Наркоторговец

(mp3: Billie Eilish — Six feet under) Всю ночь Тэхён ворочился, не мог найти себе места. Его терзали всякие мысли, но после прикосновения таких тёплых и нежных рук к своей талии почувствовал облегчение и провалился в глубокий сон. Проснувшись утром, с ним рядом не оказалось Инби. С просони Тэ сначала не понял, но потом его мозг постепенно стал включаться и вспоминать, что Би сегодня должна была уехать. Вот только почему она снова не разбудила Тэхёна? Он хотел её проводить, но, видимо, девушка посчитала, ему незачем так рано вставать. Это в её стиле. Однако, Тэ не был зол, обижен или ещё что-то, с этим парень разберётся позже. Мыслям Тэхёна не давал покоя тот факт, что его брат, брат, который даже не знает о нём, не знает о его существовании, оказался настолько близко, что сердце остановилось от неожиданности. Гук так смотрел на Тэхёна, на мгновение Киму показалось... Нет. Он не может знать, его отец бы этого ни за что не допустил. И это то, за что Тэ ненавидит Гын Сока.

21 год назад. До рождения Тэхёна. — Дорогой, нам... нам надо поговорить. — Гу Ара, не сейчас, я занят. Мой секретарь нашёл какие-то проблемы в документах. — Я всё понимаю, но это важно, Гын Сок, — молодая девушка замешкалась и аккуратно подошла к мужу. — Айщщ, только быстро. Мужчина отложил бумаги и, внимательно всмотревшись в свою жену, стал ждать, чего она хочет ему сказать. Гын Сок видит, как Ара нервничает и мечется, а по её щеке соскальзывает одинокая слеза. Что-то случилось и девушке трудно об этом рассказать. Он подошёл к ней, взял лицо в руки и, смотря прямо в глаза, начал успокаивать. — Что случилось? Почему ты плачешь? Всё хорошо? — Гын Сок сам стал заметно нервничать, видя беспокойство любимой. Вытирает мокрые от слёз щёки и прижимает дрожащее тело ближе. Девушка посмотрела на мужа и устремила уставший и заплаканный взгляд в пол. — Нет, не хорошо. Дорогой, прости меня, пожалуйста, прошу, прости, — Ара уткнулась мужу в плечо и уже во всю рыдает. — Я не хотела, не понимаю, как всё это произошло, пожалуйста, прости. — Так. Успокойся, за что мне тебя прощать? — Я беременна... Мужчина ещё пару минут простоял в шоке от только что поступившей информации, но вскоре поднял Ару на руки и начал целовать и говорить, что рад и хочет этого ребенка. Однако, на лице девушки не то, что радости или облегчения нет, в нём вся тоска и угнетение. — Боже, так чего ты плачешь, глупая? Это же здорово! Я хочу наследника. Спасибо тебе огром... — девушка резко прервала его радость всего тремя словами. — Он не твой... — Что? — Гын Соку показалось, он уверен, что ему послышалось, ведь этого не может быть. — Что ты несёшь? У тебя уже токсикоз что-ли начался? — Этот ребёнок, он не от тебя, прости, — Ара горько плачет и захлёбывается собственными слезами, воздуха становится меньше, а истерика подходит к горлу. Муж пустил жену на пол и отшатнулся назад, словно что-то тянет туда. Да куда угодно, лишь бы подальше отсюда... от неё. От раздирающего тело и душу чувства предательства. Предательства самого близкого человека в этой вселенной. Снова делает шаг назад и что-то в груди невыносимо жжёт, пульсирует и бешено рвётся наружу. Ара будто раскалённые ножи втыкает в Гын Сока, и именно от неё каждый удар становится смертельным, заново воскрешающим и снова убивающим, только затем, чтобы боль не прекращалась вечность. — Скажи что-нибудь, прошу. — ... — НУ НЕ МОЛЧИ, УДАРЬ МЕНЯ, ПРОГОНИ, НО ТОЛЬКО НЕ МОЛЧИ, МОЛЮ! — девушка упала на колени и продолжает плакать, уткнувшись лицом в пол. — Кто? — не отходя от шока, мужчина пытается сдержать, подавить в себе зверя, который мечется, хочет разгромить здесь всё и перебить половину города. Но он также хочет выслушать, хочет услышать, что она пошутила, что всё это чёртова шутка. — Мин Джусу. — ЧТО??? С МОИМ ПАРТНЁРОМ И ПО СОВМЕСТИТЕЛЬСТВУ С ОДНИМ ИЗ ВРАГОВ?? КАК ТЫ МОГЛА? ЧЕГО ТЕБЕ НЕ ХВАТАЛО? ТЫ, ТВАРЬ... — громкий хлопок, и Ара прижата к полу. Гын Сок не выдержал и дал ей сильную пощёчину. Чувство предательства разъедает его изнутри, оно лишает рассудка и Чон не знает что теперь делать. — Прости, — еле слышно хрипит Ара и тянется ладонью к Чону, но тот снова делает шаг назад. — Молю об одном. Дай этому ребёнку родиться, он не виноват. — Да как ты смеешь о таком просить? Мало того, что трахаешься с моими врагами, так ты ещё и просишь оставить это отродье на моих плечах? — он очень зол и пытается игнорировать свой гнев, но стоит понимать насколько это трудно даётся. — Я отправлю его в другую страну. Он не будет претендовать на твоё наследство, я не буду выходить отсюда всё это время, а после скажу, что это сын моей покойной сестры. Молю, не убивай его, — истерика переполняет уже лёгкие, мешая дышать, а слёзы перекрыли видимость. — Молю, Гын Сок~и, молю... — Хватит! Завтра же на аборт, — мужчина развернулся и, громко хлопнув дверью, ушёл давить своё горе в алкоголе, оставив девушку одну. Всю ночь Гын Сок просидел в баре и топил предательство жены в градусах и никотине. Как она могла так поступить? Она просто растоптала всё. Гын Сок любил её очень сильно и, видимо, разбаловал. Отныне, никаких соплей, никаких «люблю, не могу». Хватит. Ненужные чувства лишь мешают, не дают здраво мыслить. Чон хочет поговорить с этим уродом, поэтому набрал его номер и позвал к себе в казино, где был шикарный бар. Гын Сок думает, голова Джусу на этих полках лишь украсит помещение.

