Они просто хотели любить

Ричард вошел в первый попавшийся бар, пытаясь спастись от вездесущих собратьев и веселящихся людишек. Он не был активирован одиннадцатого ноября, он не принимал участия в революции, он не понимал, чему тут можно радоваться. Чувства мешали, отвлекали, вызывали неприятные мысли. И был способ избавиться от них. RK900 издалека заметил знакомую сгорбленную фигуру за барной стойкой и направился прямо к нему, но не с целью помешать, а просто присесть рядом. Услужливый Джим поставил перед ним порцию тириумного виски и наполнил стакан доверху, когда Ричард опрокинул жидкость в себя. Хэнк никак не отреагировал на появление коллеги по работе и, только оглядевшись, RK900 понял, почему. На большом экране над барной стойкой журналистка с «16 канала» брала интервью у… Гэвина Рида. Сержант выглядел даже слишком расслабленным для того, кто ненавидел светиться перед камерами, но держался он молодцом.  — «Гэвин, почему вы сегодня здесь? — Потому что мой парень попросил меня пойти с ним. — Рид как всегда нереально честен и до отвращения искренен. — Он сказал, что здесь слишком скучно, и я начинаю думать, что он был прав. — Одиннадцатое ноября признали международным Днем Революции андроидов, эта дата записана в истории человечества, как переломный момент, — нараспев вещала миловидная журналистка, из человеческой расы. — Как вы отнеслись к этому год назад и как относитесь сейчас? — Я в ужасе. — Рид передернул плечами, обтянутыми сиреневой тканью рубашки, и улыбнулся. — Что тогда, что сейчас. Год назад весь мир был погружен в хаос, мы боялись — и люди, и андроиды. Тогда я этого не понимал. — Гэвин опустил взгляд, улыбка стала печальнее. — Я всей душой ненавидел эти нововведения в виде андроидов и не скрывал этого. Но, знаете, за это мне не стыдно. Стыдно за то, что я поздно понял, что они живые. — Люди рассказывают о разных причинах, которые заставили их поверить в то, что андроиды живые. Какова ваша?» Ричард даже не заметил, что ловит каждое слово напарника с жадностью, совершенно позабыв про истинную причину его нахождения здесь. Андерсон тоже смотрел, не отрываясь, только изредка прикладывался к стакану с виски.  — «Видите того парня? — Рид кивнул куда-то в сторону. Камера сместилась за его движением и в объектив попал Коннор. RK800 стоял рядом с Маркусом и мэром Детройта, они разговаривали о чем-то шутливом, судя по улыбкам на лицах всех троих, но Коннор, обнаружив на себе внимание репортеров, отсалютовал им бокалом с тириумным вином, и камера вернулась обратно к Риду. — Это Коннор. Все знают Коннора. — Журналистка улыбнулась так, что сразу стало ясно — на андроида она уже давно положила глаз. — Верно, — согласился Рид, отпивая из своего бокала с шампанским. — Он пришел к нам в участок, кажется, пятого или шестого ноября, весь из себя такой важный безупречный робот, «всегда выполняющий свою миссию», — смешно передразнил Рид, заставив девушку улыбаться. — Я его возненавидел сразу. Не понимал почему, но бесил он меня больше всех остальных. А потом восстание, революция, все закрутилось, завертелось, он пропал. А потом вернулся как ни в чем не бывало. Знаете, я, наверное, никому не пожелаю тех мук, что пережил Коннор за время работы со мной. Андроидам вообще крайне противопоказано находиться рядом со мной. Гэвин хмыкнул, кусая губу. — Однажды мы встретились в баре, в десятках миль от центра Детройта. В одном баре из тысяч похожих, в одно время. Коннор любит говорить, что вероятность этого совпадения ничтожна мала, а потом добавляет, что случайности не случаются случайно, — продолжал рассказывать Рид, посмеиваясь. — Знаешь, Сэнди, — улыбнулся он репортерше, — я всегда думал, что хорошо разбираюсь в людях. Но в тот вечер понял, что ошибся насчет Коннора. Он был сломлен, морально истощен, совсем не похож на привычного жизнерадостного паренька с работы. — Значит, даже профессиональные полицейские могут ошибаться? — спросила Сэнди. — Могут. Да, конечно, могут. Мы же тоже люди. Я что-то с вами совсем заболтался. — Нет, Гэвин, пожалуйста, еще немного, — взмолилась репортерша. — Вы не закончили вашу с Коннором историю. — Точно. Коннор. У нас тогда сложные периоды в жизнях были, оно и понятно, от хорошей жизни в бар не ходят. — Рид уныло улыбнулся, потер ключицы, выглядывающие из-под расстегнутого ворота. — Мы тогда долго разговаривали. — Он помолчал, глядя куда-то себе под ноги. — А потом уехали из бара вместе. — Ух, ночка, наверное, была жаркой. — Сэнди притворно помахала ладонью перед лицом, отдуваясь. — Да нет, было прохладно, — не оценил Рид шутки. — Мы сидели в машине на берегу реки Детройт, пили и разговаривали. Мы вообще много разговаривали после этого. А потом вырубились на заднем сиденье. Вы спрашивали, какая причина заставила меня поверить в то, что андроиды живые? Коннор. Эта причина — Коннор. Он просто хотел любить. Мы… просто хотели любить. — И как давно это было? — Сэнди, спроси что-нибудь полегче, я в числах вот вообще… — Шестое июня, Гэвин. — В объектив плавно вплыл RK800, обезоруживающе улыбаясь, безупречный в своей человеческой неидеальности, с растрепанными волосами и закатанными рукавами рубашки. — Ночь