал никто. Друзья были уверены в том, что еще чуть-чуть, и они потеряют своего друга навсегда.
– Может, сходим, проветримся? – лениво потянувшись на стуле, проговорил Чондэ, выпивший только что кружку горячего латте.
– Вы можете идти, а я останусь здесь и закончу чертеж, – увлеченный работой за заваленным столом, пробубнил Бэкхён.
– Ну, уж нет, дорогой мой, – зло, посмотрев на друга, произнес Кёнсу. – Ты идешь с нами, это не обсуждается! Хватит гнить в своей долбаной лаборатории! – продолжая возмущаться, говорил Кёнсу, слегка на повышенных тонах.
– Если я пойду, вы оставите меня в покое? – оторвав взгляд от работы и посмотрев на друзей, спросил Бён.
– Нет, – усмехнувшись вместе, ответила парни. – Тебе двадцать лет, а ты просираешь свою молодость в лаборатории, тебе разве вообще не хочется погулять? – игриво поднимая бровями, поинтересовался белобрысый.
– Чондэ, опять ты со своими пошлыми намёками! – толкнув в плечо друга, пробубнил До, при этом демонстративно закатывая глаза.
– А, что? Мы же молоды! Не знаю как за вами, но за мной точно парочка девчонок бегают, – облокачиваясь на спинку стула, гордо произнес Ким.
– Давай заключим пари! – вскрикнул Кёнсу, переведя тему, которая точно была неинтересна ни До, ни Бёну. – Если ты три раза в неделю будешь выходить с нами «в свет», то мы поможем тебе с твоим проектом! – брови Бэкхёна медленно поднимались вверх. – Я даже готов отдать тебе свои сбережения! – растерявшийся от такого заявления друга, Бён некоторое время молчал и взвешивал все плюсы и минусы этого пари.
– Но твой договор бесполезный, – выдохнул Бён. – Если я не соглашусь, то продолжаю свой проект, то же самое будет, если соглашусь, в любом случае для меня будет выгода, – усмехнулся красноволосый, смотревший исподлобья на друзей.
– Нет, если ты отказываешься, то мы устраиваем тусовки в твоей лаборатории, – встрял в разговор со своим предложением Чондэ.
– Отлично, мне нравится эта идея, – одобрительно кивнул Кёнсу.
– А мне НЕ нравится это предложение, – вставая со своего места и направляясь к шкафу с дополнительными материалами, зло проговорил Бён. – Мой кабинет, мои правила и вообще…
– Признайся, что тебе слабо? – перебивая друга, усмехнулся До. Бэкхён замер на месте. Ему не хотелось доказывать друзьям, что ему не слабо выполнять их просьбы, просто сам факт того, что парню было это неинтересно и безразлично, заставлял отказываться ото всех развлечений. Он говорил сам себе: «Погуляю тогда, когда закончу проект».
Бёну было все равно, в каком возрасте это могло произойти, хоть в тридцать, сорок, пятьдесят, неважно, сейчас им двигала лишь одна цель, и он не собирался отступать. Но и перечить друзьям ему не хотелось, ведь они были единственными, кто не отвернулся от него, когда парню нужна была поддержка.
– Я соглашусь, но если я узнаю, что вы что-то устроили в моей лаборатории, то вам не сдобровать! Помните, что я владею приемами тэквандо, – гордо произнёс красноволосый.
– Ага, только ты наверняка потерял свою физическую форму, сидя за столом, – в ответ усмехнулся Кёнсу.
Бён, ничего ответив, лишь закатил глаза и направился к шкафу за своими вещами. Сняв с себя белый халат, парень надел классическое пальто и немного растрепал волосы, после чего покинул кабинет вслед за своими друзьями.
Чондэ, в отличие от двух других парней, был самым озорным и гуляющим. С виду симпатичный, скромный, внешне его многие описывали как «ангела», но вот только внутри это был настоящий чертёнок. Парень часто посещал бары, ночные клубы, первым пробовал курить, после же завязал с этой привычкой, но вот ночную жизнь так и не смог исключить из своего расписания.
