Послушный

Ви медленно снял с себя накидку, разобравшись с хитроумными завязками, и аккуратно сложил её на край раковины, следом снял сандалии. Поправил выбившуюся из-за уха чёлку, бросил взгляд назад: дверь в ванную была приоткрыта, да и кому взбрело бы в голову за ним следить? А кому должно было взбрести это в голову — наверняка поедал вторую коробку пиццы, предварительно выковыряв эти чёртовы оливки. От глупых мыслей спас плеск воды из-за машинально открытого крана. Ви плеснул холодной водой в лицо и облегчённо выдохнул. Не следует так часто думать о Данте. Его жизнь — вечная опасность, балансировка на лезвии ножа и реки крови, а ему, Ви, — хотелось тихого омута с парочкой чертей на худой конец. Штильного моря никто не обещал и никто не ждал. Парень вынул ремень из шлёвок, звякнула пряжка, падая на пол. Он поднял и положил поверх накидки, следом спустил штаны вместе с бельём и с грустной насмешкой посмотрел на свой полуэрегированный член. — Мысли сводят с ума, — усмехнулся он вслух и залез в относительно чистую ванную, дабы смыть следы сегодняшней работы. За возможность проживания в агентстве Данте запросил весомую цену, но и давал возможность, так сказать, отработать оплату жилья натурой. То есть не самым приятным способом из всех возможных. Нет, он бы с удовольствием отдался бы в эти горячие и сильные руки, но увы. Младший сын Спарды хотел халтурить на работе, жрать пиццу и гонять его за порциями клубничного мороженого в какой-то захолустный бар на окраине города. Опять мысли о мужчине привели его в тщательно контролируемое бешенство. Он не кричал, не бил кулаками в кафель, он всего лишь до боли прикусывал нижнюю губу и упирался лбом в холодную стену. Струи прохладной воды потекли по худощавому, исчерченному магическими завитками, телу, добавляя мыслям ясность. Он громко выдохнул, почти застонал, когда собственная рука коснулась напряжённого члена. Было приятно думать о том, что это делает не его татуированная рука, а широкая ладонь Данте. Данте… Он сводил чернокнижника с ума беглыми касаниями, издевательскими намёками и игривым блеском лазурных глаз. — Пора сваливать отсюда, — усмехнулся юноша, закрыв глаза и продолжив ласкать себя. Данте в этот раз увлечённо поедал далеко не последний кусок пиццы, когда чернокнижник вернулся с задания. Поэтому Ви совершенно не боялся, что его застукают даже за одним не очень уж привлекательным действом. Обтеревшись кое-как полотенцем, он босиком и голым направился к лестнице. Внизу работал автомат, крутилась какая-то незатейливая композиция. И парень остался незамеченным. Найдя в комнате Данте то, что он искал, Ви вернулся в ванную, крепко прижимая к груди чёрную футболку. — Я чёртов фетишист, — сам себе признался Ви, заходя в ванную. Он прилёг в холодную ванну, прижал к носу свёрнутую футболку и глубоко вдохнул этот столь знакомый аромат. Запах пота и тела Данте. Как же чернокнижника заводил этот запах, он буквально сходил с ума, падал в бездну бездонного наслаждения и кончал в собственную руку, представляя во всех красках то, как его жадно берёт бывалый охотник на демонов. — Кхем… — прозвучало внезапно, словно набатом. Ви тут же дёрнул на себя шторку и деланно гневным голосом бросил: — Убирайся! Я тут вообще-то моюсь. — Ну да-да, — усмехнулся Данте, сделав шаг и оказавшись в собственной ванной комнате. — А не подскажешь, что здесь делает моя… Ви, так ты… — Нет! — тут же вскочил на ноги чернокнижник. Их разделяла лишь хлипкая полупрозрачная шторка. Воцарилась тишина, Данте поскрёб щетинистый подбородок и хохотнул, а Ви напряжённо прятал футболку за спиной, надеясь, что всё обойдётся. — Это не то, о чём ты