***

— Какая это бутылка по счёту? — съязвил Мин Джусу, подходя к барной стойке. Не поворачиваясь к нему, Гын Сок проглотил ещё один стакан жгучей жидкости, громко прохрипев, и звонко поставил стакан на бурную стойку. — Не люблю заморачиваться на тратах, — Чон держится, но дрожь в голосе отчётливо слышна, гнев зарождающийся не скроет абсолютно ничего. — Зачем звал? — Мин сел рядом и жестом заказал виски. — Да так, решил поинтересоваться. Какого это, когда трахаешься с чужой женой? — он повернулся и смотрел Джусу в глаза, пытаясь найти в них ответ, который знать совсем не хотел. — Кххх. Так ты в курсе? — развернулся и сразу встретился с грозным взглядом Чона. — И что теперь? Убьёшь меня? Это произошло совершенно случайно. Она принесла бумаги в мой офис и была так сексуально одета, что я... — Мин не успел договорить, как получил кулаком в челюсть. Гын Сок скинул его со стула и продолжал бить в лицо, но и он не просто лежал, а перехватывал удары. Охрана была заранее предупреждена, что если полезет в эту разборку — лишится головы.

***

Разбитые бутылки, сломанная мебель и окровавленные тела лежали на полу, жадно хватая воздух. Одно лишь частое и громкое дыхание обоих эхом раздаётся по помещению. Драка продолжалась долго и никто не знает сколько сейчас времени. Мужчины валяются рядом на полу и кидают какие-то невнятные оскорбление друг другу. Сил больше нет ни у кого, они иссякли, выдохся весь тот бушующий штормом адреналин в крови и бывалый гнев сменился на обыкновенную злобу. — Она беременна, ублюдок, — еле дышит Чон Гын Сок и кашляет кровью. — Что? — Да, но этого ребёнка ты так и не увидишь. — Ты отправил её на аборт? Как ты... — Нет, — перебил его Чон, ведь появился другой план, по его мнению, более умный, но такой мерзкий, — ребёнок родится, но ты его не увидишь. — Я заберу его! — Нет. — Он мой! — злится Джусу не на шутку, но подняться и снова начать драку сил просто-напросто нет. — Уже нет, — Гын Сок понимает, он может использовать этого ребёнка, чтобы избавиться от Мин Джусу, так и сделает, но надо подождать. А также оба понимают, если начнут войну сейчас, то разорят всё, что годами строили они и их предки. Но Джусу всё равно вернёт своего ребенка. Он так считает. — Заботься пока о нём, но придёт время и я верну его. — Обязательно, — ухмыляется парень. Джусу встал и направился на выход, прокручивая в голове новый выход из положения.

