Две луны для демона

Классическая сцена. Ночь. На небе огромная идеально круглая луна. Нет, две луны – одна полная и белая, настолько яркая, что вторая (маленький голубой полумесяц) почти скрыта за ее светом. Но она там и она никуда не пропадет. Озеро. На озере серебрится лунная дорожка. Берег. На берегу сидит мужчина взгляд его устремлен вдаль, а мысли далеки от этого места. Хоп. Приблизимся к мужчине. Он молод и по-эльфийски красив. Нет, он не эльф, эльфы вымерли сотни лет назад, оставив свой след только в генах некоторых древних родов. И только среди членов этих семей до сих пор иногда рождались дети – изящные, артистичные, с волосами, будто сотканными из лунного света, и с глазами зелеными, словно листва реликтовых деревьев. Таких детей называли легендарными: им была уготована великая судьба. А еще они были хороши в лунной магии. И вот на берегу озера озаренный сиянием сразу двух лун, сидел один из таких детей и что-то терзало его сердце. О, не волнуйтесь ребенком он перестал быть уже давно, сейчас он был полным сил юношей. Молодым магом. Красавцем и сердцеедом. А еще он был младшим сыном местного короля. И о чем же могла грустить такая личность? Какие могли быть печали у того, у кого было всё? Дело было в том, что завтра он выходил замуж. Да, замуж, за мужчину. Но беспокоило его не это, его взгляды были достаточно широки, и одаривал он своей любовью как женщин, так и мужчин. Он всегда считал, что такие условности, как вид гениталий, не должны стоять на пути удовольствия. Нет, беспокоило его то, что замуж он выходил за демона. Вот сейчас, наверное, многие не поняли: а в чем собственно проблема? Думаю, что сейчас самое время для небольшого экскурса в историю. *** Давным-давно, когда горы были выше, трава зеленее, а луны ярче, рядом с людьми жили еще и орки. Ну как рядом, скорее, это крошечные королевства людей ютились под боком огромных орочьих орд. Орки, как и положено оркам, любили воевать и размножаться. Сначала воевать, резко сокращая свою численность, а потом размножаться, восстанавливая ее. Естественно, войны в этом мире были обычным делом и начинались по всяким пустякам: косой взгляд, пролитая чаша вина, неправильный дизайн набедренной повязки. Последняя причина, кстати, была самой частой, такие вот орки-модники уродились на этой планете. Из века в век, одно и то же: орки дерутся, люди молятся, чтобы эти драки их не сильно задели. Вроде как все даже привыкли к такому положению дел, но однажды случилось странное. Один юный орк, имя его летописи не сохранили, пришел на встречу орочьих вождей в криво-пошитой набедренной повязке (из нее даже нитки торчали! Подумать только…), посмотрел косо на сына вождя другого племени, а потом еще и споткнулся о чан, в котором кипел ритуальный глинтвейн. И что это значило? Правильно! Как обычно началась война. Вот только, когда силы схватившихся орочьих орд сгорели в ее объятьях, она не закончилась, а разгорелась с новой силой, втягивая в себя все новые и новые орды. Орки покрыли континент кровью, как люди накрывают праздничный стол скатертью. (А ведь континент в этом мире был всего один). Потерявшие последние крохи разума орки уничтожали всех без разбору – ни они сами, ни люди, ни хомячки, никто не мог чувствовать себя в безопасности. Стало ясно, что эту Континентальную Войну не переживет никто. Вымирать людям не хотелось. И тогда они сплотились, собрали остатки своих войск, чтобы дать отпор уже порядком вымотанным оркам… Шутка. Люди провели темный ритуал и призвали демона. Огромный, ярко-красный, покрытый шипами зверь оказался на редкость приятным типом и заключил с людьми сделку: демонические орды добивают оставшихся орков, а король людей отдает ему в жены младшего ребенка. Демон даже был настолько мил, что отложил оплату долга. Он посмотрел на небо, ткнул пальцем в белую луну и сказал, что на небе их должно быть две, вот тогда он вернется за долгом, и тоненько захихикал. И пропал, оставив после себя