думаешь, — шептал, срываясь, чернокнижник, а по его длинным пальцам стекали капли собственной спермы. — Уходи! Я помоюсь, и мы поговорим. — Нет, поговорим мы сейчас! — решительно заявил Данте и буквально содрал с петель штору, нагло при этом ухмыляясь. Сердце Ви подскочило к горлу и рухнуло в пятки, он прикрывался чёрной футболкой и сжимал губы в тонкую полоску, когда полудемон подошёл вплотную и закинул его на плечо. Парень стал вяло сопротивляться, бессвязно бормотать оправдания, но решительности Данте это не убавляло. Сын Спарды повалил своего протеже на диван, тот измученно скрипнул, а потом поставил ногу на подлокотник, на неё — руку, согнутую в локте, и с коварным оскалом уставился на беззащитного парня. Странно, он думал, что татуировки покрывают всё тело юноши, а оказалось, что ноги и причинные места у него остались нетронутыми магией. — И давно это ты дрочишь на мои вещи? — Давно, — ляпнул Ви, не подумав. Данте задумчиво поскрёб подбородок — очаровательная привычка, которую Ви заметил не так давно, — и медленно забрался на диван поверх обнажённого чернокнижника. Нависая над Ви, словно грозовая туча, мужчина опалил его губы своим дыханием и поймал грязную ладонь. Тонкие изящные, словно у пианиста, пальцы, испачканные в сперме, коснулись мягких и пухлых губ Ви. — Оближи, — приказал полудемон, второй рукой оглаживая бедро неуверенного юноши. И какого же чёрта самого охотника возбуждали мысли о том, чтобы поставить парня на четвереньки и отыметь, как последнюю легкомысленную деваху. Было в нём что-то неуловимо-привлекательное. Глубокие омуты блестящих глаз, непослушная копна чёрных слегка вьющихся волос, худощавое тело с выпирающими рёбрами, татуировки, касания к которым напоминали соприкосновения с чистой энергией. — Что ты делаешь? — прошептал Ви, когда коленом Данте ненавязчиво раздвинул его ноги. — А ты как думаешь? — посмеялся мужчина, снимая с себя рубашку и расправляясь с ремнём на штанах. Ви нервно сглотнул и стал испуганно хлопать ресницами. Это сон или всё же пугающая реальность? А пугающая ли вообще? Он добился того, чего так долго вожделел, но теперь даёт заднюю? Нет, так не получится. Данте всегда возьмёт своё. — Расслабься и доверься мне, — посоветовал полудемон, смачно облизав два своих пальца. — Будь послушным мальчиком, лады? Ви судорожно кивнул, всё ещё не веря во всё происходящее. Но когда один палец проник в его тесно сжатое колечко мышц, парень понял, что не спит. Он постарался расслабиться, и вроде стало получаться, можно было даже сказать, что ему стало приятно, но ровно до той поры, пока второй и третий пальцы не присоединились к первому. Ви взвыл от боли и вцепился пальцами в плечи Данте. Его кожа была изборождена светлыми линиями шрамов от давно заживших ран. Решив не лежать пластом на диване, юноша подался вперёд и жадно впился в губы охотника, но тот быстро перенял инициативу, а свободной рукой обхватил Ви за горло, перекрывая доступ воздуха. Парень захрипел сквозь поцелуй, и мужчина ослабил хватку. Пальцы выскользнули из тесного нутра, и Данте откинулся на диване, ненавязчиво намекая, что теперь было бы неплохо и Ви поработать над их общим делом. — Что? — хрипло выдохнул парень. — Соси, — недовольно поморщившись от временной тугодумности чернокнижника, приказал сын Спарды. Ви покорно принялся за дело: сперва он взял чужой член в руку и стал плавными движениями надрачивать его двумя руками, посасывая и облизывая головку по кругу, касаясь уздечки и растягивая крайнюю плоть. Полудемон откинулся на спинку дивана и прикрыл глаза от удовольствия. Парень знал, как доставить удовольствие мужчине. Юноша облизывал и заглатывал внушительный орган до самого горла, и