«Просто» замена

      Тук. Тук. Тук. — Бан ПиДи-ним, вызывали? – дверь бесшумно приоткрывается, и в личный кабинет генерального директора компании BigHit Entertainment входит молодой мужчина. — Да, проходи. Менеджер уважительно кланяется и проходит чуть вперёд к небольшому столу, на котором удивительно чисто, лишь несколько листов лежит прямо перед носом директора, а сам он задумчиво крутит в руках свой телефон, смотря куда-то в сторону. Минута проходит в молчании, и СеДжин осмеливается спросить: — Вы что-то хотели? Бан Шихёк поднимает на него взгляд. — Предупреди BTS, через два часа у них выступление. Дебют. Брови менеджера поднимаются вверх, а лицо вытягивается в полном изумлении. — Что? Как.. как такое возможно? Нам же отказывали, прикрываясь тем, что времени нет, говорили через неделю, две...! — Артист, который должен был прибыть в это время, отказался в самый последний момент, и его нужно было кем-то заменить... Так сказать, заполнить пустую ячейку. Только что звонили, предлагали выступить. При этом тонко намекали, что у них есть ещё кого позвать, и мы им, собственно-то, и не сильно нужны. На самом деле, понятно, почему они именно нам позвонили... Думают, что компания всё равно не прибыльная, в шаге от банкротства, нам бы хоть где-то выступить. Не нравится мне это - их высокомерие и заносчивость. — Но тем не менее, Вы согласились... – осторожно проговаривает мужчина, слегка хмурясь. – Почему? Вы считаете... они готовы? — Нет. – отвечает Шихёк, откладывая телефон в сторону и складывая руки в замочек, — Просто верю в них. Вот и всё. В кабинете стало тихо. Менеджер снова в изумлении приподнял брови вверх, а в следующую же секунду принял спокойное выражение лица. Внутри проснулось уважение к своему директору. — Я пойду скажу парням, – Седжин кланяется, перед тем как открыть дверь, и слышит за спиной: — Только не упоминай про замену. Мужчина сжимает ручку двери сильнее и кивает, а после покидает душный кабинет. Путь до общежития не занимает много времени, поэтому он добирается до него быстрее обычного, несколько секунд шебуршит в старой замочной скважине, и открывает дверь. Сразу перед глазами предстаёт очень маленькая прихожая, наваленная друг на друга обувь, что не пройти, неприятный запах летает в воздухе, а следом Седжин слышит мальчишечьи голоса. — Тэхён-хён, это ты моё банановое молочко выпил? — А на нём не написано, что оно твоё... Эй, Чимин-а! Где мой клубничный йогурт? — Почему ты меня спрашиваешь? — Я его при тебе в холодильнике прятал. — Так вот он чей, – прерывается дискуссию Хосок. – Я его съел. — Ну, хё-ё-ён! – взвывает Тэ, как ребёнок. — Как ты мог на меня подумать. Друг ещё называется! – обиженно отзывается Чимин, разговаривая на надутых губках. — Ну, Чимин-и, не дуйся! — Хён! Ты должен мне банановое молочко, – недовольный голос макнэ звучит слишком мило, провоцируя мужчину на улыбку. — А ты, Хосоки-хён, мне йогурт! С клубникой! — Джин-хён, у меня там это... случайно... сковородка сгорела, – слышится виноватый голос Намджуна и сразу же вопль Сокджина: — Я так и знал, что тебя пускать в кухню нельзя! — И... я лопатку сломал... случайно. Честно. Через несколько секунд тишины в память о подгорелой сковородке, ни в чём не повинной, теперь уже сломанной, лопатке, и о нервах Сокджина, общежитие заполняется звонким смехом шестерых парней, и одним словом, которое так хорошо подходит под всё это, от Юнги: «Дурдом». Менеджер тоже стоит и улыбается, а потом резко становится серьёзным, вспоминая разговор в кабинете. Он делает несколько шагов и предстаёт перед ними, а парни, увидев его, быстро собрались в кучку. — Здравствуйте! – в полном синхроне склоняются и выпрямляются, до сих пор неловко чувствуя себя рядом с ним. Разумеется, кроме Ким Тэхёна, который с любыми найдёт общий язык. Он выходит вперёд, облизывает губы и улыбается, взлохматив чёлку рукой. — У вас с собой нет йогурта? — Тэхён!!! – хором выкрикивают парни и хватают его за руки, притягивая к себе. Менеджер застывает на