Утро. Ара проснулась от шевеления на кровати, в ногах сидел Гын Сок и пристально разглядывал жену, поправляя одеяло у её ног. — Гын Сок! — девушка подскочила и испугалась, что он сейчас потащит её на аборт. Всю ночь она провела в слезах, винила себя за случившееся. Ара виновата, но не ребёнок. Молилась всем Богам и даже думала сбежать. — Лежи, — он опустил тёмноволосую на подушку, — я всё обдумал. Ты не будешь делать аборт. — Спасибо, спасибо большое, я... — радости будущей мамочки просто не было границ. Столь неожиданное заявление мужа, зная его стальной характер, сразу должно было стать тревожным звоночком. Ещё в этот момент стоило бы задуматься о причине такого резкого изменения в поведении Гын Сока. Но Ара сейчас слишком счастлива, чтобы делать какие-то выводы или переживать о чём-то ещё. — Мы будем скрывать его, кто он и откуда. Мы с тобой забудем об этом и будем жить дальше, — перебил Чон. — Ребёнок будет жить с нами, под нашим контролем, но потом, когда родится мой ребёнок, то этот исчезнет и мой не будет знать о существовании брата. Я не позволю. Ты поняла меня? — каждое слово он говорит чётко и внятно, видно, что парень думал долго. Но жена всё равно благодарна ему за не отнявшую у ребёнка жизнь. — Да. Гын Сок развернулся и вышел из комнаты. А Ара стала наглаживать свой живот в ожидании маленького чуда. — Я помогу тебе вырасти, — со слезами на глазах успокаивалась девушка, выдавливая счастливую улыбку. — Если родишься девочкой, то назову Окирой, а если мальчиком... Тэхён.

4 года спустя. Аре через три месяца рожать, она забеременела от Гын Сока и они ждут сына. Муж уже решил, что его будут звать Чонгук. Тэхёну уже три года, он очень умный, красивый и интересный мальчик, но Гын Сок даже не может разговаривать с этим ребёнком и, если тот что-то натворит, сильно ругает его. А Ара даже сказать ничего не могла мужу, после того случая Гын Сок изменился, стал жестоким, холодным и чёрствым. Но из-за Тэхёна она терпела мужа, а теперь будет терпеть из-за Чонгука. — Мама, мама, мама, — Тэхён подбегает к девушке в слезах, когда она готовила ужин. — Сына, ты чего? — Дядя сказал, если я ещё раз подойду к его кабинету, он мне ноги сломает. — Тэхен~и, не слушай его, — пытается успокоить сына девушка. — Скажи, ты помнишь тётю Вон? — Которая из другой страны? — Да. — Помню, она хорошая. — Очень, так вот, ты пока будешь жить с ней, — грустно проговаривала Ара, в надежде не заплакать перед сыном. — Но мама, а как же ты? Как же Чонгук~и? Я не хочу без вас, — Тэхён начинал горько плакать, что разбивало сердце бедной матери. Но она прекрасно знает, что другого выхода нет. Это единственное решение. Руки начали жутко трястись, а пристальный взгляд маленьких карих глаз просто разрывает душу на мелкие частицы. Сложно не просто сказать, а даже на ногах стоять невыносимо. Чувство вины и желание взять всё самое дорогое в своей жизни и уйти — преследует и теперь будет преследовать до конца жизни. Это и жизнью назвать трудно, обыкновенное существование ради двух маленьких человечков, которых Ара любит больше, чем кого-либо в этом мире. И Тэхён не исключение. Она не жалеет, что всё так получилось, ведь любит сына и не важно от кого он. Девушка никогда в жизни не называла Тэхёна и ту ночь с Джусу ошибкой, потому что, так или иначе, порождение минутной страсти и пылких чувств той ночи — это маленькое чадо с красивыми глазами и большим, добрым сердцем. Дети невиновны в похождениях и проступках своих родителей, однако, часто именно дети расплачиваются за деяния родителей. Мать и отца невозможно выбрать и здесь стоит несправедливый вопрос: Почему родители имеют право выбора — оставлять ребёнка рядом с собой и заботиться о нём всю жизнь или же сдать куда-нибудь подальше, только бы им не мешал? — Тэхён, я буду тебя навещать, но Чонгук... он тебе не будет братом, он не должен знать о тебе. — Но почему? — Так надо. Прости. Всё. Садись кушай, сегодня будем собирать вещи, — поцеловав Тэ в лоб и отвернувшись, стала горько плакать, тихо шмыгая носом. Но девушка знает, что всё равно всё расскажет, когда Тэхён вырастит.