выжженную на земле пентаграмму и резкий запах серы. А на следующий день земля разверзлась, изрыгнув из себя демонические орды, которые быстро уничтожили оставшихся орков. И заняли их место. Теперь маленькие королевства людей ютились под боком огромной страны демонов, но это уже совсем другая история. *** Вернемся к нашему герою. Его зовут Амаэль, он одарен, молод и красив и именно ему не повезло оказаться тем самым младшим ребенком короля людей. «Почему именно я?» - отрешенно думал он. - «Почему именно мне так не повезло?» Луны загадочно мерцали, это было очень красиво, но совсем не информативно. Озеро тоже не могло ответить на его вопросы, вода, она как рыба, что в ней плавает, – немая. «И почему мой отец оказался таким трусом? - теперь уже гневно думал Амаэль - Сначала: «Не бойся, Амаэль, ни один демон и когтем до тебя не докоснется». А как жалкая сотня демонов пересекла границу, так сразу: «Тебе придется пожертвовать собой во благо всех, Амаэль!» Трусливый старый хрыч!» Он встал и погрозил кулаком лунам. - Не могли выползти на сто лет позже или раньше, блеклые светяшки?! – прокричал он. «Иди, Амаэль, посиди свою последнюю ночь на холодной земле. Помедитируй. Примирись со своей участью. Сволочи, еще и из дворца на ночь выгнали». Теперь он стремительным шагом ходил по берегу молчащего озера. - Ночью холодно между прочим! – обратился он к кустам, в чьей тени, как он думал, прятались шпионы его отца. - Так надо было термос с чаем с собой брать, – ответили ему кусты очень приятным надо отметить голосом, - и плед. С чаем и под пледом всяко лучше, чем без пледа и без чая. - И что такое термос? – Амаэль очень обрадовался внезапной компании. - И что такое, ради всего святого, плед? Вместо ответа из-за кустов вышел мужчина. Амаэль окинул его оценивающим взглядом. Мужчина был… хорош. Настолько хорош, что Амаэль невольно облизнулся. (Эй, он был молод, красив и полон нерастраченной энергии. А тут еще и стресс обострил все его чувства. Не надо его осуждать!) Так вот. Непонятно, как мужчина вообще смог спрятаться за теми кустами. Он был высок, очень высок, на голову выше юного мага, а ведь Амаэль привык смотреть на всех сверху вниз. Тело незнакомца было мускулистым и одновременно казалось невероятно гибким. Оценив крепкие ноги, красивый живот и, конечно же, рельефную грудь, Амаэль наконец перевел взгляд на лицо. И оно его не разочаровало. Оно было настолько идеальным, что казалось искусственным. Будто гениальный скульптор высек из мраморной глыбы образец мужской красоты, а потом этот образец сбежал и спрятался в кустах. На этом совершенном лице живыми казались только лукавые черные глаза. Черными же были и волосы, собранные в простой конский хвост, небрежно свисающий почти до пояса. Амаэль сглотнул: это точно не мог быть шпион. Меньше всего этот тип походил на мастера скрытности. Незнакомец тем временем расстелил на берегу озера прямоугольный кусок ткани, сел на него и призывно похлопал рядом с собой. - Присоединяйся, - сказал он, - ночь какая-то холодная, эти штучки в небе почему-то совсем не греют! – незнакомец рассмеялся, - садись давай. Амаэль задумался. Где шпионы отца? Они должны были следовать за ним по пятам, следить, чтобы не сбежал или в озере не утопился. Кто этот человек? Священное озеро расположено в глубине запретной рощи – вход только для членов королевской семьи. (Ну и для тех, кто имеет специальное королевское разрешение). Чары, наложенные на окружающие его деревья, просто не пустили бы чужих. Было еще несколько вопросов, но уже не таких важных. Пока Амаэль думал, таинственный тип не сидел без дела – он откуда-то достал пару стаканов и что-то аккуратно в них разлил. Чуткий нос Амаэля уловил запах трав, спирта и чего-то еще… «И что я теряю?» - подумал Амаэль, присаживаясь рядом с незнакомцем, а вслух спросил, - Ты кто вообще такой? - Я? Аб… То есть Джон, да, Джон Смит – путник, совершенно случайно остановившийся в вашей гостеприимной столице. - И