месте и смотрит как парни неловко смеются, подталкивая Кима за свои спины, тот хлопает глазёнками, не понимая, а что, собственно, не так. Происходит какая-то возня. Они очень шумные, - думает мужчина и решает прекратить эту их суету. — Через два часа у вас первое выступление, – говорит он и слышит приятную тишину. Намджуна сглатывает подступивший комок к горлу и первый, кажись, из всех оживает: — Ч-что? Так рано? — Уже через два часа? – не может поверить в это Сокджин, присаживаясь прямо на пол. – М-мы... — Разве мы готовы? – озвучивает мысли хёна Хосок, чувствуя, как даже руки дрожать начинают. Он прячет их за спину. — Ребят.. – взволнованно зовёт всех Чимин, а в его глазах виден огонёк страха. — Так это же здорово! Мы ведь мечтали об этом! – Тэ ненамеренно перебивает друга, на эмоциях обнимая того и светя своей странноватой улыбкой-квадрат. Но от других такого энтузиазма не замечает. – Эй.. Ну чего вы? Конечно, они все действительно рады этому, как и сказал Тэхён, они мечтали показать себя, чуть ли не жили в комнате практики, раз за разом оттачивая движения, которые и так получаются с идеальной синхронностью. Они ждали дня, но не думали, что он наступит так внезапно, уже через два часа, даже меньше... Вдруг в голову прокралась мысль, что они не совсем готовы, прежняя уверенность в своих силах улетучилась, проснулось ощущение никчёмности, все движения перемешались в голове, и страх - налажать на сцене ещё больше сковал. — А почему так сразу? Планировалось же на следующей неделе? – выходит из оцепенения Юнги, поднимая подозрительный взгляд на Седжина. "Только не упоминай про замену" — Позвонили и сообщили, что нашлось специальное время для вас. Они решили, что было бы не плохо, если бы вы выступили там, – и ведь не совсем-то и врёт, просто чуть-чуть преувеличивает. — Так, ребята, – берёт себя в руки Намджун, оглядывая каждого участника. Он должен что-то сделать, иначе страх, тот же, что и у него, сожрёт их полностью. Они трудились столько времени, не спали по ночам, тренировались до седьмого пота, оттачивали свои навыки в рэпе и вокале не для того, чтобы сейчас поджать хвосты и позволить отступить. Даже, если ему и самому ужасно страшно... Мы готовы, – твердит внутренний голос, заставляя сжать кулаки. – Перестаньте! Мы очень усердно тренировались, нам есть, что им показать! Правильно Тэ сказал, мы же мечтали об этом. Все взгляды устремляются на него, а Джун, улыбнувшись, смотрит каждому в глаза, пытаясь скрыть свой собственный страх. Чонгук молча смотрит на него и ловит каждое слово, а Джин встаёт с пола. — Разве не дебютировать мы так хотели? Разве не хотели показать себя, показать свою музыку, свои танцы? Мы столько времени шли к этому... И вот он, настал день, так давайте же не трусить. Взгляд мемберов становится увереннее, на лицах появляются улыбки, они переглядываются между собой. Юнги усмехается, проходясь взглядом по всем, замечая боевой настрой в глубине глаз. Они готовы. — И чего же мы всё ещё стоим здесь? – со смешком спрашивает он, выгибая бровь. — Кто последний в комнату практики, тот убирается в общежитии неделю! – выкрикивает где-то уже у двери Тэхён, за ним срываются с места Юнги с Чонгуком, отталкивая в сторону Чимина, что быстрее их сориентировался. Убираться-то не охота. — ЭЙ! – кричит вдогонку Джин, и они с Хосоком и Джуном переглядываются. – Старшим нужно уступать! – быстро проговаривает он, быстрее пули вылетая из общежития. — Хосок, ну мы-то нормальные, – уточняет Намджун, заглядывая в глаза. — Пфф, конечно же, – машет рукой тот в ответ, спокойно делая шаги к двери, но, доходя, срывается с места. – Прости! Но я не хочу убираться! Намджун только успевает руку вперёд вытянуть и вздохнуть. Он ловит шокированный взгляд менеджера и перед тем, как выбежать за своими участниками, быстро кланяется. Я понимаю, почему вы верите в них. – думает менеджер, выходя из маленького общежития и закрывая дверь на ключ. – Было хорошим решением сделать его лидером. Они последуют за ним.

