Прочитай мои фантазии.

Намджун подобрал эту тетрадочку у ворот школы. Тёмно-серая с белой, выполненной каллиграфическим подчерком надписью, написанной мелким шрифтом, она не выделялась на фоне серого асфальта, однако привлекла внимание альфы. — Чья она? — спросил Чонгук, кивнув в сторону находки. — Здесь написано только: «Мин Шуга». — Намджун повертел ее в руках и кинул на стол. Они сидели на улице в любимой школьной кафешке, где чаще всего и зависали. Намджун, Чонгук и Хосок — элита местной школы. И дело не столько в родительских деньгах, сколько в сильных феромонах. Люди с такими феромонами — редкость, и этим парням повезло. Печально. Джун может заполучить любую омегу, просто включив «свой природный магнетизм», но ни один омега не может разбудить в нём страсть или хотя бы интерес. — Прочитай последние записи. Может это чей-то дневник. — обратился Хосок к младшему и откусил немного от плитки шоколада. — Нельзя лезть в личную жизнь человека, — поучающе произнес Гук, но последнюю страницу всё же открыл. Младший ошарашенно вскинул брови, открыл рот, снова закрыл. — Что там? Читай! — скомандовал Ким и отхлебнул немного энергетика. «...Намджун пронзил его, и Чонгук застонал. «Ещё!» — требовал он: «Глубже». И Ким шел у него на поводу, втрахивая тело младшего альфы в дверь туалетной кабинки.» Намджун поперхнулся, закашлял и, оставшаяся во рту жидкость вылилась на тротуарную плитку. — Что? — Хосок бесцеремонно выхватил тетрадку из рук брата и, открыв страницы на середине, принялся читать. «...Ну что? — произнес Намджун, улыбаясь, — Хочешь продолжить? — Я… Я…- задыхаясь от удовольствия, рвано шептал Чонгук, -… вытащи это… Я хочу твой…» — Дай сюда! — вдруг вырвал книжку старший и застыл, пробегая глазами по строчкам. — Что за бред? — Действительно, — повернулся к нему Гук и привстал, чтобы увидеть продолжение. — почему я снизу? Намджун сурово взглянул на него и снова кинул тетрадь на стол. — Кто бы это не написал, я ему голову откручу. — Мы его искать будем? — Возмутился Хосок, не желающий вставать. — Будем. ✓ ✓ ✓ Юнги сидел на скамейке на уроке физкультуры. Скоро начнется течка, видимо поэтому омегу мутит. Паренёк смотрит, как флиртуют его одноклассники-омежки, играющие с альфами и в волейбол. Смотрит на их счастливые улыбки, а у самого слезы на глаза наворачиваются. Без своей тетради он никуда. Ни новый фанфик написать, ни старые перечитать. А ещё хуже, если его тетрадь кто-то обнаружит. Вот этo, действительно, будет жопа. Эту троицу Юнги встретил ещё в прошлом году, когда он в составе другой школы приехал в парк на День спорта. Мин хилый, щуплый, но ногами работает быстро. Они стояли у фонтана, когда Юнги, занявший первое место по бегу, проходил мимо. Да, проходил. Чуть ли не впритык к Намджуну, в котором узнал истинного и на котором висел Чонгук. Но истинный его не унюхал, не сгреб в охапку, не признал. Мину захотелось разреветься на месте. Он знал. Знал, что его феромоны слишком слабы, ведь течка началась очень поздно. Знал, что альфа не будет чувствовать потребность в нем так сильно, как если бы у Мина были сильные феромоны. Тогда Мин молча ушёл. А теперь… Он и сам не помнит, когда начал писать о них. Просто начал. Читателями прикрываться легче, мол, это они требуют. Легче. Легче молчать, что вместо Чонгука омега представляет себя и иногда даже грешит, вставляя в себя небольшой дилдо. Намджун не узнает. Родители не узнают. Никто не узнает. Поступил Мин в эту школу только пару месяцев назад, но отношения с одноклассниками