Валерия

Чёрт, мои глаза… Сколько там времени? О, уже полчетвёртого ночи. Просидев за работой до глубокой ночи, даже не заметил, как быстро время летит. Я расположился с ноутбуком на кухне, лишь бы не мешать Лерке. Кстати, что-то не слышно работающего телевизора. Пошёл по темноте в зал, где раньше сестра смотрела фильм. Теперь девушка лежала на диване, укрывшись одеялом и прижав к себе рыжий комок шерсти. Слабый свет светильника, что находился возле окна, терпеливо ждал возвращения своего хозяина. То есть, меня. Когда я щёлкнул выключателем, Лерка недовольно заворочалась под одеялом и во сне зажмурилась. Подоткнув ей одеяло, словно маленькой девочке, я улёгся на заранее приготовленную раскладушку возле батареи. Зима у нас жестокая, поэтому холод ломил кости и заставлял стучать зубами. Хоть одеялом прикусывай, ей-богу. Несмотря на позднюю ночь, сон никак не хотел уносить меня в своё царство. Ноги по голень свисали с раскладушки, доставая пятками до ледяного пола. Такой уж я “шкаф”, хоть по телосложению и не сказать, что у меня фигура Аполлона. Благодаря спортзалу, который можно увидеть из окна моей квартиры, появились мышцы и еле видны кубики пресса. Я не хвастаюсь, а просто делюсь с Вами фактами. А что мне остаётся делать бессонной ночью? Правильно – ничего. Надеюсь, Вы не против поговорить? Отлично. Хотя, что я могу ещё рассказать? Может, что-нибудь из детства вспомниться… Из Леркиного детства, конечно же. Наверное, самым запоминающимся событием тех лет стал развод наших родителей. И, естественно, запомнился он не из лучших чувств. Тогда мне было восемнадцать, а Лерке всего десять лет от роду. Да, это было больше, чем неожиданно. Обычная, повседневная ссора и – бац! – мать с отцом разводятся. Видели бы Вы истерику у сестры, когда родители в суде решали, с кем та останется жить до совершеннолетия. Два обезумевших человека, совершенно наплевавших на чувства своих детей. Именно тогда я стал для Лерки не только старшим братом – бабником и курильщиком, а ещё и отцом. Единственным и плохим. Что-то я разговорился. Спокойной ночи. Завтра, то есть сегодня, мне на работу. На улице минус тридцать два градуса. Нехотя я поднялся со своей персональной кровати и окинул взглядом комок из одеял на диване. После нашей с Вами ночной беседы я ещё несколько раз просыпался, чтобы укутать сестру потеплее. А теперь её из постели не вытащишь. Но так как я с горем пополам подал документы сестры, сегодня ей нужно в школу. Ладно, пусть ещё пятнадцать минут дрыхнет. Только вот завтрак нам обоим придётся готовить мне. Вам знакомо такое чувство умиротворённости, когда рано утром за окном ещё темным-темно и дома складывается такая нежная, спокойная атмосфера? Если нет, то просто я не могу подобрать подходящих слов, чтобы передать это. Но всё добродушное настроение падает, как только лицо обжигает ледяная вода из крана. Толпы мурашек вмиг разбегаются по голой коже, озноб сковывает всё тело. Запускаю мокрую пятерню в волосы, дабы взбодриться. Затем умываюсь, бреюсь и с энтузиазмом топаю на кухню. Эта общая комната без Лерки выглядит так устрашающе и незнакомо. Хм, кажется, кто-то собирался сам приготовить завтра, да? Как бы в ответ, в коридоре раздаются ленивые шаги и зёв. Потирая изгиб между шеей и плечом, сестра в растрёпанном виде предстаёт в дверном проёме. И со словами: -Ты что, собрался мне тут кухню спалить?- подходит к холодильнику, оттесняя меня к столу. Оу, моя супер-сестрёнка ещё и мысли читать умеет. Класс. – Садись. Сейчас я по - быстрому сделаю омлет. Спустя пару минут бренчаний, как и было обещано, передо мной стояла тарелка с омлетом. Как говорится, только из печи. Девушка, довольно хмыкнув, отправилась в ванную. Я же принялся уплетать свой завтрак. Из экрана небольшого телевизора, который распложен на невысоком холодильнике, приятная молодая девица предвещала сильный снегопад и непрекращающиеся морозы. Обрадовала, ага. Добраться бы до офиса… Лерка вышла из ванной, когда я уже надевал куртку. Теперь она выглядит намного лучше, чем сорок минут назад. Мокрые волосы волнами лежат на лопатках, тёплый махровый халат сиреневого оттенка, что я подарил ей при переезде, сидит