***

      После воодушевляющей речи лидера все мемберы изменили ход своих мыслей, теперь уже выйти на сцену не казалось чем-то страшным, наоборот, появилась уверенность в том, что они обязательно выступят хорошо, поэтому прибыли они к зданию с боевым настроем и с весёлым настроением, даже пару шуток испускали. Но, проходя по коридору к общей гримёрке вместе с менеджером и несколькими людьми из стаффа, волнение начало накрывать с головой каждого, поочерёдно; от прежней уверенности остался лишь маленький кусочек, который с каждой секундой становился всё меньше и меньше. Взгляды других айдолов из более примечательных компаний прожигают насквозь, заставляют даже ребяческого Тэхёна сглотнуть и облизнуть губы в напряжении. Заходят они в гримёрку уже в тревожных чувствах, неловко переодеваются в свою сценическую одежду, краем глаза посматривая на присутствующих, оценивая их одежду. Она выглядит дороже, лучше и свежее, по сравнению с их хип-хоп стилем. Это заставляет начать сравнивать себя с другими группами, придумывать себе минусы, и усомниться в своих силах. С репетицией танца становится всё ещё хуже. Громкие разговоры как-то отрицательно на них влияют, не дают сосредоточится на быстром повторении движений, синхрон теряется, мемберы начинают путаться, сталкиваясь плечами друг с другом, при этом мгновенно извиняясь. Выглядят так жалко, честно говоря, что менеджер даже замечает усмешки с некоторых сторон, насмешливые взгляды, которые те пытаются скрыть. Чимин со стыдом прячет взгляд, отворачиваясь к стенке, Хосок неловко чешет шею, переставая танцевать, младший молча мечет быстрый взгляд в каждого и от нахлынувших эмоций поджимает губы. Намджун смотрит на одного мембера, на другого, на третьего... и сам уже в полном замешательстве, совершенно не знает, что сказать, чтоб даже себя самого успокоить. Как он может заставить участников поверить в самих себя, если даже сам в себя поверить не в состоянии? И как им через сорок минут на сцену выходить? Его самого охватывает лёгкая паника, когда он безумным взглядом проходится по унылым лицам ребят, по их полному смятению, опустившимся плечам... — Хорошо потрудился... лидер, – на его плечо опускается широкая ладонь, а сам Юнги выходит вперёд. – Ну и чего вы встали? – обращается он к участникам группы. Хоть по фразе и не скажешь, но голос у него ровный и спокойный. Юнги не упрекает, а пытается разобраться в проблеме. — Но они же... — Они - это они, – перебивает парень, бросая взгляд на робкого Чимина, что сразу же замолкает, – а мы - это мы. Намджун поднимает на него взгляд, как и остальные. Те слова, которые не мог найти он, нашлись у Мин Юнги. — Они не имеют к нам никакого отношения, поэтому... давайте перестанем париться и сосредоточимся на нашем деле, – он заглядывает Чонгуку в глаза и треплет его по волосам, по-доброму усмехаясь. – Иначе наш макнэ сейчас разревётся. — Ничего подобного! – отклоняется в сторону младший и протирает глаза. Джин с Хоупом начинают улыбаться, следом присоединяется Чимин, который слишком напористо пытается заглянуть в лицо Чонгуку, что закрывается как может. — А ты, тэхён... Тебя вообще не заботит мнение других о себе, а сейчас то что? – усмехается Мин, кидая взгляд на парня, что будто приклеился к дивану. Тот смотрит в