не заладились с самого начала. Хотя был один, Пак Чимин, кажется, что хотел подружиться, а Юнги отказался. Узнает Чим о его маленьком извращённом хобби — будет презирать. ✓✓✓ 2 часа спустя. Намджун попросил о помощи Техёна —омегу Чона младшего и не пожалел. Техен из тех омег, которые всегда вкурсе последних новостей и сплетен. — Хмм… Мин? — уточнил омежка, вальяжно отставив левую ногу. — В одинадцатые недавно перевелся один омега... Я поспрашиваю и скажу наверняка. — Надеюсь на тебя. — Намджун отобрал у Тэ тетрадь, чтобы он не увидел ничего лишнего.  — Уведёшь его, и я тебя убью. — прощебетал Тэхен, перед уходом. Черт! Джун же знал — у Чонгука язык без костей! Уже через полчаса трое альф и двое омег сидели за излюбленным столом. — Это Чимин. Учится с вашим Мином в одном классе. — Где этот Шуга сам? — оскалился Ким, взглядом сверля Хосока, что бессовестно пускал слюни на Пака. — Ты мой! — чуть ли на всю улицу вдруг заявил альфа, заставив замолчать людей за соседними столиками. Чимин робко приоткрыл губы и опустил голову. — Истинный? — спросил Гук, но его даже не услышали. — Мой... - шептал Хосок, словно в бреду. Он коснуснулся рукой нежной ладошки, что лежала на столе, и Чимин в миг покраснел, смутился и отвёл взгляд. — Юнги стало плохо. Он пошел домой. — Еле проговорил Чимин, прикусил губу и задержал дыхание, увидев, как Хосок провел языком по зубам: от клыка до клыка. Омегу сегодня же пометят и оттрахают. Ким закатил глаза. — Адрес этого писателя? √. √. √. — Открывай, ублюдок! — Закричал Ким, «легонько» ударив по металлической двери, но Юнги, сидевшему в зале, показалось, что весь дом с места сдвинулся. Мин сглотнул и пошел в коридор, дрожащими руками попытался открыть дверь. Отсиживаться не лучший выход. — Пожалуйста, успокойтесь. Что случилось? — Выглянул Мин в проём, не отцепляя щеколды, и упал под гнетом феромонов разъяренного альфы. Его альфы. Потек сразу. — Ты Мин Шуга? — Ким дёрнул многострадальную дверь на себя с такой силой, что щеколда сломалась. Альфа буквально подлетел к омеге и взял его за шиворот. — Гнида, думаешь, про меня всякую херь писать можно?! Юнги не может двинуться. Всё тело окутало болезненной истомой, но Ким рядом, омега чувствует его и это дарит облегчение. Наивно. Юнги поднял глаза. Желая что-то ответить, приоткрыл губы, но не смог ничего произнести. Намджун принюхался к запаху течного омежки и замер. Сглотнул. — Серьезно? — ухмыльнулся он, глядя на Юнги, что безвольной куколкой повис у него на руках. Мин течёт, прижатый к стене, его широкие домашние шорты немного промокли внизу, ткань кофты, растянутая Кимом, поползла вверх, оголяя молочную кожу живота. Альфа успокаивается моментально. Всю злость как рукой снимает. Намджун снова блокирует феромоны, не даёт больше просочиться наружу. Всё ещё не может поверить — Мин Шуга его истинный. Этот изврат с посредственными феромонами… Альфа запирает дверь и тащит дернувшегося омегу в кровать. Мягкий запах сирени заставляет вжать омежку лицом в подушку и уткнуться в его макушку носом. Сладко. Уютно. — Не надо…- пищит Юнги, понимая, что если у них всё будет и альфа пропадет, бросит его, омега этого не переживет. — Заткнись. — рычит в ответ Намджун. Грубо стаскивает с омеги одежду. — Когда ты писал о нас с Чонгуком, что представлял? Юнги нервно прикусывает губу, прячет покрасневшие щёчки в подушке и молчит. Мин разводит ноги шире, когда без особых любезностей Намджун вставляет в него палец. Омежка тихо стонет, пытается расслабиться и получить удовольствие, понимает, что нежностей не будет.  — Говори! — требует Джун, растягивая свою пару, — Чего тебе хотелось в этот момент? Мин всхлипывает и отрицательно мотает головкой. Это настоящее унижение. Ким беззлобно рычит и оставляет отпечаток своей руки на белой ягодице. Юнги взвизгивает, дергается, желая освободиться. — Я не буду больше спрашивать. — Над самым ухом шипит Намджун, заставляя Мина покрыться мурашками. — Тебя. — всхлипывает снова омежка, прикрыв ладонью глаза. — Мне хотелось тебя. Намджун на секунду замирает, затем с рыком переворачивает Юнги на спину. Желание увидеть лицо бесстыдного омеги становится невыносимым. Сжимая талию парнишки, вставляет и медленно входит до упора. Юнги под ним охает, удивлённо распахивает глаза и открывает рот. Первый болезненный стон вырывается через пару мгновений: Ким слишком глубоко. Что было дальше омега и вспомнить толком не может — всё как в тумане. Помнит только ощущение, словно его сейчас разорвет изнутри. Оно повторялось раз за разом, сводило с ума от удовольствия. Намджуна было много. Невообразимо много. Юнги даже кажется, что его руки вновь блуждают по его груди. Омега открывает глаза, щурится и часто-часто моргает, потому что альфа дышит ему в лицо. Правая рука Кима действительно лежит чуть выше живота, левая же расположена под поясницей омеги. Они спали, соприкоснувшись лбами, чувствуя тепло друг друга. Но Мин уже не спит, а страх, что Намджун оставит его одного, съедает изнутри. Омега встаёт. Течка. они даже не предохранялись… Юнги прикрывает ладонью рот. Накатывает паника. Что будет делать восемнадцатилетний омега, один, с ребенком на руках? Как будет работать? Где жить? Ведь у Юнги даже родителей нет. Будить альфу не хочется, но Мин уже плачет. Беззвучно взвыв, поднимается с кровати и нежно убирает руки альфы. Только бы не разбудить. Но и сил сдерживаться нет. Юнги высвобождается, но в последний момент его, схватив за руку, тянут обратно. — Что, натрахался и теперь убегаешь? — сонно бубнит Ким, разворачивает омегу лицом к себе слишком быстро, Мин не успевает смахнуть слезинки. Джун приподнимается, хмурится, фокусируя взгляд на заплаканном личике. — Ты чего ревёшь? Если что, это было по обоюдному согласию. От этих слов внутри что-то ломается, омежка срывается и плачет в голос. — Что случилось-то? — теряется альфа. Он совсем утешать не умеет и плачущий омега ему совсем не импонирует. Ким чувствует себя слишком слабым, чтобы что-то сделать, беспомощным перед слезами своей пары. — Если не заткнешься, я тебе рот заклею. Альфа прижимает омежку к себе, и последнему становится легче. Он жмётся сильнее, словно хочет впечататься в смуглую кожу, утыкается носом в выемку на шее своего партнёра, трётся о его ключицу щекой, размазывая свои слёзы. — Не бросай меня. — слова вырвались из уст сами. Мин смутился, занервничал, ожидая ответа Намджуна, но альфа лишь загоготал. — Мелкий извращуга, куда я денусь? И на тебе стоит моя метка. — Ты можешь уйти… я даже не смогу тебя остановить. — Уйти к кому? Ещё раз напишешь, что мы с Чонгуком вместе, я с тебя три шкуры спущу. Исправь там всё на своё имя. — Да… — всхлип. Намджун встал. — Собирайся. Через полчаса уроки начинаются и, кстати, вечером будь готов в шесть часов. — К чему? — на локтях приподнялся Юнги. — Буду трахать тебя в кабинке туалета.- ухмыльнулся Джун и, приблизившись, поцеловал кончик вздернутого носа. — А? Намджун поднял с пола серую тетрадочку и бросил ее в руки омеги. — Я должен воплотить в жизнь все твои фантазии.