как же ты оказался здесь, а «Джон»? – с долей сарказма поинтересовался Амаэль. - Ну, цены в ваших гостиницах просто неподъемные! Вот я и решил заночевать на свежем воздухе. Нашел самое живописное место… - Пффф, - Амаэль презрительно уставился на собеседника, давая понять, что не верит ни единому его слову. Джон снова рассмеялся и предложил: - Может выпьем за знакомства? Так, чисто, чтобы не замерзнуть… Амаэль хотел было отвергнуть это предложение: пить с незнакомцами плохая идея. Но… «А что я теряю?» - подумал он, а вслух сказал: - Пожалуй. Звук соприкоснувшихся стаканов в ночной тиши прозвучал резко, грубо, звонко – словно столкновение мечей. Амаэль посмотрел в свой стакан: жидкость загадочно поблескивала, отражая свет двух лун, принесших ему столь страшную участь. И зажмурившись, выпил. Горло обожгло, а затем потекло нестерпимое тепло, выгоняя из тела весь холод, а из головы - грустные мысли. Видимо, перемены отразились в его глазах, потому что его новый знакомый улыбнулся и сказал: - Вот! Уже лучше! А теперь еще по одной, и ты мне расскажешь, что заставило такого красавчика метаться по берегу и угрожать небесным телам… Говоря это, он снова наполнил стакан Амаэля. - И почему я должен рассказывать что-либо случайному путнику? – спросил Амаэль, делая глоток. - Хей, дурные мысли нельзя держать в голове, они там бродят, выделяют вредный газ и в конце концов взрывают твою голову, - Джон едва коснулся губами своего стакана и, рассмеявшись, добавил, - фигурально взрывают, конечно, можешь прекратить мять свою черепушку. Амаэль опустил руки и молча сделал еще один глоток. - Чтобы мысли не бродили, их надо выпускать, - Джон многозначительно поднял стакан. - А кому лучше всего выговориться? Конечно, случайному путнику, который завтра продолжит свой путь и даже не вспомнит тебя. Видишь, я даже имя твое не спрашиваю! То ли таинственный путник был дьявольски убедителен, то ли чудесный напиток был очень крепким, но Амаэлю его слова показались очень логичным. Он посмотрел в небо, лун стало больше – теперь уже четыре небесных тела смеялись над ним. Амаэль моргнул и наваждение пропало. «Что я потеряю?» - подумал Амаэль. И вправду, что он мог потерять? За годы взросления, он привык каждый свой шаг рассматривать с этой позиции. Что он мог потерять? Голову? Уважение? Статус? Любовь отца? Для молодого принца это все было равно важно, поэтому вопрос: «А что я могу потерять?» часто останавливал его, не давая вляпываться в откровенно грязные истории. Но сейчас… Что он мог потерять? Сомнительное счастье стать женой монстра? - Что ты теряешь? Снова подал голос Джон Смит, и Амаэль вздрогнул от того, что тот так точно угадал его мысли. «Наверное, все-таки это знак», - пришло в голову Амаэля. - Я должен выйти замуж, - просто сказал Амаэль и удивился – как же ему стало легко. - Замуж? – Джон задал этот вопрос без малейшего намека на удивление в голосе. - Да, замуж… - и быстро, словно боясь передумать, Амаэль рассказал ему все. Полчаса и полбутылки спустя. - О, так ты заложник ситуации, – задумчиво сказал Джон, - ха, я тоже через это прохожу… - Тебя тоже выдают замуж за кровожадное чудовище? – Амаэль удивленно посмотрел на своего собеседника. - Ха, нет, все не настолько жестоко. Скажем там, когда-то давно я дал обещание, не думая, что его придется выполнять. Хех… - Тьфу, я-то действительно подумал, что что-то серьезное, - голова Амаэля кружилась от выпитого, и он опрокинулся навзничь, - а у тебя всего лишь какое-то обещание… От которого просто сбежать можно. - Нет, от некоторых обещаний нельзя отказаться без потерь. И это мое обещание… скажем так, если я не выполню его, то потеряю все. Джон навис над Амаэлем, и от этой близости Амаэль почувствовал странное волнение. - Что это за обещание такое? – спросил он, чтобы отвлечься от этого чувства. - М, Обещание неверное слово, это даже скорее сделка была, - Джон накрыл руки Амаэля своими и приблизил свое лицо к его, - что-то