Большая часть жизни проходила именно в позднее время, когда уже многие спали, отдыхали, ну или же работали, как Бён. Ким в это время напивался в клубах и затаскивал очередную девушку в постель, а на утро, как ни в чем не бывало, бросал ее со словами: «Все было прекрасно, но ты сама понимаешь, что это был просто секс на одну ночь».
В первое время, когда Бён начал общаться с Кимом, красноволосый поддался соблазнам Чондэ и начал вести разгульный образ жизни. На тот период ему было лет шестнадцать. Длилось это недолго. Стоило родителям Бёна запалить сына за распитием спиртных напитков в несовершеннолетнем возрасте, то тот час походы и прогулки парня закончились. К его счастью, запалила его только мама, которая пообещала не рассказывать отцу, если тот перестанет увлекаться «ночной жизнью». Бэкхёну было важно скрывать этот проступок, потому что иначе он знал, что отец разочаруется в нем, а этого парень желал меньше всего.
До Чондэ, Бён познакомился с До Кёнсу, который был хорошим парнем снаружи, но бесчувственным и черствым внутри. Его настоящую наружность отображали его глаза, которые были настоящим зеркалом его души.
Бён и До познакомились, когда тем было лет по четырнадцать. Кёнсу был первым человеком, который не засмеялся и не отвернулся от Бёна. Ему показались интересными, но в тоже время забавными, идеи Бёна. Брюнета сразу заинтересовал парнишка с последней парты с ярко выкрашенными в красный цвет волосами. Это было одно из самых странных и спонтанных знакомств, которое привело к долгой дружбе, длившейся уже на протяжении шести лет.
У Кёнсу так же, как и у Чондэ, были грешки за спиной. Его отец наркодиллер, который старался оберегать своего сына от всего плохого. Но только Мистер До не учел того, что дети часто берут пример со своих родителей.
Когда Кёнсу было семнадцать лет, он впервые нарушил правила, установленные его отцом, относившиеся к его делам и «работе». Связался с бандой «Красные волки», сотрудничавшие с отцом До. Только те не знали, кто выкупает у них наркотики, ведь мужчина не афишировал и не показывал своего сына бандам наркодиллеров. Мистер До был важной шишкой во всех этих грязных делах, и уж тем более не хотел, чтобы сын увяз вместе с ним. Для Кёнсу он желал только лучшего.
До стал зависимым. Бён и Ким старались вытащить друга из этой «чёрной дыры», которая затягивала и убивала парня. Кёнсу долго не поддавался их уговорам, скрывался, выкупал все, что только можно, начал тайно вливаться в круги отца, не подумав о том, что тот может его спалить, тем самым поплатился за свою оплошность. Отец отрезал сына на несколько месяцев от всего мира, чтобы младший До вновь приспособился к жизни без наркотических препаратов.
– Помнится, что когда-то мы совершали такие необдуманные поступки, – выйдя из своих мыслей, нарушил тишину, окутавшая компанию друзей, До. – Вот только кто-то из нас до сих пор зависим, да, Чондэ? – усмехнулся Кёнсу.
– Это ты мне? Ну-ка, давай вспомним, кто из нас целыми днями сидит в лаборатории, м? Бэк! – но красноволосый полностью погрузился в мысли. Он так давно не гулял по улицам родного Сеула, не вдыхал свежий воздух, что на мгновение ему показалось, что он вновь ожил. Парень чувствовал, как его легкие переполняются свежим и чистым кислородом, мозги «проветриваются», а ветер растрепывает и без этого неухоженные волосы.
– Это не зависимость, – тяжело выдохнул Бэкхён, прикрывая при этом глаза и останавливаясь на середине тротуара. – Этот проект помогает мне дышать. Эта машина – моя последняя надежда, – закончил свою мысль Бён.