***

— Привет, — статная женщина, с короткой стрижкой под каре, в строгом чёрном костюме себе под стать и кожаной сумкой в руке поздоровалась с подругой, проходя вперёд. — Привет, дорогая, — Ара и Вон поцеловались и прошли в гостиную, где уже сидел Тэхён с вещами. — С тобой здороваться не стану, — грубо высказалась женщина в сторону Гын Сока, на что тот лишь закатил глаза. — Тэхён, пошли, детка, — женщина взяла его за руку и повела к машине. — Наконец-то, без этого спиногрыза буду жить, — зло ворчит мужчина, смотря на ребёнка, а Тэхён только задаёт сам себе вопросы: Почему к нему такое отношение? Что он сделал не так? Родился? — Гын Сок... — Я в офис! Ара долго прощалась с сыном и плакала, но Тэхён молодец, он держался и не плакал, наоборот успокаивал мать и своими маленькими ручками вытирал горькие слёзы мамы. Гу Ара сидит на корточках около машины Вон и крепко держит сына за ладони, боясь, что, если отпустит — то больше никогда не будет ему матерью, потеряет навсегда. — Я приеду, сын, буду звонить. Веди себя хорошо и слушайся тётю Вон, понял? — Да, мама, не переживай, я пригляжу за тётей. — Да, присмотри за ней, — улыбается девушка с смышленого мальчика. Они сели в такси и под внимательный взгляд Ары отправились в аэропорт. Теперь Тэ будет далеко. В другой стране. В Америке.

***

Тэхёну уже было шестнадцать, его мать приезжала редко, но всё время звонила и плакала, это разрывало ему сердце. Она рассказала Киму всё. Кто он, откуда, кто его настоящий отец, почему он не может видеться с братом. Но мать постоянно говорила о Чонгуке, о том какой красивый, упёртый и хороший. Тэ любил слушать о брате, хоть ни разу и не видел его в живую.

Обед обычного дня. Тэхён сидит за столом и обедает, как вдруг зазвонил телефон. Он не успел поднять, поэтому перезвонил. Прерывистый звонок принадлежал матери. «— Тэхён!» — её голос такой беспокойный и тревожный, что Тэхён оставляет еду и хмурит брови. — Ты чего? Что-то случилось? — переживает парень. «— Тэхен~и, слушай внимательно...» — с того конца провода слышится какой-то сильный шум и грохот, будто что-то ломается. — Мааам, — Тэ соскочил со стула и стал нервничать, — что происходит? «— Тэхён!» — грохот не прекращался. Правда создавалось впечатление, что что-то сильно ломается и падает на пол. — Алло! «— Тэхён~и, никому не говори кто ты и откуда, не приезжай в Корею, сиди там, воспользуйся теми документами и карточками, что я тебе привезла,» — женщина сильно плачет, даже бьётся в истерике. — Мама, скажи, что с тобой, что это за шум? «— Тётя Вон поможет тебе, сын. Я люблю тебя, дорогой, я...» — в трубке послышались крики, что-то снова билось и ломалось, а после... выстрел. Сердце Тэ сжалось в узел и пыталось не слушать мозг, старалось отрицать услышанное, но паника подходила к горлу. Шаги... Выстрел... Оборванная связь.Тэхён скатился спиной по стене, зарылся в волосы и пытался переварить всё, что только что услышал. Телефон выпал из рук и разлетелся на части. Рассудок мутнеет, слёзы невольно льются из глаз и истерика накрывает с головой. Воздуха чертовски мало, он хватает его, но не может насытиться. Тётя Вон выбегает на кухню и видит Тэ, видит его состояние. Он что-то пытается сказать, но она не может разобрать, вызвала скорую и ему вкололи успокоительное. После, женщина узнала, что случилось с её подругой, с матерью Тэ, и то, что он испытал — это было ужасно, он всё слышал. Теперь у Тэхена есть цель важнее жизни: выучиться, поступить и заработать деньги на поиски этой мрази.

Жизнь поменяла судьбы двух парней в один день. Чонгук и Тэхён — начнут охоту.