взяли у меня, что-то должны дать мне взамен. - Но, - начал Амаэль, но… Чужие губы накрыли его, не давая продолжить. А сейчас автору положено удалиться, оставив их наедине. *** Первые лучи солнца разбудили Амаэля, давая понять, что время отведенное его холостой жизни, закончилось. Он лежал все на том же берегу озера голый, будто только что родившийся, и с головой, гудящей так, словно в ее глубинах проводили соревнование трубачей. Он поднял руку, защищая глаза от света. «Хорошо, что солнце всего одно», - подумал он, - «если бы их было два, я бы, наверное, уже сгорел…» Амаэль сел и осмотрелся. От вчерашней ночной встречи не осталось и следа. Перед юным магом было все то же священное озеро, как обычно спокойное. (Даже самый сильный ветер не мог взволновать его гладь, собственно из-за этой особенности — место и назвали священным.) За его спиной зеленела роща. По правую руку был песок, а по левую лежала аккуратно сложенная одежда. Это было странно, ведь вчера, скидывая ее на землю, Амаэль совсем не думал об аккуратности. Мысленно пожав плечами, Амаэль начал одеваться. Стоило ему застегнуть последнюю пуговицу, как из-за знакомого куста выступил человек. В этот раз в нем не было ничего выдающегося, даже напротив, его индивидуальность была как будто стерта. Средний рост, средняя внешность, даже голос и тот был какой-то усреднённый… - Господин, готов вернуться в замок? – спросил он. «О, а вот и шпион. Где он вчера-то был?» - подумал Амаэль, а вслух сказал, - Да, веди… - Следуйте за мной, ваше высочество, - соглядатай изобразил поклон. Амаэль фыркнул. Пять минут, потрачены на преодоление священной рощи и вот Амаэль уже сидит в карете, задумчиво смотря в окно. В метафорических песочных часах, что отмеряли оставшееся время его свободы, почти не осталось песка. Но сегодня Амаэля это пугало намного меньше чем вчера. Более того, глядя на проносящиеся мимо дома, он улыбался… Почему? Спросите вы меня. Сейчас объясню… Амаэль не был дураком. Да, его стиль жизни был достаточно беспорядочен, но он все-таки был наследником престола. Да, младший сын, но ведь он был легендарным дитем – помните? Тем, кому уготована великая судьба. И естественно существовал закон, согласно которому легендарность была важнее первородности, поэтому Амаэля с самого детства готовили стать королем - учили, тренировали, заставляли присутствовать на советах… Все это не могло не сказаться на развитии юного принца и сегодня это был умный гармонично развитый юноша, любящий, впрочем, иногда почитывать достаточно игривые романы. И сейчас, сидя на обитом бархатом сиденье, он анализировал вчерашнюю ночь и находил много общего с сюжетом подобного романа. Ну того, где герои случайно встречаются, жалуются друг другу на брак по расчету, влюбляются, происходят разные события, а в конце оказывается, что они с самого начала были обещаны друг другу. Все счастливы. Амаэль усмехнулся: герои в таких романах, всегда были невероятно недогадливы, чтобы сохранять интригу чуть ли не до первой брачной ночи. «Очевидно, что мой вчерашний гость и есть мой будущий муж», - подумал он, - «только это объясняет все вчерашние странности: от пропажи шпионов, до проникновения в священную рощу». И гордый своей проницательностью, он кивнул своему отражению и откинувшись на подушках, продолжил наслаждаться поездкой. *** Свадебное платье было настоящим произведением искусства. Белый цвет его был настолько совершенен, что свежевыпавший снег рядом с ним казался пыльным. Рукава его были похожи на нежные бутоны и казались совсем невесомыми. Изящный лиф его был отделал золотой нитью и крошечными сверкающими бриллиантами. Корсет его был пошит лучшими портными страны, и выгодно подчеркивал талию. А его пышная белая юбка своими складками и оборками, гипнотизировала окружающих, заставляя теряться в фантазиях о ножках, которые она скрывала. Любая невеста убила бы за возможность просто примерить такое платье. - Я это не надену, - отрезал Амаэль. А