Они просто хотели любить

Коннор летал на крыльях положительных чувств. Так можно было бы сказать, если бы он действительно чувствовал радость от принятого решения, но на самом деле ему было чуточку грустно, все-таки Хэнк Андерсон был первым человеком, с которым он сошелся со всеми из этого вытекающими, и почти всегда был рядом. Теперь придется учиться жить в одиночку. Всю последующую ночь Коннор возвращал в свою квартиру мебель, слушая громкую музыку, танцуя и подпевая. Плюсы в жизни с андроидами по соседству — им не мешают громкие звуки. Особенно когда соседей нет. Утром он действительно был вымотан, но чувствовал такое моральное удовлетворение, валяясь на пушистом сером ковре, как после легкого петтинга с Гэвином. Теперь квартира стала похожа на настоящий дом и, пожалуй, стоило заманить мужчину сюда и приготовить ему что-нибудь домашнее. С мыслями о Риде Коннор сходил в свой собственный теперь уже душ, переоделся в чистую одежду, но вместо привычной рубашки надел футболку без рукавов и толстовку на молнии. Еще ближе к рядовому человеку, — сказал бы Гэвин, гадко ухмыльнувшись уголком губ. На работу, как на праздник. Коннор не мог перестать петь, поэтому даже на входе в Департамент в голове играл веселый мотивчик. ST300, Лорен, на регистрационной стойке смотрела на него, как на пришельца, но улыбнулась и смущенно отвела глаза, когда он подмигнул ей. Для прихода сотрудников еще было слишком рано, поэтому Коннор планировал заняться отчетами, но замер на входе в отдел, увидев на столе Рида вихрастую макушку. Гэвин спал, уронив голову на сложенные руки, губы беззвучно шевелились, а сам он хмурился, словно ему снилось что-то неприятное. Коннор улыбнулся, чувствуя затапливающее тепло внутри, и накинул мужчине на плечи свою толстовку, коснулся кончиками пальцев лба, отводя прядки волос. Прикосновение разбудило Рида, он резко выпрямился, безумно глядя на андроида, словно видел в нем врага. — Тише, это я, Коннор, — прошептал RK800, держа ладони перед грудью. Гэвин будто сдулся, осанка пропала и он сгорбился, с силой проводя ладонями по лицу, откинулся на спинку кресла и вцепился пальцами в толстовку на своих плечах, смотря на Коннора с узнаванием. — Привет, — хрипло выдохнул он. — Здравствуй. Давно ты здесь? — Андроид присел на край стола и сложил на груди руки. Рид кинул быстрый взгляд на соседний стол, где стояли древние часы со стрелками. — С двух, — ответил он, — мне не спалось. — Гэвин зябко поежился. — Вырубился где-то час назад. — Принести тебе кофе? — Не сейчас. — Рид поморщился и закрыл глаза, покачиваясь в кресле из стороны в сторону. — Я избавился от Девятки. — Надеюсь, ты его не убил? — со смешком спросил Коннор, легонько пнув мужчину по ноге. Гэвин улыбнулся и покачал головой. — Как все прошло? — Ну-у, лучше, чем я предполагал. Правда, после его ухода в доме забарахлили все электроприборы, а кофеварка, вот серьезно, она целенаправленно плюнула в меня кипятком. Чертова жестяночная солидарность! Коннор коротко рассмеялся и произнес: — А я ушел от Хэнка. Они замолчали. Гэвин смотрел прямо на андроида перед собой, на его лице не отображалось ни единой эмоции, только легкая задумчивость, да видно было, как сильно стиснул он зубами внутреннюю часть нижней губы. Коннор ждал реакции человека и не собирался помогать ему, заговаривая первым. — И… что теперь? — спросил, наконец, Рид, подаваясь вперед и упираясь локтями в колени. — Попробуем быть вместе? Человек как-то слишком нервно усмехнулся, пряча взгляд. Вина? Неуверенность? Ошибка? Уж точно системный сбой. Человеческий такой сбой. — Нет, Гэвин, нет. — Андроид помотал головой, глядя на него с теплой понимающей улыбкой. — Я не хочу пробовать. Я хочу быть с тобой. Я уверен в этом так, как давно ни в чем не был уверен. — Что ж… Гэвин откинулся назад, а Коннора словно ударило под дых. Он так погряз в собственных эмоциях, что совсем забыл о том, кто подарил их ему. Эти заминки, виноватый взгляд. Рид не хотел быть с ним. Рид просто хотел немного любви и нежности, но ему не нужно все вот это, что может дать ему Коннор. Пораженный догадкой, андроид оттолкнулся от стола и медленно, словно ноги закоротило, ушел в сторону раздевалок. Мысленные процессы перепутались, тириумный насос заработал в усиленном режиме, не справляясь с потоком голубой крови, прилившей ко всем биокомпонентам. От этого стало больно. Коннор безвольно рухнул на скамейку, прижимаясь затылком к холодным шкафчикам, и задышал так глубоко, как только позволяли искусственные легкие, пытаясь охладиться естественным путем. От боли, настоящей, обжигающей, хотелось выть.

«Сними розовые очки, Коннор, этот мир давно погиб и люди в нем прогнили насквозь. Они заботятся только о себе и не горят желанием брать на себя заботы других.»

