У любимых особый статус

POV-Тсуна Мы поссорились прошлой ночью. Да, я люблю его, действительно люблю. Но он не поверит мне, пока я не лягу с ним в одну кровать, это так. Уже полгода я встречаюсь с Рокудо Мукуро. Он с самого начала понравился мне, а когда предложил быть вместе, моей радости не было предела. Примерно через месяц он предложил мне заняться с ним любовью. Это должен был быть мой первый раз, до этого у меня и вовсе не было парня или девушки, не говоря уже о сексе. Но я не смог. Когда он начал раздевать меня, все тело задрожало, а из глаз потекли слезы только от мысли, что будет больно. Мукуро, заметив мое состояние тогда, в первый раз, остановился, сказав, что дождется, пока я не соберусь, что не станет давить. Однако с тех пор я постоянно только и слышал пошлые намеки, чувствовал его нежные прикосновения в интимных местах, стоило нам встретиться. Он действительно хотел меня. С тех пор мы еще много раз пробовали, но безуспешно. Всякий раз я, заливаясь слезами, отталкивал его от себя, говоря, что не готов. Так было и вчера. FLASHBACK - Эй, я, правда, сделаю все, чтобы тебе понравилось, - прошептал Мукуро, нежно поцеловав меня в губы. Затем он аккуратно кладет меня на мягкую кровать, вполне сравнимую с пушистыми облаками, уносящими куда-то вдаль, за пределы действительности. К реальности возвращали лишь страстные, но совсем не принуждающие, ласки любимого. Он целует мою шею, грудь, одной рукой нежно гладит живот, а другой медленно проводит по бедру, и от этого по телу разливается приятное тепло и становится так хорошо. На секунду он приподнимается, возвышаясь надо мной, однако тут же наклоняется и страстно целует, убирая руку с бедра. Момент и я уже почувствовал ее на своей щеке. И затем вновь ласки, ласки, ласки! Через некоторое время ощущаю его руку у себя на спине, которая медленно спускается все ниже и ниже, пока не проникает под ткань штанов, касаясь обнаженной кожи. Чувствую, как в кровь выплескивается адреналин, и она разжигается новым пламенем, более горячим. Но в это же время на сердце возникает беспокойство, тело начинает дрожать и мной вновь овладевает паника. Я боюсь. Никогда не знал, каково это заниматься любовью, но боялся, что будет больно. И это не позволило нам с моим любимым человеком, с Мукуро, довести дело до конца несколько раз. Тем временем он все более настойчиво ласкал меня, не позволяя сконцентрироваться на этой мысли. С губ срываются все более громкие стоны, хоть я и пытаюсь их сдерживать. Из головы все не уходит эта злосчастная мысль о боли, тело начинает дрожать с новой силой. - Да не бойся ты, - прошептал Мукуро, который все это время всматривался в мое выражение лица. Затем он свободной рукой аккуратно погладил мою щеку. – Все будет хорошо. Нагнувшись, он поцеловал меня. Я тут же почувствовал, как его язык проникает в мой рот. Мукуро завел руку ко мне за голову и слегка надавил на затылок, чтобы прижать меня к себе еще сильнее, настолько, насколько это вообще было возможно, а может даже еще сильнее. Он любит меня, поэтому я понимаю его желание заняться любовью со мной. Однако мне страшно. Так страшно, что я не контролирую ее, эту преследующую меня боязнь. Что-то во мне так и твердит «будет больно» и я останавливал Рокудо и убегал, боясь смотреть ему в глаза. Опасаясь, что он меня не простит. Тем временем Мукуро стягивает с меня штаны, и руки уже сами начинают тянуться к нему, чтобы остановить, но я лишь сжимаю кулаки, заставляя