Данте охотно принялся управлять его головой, властно удерживая за отросшие волосы на затылке. И когда разрядка была близка, мужчина отпихнул от себя чернокнижника и вновь завалил его на диван. — Ты ведь этого всё время хотел? Не закрывал дверь в ванную, бродил полуголым мимо меня. — А ты весьма догадлив, — хмыкнул юноша, стыдливо потупив взор в сторону. — Да я просто ждал момента, когда ты спалишься окончательно. И бинго! Сегодня это свершилось. Да и добычу стоит как следует помариновать перед жаркой. — Ты что, сравниваешь секс с готовкой?! — возмутился Ви, но его рот быстро оказался заткнут требовательным поцелуем. И он притих, подумав, что быть «отжаренным» довольно приятно. Когда Данте вошёл, то Ви едва сдержал стон и всеми пальцами вцепился в обнажённые плечи мужчины. Рефлекторно сжавшись, он стиснул зубы и вплотную прильнул к полуобнажённому телу полудемона. — Сними… этот чёртов… ремень, — прорычал Ви, когда холодная пряжка, висящая на одной шлёвке, при толчках стала ощутимо хлестать по бледным сжатым ягодицам. Охотник усмехнулся и снял с себя штаны, дабы любовнику поприятнее было, а то всё жалуется да жалуется. Полудемон покусывал до крови шею парня, обеими руками скользя по его бокам. Пальцы пересчитывали рёбра, а член пылал внутри тугого любовника, доставляя им обоим непередаваемое удовольствие, одно на двоих. Сердца колотились в ритм какой-то быстрой рок-композиции, играющей в холле. Дверь была не заперта, а следовательно, в любой момент мог войти Неро, Моррисон или кто-то из напарниц Данте, но это лишь добавляло остроты их играм. Перевернув Ви на четвереньки, Данте надавил на его поясницу, вынуждая прогнуться. И стоит заметить, что прогиб у Ви был ничуть не хуже, чем у настоящей жрицы любви или кошки. Язык полудемона обжигающей волной скользил по прямой линии на позвоночнике чернокнижника, затем вырисовывал свои, только что пришедшие в голову, узоры, от которых Ви сходил с ума. Бёдра надёжно фиксировали сильные руки, мужчина навалился и стал вбиваться сильнее, глубже и приятнее от соприкосновения ствола с простатой, той самой точкой наслаждения, которую любил стимулировать парень. Стоны и рык становились обыденностью. Грязные шлепки плоти доводили до экстаза, и вот, когда оргазм оказался так близок, Данте вцепился зубами в холку Ви, тот вскрикнул и ощутил, как по внутренней стороне его бёдер стекает чужая сперма, а на обивке дивана красуется белёсая лужица. Он первый раз в жизни кончил от анальной стимуляции без применения рук. Шумно выдохнув, Ви попытался выползти из-под Данте, но тот по-прежнему держал его за бёдра и впивался зубами в загривок. — Отпусти, — прохрипел чернокнижник, устало опустив голову. — Сейчас, — в ответ почти зло рыкнул мужчина. Через минуту Данте удалось прийти в себя и обуздать невероятную жажду и желание трахать своего напарника до глубокой ночи. Он вышел из Ви, надел штаны, не застёгивая ширинку, отчего была видна дорожка светлых волос от пупка к паху. Ви принял сидячее положение в позе «лотоса» и посмотрел в лицо Данте. — Что это только что было? — почти шёпотом спросил парень. — Это? Да я немного не сдержался. Но будет тебе уроком. Кстати, у меня кончилось мороженое. Ты понимаешь, о чём я? — Да никуда я не пойду! Да у меня после тебя всё бо… — Палец Данте прижался к пухлым и искусанным губам чернокнижника. — Пойдёшь, если не хочешь, — палец скользнул по губам к подбородку, по шее, задевая «клык», висящий на тонком шнурке, и несколько пальцев сжали твёрдый сосок. — Хорошо! — почти закричал Ви, вскакивая с дивана и бросаясь к ванной комнате. — Молодец, хороший мальчик, — выдохнул сын Спарды, откинувшись на диване. — Послушный.