Пьяный Хэнк находка для новорожденного, его высказывания могли быть разобраны на цитаты и несли в себе более глубокий смысл, чем когда-то думал Коннор. Разница в полвека, длиною в жизнь. Потерянный, прогнивший человек, занесший вирус гниения в наивного невинного малыша, доверившегося ему. Больно. Стало холодно, так холодно, словно он оказался в районе минусовой температуры, критически действующей на биокомпоненты андроида. Они уязвимы так же, как люди. Андроиды не могут быть уязвимы, андроиды не люди, андроиды не чувствуют. Это удел людей. Ну, и собак еще. — Эй, принцесса, — тихий голос с намеком на улыбку, мягкое прикосновение к кулакам, сжавшимся в бессильной злобе, — прежде чем загоняться без причины, подожди, пока твой человек проснется и внятно ответит на твои слова. — Мой человек? — с дрожью в голосе переспросил Коннор. rA9, как же страшно открыть глаза. Если это всего лишь модуляция желаемого, если Рид на самом деле все еще сидит за своим столом и уже занимается работой, позабыв о маленьком роботе, как о ненужной игрушке, если, если, если? — Я думаю, так можно сказать, когда кто-то принадлежит кому-то, — рассуждал голос рядом со слуховым модулем. — Так говорят люди, знаешь — мой парень, моя девушка, мой муж, мой, мое, моя, мои. Констатация факта, чтобы больше никто не зарился на твое. — Значит ли это?.. — Коннор запнулся. — Это значит все, малыш. — Горячие губы на виске, с той стороны, где находился диод, ощущались так правильно. — Финита ля комедия. Ты — мой, я — твой. Единственно правильное решение. Мы оба этого хотим. — Ты… — Оба, — твердо пригрел Рид, прижимая вздрогнувшего андроида к себе. — И только попробуй возникнуть, что тебе не нравится, как я тебя обнимаю. — Нет. — Коннор расслабился, улыбаясь, и обвил свои руки вокруг талии человека. — Нравится.

***

Три дня прошло с того момента, как Коннор и Рид приняли такое легкое для них решение, но с той поры им почти не удавалось побыть вместе. Вызовы сыпались один за другим, как будто середина июня отрицательно сказывалась на восприятие преступников, раз уж все разом решили вывести полицию из себя. Шум, гам, крики, ссоры, беготня. Коннор натурально вымотался, постоянно забывая о подзарядке или хотя бы о подпитке тириумом, и сейчас, после особенно тяжелой ночи, где ему пришлось несколько часов удерживать спятившего мужчину, угрожавшего убить собственную жену, пока его не сняли снайперы Аллена, он тупо и по-человечески вырубился на диванчике в комнате отдыха. Он не имитировал дыхание, свернувшись калачиком под курткой Гэвина, не трепетали его ресницы, и со стороны можно было бы решить, что человек умер во сне, если бы не тусклый голубоватый диод. RK900 каменной глыбой замер над собратом, вцепившись пальцами в собственное запястье за спиной. — Коннор, — позвал он. Ноль реакции. — RK800? — Я слышу, — устало, но так, словно он и не спал вовсе, ответил андроид и сел, сонно потирая глаза кулаками. — Что-то хотел, Ричард? Коннор почти с искренним удивлением посмотрел на свалившуюся с плеча куртку и аккуратно сложил ее на коленях, поднимая испытующий взгляд на совершенную модель. Оповещения о критическом уровне заряда пришлось смахнуть с интерфейса. Некогда ему глупостями заниматься. — Ты в курсе, что мы разошлись с детективом Ридом? — спросил RK900, не двигаясь с места. Коннор откинулся на спинку дивана, чтобы собрат не нависал над ним, и закинул ногу на ногу. Прошли те времена, когда безобидного щеночка можно было безнаказанно обидеть. — В курсе, — холодно ответил он. — А ты знаешь, почему? — осведомился Ричард, хмурясь. Ух ты, эмоция. — Знаю. Несколько секунд они сверлили друг друга нечитаемыми взглядами и никто не желал сдаваться. Коннор улыбнулся дружелюбно, открыто, заставив Ричарда еле ощутимо вздрогнуть. — Когда ты ему надоешь, он так же выкинет тебя на помойку, — убеждающе проговорил последний. — Люди примитивны. Даже после признания прав андроидов, они продолжают играть с нами, как с игрушками. Ты для него не больше. — Спасибо, Ричард, думаю, я с этим справлюсь, — искренне ответил Коннор. RK900 резко развернулся, намереваясь уйти, но замер от голоса собрата. — Гэвин помог мне тогда, когда этого не сделал даже тот, кого я считал братом. Это чего-то да стоит. RK900 больше не стал задерживаться и покинул комнату отдыха, столкнувшись с кем-то в коридоре. С кем-то, кто довольно груб и практически не умеет говорить без мата. Рид ворвался в комнату как шторм. — Что этот урод сделал тебе? — едва не заорал он, падая рядом с Коннором и обеспокоенно заглядывая ему в глаза. — Ты в порядке? Он навредил? Если что, я… Он замолчал от прозвучавшего смеха. — Мы просто поговорили, обеспокоенный мой, — нежно протянул Коннор, утыкаясь носом в шею мужчины и обнимая его за талию одной рукой. — Я соскучился. — Я тоже. Тоже. — Гэвин обнял его в ответ. — Устал, да? Я вот, тириум для тебя прихватил. А вообще, по-хорошему, надо бы тебя на станцию подзарядки, ты же свалишься скоро. — Я в порядке, — поклялся Коннор, оставляя на нежной коже шеи поцелуй. — Еще денек отработаю и заряжусь, обещаю. Он таял от волнительных ноток в голосе его человека, от заботы в каждом движении и взгляде, от жарких поцелуев и крепких объятий. Им нечасто удавалось быть вместе за последние три дня, но оба были уверены, что это немного лучше, чем проводить друг с другом 24/7, потому что каждая редкая встреча, каждый, даже быстрый и невинный поцелуй, вызывали столько эмоций, что заряжало энергией на долгие часы, до следующего объятия и следующего поцелуя.