себя лежать смирно, зажмуриваю глаза, чтобы не видеть этого. Он подносит пальцы, отчего я резко раскрываю глаза, полные ужаса. Он, видимо следя за моей реакцией в этот момент, нагибается и нежно прикасается своими губами к моим. - Не бойся, - нежно шепчет он. – Все будет хорошо. - Н-нет, - едва выдавливаю я из себя, а на глаза наворачиваются слезы, но мне удается их сдержать, поморгав несколько раз. – Я не могу, Мукуро. От этих моих слов он тяжело вздыхает, а затем, внимательно посмотрев мне в глаза, говорит: - Рано или поздно тебе придется пройти через это. - Тогда поздно, - говорю я, садясь на кровать. Я не верю, что в очередной раз отказываю ему. Но мне страшно как никогда. Кажется, что я не смогу перетерпеть эту пытку. - Ляг я сказал! - внезапно повысил он голос, когда я потянулся за своими брюками, а затем, схватив меня руками за плечи, резко надавил, заставив вновь лечь. - Эй, Мукуро, - попытался убрать я его руки, но бесполезно. Он сильно прижимал меня ими к кровати. - Если сам не можешь решиться, то я заставлю, - рявкнул он и, убрав одну руку, вновь потянулся ей к моим ногам. - Нет, - вскрикнул я, уже не отвечая за себя. – Прекрати! Однако парень не услышал этого, а точнее просто не слушал. Он уже было начал погружать пальцы внутрь, но его остановил резкий удар. Я не выдержал и со всеми силы ударил Мукуро по лицу. Тот от неожиданности не смог удержать равновесие и упал с кровати. Я же, тяжело дыша, быстро схватил трусы и штаны, а затем побежал в ванную комнату, вовремя закрыв за собой дверь на засов. - Тсуна, открой! – крикнул Мукуро, начав сильно тарабанить руками по двери. - Да пошел ты, - истерично взвизгнул я, натягивая на себя одежду. Я просто поверить не мог, что мой любимый человек способен на подобное. - Позволь войти, я не трону тебя, - вновь попытался убедить меня парень. - Нет! – еще более громко закричал я, а затем, всхлипнув, тяжело съехал, прижимаясь спиной к двери, на пол. – Да как ты можешь? Убирайся. - Тсуна, - тихо прошептал он, но я это все равно услышал. Затем же до меня донеслись звуки того, что он начал одеваться. Через пару минут хлопнула входная дверь. Он все же послушал меня и ушел. Я вытер рукой слезы с глаз и щек, которые я все же не смог сдержать, однако на их место тут же пришли новые. В сердце защемило. Я так грубо обошелся с ним. Да, он тоже не был любезен со мной, принуждая, но ведь Мукуро все же любит меня, я уверен. И столько раз я отказывал ему. Конечно, он расстроился, поэтому и поступил так. В груди начало болеть еще сильнее. Какой же я подлец. Еще и ударил, дурак. Однако извиниться теперь я тоже не могу. Его лицо в момент, когда я сказал нет. Сначала было разочарование, как и всегда, но затем гнев. Он разозлился, что я опять дал ему эту мнимую надежду и тут же отобрал. Но поступать так… Черт, что же мне теперь делать? Не понимаю. Но решиться вновь на такое я никак не могу. И если я вновь откажу ему, Мукуро меня не простит. А может он и прав? END OF FLASHBACK От воспоминаний мои руки затряслись, отчего купленная недавно слойка начала сыпаться, на штанах тут же появилось много крошек. Аппетит пропал, поэтому я, даже не раздумывая, кинул вкусняшку местному песику, живущему за счет учеников школы. А я так надеялся перекусить на этой перемене. Посмотрев на уже съевшего слойку песика, я мысленно ему позавидовал. Мне бы сейчас такой аппетит. - Эй, дурехи, чего сидите тут одни? – словно резкий раскат грома выкинул меня из