Забота

      Хавьер разражается длинной тирадой. Горячие слова, слетающие с его губ, доносятся до Юдзуру через динамик ноутбука, в какой-то момент английский начинает перемежаться испанским, и Юзу понимает, что Хави действительно разгневан — судя по тому, что он незаметно для самого себя переходит на родной язык. Его речь накатывает на Юзу, как жар из печи, просачиваясь в его замёрзшее, усталое тело. Смежив веки, он откидывается на наваленные на кровать подушки.       — Я не смог бы сказать это по телевидению, Юзу, но ты лучший — и всегда будешь лучшим, что бы они ни говорили, — настаивает Хави. — Это правда, — продолжает он, видя, как Юдзуру слегка пожимает плечами. — Не смей думать, что ты недостаточно хорош. Чёрт возьми, я буду бороться до конца...       Внезапно Хави замолкает. Юзу открывает глаза: он и не заметил, как они закрылись. Хави смотрит на него через экран, делая глубокий вдох.       — Прости, — говорит он. — Наверное, это не то, что тебе сейчас нужно, верно?       — Нет, — быстро отвечает Юзу. — Всё хорошо, Хави. Мне нужно... — Он вздыхает, чувствуя, как его вновь охватывает неуверенность в себе, которую — как ему казалось — он похоронил после прошлого сезона. Это заставляет его вздрогнуть. Он не хочет больше об этом думать, говорить. — Всё хорошо.       — О, cariño, — вздыхает Хавьер. Его голос и взгляд становятся невероятно нежными. Юдзуру подтягивает одеяло, под которым свернулся калачиком, ближе к себе. Он хотел бы, чтобы Хави был рядом. Хотя, конечно, хорошо, что это не так. Конечно. Они даже не смогли бы быть вместе, это было бы не то же самое, но он просто... Он действительно хочет, чтобы его обняли. Юзу на секунду закрывает глаза. Дышит. Пробует на вкус вставшие в горле слёзы — густые и тяжёлые. — Nene, не плачь, пожалуйста. Я знаю, это было невероятно тяжело, но ты...       Хави прерывает гудок телефона Юзу. Тот смаргивает, открывает глаза, вытирает скопившуюся в уголках влагу.       — Это Джейсон, — говорит он Хави. – Он... он хочет войти, — продолжает он, и это причиняет ещё большую боль — знать, что Джейсон на самом деле здесь, но Юзу не должен поддаваться порыву и позволять себе увидеть его.       — Впусти его, — внезапно отвечает Хавьер, и Юзу удивлённо смотрит на него. Хави знает, как Юзу относится ко всему происходящему, как он волновался. Он знает, о чём они с Джейсоном договорились до приезда на Чемпионат. Он был там, когда они оба стенали по этому поводу, ещё будучи дома.       — Знаю, знаю, — произносит Хави, потирая виски. — Но ведь тебя только что проверили, не так ли? Вас обоих. И ты знаешь, как осторожен Джейсон. — Он пожимает плечами. — Я понимаю, что вы хотели избежать любых ненужных контактов, но Юзу, cariño... — Произнеся это, Хави смотрит на него самым мягким взглядом, а Юзу хочется столь многого... Спрятать лицо в изгибе шеи Хави. Вдохнуть его запах. Оказаться в его объятиях. — Я ненавижу мысль о том, что ты сейчас совсем один, Юзу, и я не могу быть там с вами, ребята, так что…       Юдзуру закусывает губу. Медленно кивает.       — Ладно, — говорит он. Внутри всё сжимается от сложных эмоций. Чувства вины. Беспокойства. Но также предвкушения, и облегчения, и желания, сильного желания. Возможно, он и правда может себе это позволить. — Подожди нас, — добавляет он и, дождавшись кивка и мягкой улыбки Хави, выбирается из постели, берёт маску и направляется к двери.       — Привет, — выдыхает стоящий на пороге Джейсон, обеспокоенно глядя на Юзу поверх маски и сохраняя безопасную дистанцию. — Я знаю, что мы договаривались этого не делать, и я пойму, если ты не хочешь, но...       