еще к платью прилагались белые перчатки и, конечно же, фата, украшенная композицией из белых цветов. - И это я тоже не надену… - Амаэль бросил фату на пол и наступил на нее. Раздался почти музыкальный хруст. Рядом с платьем стояли хрустальные туфельки. - Это вообще из какой-то сказки! – Разошедшийся Амаэль пнул обувь, - какого черта происходит?! - Но, Ваше Высочество, это приказ короля, - неловко промямлил кто-то из многочисленных слуг, наблюдавших за происходящим. Амаэль резко развернулся, надеясь разглядеть, того, кто это сказал, но его зоркие (почти эльфийские) глаза нашли только толпу совершенно одинаково сжавшихся от ужаса людей. - Я это так не оставлю! – выкрикнул он и резко выбежал из комнаты. *** «Какого черта! Мало просто выдать меня замуж, надо еще и унизить посильнее?» - думал Амаэль. Он бежал по коридорам замка, совершенно не обращая внимания на удивленных придворных. (Принцы не бегают, они величественно ходят – практически первое усвоенное им правило приличия. Но сегодня ему было плевать на приличия. Он был невестой. Очень злой невестой.) «Где этот старик?!» - Влекомый этой мыслью, Амаэль, вбежал в тронный зал. (Ну, где еще мог находиться король?) Суета. Перед Амаэлем предстали длинные столы, укрытые искусными скатертями, готовые принять на свои деревянные спины сотни блюд. Суетливые слуги, украшающие зал, с такой фанатичной увлеченностью, будто это было делом всей их жизни. Манерный (А, какие еще они бывают?) распорядитель с видом усталого гения, направляющий их действия. Маги, старательно наводящие иллюзии (Самые банальные, надо сказать: на потолок голубок небо, на стены – ветви деревьев, на эти ветви – золотых птиц. Пффф, Амаэль невольно подумал, что сделал бы все намного лучше.). Стражники в парадных доспехах, подпирали стены, а главный лакей в золоченной ливрее полировал трон. Ну что сказать? Обычная подготовка к торжеству. В любое другое время, Амаэль бы с радостью влился в это шумное действие, например, потренировал бы Магию Иллюзий, помогая магам, но не сегодня… Этому празднику, он был не рад. А короля, кстати, в зале не было. «Действительно… Что ему сейчас тут делать?» - подумал Амаэль и сглотнул. Чертово свадебное платье, так сильно его разозлило, что он, забыв о всех нормах приличия, просто ворвался в тронный зал, с оглушительным грохотом, распахнув тяжеленые двери. И сейчас все находившиеся в зале (а было их всяко больше сотни), замерли и уставились прямо на него. В воздухе повисла тишина, словно все не только замерли, но и задержали дыхание, так на всякий случай… Неловко. - М-м-м… - протянул Амаэль, смущаясь, и не зная, что сказать, добавил, - Молодцы, продолжайте… И стремительно отступил в коридор, немного помедлив, массивные створки захлопнулись за спиной, отсекая его от уже становящейся немного зловещей тишины. «Неудобно получилось», - подумал Амаэль, переводя дыхание, - «Но все-таки, где мог спрятаться этот старик?» Он медленно пошел вдоль стен, рассматривая, знакомые с детства портреты. Вот его прадед – Шатер V Артистичный, знаменитый своей любовью к театру, его всегда можно было найти под юбкой какой-нибудь актрисы. Вот прапрабабка Георлина VIII Спокойная, покровительница наук, предпочитавшая читать книги про войны, а не участвовать в них (при ее правлении, земли королевства сократились почти вдвое) – ее можно было обнаружить в библиотеке. А вот прапрадед Элларт I Изысканный – проводил свои вечера за разработкой модных одеяний… Амаэль знал почти все про своих предков. Хм? А что он знал про своего отца? Кроме того, что он был королем? Амаэль задумался. Да, он уважал своего отца, как короля, и хотел стать ему достойным наследником, но вряд ли их общение можно было назвать теплым. А придворные историки, еще не успели досконально разобрать его личность, чтобы Амаэль мог прочитать о нем в книгах. Так что можно было заключить, что Амаэль больше знал о привычках прапрапрапра…дедушки Эллурда II Голубого (Нет, он всего