Закат «Солнца» вручную

       – Хм, интересно... Даже, я бы сказал – печально.       Только во взгляде вальяжно развалившегося в кресле и рассматривающего распечатку поименного голосования сенаторов на выборах великого канцлера, Скайуокера не столько печаль или тревога, сколько неприкрытое любопытство.       – Хатт вас дери, Вейдер!       Дарт Плэгас окончательно потерял самообладание. Последней каплей стало отсутствие злорадства в словах собеседника. Будь оно обнаружено, весь накопленный негатив можно было бы выплеснуть на младшего лорда. А так крайним оказался брошенный в раздражении о стену датапад. Метко. Вдребезги.       – Как такое вообще возможно?!       – И я про то же, милорд, - покладисто поддакнул Вейдер. – Денег на избирательную компанию потрачено просто немерено. Личное обаяние плюс точечные воздействия с помощью Силы наличествовали. Поддержка народа на улицах налицо. А в результате новым канцлером становится госпожа Мон с перевесом в пять процентов голосов. Много. Может, это просто не судьба, и бороться с ней бессмысленно?       – А может, это происки вашего завистливого императора? Он на Корусант зубы десятилетиями точил, а мне он почти дался за месяц!       – Почти не считается. Да и какие ваши доказательства?       – К хатту!       – Не обижайте старину-Джаббу. У него влюбить в себя миллиарды разумных получилось гораздо эффективней.       – Вот именно! Он работает на имидж среди народа. А мне же досталось кубло сенаторов!       – Так за чем же дело стало? Убедите заядлую демократку Мотму в том, что главу Обновленной республики правильнее избирать всенародным голосованием, и вперед.       Только презрительное фырканье вместо ответа.       – Ладно, если великому Плэгасу Мудрому западло перед избирателем на митинге скакать, то охмурите госпожу канцлера и правьте совместно – семейным подрядом. Молодая недостаточно молода? Побойтесь Тьмы, владыка Плэгас! Можно подумать, вы юноша невинный.       – Прекратите паясничать!       – Да я еще собственно и не начинал. Впрочем, если вам неприятно мое общество, то я могу уйти. Или все же у вас есть ,что обсудить с представителем Империи?       – Только не делайте вид, словно вам все равно, кто стоит во главе Республики!       – Не все равно, к чему отрицать? Только даже если во главе нее встанет самый ситхский ситх, защищать он будет интересы республики, и ни на что другое не подпишется.       – Палпатин опасается, что два правителя-ситха в одной галактике мирно жить не смогут?       – Возможно. Только стоит ли списывать собственную неудачу на имперское влияние? Вы б еще ситхских хакеров приплели. Сдается мне, республиканская элита просто испугалась допускать к власти активного форсюзера. Сохранить в тайне вашу одаренность не удалось. А в то, что вы готовы играть по их давно сложившимся правилам, сенаторы не поверили.       – И правильно сделали, - как-то вдруг успокоился муун.       – Какие же выводы сделал из сложившейся ситуации Плэгас Великий?       – Страх перед страшилками про ситхов сыграл со мной злую шутку. Это страх в душах многих сенаторов не удалось перебить даже очень большими деньгами… Значит, будем приучать Республику к мысли о том, что не так страшен ситх, как его малюют.       – Какое место в этом светлом образе владыки Тьмы займет пропаганда нормализации отношений с Империей?       – Не скажу, что центральное, но достаточно важное. Как один из аспектов центрального тезиса о форсюзерах, как передовом отряде и стабилизирующей силе народов Небесной Реки.       – Эко мудрено завернули, милорд. Для этого вам, полагаю, понадобится поддержка Храма?       – Всенепременно. В ближайшее время планирую присоединиться к общине «Звезды Смерти», на борту которой мы примемся причинять мир и наносить порядок по закоулкам мира. Не возражаете, милорд Вейдер?       – Как можно, владыка Плэгас?! Только есть опасения, что в процессе принуждения галактики к добру, это добро чисто случайно не стало исключительно вашим… Короче, я лечу с вами.       – В мире всегда найдутся те, кто готов разделить с вами ваше добро. И чем больше у вас добра, тем больше желающих его поделить…       – Договорились, значит.