раздумий голос девушки, подбежавшей к соседней лавочке. Там были две мои одноклассницы, все это время тихо уминающие свои диетические йогурты. – Вы что, не слышали? На территорию школы вторглись какие-то чужаки. - Да? – тут же завизжала одна из сидящих. – Что за школа? - На них обычная одежда, не форма, - мигом ответила визитерша. – Но они точно не местные. Видели бы вы какие красавчики. - Правда? – тут же завелась вторая, выкидывая пустую баночку из-под йогурта в мусорку. – И где они сейчас? - У главного входа. Пойдемте, посмотрим! Сидящие девушки молча согласились, подскакивая со своих мест, и ринулись за ведущей их подружкой. - Мукуро, - произнес я и по моей спине пробежали мурашки. Никаких сомнений - это он пришел. И что мне делать теперь? Да, я хочу его увидеть, но боюсь. С другой стороны, он приехал сюда, прогуляв. Не думаю, что он так просто уйдет ни с чем. Подумав об этом, я поднялся со своего места и направился туда же, куда и недавно убежавшие девушки. Руки тряслись, хоть я и старался не нервничать. Мукуро наверняка извинится сейчас и все наладится. Не знаю, правда, что мне делать далее, но я наверняка придумаю. Я не могу без него, а это значит, что я точно найду выход из этой ситуации. Уверен, мы справимся.

* * *

Да, интуиция меня не подвела и в скором времени, когда я обогнул школу, мне в глаза бросилась синеволосая шевелюра моего парня. Я невольно улыбнулся, а легкая дрожь пропала. Все-таки один только его вид успокаивает. Сейчас парень, как и всегда, был в сопровождении Кена и Чикусы, его лучших друзей. «А стоит ли подходить?» - вновь спросил я у себя, но прежде чем окончательно решился, Мукуро заметил меня и уже шел в мою сторону. - Вижу, ты в порядке, - сказал он, тем самым привлекая мое внимание. От этого я невольно дернулся. Парень, заметив мой испуг, сделал шаг назад, чтобы не пугать меня еще больше. - Да, - неуверенно произнес я. – В порядке. Затем настала немного неловкая пауза. Я просто не знал, что сказать, а он почему-то внимательно смотрел на меня, ожидая, когда же я смогу нормально на него посмотреть, не опуская постоянно взгляд и не краснея. По крайней мере, так показалось мне. Он тянул резину, почему-то не решаясь начать. - Нам надо расстаться, - внезапно произнес Мукуро. - Что? – удивленно произнес я, в очередной раз подняв взгляд. В моих глазах виднелся страх. Я просто не мог поверить, что он скажет нечто подобное. Он мог извиниться, мог потребовать извинений от меня, но никак не предложить расстаться. Нет. Я не хочу этого. Я люблю Мукуро и не хочу расставаться с ним. – Как так? Почему? - Потому что я не хочу встречаться с тобой, - коротко, но ясно, ответил он, холодным взглядом просверливая во мне дырку, а точнее в моей душе. И с каждой секундой он высверливал из меня, словно сверло дантиста кариес, все доброе и светлое, оставляя лишь тьму, пустынную мрачную бездну. - Нет, - вскрикнул я. – Ты не можешь, мы не можем. Мы ведь любим друг друга, Мукуро. Сказав это, я попытался подойти к нему, образумить парня своим прикосновением, но тот ловко увернулся, запрещая мне приблизиться ближе дозволенного. - Я не собираюсь встречаться с тем, кто, говоря о любви, не может даже выдержать слабую боль ради любимого человека. - Мукуро, - прошептал я. Это единственное, на что меня сейчас хватало. Я вновь попытался подойти к нему, но парень просто сделал несколько шагов назад, и мне этого не удалось. Я едва сдерживался, но из моих глаз все равно