одну точку, словно зависший компьютер. Всё-ё-ё, связь потеряна, – думает Юнги, но не удивляется, ведь тот часто покидал реальность, уходя в свой собственный мирок. — И правда! Чего это я? – оживает Тэхён, вскакивая с места, и становится рядом с мемберами, расплываясь в улыбке-квадрат. Ему-то всё равно, что о нём подумают, но неловкость парней стала и его неловкостью тоже, – он почувствовал то же, что и они все. Парни смеются, одаривая его снисходительными взглядами. — Намджун-хён, идём к нам, – зовёт Чимин лидера, стоявшего поодаль от них, будто не с ними. Атмосфера стала намного лучше, даже легче. Парень проходится быстрым взглядом по каждому, останавливаясь на Юнги. Ему даже говорить ничего не нужно, тот прекрасно всё понимает, поэтому коротко кивает и взглядом указывает в место между ними всеми. Я благодарен тебе, Мин. — Ребята... – Намджун замыкает этот круг, вытягивая руку вперёд. Чимин реагирует быстрее остальных и кладёт поверх его ладони свою, притягивая за собой и ладонь макнэ. Мемберы переглядываются и, не долго думая, одновременно протягивают руки следом, а лидер проговаривает: — Просто давайте хорошо выступим, чтоб потом не жалеть. Мы справимся. Директор, вы собрали не просто группу, – менеджер приподнимает один уголок губ вверх, – вы собрали семью. На записи выступления с Джином случился неприятный конфуз. Как бы это смешно не звучало, но с него слетели штаны, поэтому нужно было начать всё заново. Джин тогда в гримёрку зашёл в самых расстроенных чувствах, его весь стафф успокаивал, и парни крутились рядом, подбадривая, говоря, что «ничего страшного не произошло», «Никого ты не подвёл. Всё в порядке». Конечно же, и без смеха и ироничных фраз парней не обошлось, – «Зато ты первый, у кого слетели штаны на сцене». Кстати, это звучало из уст Тэхёна. Джин тогда лишь шмыгнул носом и уставился на него, а тот издал что-то похожее на смех и скрылся за спиной Шуги. — Эй, скауты, на сцену! – кричит с прохода мужчина, едко усмехаясь над названием группы. Менеджер, прежде чем пройти мимо него, недовольно опускает взгляд вниз, заглядывая в глаза, ведь тот ниже его. — Бантан сонёндан или BTS, – поправляет он его и становится у стены напротив прохода. Тот лишь хмыкает и закатывает глаза. Чонгук, проходя мимо новичков, таких же, как они сами, вдруг слышит явную издёвку: «Ха, ну и название. Неудачники. А лидера их видели?» от которой руки в кулаки сжимаются, и он затормаживает напротив. — Что? Да, ему всего 16 и он на половину головы ниже, но это не отменяет того факта, что он готов сейчас их ударить. Но останавливает широкая ладонь на плече. Мин Юнги. — Чонгук, идём, – зовёт он и легонько толкает к двери. И, когда тот сжимает челюсти и отрывает взгляд от айдолов, делая несколько шагов вперёд, Юнги всё-таки подходит ближе к ним. На самом деле он не хотел с ними связываться, что-то им говорить. Разумнее, считал он, просто проигнорировать, но сейчас понимает, что не сможет просто взять и уйти. Даже их милый макнэ готов был начать взбучку. Дело не только в том, что те посмеялись над их названием, но они и лидера их осмеяли. И Юнги хорошо понимает, почему Чонгука это так задело. — Просто смотри, как мы вас сделаем, – уверенно проговаривает он, не спуская лисьего взгляда с нахмуренного лица напротив.