идеально. Стоп, почему она ещё не готова? Ещё десять минут я подгонял сестру. Когда мы, наконец, вышли на улицу утренний мороз окончательно привёл нас в чувство. Благо, в салоне машины было теплее. -Чёрт, я опаздываю. Я заеду в три часа. Никуда не уходи,- процедил я, не обращая внимания на хмурое выражение “Я уже не маленькая!”, и ретировался прочь. Лерка растерянно оглядела школьный коридор, кишащий учениками от первого до одиннадцатого класса. Находиться в центре опасно, поэтому она скромно отошла к стене. Вроде было сказано, что классный преподаватель проводит девушку в кабинет, но никого похожего не было замечено. -Кажется, это наша новенькая,- вдруг возникли из ниоткуда две блондинки и оценивающе начали её разглядывать. Как оказалось, будущие одноклассницы Леры. Длинноволосая девушка с надменными замашками и розовым наушниками – Дина. А низенькая, противная короткостриженая блондинка с брегетами – Ксюша, её шестёрка. Валерия примерно догадывалась, что такие девочки обязательно окажутся её одноклассницами, но даже не думала, что будут с ней общаться. Поначалу она не очень обрадовалась, потому что знала, какой репутацией пользуются похожие выскочки. Но когда они завели разговор о “том красавчике, что тебя подвёз", Лера вскипела. От одного представления своего брата рядом с этими вертихвостками её воротило. -Это… Андрей - мой парень,- выпалила девушка под двумя выжидающими взглядами. -Ого! Такой взрослый!- воскликнула Ксюша, на что получила оплеуху от Дины. Та недоверчиво изогнула бровь. Лерка уже было думала, что спалилась, но тут блондинка произнесла: -Ладно. Пошли знакомить тебя с нашими гопниками,- и, ухватив её за локоть, потащила в сторону класса. Как выразилась Дина, гопники громили кабинет алгебры, пока учителя где – то носило. Воспользовавшись отсутствием преподавателя, Лера устроилась на последней парте первого ряда возле окна и смогла осмотреть новоиспечённых одноклассников. Тот русый парень в очках, что разглядывал новенькую, то и дело поправляя очки в тонкой оправе, Ваня. Ваня Могила, ага. Фамилия у него, конечно, забавная. Лерка, неожиданно для парня обернувшись, улыбнулась и убрала прядь за ухо. “А что? Он довольно симпатичный. И на озабоченного придурка не похож” – подметила девушка, заметив на щеках парня легкий румянец. “Скромный!” – ликовала она. Так и пролетели сорок пять минут. Учитель не объявился, зато одиннадцатый “а” на славу повеселился. Как только прозвенел звонок, и класс перебрался в другой кабинет, к Лерке подошли золотые блондинки. -Поссоритесь – дашь мне его номер?- с ходу перешла к делу Дина – девочка – без комплексов. Валерия сжала кулаки от злости и ядовито выплюнула “Будем жить долго и счастливо, можешь не надеяться”. Оставшиеся четыре урока девушки всячески высказывали своё неверие. Действительно, что это на Лерку нашло? Какой парень? Но было уже поздно: после занятий за ней приедет “парень” и её обман будет позорно раскрыт. *** Я подъехал к школе, как и было оговорено, ровно в три часа дня. Дом находился неподалёку, но мне пока страхово пускать сестру одну. Я вышел из машины, закурил сигарету. Только затянулся, как прозвенел звонок с последнего урока. Злые и голодные ученики толкались у выхода, потом врассыпную бросились кто куда. Бедные дети, я свои школьные годы вообще вычеркнул из жизни. Хотя были и драки, и незабываемые вечеринки, и секс в кабинках туалета для мальчиков… Вдруг я увидел, как на крыльце появилась знакомая фигура, но тут же затерялась в толпе. Судя по растрёпанному виду и упёрто поджатым губам, настроение у кого-то не ахти. Тут же избавляюсь от сигареты, беру в рот две мятной жвачки. Если не прокатит, кто-то получит по губам… Но когда девушка приближается, то сосредоточенно буравит взглядом асфальт. Растерянно поправив съезжающую лямку сумки на плече, она останавливается. А то, что было дальше, меня ввело в ступор. Лерка, оглянувшись по сторонам, подошла ко мне вплотную и, чмокнув в щёку, быстро отстранилась. -Привет… А-андрюш,- как-то нервно улыбнулась она. – Поехали домой. Не обращая на меня ни малейшего внимания, сестра устроилась на заднем сидении Kia Cee’d. Мне ничего не оставалось, кроме как сесть в машину.