***

      – Мои искренние поздравления с заслуженной победой, мадам Мотма!       – Позвольте выразить вам самое искреннее восхищение, госпожа верховный канцлер!       – Мы абсолютно уверены, только такая выдающаяся женщина, как вы, сможет вывести нашу Республику из кризиса!       Гул голосов тех, кто счел необходимым поздравить ее с победой на выборах, слился в единый, монотонный гул. Вежливая ответная улыбка словно прилипла к лицу. Она должна быть сильной. Одинаково сильной и в дни побед, и в дни поражений. Без разницы. Хотя бы потому, что разумные очень редко способны адекватно отличить одно от другого.       Наконец новоизбранная госпожа канцлер сочла возможным оставить возбужденных сторонников и спешно присоединившихся к победителю противников праздновать победу дальше без нее. Она устала. Даже свет в кабинете включать не хотелось. Просто опуститься в большое кресло, накинув на вдруг озябшие плечи шаль из пуха белых набуанских коз. Усесться, угреться и признаться самой себе, что вовсе не в усталости дело. Сейчас ей просто страшно. Не из-за легшей на ее плечи ответственности за благополучие триллионов разумных. Хотя бы потому, что она слишком ясно себе представляет, как немного в этой галактике зависит от решений верховного канцлера. Перед ее мысленным взором стоит золотой пламень глаз погруженного в потоки Силы ситха. Тогда, на стадионе, он возможно спас ей жизнь. Но тогда же она почувствовала его бурлящую, безудержную и дикую мощь. Такие ни останавливаться, ни прощать, ни проигрывать просто не умеют. И упаси вас Великая оказаться на их пути. А она оказалась.       – Мадам, вам посылка от господина Дамаска с искренними поздравлениями с заслуженной победой и пожеланиями успехов на новом поприще.       Голос прервавшего ее размышления кибер-секретаря ожидаемо ровен и бесстрастен. Однако, женщина вздрогнула и зябко передернула плечами. Впрочем, держать лицо она умела даже перед дроидом. Поэтому легкая улыбка получилась весьма естественной.       – Ах, С5-РО, как ты меня напугал! Перешли господину Дамаску благодарность за поздравление. А подарок пристрой куда-нибудь… по твоему усмотрению.       – Да, мадам.       Дроид все также бесшумно исчез, но почти моментально вернулся с небольшой коробкой в руках.       – Ты уверен, что это следует нести в мой кабинет?       За легким, чуточку капризным неудовольствием удалось спрятать испуг. Дроид же анализировать тонкости интонации своей хозяйки оказался не склонен. Коробка водружена в центр рабочего стола канцлера.       – Как иначе, мадам? Он же живой и светится, - пояснил свою решительность кибер-секретарь.       В подтверждение его слов крышка коробки откинулась, и из нее и вправду полилось слабое, мертвенно-зеленое свечение.       – Что это?       Дроид не ответил. Мон же стало любопытно, и она заглянула в коробку. Теперь из нее извлечена довольно объемная стеклянная банка с яркой закручивающейся крышкой. Внутри на пару пальцев мутноватой жидкости, какие-то веточки и сгусток того самого зеленовато светящегося газа. А под банкой – записка: «Помни о предшественниках».       – Гранд-канцлер Йода? – сама собой сорвалась с губ невероятная догадка.       Вместо ответа в ушах зашуршало знаменитое Йодино покряхтывание и покашливание. Весьма сердитое. Что, в общем-то и неудивительно. Дух старейшего джедая пытался ей что-то сказать или просто сердился? Понять это бессмысленно. И не из-за того, что, не будучи форсюзером, Мон не в состоянии общаться с призраками Силы. Мысли, которые формулировал еще вполне живой Йода, всегда с большим трудом пробивались в сознание дамы-политика. Может, из-за избытка абстрактного философствования, от которого склонная к прагматизму Мон была далека, а может, из-за отсутствия в словах собственно мыслей?       Впрочем, исходя из уже упомянутого прагматизма, госпожа Мотма принялась старательно выбирать место для пусть и весьма двусмысленного подарка. Дамаск, может, и на что другое намекал, но она сумеет создать из подарка должный образ жертвенности и преемственности своей власти. Так что неспособность духа Йоды внятно общаться с посетителями – это даже хорошо. Значит, право интерпретировать его покряхтывания и переливы она сумеет гораздо точнее, чем сделал бы сам бывший гранд-магистр.

***

      А вот Люк Скайуокер в ночь после выборов ни о какой политике не думал. Вообще. Потому что накануне с Коррибана прилетела Мара. Вроде бы в качестве наблюдателя за политическими процессами в столице Республики. Только ни за чем она не наблюдала, а… Ну, вы все люди взрослые – значит, вы меня поняли. Не до всяких глупостей молодым людям было.       Проснулись они не очень рано: после полудня. И не совсем сами: сигналы сразу двух коммуникаторов разбудили. Госпожа новый канцлер срочно желала слышать лидера Нового Ордена, а Дарт Сидиус – свою ученицу. Параллельно в каюту рвался адмирал Юларен с докладом, а по внутренней связи сообщали о прибытии на борт господ Никана Скайворкера и Хего Дамаска.       Проще говоря, в первые четверть часа после пробуждения Люк понял лишь то, что стряслось нечто, из ряда вон, и надо вмешиваться.