лишь был искусным магом и его любимым заклятьем было «Голубое море спокойствия»), нежели о своем собственном отце. Амаэль остановился напротив одного из портретов. Изображенная на нем светловолосая девушка, загадочно улыбалась и смотрела куда-то вдаль. Выражение ее лица казалось безоблачным, но внимательный к деталям художник, изобразил ее руки, нервно сжимающими веер. Что ее волновало в тот день? Ощущение приближающейся смерти или черствые булочки, поданные к завтраку? Амаэль не знал… - Гм. И что мне делать, мама? – спросил Амаэль. Женщина на портрете молчала, загадочно улыбаясь. Но свой ответ Амаэль все же получил. Отца он нашел в королевской усыпальнице. Уставший старик, а не гордый правитель, стоял перед могилой своей жены. Амаэль бесшумно приблизился к нему и встал рядом. - Сможешь ли ты меня простить?.. – тихо спросил король. - Не знаю… - честно ответил Амаэль. Несколько минут они стояли молча. - Почему платье? – Амаэль все-таки задал вопрос, ради которого он, впервые за долгое время, пришел сюда. - Платье? – переспросил его отец, - А платье. Требование Той стороны, сегодня утром прислали с курьером… - Ясно, - сказал Амаэль. Как-то не так он представлял себе этот разговор. Они постояли еще немного, и не сказав друг другу больше ни слова, разошлись в разные стороны. Наступило время церемонии. *** Демоны. Клыкастые, когтистые, крылатые, брызжущие ядом и кислотой. Демоны самых разных форм и расцветок. Небольшое уютное святилище, где связывали себя узами брака сотни поколений предков Амаэля, было наполнено демонами, словно огурец семечками. «Все будет хорошо? Я же точно знаю, кто будет ждать меня у алтаря…» - повторял про себя Амаэль успокаивающие мантры, но успокоиться как-то не получалось. Не помогало и платье, которое ему все-таки пришлось надеть. (Сидело оно просто идеально) «Все в порядке…» - убеждал себя Амаэль, вступая под священные своды. (Ему показалось или даже на потолке висели какие-то мелкие демоны?) «Надо просто пережить это…» - Традиция требовала от невесты пройти весь путь от входа до алтаря с закрытыми глазами. (Темнота почему-то символизировала чистоту ее помыслов в браке. Амаэль всегда считал это бредом.) Амаэль закрыл глаза. «Все замечательно…» - каблучки Амаэля с хрустальным звоном ступали по древним камням. «Лучше не придумаешь…» Чем там должно стать время в таком случае? Патокой? Медленное, липкое и сладкое? Гм, нет, все-таки не сладкое. Соленое. Да, именно так… Мгновения, которые Амаэль шел к алтарю были тягучими и солеными, словно патока со вкусом слез. (или крови… или вяленой рыбы… или пересоленого супа) Но даже такие секунды кончились, пришло время Амаэлю увидеть своего избранника. (или не избранника, а связанного контрактом демона) Амаэлю пришлось задрать голову, чтобы увидеть, где кончается его жених - мускулистый, краснокожий демон из открытой пасти которого маняще торчали острейшие клыки. «Бабочки! Единороги! Запутанная же история!» - подумал Амаэль. (прошу прощения, но то что на самом деле подумал Амаэль, сделает эту историю слишком грязной, поэтому автору пришлось зацензурить его мысли. Здорово получилось, правда?) Священник тем временем начал читать полагающиеся по обряду строки. …По воле Богов, связываются судьбы… - слова долетали до Амаэля, словно пробиваясь через толщу воды. Он все еще был в шоке: выходя замуж за демона, он действительно выходил замуж за демона, вот неожиданность-то... - Ты согласен Амаэль? – громкий, обращенный к нему вопрос, все-таки смог вырвать его из цепких лап шока. - А… Да, - согласился он, а что еще оставалось делать? Все-таки от его решения зависели жизни всех жителей королевства. *** Дальше было все достаточно банально: после официального объявления Аббадона и Амаэля мужем и женой, началось празднование. Вопреки опасениям людей – оно было раздельным: демоны пошли налево, а человеки направо, то есть демоны веселились снаружи замка, а люди внутри. Только Аббадон на правах законного