с шестого на седьмое июня.» Гэвин улыбнулся во все тридцать два при его появлении и приобнял за талию, притискивая к себе. Ричард коротко хохотнул, опуская взгляд в ополовиненный стакан, и опрокинул содержимое в себя. Шестое июня. Почти месяц до этой даты Рид держался отстраненно от своего напарника, а их сексуальную связь вообще свел к минимуму, постоянно отговариваясь усталостью или нежеланием. И меньше, чем через две недели после, Рид попросил его уйти. Ричард не стал сопротивляться и выяснять отношения, оставляя напарника в покое. Отношений, по сути не было, Гэвин сразу поставил условие — только секс, никаких привязанностей, никаких вмешательств в частную жизнь, ничего. «Мы живем вместе, работаем, трахаемся и все. Пока кому-нибудь из нас не надоест». Ричард условия принял и даже придерживался их условно долгое время относительно своего существования. Пока в их стабильные отношения на основе ненависти и секса не вмешался прототип-неудачник. Старший брат. Коннор. RK800. Кареглазый щеночек, любимчик всего мира. Один из лидеров революции и приближенных людей Маркуса. Возлюбленный Гэвина Рида. Справедливость как всегда тщательно избирательна.  — «…конечно, это сильно мотает нервы. — Ричард пропустил пару вопросов, но теперь Рид снова выглядел серьезным. — Мы оба копы, нам нравится наша работа и мы стараемся делать ее на «отлично». Нам приходится жить по принципу «На первом месте рационализм, и никаких рефлексий». Поэтому мы никогда не работаем в паре. — Наверное, сложно все время находиться рядом, — предположила Сэнди. — На работе, дома. Это не утомляет? Коннор с Ридом насмешливо переглянулись. — Мы не живем вместе, — ответил RK800, глядя на репортершу. — И, может быть, это покажется вам странным, но за пять месяцев, что мы с Гэвином состоим в отношениях, едва ли наберется целый месяц, когда мы действительно были вместе. — Наши графики почти никогда не совпадают, — подхватил Рид. — К тому же Коннор стабильно мотается с Маркусом в другие города на деловые встречи. Даже работая в одном отделе, мы можем пересекаться только взглядами, но нам приходится придерживаться строгих ограничений, которые мы сами для себя вывели. — Например? — поинтересовалась Сэнди. — Мы не лезем в дела друг друга, пока кто-нибудь из нас не попросит о помощи другого, — принялся перечислять Рид, изредка поглядывая на Коннора. — Как я уже говорил, мы никогда не работаем в паре. Если с кем-то из нас что-то случается, мы не бросаем работу. Не подумайте, что это слишком жестоко. Напротив, помогает держать эмоции под контролем. — Мы были готовы к тому, что наши отношения всегда будут наполнены волнением и переживаниями, — подхватил Коннор. — Мы можем не видеться днями напролет, но всегда ищем хотя бы минуту, чтобы связаться друг с другом. Люди хрупкие. — RK800 с нескрываемой нежностью посмотрел в глаза своего человека и печально улыбнулся. — Единственное, что меня успокаивает, когда Гэвин не отвечает на сообщения, это мысли о том, что он профессионал. И он никогда не подставится за просто так. — Чего нельзя сказать о Конноре, — перехватил инициативу Гэвин. — Только за прошедший год он трижды оказывался в ремонте. — Дважды из-за тебя. — Коннор пихнул его локтем в бок. — На самом деле, да, я рискую немного больше, потому что мой напарник — человек, и защита его жизни всегда в приоритете.» В этот раз глухо хохотнул Хэнк, нервно дернув плечами. Ричард подумал о том, что слова предшественника правда, не так редко с вызовов Коннор возвращался перепачканным тириумом, а на Андерсоне не было ни царапины. RK800 тщательно подходил к своей задаче.  — «Гэвин, как вы миритесь с идеальностью своего парня? Андроиды славятся этим качеством. Рид поперхнулся и коротко рассмеялся, получив от Коннора свирепый взгляд и удар локтем в бок. — Если идеальность — качество андроидов, отличающее их от людей, то мой Коннор точно человек. Скажу вам по секрету, — Гэвин склонился к Сэнди, игнорируя то, как Коннор закатил глаза, — ему ужасно нравится раскидывать одежду. — Девушка выглядела удивленной, а Рид — довольным. — Он слишком долго был идеальным и это утомляло, — продолжил он уже нормальным голосом. — И я нахожу его привычку бросать пиджак на пол ужасно милой. Все, что делает он, я считаю априори милым. — Итак, ребята, это правда удивительно. То, что вы вместе, несмотря ни на что. Немногие могут похвастаться такой историей. Какие планы на будущее? Есть что-то конкретное? Рид и Коннор задумчиво переглянулись, насмешливо улыбнулись друг другу и ответили в один голос: — Отпуск! — и рассмеялись.» Сэнди прощалась с ними и заканчивала программу, поэтому Ричард перевел взгляд на бутылки с тириумным алкоголем напротив, посмотрел в свой ополовиненный стакан и, усмехнувшись, выпил остатки одним глотком, со стуком поставив стакан на столешницу. Андерсон рядом вздрогнул. — Думаю, я выражу наши общие мысли одной фразой, лейтенант, — с намеком на безудержный смех в голосе сказал RK900. — Мы проебались! — Хэнк мотнул головой, хохотнул раздраженно, опрокидывая в себя виски, и вдруг рассмеялся, наконец, повернувшись к невольному собутыльнику. — Вы пьяны. Отвезти вас домой, лейтенант?