Сонная пыль

      Гарри шёл по глухому коридору своей альма-матер. Шагал медленно, будто оттягивая момент серьёзного разговора, на который его вызвал профессор Дамблдор, за окном пронеслась молния, ночное небо осветилось. Шаг, ещё шаг и вот он уже на пороге кабинета могущественного мага современности. Дверь со скрипом отворилась. — Проходи, Гарри, — Альбус провел рукой по воздуху, приглашая несмелого ночного гостя. — Профессор, что-то случилось? — Поттер немало удивлён происходящим.       Кабинет Альбуса освещен десятком парящих под потолком свечей в старинных подсвечниках. Маг щелкнул двумя пальцами, и в центре кабинета появился дубовый стол, накрытый скатертью, следом появились всевозможные кушанья.       Придвигая стул, Альбус обратился к своему ученику, — Гарри, ты — храбрый мальчик, который совершенно незаметно вырос и стал юношей. Как сейчас помню твоё первое появление в стенах этого замка…       Чем дольше Альбус занимался словесной прелюдией, тем сильнее Гарри волновался. Поправив дужки своих очков, молодой человек последовал примеру Дамблдора и придвинул стул. — Много лет я храню тайну, — профессор помолчал и продолжил, — знаю, ты, как и всегда поможешь мне. Поможешь найти выход из патовой ситуации, — он отправлял в рот ложку за ложкой, а во время пережевывания еды подбирал слова.       Гарри Поттер смотрел пристально в распахнутое окно, прислушиваясь к раскатам грома, что-то зловещее скрывает за собой разыгравшаяся непогода. — Гарри, я привязался к тебе, ты много значишь для меня, — Дамблдор поднялся и оперся длинными пальцами о стол, — Гарри, последний крестраж — это ты. Я все эти годы готовил тебя к решающей битве, в которой ты должен умереть.       Гарри Поттер вытер ладонью лоб и снял очки, потирая виски и глаза. Множество мыслей проносилось в голове, но одна особенно чётко предстала в сознании, — "Меня предали! Предал человек, которому я больше всего доверял! Я, словно, свинья, откормленная на убой". — Гарри, не молчи, мы должны найти способ сохранить твою жизнь, — казалось, всегда уравновешенный и невозмутимый мужчина терял терпение и злился сам на себя. — Все должно произойти так, как должно, я готов пожертвовать собой ради блага всего магического мира. Но почему Вы решили рассказать мне об этом? — Гарри, как будто совсем не удивился услышанному, возможно, за годы обучения в Хогвартсе он уже привык ко всему.       Дамблдор подошел к своему столу и взял одну колбу, покрутив её двумя пальцами, украшенными драгоценными перстнями, обратился к любимому ученику, — Милый мальчик, здесь, в этом сосуде некоторые мои мысли и воспоминания о тебе, — на этих словах он вылил содержимое в омут воспоминаний. — Я должен окунуться в ваши мысли? Профессор молча кивнул.       Туман... Со временем туман рассеивается и фигуры становятся все более отчетливыми. Это Северус Снейп и Альбус Дамблдор в этом самом кабинете, друг напротив друга. Снейп взволнован и даже ошеломлен, Альбус, как всегда говорит размеренно и неторопливо. От его тона исходит снисхождение не только к собеседнику, но и к предмету разговора. — Северус, другого выхода нет, мальчик должен, когда придет время умереть. — Но, как же так? Ведь Вы сами поручили мне охранять его. Значит, я оберегал его только для того, чтобы в нужный момент он был убит темным лордом. — Только не говори, что тебе жаль мальчишку.       Туман заволакивает комнату, через мгновение силуэты прорисовываются, и в них уже можно узнать Дамблдора и Гарри Поттера. — Как ты проводишь свое свободное время? Как у тебя дела с мисс Грейнджер? — Гермиона замечательная, она — мой друг. — Славно-славно, — Дамблдор хитро прищуривается, пытаясь уловить истину, — молодость полна любовных мук, скажи мне, есть кто-то в твоем сердце? — Ну что Вы, профессор, я пока не думал об этом. — А как же ежегодный зимний бал, с кем ты пойдешь?       Этот недавний разговор и сам Гарри помнил в мельчайших деталях и то, что следовало за этим разговором. Пару месяцев назад он пригласил одну из девушек с факультета Когтевран, но на бал она так и не попала: ее отчислили за неделю до мероприятия, сославшись на постоянные нарушения дисциплины и магию вне Хогвартса.       Картина воспоминаний резко пропадает и появляется нечто невообразимое: молодой человек сидит на коленях директора Хогвартса, обнявшись они о чем-то шепчутся, словно влюблённая пара. Гарри резко поднимает голову из омута воспоминаний, — профессор, последнее воспоминание... — Последнее воспоминание — плод моих фантазий, это причина, по которой я не могу допустить твоей смерти. Сегодня ночью обдумай всё, завтра наступит новый день и мы будем обязаны выстроить план дальнейших действий. Я всеми силами постараюсь уберечь тебя от темного лорда, пусть даже ценой своей собственной жизни, — Альбус Дамблдор погладил молодого человека по голове. — Добрых снов, сэр, — Поттер развернулся и зашагал прочь из кабинета.       Дамблдор достал из широкого рукава щепотку голубоватой пыли, подул: переливающиеся кристаллики медленно опустились на голову уходящему Гарри, — Приятных снов, мой мальчик. ***       Гарри Поттер долго ворочался и не мог уснуть: он все думал о своем истинном предназначении в финальной схватке добра и зла. Открывшаяся правда потрясала и буквально давила своей тяжестью, не переставая душить. Можно ли сказать, что Гарри повезло в том, что Дамблдор испытывает к нему гораздо большие чувства, чем просто дружба и снисхождение? Именно благодаря влюбленности старик решил открыть страшную тайну. Мысли становились все менее ясными, сон уже окутывал и через пару минут Гарри уснул тяжелым неспокойным сном. — Гарри, — профессор положил ухоженную ладонь на плечо своего фаворита, приблизившись вплотную, — я стыжусь своей чувствительности и не должен обременять тебя. Гарри накрыл своей рукой ладонь, давая понять, что ни в чем не винит своего наставника, затем отнял обе ладони и сжал в своих руках. Душевный порыв оказался сильнее здравого смысла: Гарри нежно покрывал поцелуями руки своего учителя, который в свою очередь не торопился прекращать непозволительную ситуацию. — Профессор, нужно убить во мне часть души Волан-де-Морта, для этого и мне придется умереть. Умереть, чтобы воскреснуть, должен быть способ, мы его обязательно найдем, — Альбус Дамблдор заключил избранного волшебника в крепкие объятия, скупая слеза прокатилась по его щеке. Большим пальцем правой руки Гарри вытер слезу учителя, внимательно вглядываясь в полные любви глаза своего собеседника. Оба человека потянулись к губам друг друга... — Это сон, это только сон! — Гарри проснулся в холодном поту, не забывая про полезную зацепку по поводу смерти части черной души Волан-де-Морта, находящейся внутри него самого.