Plus Size

      Омега потянулся на кровати и уставился в потолок. За последние две недели он чуть ли не каждый день ходил к Адаму, но сам альфа заскочил к нему один или два раза, когда старшего Кингсли не было дома, и принес с собой ту самую злосчастную трубку, которую Эллиот даже полюбил, она доставляла удовольствие. За эти две недели он питался на убой, кажется, он съел за это время больше, чем за весь предыдущий месяц. Стало чаще хотеться есть, и голод проходил дольше. Адам объяснял это тем, что желудок уже достаточно большой, поэтому просит больше.       За эти две недели омега страшно обленился. Альфа попросил его меньше двигаться, чтобы не тратить калории. Когда Эллиот был у Адама, то объедался у того на кровати, что бы потом несколько часиков лежать. Пища не должна сгорать, она должна превращаться в жир. Омега стал гораздо меньше двигаться, он уже давно не выбирался в город, даже к Адаму он сам больше не ходил, альфа сам забирал Эллиота к себе, где часами впихивал в него еду, а потом отвозил домой. Омега ходил только по дому и то только, если поесть или в ванную комнату. Он усиленно старался подчиняться, он скорее хотел набрать нужную массу.       Элли сел на кровати и потянулся руками к потолку так, что облегающая ночная маечка задралась кверху. Он встал и прошел мимо зеркала к шкафу с одеждой. Одной рукой он чесал за ухом, а другой вытягивал пижамные шортики, что в последнее время стали все время собираться между ягодиц. Омега быстро достал просторный короткий топ и черные лосины с завышенной талией и пошел обратно к кровати снова переодеваться, но остановился у зеркала.       Эллиот не знал, что думать, но где-то внутри явно начинала плескаться радость и легкая гордость. Его стройное тельце покрылось первым слоем жира, это было видно невооруженным глазом. На лице омежки расцвела радостная улыбка и он, скинув одежду на кровать, принялся рассматривать свое отражение. Конечно, его все еще можно было назвать более-менее стройным, откармливание за эти две недели дало результат.       Жирок скопился в нескольких местах, и омега понял, что он правда украшает его тело. Его пустой животик выпирал вперед над резинкой шортиков, из-за чего пижамная маячка натянулась. Элли потрогал живот, но он был упругим, значит еще нужно поработать. Его набухшие соски просвечивали сквозь майку, так же хорошо привлекая внимание. Но самым главным было то, почему в пижамных шортах стало неудобно. Попка омеги значительно округлилась и стала мягенькой, ягодицы выпирали из шортиков. Эллиот не удержался и сфотографировал свой вид спереди и сзади, сразу отправляя Адаму. Ответ не заставил себя долго ждать. От: Адам. Кому: Эллиот «У-у-у, у нас есть прогресс! Твоя попка мило смотрится♥, но нам еще нужно много стараться, чтобы получить желанный результат»       Дыхание омеги перехватило, он представил себя еще толще. От: Мой Элли. Кому: Адам «Мне одежда становится мала, нужно покупать новую» От: Адам. Кому: Эллиот «Не смей! Я хочу видеть, как она становится тебе мала, как она натягивается на тебе, как ты вырастаешь из нее, моя свинка♥ хочу видеть, как твои сочные бока будут вываливаться из твоих джинс, как твои футболочки и маячки перестанут закрывать твой растущий живот, я хочу видеть все! когда придет момент менять одежду, я сам тебе ее куплю, а до той поры, пожалуйста, ходи в старой♥»       От таких слов и контекста омега нехило завелся, ему хотелось поскорее угодить альфе. Он стал трогать свои растущие бочка, массировать ягодицы, это все приносило ему удовольствие, ему нравилось ощущение своих новых форм. Его позвали к обеду. Он долго спал, долго валялся в кровати, пропустил завтрак, о чем долго жалел, но теперь настал ужин. Омежка решил пойти в том, в чем спал, он раньше часто завтракал в пижамах. При этом папа все равно рано или поздно заметит, что сын полнеет.       Он быстро отворил дверь и побежал по лестнице вниз, отмечая, что ему нравится, как трясутся попка и ляжки. Он зашел в столовую и, поприветствовав папу, опустился на стул, сразу начиная есть. Ответа не было. Да, это было наглостью заявляться сюда в короткой пижаме и щеголять своим растущим телом, однако Эллиот надеялся, что он молчит не поэтому. Он поднял на него взгляд и настроение ушло ниже плинтуса.       