Юдзуру протягивает руку, хватает Джейсона за запястье и едва ли не втаскивает в комнату.       — Оу, — вырывается у Джейсона, когда дверь за ними захлопывается. Затем он дотрагивается до шеи Юзу.       — Ты в порядке, любимый? — спрашивает он. Прикосновение его ладони к коже — тёплое, успокаивающее, и у Юдзуру едва ли не кружится голова от того, как хорошо становится от этого ощущения. Он закрывает глаза. Это было так давно... — Я волновался. Ты не...       — Уже лучше, — шепчет Юзу, отчаянно желая снять треклятую маску и поцеловать Джейсона, но он не может, не должен, поэтому вместо этого он делает глубокий вдох, стараясь успокоиться, и ведёт Джейсона вглубь комнаты.       – Я рад, Юзу, я думал... Привет, Хави! — говорит Джейсон, заметив ноутбук Юдзуру, и тот чувствует улыбку в его голосе. Как же давно они втроём не были вместе...       — Привет, Джейсон, — откликается Хавьер и одаривает их самой яркой из возможных улыбок, в то время как Джейсон, сбросив ботинки, забирается на кровать Юзу, устраиваясь на подушках у изголовья. — Я так горжусь тобой. Ты сделал это!       Джейсон сияет — Юзу видит это по тому, что в уголках его глаз появляются морщинки, и ему становится тепло, когда он видит Джейсона таким довольным своим достижением. Он видит, как розовеют уши Джейсона, как на его лице появляется румянец. Ему идёт. Юдзуру хочется поцеловать его.       — Там был недокрут, — бормочет Джейсон.       Юзу качает головой.       — Это был четверной, — твёрдо говорит он, затем опускается на кровать и подползает ближе к Джейсону.       — Иди сюда, — мягко произносит тот и притягивает Юзу к себе, пока тот не оказывается у него между ног, прижавшись спиной к груди.       — Я так счастлив, что ты здесь, — говорит Хави Джейсону, и Юдзуру чувствует, как Джейсон у него за спиной кивает, обвивая руками грудь Юзу и прижимая его к себе вплотную. Он вздыхает, безвольно обмякая в чужих объятиях. – Жаль, что я не могу... Чёрт, я скучаю по вам обоим. Я так хочу вас поцеловать, — признаётся Хави, и Юзу, покраснев, прячет лицо в ладонях.       — Хави... — бормочет он, не то чтобы смущаясь, но скорее поражаясь тому, как откровенен Хавьер, когда дело касается чувств, как легко он может их выразить. Джейсон снова кивает, поднимая руку, чтобы погладить Юзу по волосам.       — Взаимно, — эхом откликается Джейсон, крепче обнимая Юдзуру одной рукой поперёк торса, а пальцами другой успокаивающе лаская кожу головы.       Юзу издаёт тихий звук, довольный и весёлый.       — Вы двое невыносимы, — слабо произносит он и слышит, как оба его парня смеются. Этот звук проходит сквозь тело, согревая, точно глоток тёплого чая.       — Ты невыносим, — бормочет Джейсон, и Юзу поворачивает голову, ловя взгляд Джейсона. Серьёзное беспокойство, плещущееся в чужих глазах, удивляет его.       — Что? — недоумённо спрашивает он, поворачиваясь, чтобы дотронуться до лица Джейсона. Разумеется, оно скрыто под маской, но Юдзуру ненавидит это и думает: «К чёрту». К чёрту всё. Джейсон в порядке — вероятно, он более осторожен, чем кто-либо другой из присутствующих здесь, и, в отличие от большинства других, Юзу доверяет ему. Он доверяет Джейсону свою жизнь. Да, возможно, поступать так сейчас не слишком разумно, однако у Юзу выдался адский день, и он устал от того, что всё время отказывает себе.       — Можно? — спрашивает он, на мгновение заметив, как глаза Джейсона расширяются.       