потекли слезы. Повезло, что все окружающие уже перестали интересоваться чужеродной троицей и потихоньку начали расходиться по классам, чтобы успеть вернуться до звонка. - Я не люблю тебя и не любил, - фыркнул напоследок парень, словно контрольным выстрелом окончательно добив уже без того раненого меня. - Но я люблю, - прошептал я, попытавшись в последний раз донести до него, как много боли причиняют его слова. - Не заметно, - ответил он, уже отвернувшись от меня, а затем направился к Кену и Чикусе, благополучно ожидающими у ворот. От вида его удаляющейся спины в голове стали возникать образы минувших недель, проведенные с Мукуро дни, что добивало еще сильнее. «…Кто, говоря о любви, не может даже выдержать слабую боль ради любимого человека», - пронеслись его слова у меня в голове. - А было ли ради кого терпеть эту боль? – произнес я, даже не надеясь, что меня услышат. Однако он услышал и с легким удивлением посмотрел на стоящего на том же месте меня, но я отвел взгляд, а затем развернулся и пошел прочь, в школу. Все уже было сказано. Однако внезапно я услышал, что люди вокруг стали переговариваться более громко. К Кену, Чикусе и уже вернувшемуся к парням Мукуро подошел глава дисциплинарного комитета, Хибари Кея. Повязка на его руке четко выражала все его полномочия, а суровый взгляд – намеренья. - Ой, какой красавчик, - тут же заулыбался Рокудо, будто только что он не бросал парня, с которым встречался больше полугода. – Ты что-то хотел? Выполню любую просьбу. - Убирайтесь отсюда, - рявкнул Кея. – Ученики с других учебных заведений не имеют права приходить сюда, особенно в учебное время. - Ты уверен, что это твое желание? – сделал наигранно грустное выражение лица. – Ты ведь можешь просить что угодно. - Вряд ли ты выполнишь просьбу спрыгнуть с самой высокой многоэтажки этого города, - зло проговорил Хибари и уже через несколько секунд вытащил тонфы из-под пиджака, слегка накинутого на плечи, рукава которого свободно развивались на легком ветерке. – Убирайтесь или я забью вас до смерти. - Ой, кажется, рассердился, - лишь продолжил корчить рожи Мукуро. Пожалуй, это была одна из его худших черт. Он будет баловаться до последнего, пока дело не запахнет жареным. Только вот он совсем не знал Хибари, а значит и не понимал, что сейчас из него действительно сделают отбивную. Именно поэтому на его лице появился неподдельный испуг, когда Кея напал. Рокудо, будучи слишком удивленным, не устоял на ногах и упал на землю. В нескольких сантиметрах от его головы оружие Кеи ударилось о землю. От этого синеволосый испуганно взвизгнул. Хибари вновь поднял руку, чтобы нанести удар Рокудо, но, сам не знаю почему, я остановил его. - Стойте! – из всех сил взвизгнул я и ринулся в сторону главы дисциплинарного комитета. Обычно я избегал Хибари, боясь лишний раз попасть под горячую руку, но почему-то, пусть Мукуро и столь жестоко бросил меня недавно, я не хотел, чтобы ему было больно сейчас. И Кея остановился, зло посмотрев на меня. - Они уже уходят, - тяжело дыша из-за бега, тихо произнес я. – Пожалуйста, не трогайте их. Когда я сказал это, то мельком взглянул на поднимающегося на ноги Мукуро. - Уходи, Мукуро, - зло произнес я, давая тем самым понять, что это совсем не значит, что я простил его. - Будь по-твоему, - фыркнул на это Хибари и, спрятав тонфы, ушел. Мукуро тоже медлить не стал и в сопровождении своих друзей покинул территорию школы, даже не обернувшись и не посмотрев в мою сторону.