супруга прошел в тронный зал, чем сначала всех смущал, но потом изысканная выпивка и вкусная еда сделали свое дело и веселые пьяные люди перестали обращать внимание на сидящего в углу трехметрового, рогатого и клыкастого демона. Все прошло нормально. А потом наступила первая брачная ночь. Амаэль стоял рядом с кроватью и нервно мял подол своего платья, напротив него возвышался его жених. Вблизи он казался еще страшнее. - И что мне дальше делать? – спросил Амаэль, опуская глаза. Вместо ответа страшный демон когтем оттянул лиф его платья. - Раздеваться? – обреченно спросил Амаэль. Аббадон кивнул и облизнулся. «Я ему что десерт?» - подумал Амаэль, пытаясь расстегнуть корсет. Естественно, в подобной ситуации пальцы его не слушались. (Да и находиться он привык по другую сторону расстегиваемого корсета, ну вы понимаете, о чем я) Аббадон отвернул его от себя и неожиданно аккуратно одним когтем начал поддевать неподатливые крючки. Щелк-щелк. И вот Амаэль уже может дышать свободно. (Ну да, чтобы создать иллюзию тонкой женской талии на вполне мужском телосложении Амаэля пришлось постараться) Он скинул платье на пол и презрительно пнул образовавшуюся белоснежную кучу. «Прямо сугроб» - подумал он, избегая мыслей о том, что будет дальше. Амаэль пополнил кучу фатой и туфлями. Теперь он остался в одних трусах. (Тоже белоснежных – он же невеста!) и зябко переступил с ноги на ногу. И пусть в спальне было тепло, его потряхивало отнюдь не от холода. В наступившей тишине было слышно только шумное дыхание демона. «Вот и все», - подумал Амаэль и повернулся к своему мужу. Напротив него стоял Джон Смит и неприлично улыбался. - Какого черта? – тихо спросил Амаэль, не понимая, что ему испытывать гнев или облегчение. - А? – Джон (или уже можно называть его Аббадон?) изобразил недоумение, - я тебе не нравлюсь? - Как… Амаэль замолчал, подбирая слова, но Аббадон его перебил. - Ах! – он театрально схватился за сердце, - Ты разочарован? Или тебе больше нравится моя демоническая форма, мой маленький извращенец? Я могу в нее вернуться! - Не надо! – выкрикнул Амаэль, а потом спросил, - И все-таки, что происходит? - Ну… - Джон сел на кровать и призывно похлопал рукой рядом с собой, - Это долгая история… - А ты расскажи в двух словах, - Амаэль сел рядом с ним. - О, в двух не расскажешь. Но если совсем упростить, то получится так: совсем давно, когда я заключил договор с королем людей, я нечаянно наложил на себя проклятие. Или благословение, - он оценивающе посмотрел на Амаэля, - для тебя точно благословение. Помнишь, как там было? - Да, две луны, младший ребенок, все такое… - Ну бред же?! Как на небе может быть две луны? – думал я тогда, - а раз не может, значит и жениться мне не придется. Но стоило мне заключить эту сделку, как на следующее утро я проснулся человеком, блин! Представляешь? Ложишься спать грудой мышц, а просыпаешься в тщедушном человеческом теле. И как в таких условиях верхний мир захватывать? Слов нет, как я тогда замучился, пока понял, как по своей воле биологические виды в себе переключать. А знаешь из-за чего так случилось? Амаэль помотал головой. - Я, понимаешь ли, должен был иметь возможность физически тебя взять в жены, вот тот договор и наградил меня таким удобным механизмом. Хех. А потом еще и эти две чертовы луны на небо выползли… - А почему ты все это мне еще вчера не сказал?! – возмутился Амаэль. - Ну… Видел бы ты свое лицо на свадьбе, - Аббадон засмеялся, - ты был похож на милого котеночка. Кстати, в платье ты само очарование, пожалуй, как моя жена, ты будешь только так и одеваться. И когда Амаэль открыл рот, чтобы выразить свое возмущение, Аббадон притянул его к себе и поцеловал. - Шучу, - добавил он, разорвав поцелуй, - только по большим праздникам. «Ну, в итоге все совсем не плохо, - подумал Амаэль, обнимая Абаддона за шею, - целуется он все-таки как бог…» А потом первая брачная ночь продолжилась, но это история уже с совсем другим возрастным рейтингом…