Затем Джейсон кивает, и Юдзуру, подцепив пальцами завязки, стягивает их с ушей, затем отбрасывает чужую маску в сторону и снимает свою. Так приятно провести ладонями по подбородку Джейсона, ощущая под пальцами лёгкую щетину. У Джейсона перехватывает дыхание, и он на мгновение закрывает глаза. В ответ он начинает ласкать ладонью лицо Юзу, проводит от виска к щеке, большим пальцем невесомо касается верхней губы.       — Поцелуй меня, — просит Юдзуру и, услышав тихий звук, который издаёт Хавьер, оглядывается через плечо, чтобы поймать его взгляд через камеру на ноутбуке. Глаза Хави полны тоски, но вместе с тем одобрения — и любви, всегда любви. — Пожалуйста, — мягко добавляет он, отрывая взгляд от Хави и вновь глядя на Джейсона, который колеблется. Юзу едва не вздыхает от облегчения, когда Джейсон наконец кивает и, склонившись к нему, прижимается губами к его губам.       Тепло губ Джейсона, влажный жар его языка заставляет кровь Юдзуру быстрее бежать по жилам. Он издаёт тихий, смущённый полустон, поднимает руки, чтобы зарыться пальцами в кудри Джейсона и притянуть его ближе. Глаза Юзу зажмурены, а голова кружится от того, как хорошо ему становится, как отчаянно он нуждался в этом. Год. Прошёл целый год с тех пор, как он в последний раз целовал их. Эмоции захлёстывают с головой, всё, что он так долго сдерживал, разом обрушивается на него — боль, тоска и страх предыдущих месяцев. Но с ними всё хорошо, они здоровы, они в безопасности, все трое. Он крепче сжимает пальцы в волосах Джейсона, хотя знает, что это может быть довольно болезненно. Он не может заставить себя сдерживаться теперь — не тогда, когда он провёл в этом состоянии целый год. Судя по звуку, который издаёт Джейсон, он совершенно не возражает, и Юзу углубляет поцелуй.       Юдзуру требуется мгновение, чтобы понять, что его грудь тяжело вздымается, что ему больно дышать, что он задыхается не только от поцелуев. Он не хочет отстраняться, однако ему приходится с неохотой разорвать поцелуй.       — Юзу? — спрашивает Хави с экрана. Он покраснел, рассеянно отмечает Юзу. Он был бы доволен этим и подразнил бы Хави... если бы на лице последнего сейчас не отражалось явное беспокойство.       — Да, — сурово говорит Джейсон, и в его глазах снова появляется тревога, от которой Юзу отвлёк его поцелуем.       — В чем дело, Джейсон? — спрашивает Хавьер, и Юзу видит, как они обмениваются взглядами. Он ёжится, кусает себя за щёку. Он до последнего надеялся, что они не узнают — или узнают позже.       Но Джейсон вновь поворачивается к нему и протягивает руку, чтобы убрать волосы со лба и заправить их за уши.       — Это был приступ астмы, не так ли? — мягко спрашивает он. Юдзуру не может вынести его нежности, его озабоченного взгляда.       — Юзу! — слышит он потрясённое восклицание Хави, разворачивается к экрану и видит, что тот смотрит на него с выражением шока на лице. — Ты мне не сказал!       — Он никому не сказал, — тихо произносит Джейсон и мгновение качает головой, не сводя глаз с Юдзуру, в то время как его пальцы снова ласкающе скользят по его волосам. — И ты пошёл катать произвольную, — упрекает он. Юзу слышит, как Хави что-то бормочет — что-то очень похожее на «как всегда», — и краснеет под пристальным взглядом двух пар глаз.       — Ты сумасшедший, — шепчет Джейсон и наклоняется, чтобы поцеловать его в лоб.       — В следующий раз расскажи нам, — твёрдо говорит Хавьер. Юзу поворачивается к нему лицом, в то время как Джейсон откидывается назад и снова притягивает его в свои объятия. — Или, по крайней мере, скажи мне — я знаю, что Джейсон тоже должен был выступать.       — Я не хотел, чтобы Хави волновался, — признаётся Юзу, смущённо пожимая плечами. Оба его бойфренда вздыхают, Хавьер закатывает глаза, а Джейсон издаёт тихий вопль «Юзу-у», и это… это забавно, и чудесно, и Юдзуру чувствует, как на глаза наворачиваются слёзы, когда их общая любовь волной накрывает его. Он смаргивает их, одаривает Хави слабой улыбкой сквозь слёзы и пожимает плечами. Хавьер улыбается в ответ, и Юзу мысленно возвращается в прошлое, назад в Пхёнчхан, где Хави притянул его к себе, поцеловал в шею и в первый раз прошептал: «Я люблю тебя» с точно такой же улыбкой, как сейчас, — и взглядом, полным такой любви, что Юзу казалось, что он может сгореть.       Руки Джейсона сжимаются вокруг его талии. Затем он целует его в затылок — горячо и долго, заставляя мурашки побежать по коже Юдзуру. Он слышит, как Хави судорожно вздыхает.       — Ты тоже должен быть здесь, Хави, — говорит Джейсон, магическим образом озвучивая мысли Юзу, в то время как последний по-прежнему задыхается от переполняющих его эмоций.       — Да, — соглашается Хавьер. Наступившая после этого тишина настолько наполнена нежностью, что Юдзуру не может дышать. Как будто они все вспоминают то время, их первый раз, когда Хави только что вернулся в Крикет для подготовки к Чемпионату Европы и осторожно прощупывал почву: незадолго до этого Юзу признался в своём влечении к Джейсону, выполняя обещание всегда быть честным с Хави. Порой Юзу до сих пор не может поверить, как ему повезло — быть с Хави и Джейсоном, быть свидетелем любви, которая расцвела между ними… Впрочем, Джейсона и Хави невозможно не любить — Юдзуру лишь послужил искрой, которая привела всё в движение, распахнула дверь.       — Теперь тебе лучше? — спрашивает Хави, прерывая момент, и Юзу ловит себя на том, что кивает. Да. Это и правда так, хотя его тело всё ещё болит, и разочарование всё ещё струится по венам и раскаляет добела пламя внутри него, заставляя хотеть вернуться и тренироваться больше, тренироваться усерднее, чтобы он мог идеально приземлить свой аксель и бросить его всем в лицо. Но сейчас... сейчас это не имеет значения.       Сейчас важно то, что Хави говорит беречь себя. Сейчас важно «Os amo» из Испании, сопровождаемое улыбкой, от которой Джейсон что-то мурлычет, а в животе Юдзуру начинают порхать бабочки.       Затем Хавьер произносит по-испански что-то, чего Юзу не понимает. Однако Джейсон явно понимает, хотя и смеётся, ссылаясь на свой школьный испанский — который, по словам Хави, на самом деле вполне сносен. Джейсон кивает в ответ на слова Хави, и крепче обнимает Юзу.       — Что он сказал? — спрашивает Юдзуру, как только Хави, попрощавшись, отключается. Джейсон соскальзывает ниже по кровати, ложась почти плашмя, и Юзу прижимается к нему, уткнувшись лицом в изгиб его шеи.       Джейсон целует его в макушку.       — Остаться с тобой, — говорит он, проводит руками по спине Юзу и нащупывает край футболки. — И заботиться о тебе, — добавляет он, задирая футболку и скользя ладонями по обнажённой спине Юзу.       — М-м-м, — тянет Юдзуру, ещё чувствуя отголоски усталости и тяжести, но вместе с тем — тепло и удовлетворение. — Хорошая забота, — бормочет он и чувствует, как смех Джейсона отдаётся вибрацией в его теле. Ему больно, он в трудном положении, и вот-вот станет ещё сложнее, но пока… сейчас Юзу просто забывает, позволяя всему этому отступить на второй план, когда Джейсон обнимает и удерживает его, целует, ласкает. Юзу забывает обо всём, пока Джейсон заботится о нём — очень хорошо заботится до тех пор, пока он, задохнувшись от наслаждения, не обмякает в его объятиях, а затем — после — проваливается в сон.