* * *

Было больно, невероятно больно. Полгода мы были вместе. Он целовал меня, обнимал постоянно, признавался в любви чуть ли не каждый час, а теперь с такой легкостью бросает. «Я не люблю тебя и не любил», - вновь проносятся в моей голове его слова, а перед глазами так и стоит его выражение лица, полное злости и отвращения. Словно сознание этими вставками из прошлого пыталось убедить меня, что я ошибался в нем все это время. И мне уже даже верилось, что это так. Задумавшись, я даже не заметил, как прошел свой класс. Собственно, в таком состоянии мне нечего делать на уроке. А даже если решу зайти, то меня точно выгонят. Под руку попалась распахнутая настежь кладовка с инвентарем, в которую я абсолютно без стеснения забрел, прикрыв за собой дверь. Вдоль одной из стен стояли дополнительные стулья, на один из которых я тут же сел. Здесь меня точно никто не побеспокоит. Подумав об этом, я потихонечку лег. Когда голова коснулась твердой поверхности, стало немного неудобно, и я, вновь сев ненадолго, снял пиджак и подложил его себе под голову. Сам не заметил когда и как, но я уснул. Наверное, на это повлияло то, что я полночи не спал, просидев в ванной комнате и думая о Мукуро. А может быть и то, что я попросту был расстроен из-за расставания. Голова сейчас по ощущениям напоминала набитую пухом подушку. Совсем не получалось думать о чем-либо. Сон был необходим, и я просто отдался Морфею, надеясь, что хотя бы он избавит меня от этой боли в груди, от этого внезапно окаменевшего сердца, ставшего тяжелее гири. И в самом деле, со сном боль ушла. Мне ничего не снилось, но было так хорошо, что я, обняв пиджак, не просыпался до самого конца уроков, даже не слыша громко трезвонящего звонка и не чувствуя рук, так аккуратно и нежно поднявших меня и унесших прочь с этих пыльных и жестких стульев.

* * *

Открыл я глаза от режущего глаза красного света. Это уже уходящее за горизонт ярко-алое солнце намекнуло мне, что спать нужно ночью, а не днем. - Что? – резко произнес я, подскочив. Я точно помню, что заснул в кладовой, но никак не здесь. Более того, я даже не знаю, где я. - Проснулся? – фыркнул кто-то, стоящий по правую сторону от меня. Еще по голосу я узнал кто это, но только после поворота головы окончательно убедился, что это никто иной как Хибари Кея. - А, да, - кивнул я, испуганно поднявшись с мягкого дивана. – Где мы? - Кабинет главы дисциплинарного комитета, - без каких-либо эмоций произнес он. Неудивительно, что я не узнал это место. Я и не был здесь ни разу до этого. - А как я здесь оказался? – спросил я, но уже не так уверенно. Кея был известен своей вспыльчивой натурой, и всеми этими вопросами я боялся разозлить его, что, собственно, и случилось. - Может, это мне лучше спросить, какого черта я нашел тебя спящим в кладовке? – раздраженно произнес он, зло смотря на меня. - Извините. Пожалуйста, простите, - лепетал я, пытаясь придумать оправдание, но в голову так ничего и не приходило. - Да и еще ты был с тем учеником с другой школы, - еще с большим гневом говорил он, подходя ко мне, что волей-неволей заставило меня испугаться за свое благополучие. - Да, понимаете, я… - уже и не зная, что сказать, я сделал несколько шагов назад, боясь того, что Хибари подходит все ближе и ближе. - Пошел прочь, - лишь фыркнул он, внезапно махнув рукой и отвернувшись. – Я позже придумаю наказание для тебя. - Хорошо, - кивнул я и, не дав упасть накинутому на мои плечи пиджаку, выбежал из его кабинета. Сердце колотилось словно сумасшедшее; я не на шутку испугался. Повезло, что он не напал на меня так же, как на Мукуро, а то в следующий раз я бы приехал домой в виде вазочки с пеплом. Придя домой, я взялся за уроки. Происшествие с главой дисциплинарного комитета позволило мне хоть немного отвлечься от расставания с Мукуро. Но оба этих случая висели на моем сердце, словно пара гирь на весах, окончательно опустивших чащу с названием «несчастье» до самой земли. Именно с таким чувством я лег спать.