– Надежда на что? – непонимающе посмотрев на друга, поинтересовался Чондэ.
– На будущее, – ответив за Бэкхёна, тихо проговорил Кёнсу. – Бэк, этот проект тебя погубит, – начал Кёнсу, но Бён, не желающий слушать очередные нотации от друзей, сдвинулся с места и отправился по направлению клуба, в который они собирались сходить.
Парни поняли, что их друг не хочет говорить на эту тему, замолчали и последовали за ним.
На входе в клуб, ребята затормозили и переглянулись, так как перед ними возникла необычная картина: девушка в слишком откровенном наряде, пыталась убедить охранников в том, что ей двадцать лет и ей уже можно посещать такие заведения, как это. Бэкхён усмехнулся предоставленной картине. Когда ему было лет семнадцать, то его пускали в ночные клубы, принимая за взрослого, а может потому что Кёнсу смотрел своим убийственным взглядом или же связи Чондэ, Бён не вдавался в подробности.
– Ну-ка, давайте поможем ей попасть в клуб, – похотливо осмотрев девчонку, предложил Чондэ.
– Ну, уж нет, – дав подзатыльник другу, грозно посмотрел на него До. – Сегодня мы просто отдохнём, тем более нам нужно растормошить Бэка, – взглянув на друга, сказал До.
– Только много не пейте, а то завтра нас с вами ждёт тяжелый рабочий день, – усмехнулся Бён, после чего подошёл к входу в клуб. – Девушка, разрешите пройти, – вежливо прошептал Бэкхён. Обаяния было дано ему с рождения, всегда умел найти подход к девушке и заставить её сердце изливаться кровью только от одного взгляда. Даже сейчас девушка, только что кричавшая на охранника, засмотрелась на смазливое лицо Бёна и не могла отвести взгляда.
– А тебе самому-то есть двадцать? – недоверчиво покосился охранник на Бэкхёна. Бён представил документы, после чего его пропустили внутрь. Парень не стал медлить, тот час же зашёл в заведение.
Стоило открыть дверь, разделяющую два разных мира: мир скучных и серых картин и мир свободы, похоти, движения, как по ушам сразу ударила громкая музыка, заставляющая сердце Бёна биться в два раза быстрее. Он уже и не помнил, когда в последний раз посещал клуб, но это было так давно, что даже запах казался ему абсолютно новым.
Биты, движения людей в такт музыки, запах спиртных напитков со смесью сигарет и кальяна – завораживающая картина для тех, кто впервые пришёл сюда. Но и Бэку казалось всё это в новинку. Медленно направляясь в сторону бара, Бён не заметил человека, явно спешащего удалиться из помещения, вследствие чего столкнулся с ним.
Парень был явно выше Бёна, как минимум на голову, и напоминал человеческого Дамбо из-за своих оттопыренных ушей. Внешний вид не приковывал взгляд, но вот запах… Он был специфическим… Даже необычным… Тёплым, древевсно-пряным, слегка сладким с оттенком мяты. Этот запах въелся в рецепторы Бёна, которые за последние несколько месяцев дышали лабораторными стенами и различными механизмами.
– Извините, – пробубнил тот самый высокий парень, после чего быстро исчез с зоны видения Бёна, заставшего стоять на прежнем месте и смотреть вдаль удаляющейся фигуре. Что-то в этом запахе напомнило о его детстве, как он проводил его с отцом, который в то время не требовал многого от сына и старался всячески его поддерживать. Но что-то изменилось, стоило Бэкхёну рассказать о своей детской мечте.
– Кто это был? – прокричал над ухом Бёна Чондэ.
– Без понятия, – громко проговорил в ответ Бэкхён.
– Думаю, что нам пора начать отжигать, а то скоро и ночь закончится. Мы же не просто так сюда пришли, – усмехнулся, уже явно веселый, Чондэ.