Отец-омега осуждающе смотрел на сына, в его взгляде уже просвечивались страх, ужас и презрение. Что, стройный сын стал больше есть, лежать и от этого толстеть? Ну и ладно, если папа не примет Эллиота таким, каким он стал и каким скоро станет, то сын быстро распрощается с ним.       — Элли, твоя фигура?! — произнес папа на выдохе.       — А что с ней? — спросил парень, не посмотрев на родителя и продолжая есть.       — Ты растолстел! Какой ужас, ты только посмотри на свое пузо, оно выросло! И твоя задница, она… она теперь трясется! — папа перешел на повышенный тон, показывая свое разочарование и брезгливость. Несмотря на это, Элли так понравилось то, что он сказал, другим людям со стороны виднее.       — Да, и мне это нравится! — быстро ответил он.       — Да ты так разжиреешь, — старший омега поднялся из-за стола и подошел к сыну.       — Я хочу этого, папа! — Эллиот грозно посмотрел на отца снизу вверх.       — Как?! Не может быть! Элли, милый, жирные омеги никому не нужны…       — Не правда, Адаму нравятся большие толстые омеги, это он меня откармливает, а я хочу теперь растолстеть, — он посмотрел на шокированного отца, — не только ради него, мне стало нравиться набирать килограммы и полнеть, — парень, не выдержав, встал из-за стола и попытался уйти.       — Ты больше не пойдешь к нему! Я тебе запрещаю! — папа схватил сына за локоть. Эллиот обернулся. — Он свел тебя с ума, — проговорил он, глядя на растущий животик сына.       — Папа, если ты не примешь меня таким, то разве ты мне отец? — в ответ на это омега старший резко отпустил его и ушел обратно на кухню.       Парень тяжело вздохнул. Он не ожидал такого резкого нападения со стороны родителя, а резкий уход папы полностью выбил из колеи. В животе сильно заурчало, омеге очень хотелось есть, но оставаться в этом доме с людьми, которые тебя не принимают и не примут, было невозможно. Он поднялся к себе в комнату и быстро собрал самое нужно. Все предметы гигиены, две пары шорт, джинсы и несколько пар нижнего белья были упакованы в красивый стильный рюкзачок.       Омега быстро стянул с себя пижаму и надел лосины, резинка от которых приятно впилась в области талии. Парень посмотрелся в зеркало и изумился, ему понравилось, как просвечивают резинки от трусиков, что впились в ягодицы, а лоссины это так детально облегали. Эллиот натянул на себя топ и быстро написал своему альфе, что скоро будет и, возможно, так и останется у него.       Адам открыл дверь перед омегой, как только тот добрался до дома от ворот. Лицо и глаза Элли были красными, понятно, что омега плакал.       — Очень хочу есть, — он зашел внутрь, — покорми меня, — он встал у входа на кухню.       — Подожди, милый, а что случилось?       — Папа случился. Ему не понравилось, что я полнею, даже запретил мне к тебе приходить. Но мне все равно, если он не принимает мое решение, то я не собираюсь больше вести беседы, — на глазах омеги вновь выступили слезы, ведь он только что сбежал из дома.       — Эй, эй, тише, — Адам быстро подошел и обнял омежку. Они вот так вот стояли, пока альфа не почувствовал, что Эллиот действительно поправился. Его маленький животик прижимался к прессу альфы, и тогда руки парня опустились на попку Кингсли. Адам сжал ягодицы омеги, от чего тот, перестав плакать, издал стон. Когда не ты, а кто-то другой касается твоего тела, оказалось гораздо приятнее. — Не пойму, чего твой папка так среагировал, ты совсем чуть-чуть поправился, — сказал он, ущипнув бочек омежки, тот ойкнул, — а вот дальше будет только лучше.       Наверху уже в постели альфа напоил омегу через трубку жирными сливками и сильно калорийным шоколадным коктейлем, что животик Элли сильно округлился, сейчас он гораздо сильнее выступал вперед. Пришлось снять штаны, они сильно тянули. Омега простонал от наслаждения, и Адам уложил его в кроватку, ведь все это должно было усвоиться.       — Еще, — простонал омега, глядя снизу вверх на альфу.       — Что, милый?       — Я хочу еще еды, в меня влезет, — он лениво похлопал себя по торчащему животу.       — О-о, кажется, нам пора снова увеличивать порции, — он быстро поцеловал омежку, тут же похлопав того по животику.       Эллиот сидел на кровати и не ел, а именно жрал гамбургер, запивая кока-колой. Он жевал, иногда чавкая. Еще несколько дней назад он совсем перестал стесняться, наоборот, он заметил, что Адама возбуждает, когда он ест неряшливо, даже не ест, а жрет. Альфа сидел совсем близко и, не выдержав, схватил рукой набитый живот любовника и стал массировать.       — Вот так, вот так, жри, моя свинка, — говорил он, поглаживая омегу то за живот, то за соски, а когда тот рассправился с большим гамбургером, схватил руками его лицо и поцеловал взасос. Они целовались так долго, пока воздух в легких не закончился, — наелся? — Эллиот молча кивнул, поглядывая, как его раздуло, — Тогда ложись, — альфа уложил Элли и укрыл одеялом. Живот снова сильно тянуло, это означало, что омега съедал теперь больше. Он засыпал радостным от этой мысли, что-то мурлыча себе под нос.       Эллиот проснулся с полностью пустым желудком где-то в восемь часов вечера. На улице все еще было светло. Омега снова почувствовал голод, он теперь так часто хотел есть, и каждый раз вмещал все больше. Он прочитал на одном из форумов, что именно на этом этапе начинают толстеть, то есть скоро все попрет. Он сел на кровати и понял, что резинки от трусов сильно жмут, но Адам попросил ходить в старом. Возможно, он сможет набрать еще несколько кило, не меняя нижнего белья. Он быстро надел обратно лосины, накинул свои уже собственные тапочки в этом доме и пошел уже привычной ему дорогой до кухни. Он уже знал, где что лежит, так что даже, если альфы дома не будет, Элли сможет перекусить.       Спускаясь с закругленной широкой лестницы, он услышал чьи-то голоса из гостиной. Один голос принадлежал точно Адаму, а вот второй ему не был знаком. Омеге свой внешний вид с тугими лосинами нравился, но, вспоминая грустный инцидент с папой, возможно, гостю будет неприятно смотреть на полнеющего омегу. Ну и черт с ним!       Он решительно пошел на кухню, то есть нужно было пройти через гостиную, где на диване сидели Адам и еще один молодой альфа. Омега быстро привлек их внимание, а гость так и вообще уставился на Элли округлившимися глазами. Но потом он улыбнулся и что-то шепнул Адаму, после чего Адам что-то ему ответил, и они оба улыбнулись. Это слегка озадачило парня, ясно, что они говорили о нем, но о чем именно?       — Ты Эллиот, да? — гость, улыбаясь, спросил.       — Эм, да, а вы? — Элли очень застеснялся нового лица, особенно после этих шептаний.       — Ты очень хорошо, выглядишь, Эллиот, — альфа поднялся с диван. — Мне пора ехать, меня ждут дома, — и Адам одобрительно кивнул, — Удачи вам, ребятки, — и незнакомый альфа еще раз полностью осмотрел фигуру Кингсли и вышел сам из дома. Адам поднялся, прихватив с собой что-то с диванного столика, и направился вслед за своим омегой на кухню.       — Кто это был? — не глядя, спросил омежка, распечатывая чипсы и колу.       — Один приятель, — Адам подошел и тоже взял горсть, — он, кстати, выпустился из нашей школы в прошлом году, — из этих слов Эллиот понял, что гость просто офигел, как он поправился.       — Ясно, а то он так странно на меня посмотрел.       — Ах, точно, смотри, — и альфа показал Эллиоту несколько фотографий, от чего Эллиот даже есть перестал. — Его омега только что разъелся до двухсот килограммов, поэтому он решил сообщить мне об этом лично. Они долго шли к этому, у Джерри был быстрый метаболизм, при этом он до откармливания страдал анорексией.       — О, — кивнул Эллиот. На фотографии был изображен огромных размеров голый омега, это был сплошной жир. Этот парень разжирел настолько, что потерял способность передвигаться самостоятельно.       — Им недавно все же поставили диагноз «ожирение», из-за чего Эрику разрешили не ходить на работу, а только заботиться о своем омеге, — Адам говорил, это улыбаясь, — а там он всего лишь сказал, что наш двухнедельный результат прекрасен и похвалил твою фигуру, — посмотрев на Элли, он слегка опешил, но потом снова заулыбался. Эллиот смотрел решительно и с некой завистью. Нет, он не собирался терять мобильность, но хотелось поскорее стать больше и мягче.