That XX

      Едва на сцене погас свет, Мингю скрылся за кулисами. Он отшвырнул микрофон в сторону (хотя знал, что его не погладят по голове за такое обращение с техникой). Нервы его сдавали. Ему надоело, что Вону все время на людях ведет себя, как последняя мразь. Наедине он был ласковым котом, внимательным и нежным. Но стоило выйти за порог квартиры, он превращался в недотрогу, закатывал глаза, игнорировал. Мингю много раз пытался выяснить, как все-таки Вону относится к нему, но тот всегда отшучивался. Ким не привык к неопределённости, в силу своего характера (он родился овном) он привык всегда получать четкие ответы, планировать если не жизнь, то ближайшую неделю точно.       Вону в свою очередь (опять же в силу знака зодиака) не любил делиться чувствами и эмоциями, хотя настроение Мингю прекрасно понимал. Показать свои чувства на людях – ни за что. Хотя во времена пре-дебюта он позволял любвеобильному Мингю тискать его в порывах нежности.       Мингю был терпеливым, но не железным.       Нахмурившись, он сидел на лестнице, ведущей в гримерку. Пока на сцене шло выступление вокального юнита, остальные имели несколько минут на отдых. И по его подсчетам, Вону должен был прийти в гримерку, чтобы переодеться к следующему выходу. Послышались шаги, и из-за угла показался Вону. Он уже видел, что Мингю буквально пылает и попытался сменить траекторию.       - Опять убегаешь?       Вону тряхнул головой и сделал вид, что просто запнулся. Он медленно подошел к парню, тем временем ища пути отступления.       - Ты злишься?       Мингю кивнул.       - Устроишь разборки?       Мингю снова кивнул. Вону вздохнул и опустил глаза.       - Обязательно это делать прямо сейчас?       Мингю спустился со ступеньки и навис над парнем. Вону сразу будто уменьшился в размерах. Мингю оглядел его и едва подавил не то крик, не то смех от прилива чувств. Широкая футболка открывала ключицу, и это было безумно сексуально. Мингю провел по ней указательным пальцем, будто тело было хрупким, потом рука его двинулась выше – на шею, впилась в волосы. И вот он рывком притянул Вону к себе, лбом ко лбу – этот жест они много раз повторяли на сцене, и каждый раз Мингю едва удержался, чтобы не зайти дальше. Вону задергался, пытаясь отстраниться, но Мингю впился в его волосы сильнее, от чего Вону зашипел и перестал пятиться назад.       - Чон Вону. Я умоляю тебя… Ты слышишь? Я тебя умоляю, объясни. Объясни мне, что между нами происходит? Где тот мальчик в шапке-бини, который не отходил от меня ни на шаг?       - Я все еще здесь.       - Нет! – Мингю рявкнул так громко, что из гримерки на крик выглянул Сынчоль.       Он оглядел картину и поднял бровь:       - Драка?       - Сынчоль, спрячься, по-братски!       Купс опешил от наглости и отсутствия нужного «хён», но Мингю в гневе мог размотать толпу байкеров. Лидер закрыл дверь – сами разберутся.       - Здесь, Вону… - Мингю ткнул себя свободной рукой в грудь, - ты здесь, понимаешь? С тех самых времен ты в каждой (тычок в грудь) клеточке (снова тычок) моего (тычок был сильным) тела. Моих чувств хватит на двоих, но я не намерен больше так жить. Сейчас мы решаем раз и навсегда. Ты – мой, Вону?       - Если ты меня отпустишь, я буду благодарен… Мне больно, Мингю.       Слово «больно» сработало как триггер, Мингю разжал руку. Вону потер затылок и поднял, наконец, глаза.       - Что ты хочешь? Что я должен тебе сказать? Что я чувствую? Законно ли то, что я чувствую?       Раздался оглушительный крик – вокал-юнит завершил свое выступление. Вону заметно занервничал, глядя в сторону коридора, ведущего со сцены.       - Не смотри туда! Перестань, наконец, оглядываться! Я буду драться с любым, кто позволит себе посмеяться над твоими чувствами! Но, пожалуйста, покажи мне, что ты на самом деле чувствуешь?       Вместо ответа Вону (чего ему стоило сделать это – одному богу было известно) прильнул к парню, обвивая его руками за талию. Мингю задрожал от счастья и аккуратно (не спугнуть бы) прижал его к себе крепче. Вону запустил руки в задние карманы джинсов Мингю и уткнулся носом в грудь.       - Я тебя люблю, Ким Мингю. Иногда ты ведешь себя как невоспитанное хамло, ставя свои чувства выше всего остального. Но я чувствую себя рядом с тобой как за каменной стеной. Я знаю, что ради меня ты готов на все. Но… Да! Да, я боюсь осуждения! Да, я не хочу никому показывать своих чувств! Они, хоть и не со зла, но постоянно подъебывают! Мне это надоело, поэтому я отдалился!       За углом послышались голоса, Вону вздрогнул и попятился назад, но Мингю только крепче прижал его. Сынгван, вышедший из-за угла, пару секунд наблюдал за происходящим, а затем протянул:       - Тааааак, парни… Лев схватил свою добычу. Помощь нужна, Вону?       Сынгван не боялся самого дьявола, так что взгляд Мингю он стойко выдержал.       - Во мне ты дыру не проделаешь. Ну так что, хён?       - Мне не нужна помощь, - тихо пробормотал парень, краснея.       - Уверен? Тебя это все устраивает? Кажется, я слышу треск твоих ребер.       - Я сказал – помощь мне не требуется. Просто вали мимо!       Парни засвистели и заулюлюкали.       - Я говорил тебе, не общайся с этим товарищем, вот уже хамства нахватался. Я со всей душой…       Мингю отпустил парня и двинулся к одногруппнику: - Я из тебя эту душу вытрясу сейчас, если ты не прекратишь. Вону, скажи им! - Вону, скажи нам… Что он должен сказать? Ты запугал его?       Мингю занес руку над Сынгваном, тот, выпятив грудь, шагнул вперед. Джонхан кинулся и встал между ними, а Уджи твердо сказал:       - Сынгван, заткнись, будь добр. Мингю, отойди на два шага назад.       За кулисы влетел менеджер.       - Хип-хоп юнит, на сцену! Траума!       Вону так и не успел ничего сказать. Вихрь из менеджера, стилиста и визажиста буквально вынес его на сцену. Парень то и дело оглядывался, пытаясь поймать взгляд Мингю. Он ругал себя за то, что так и не нашел в себе смелости хоть что-то сказать. Все выступление Вону старался стоять как можно ближе к Мингю, то и дело пытаясь поймать его взгляд и улыбнуться, если их глаза встречались. Фанаты не могли не заметить этого и скандировали: «МИ-НИ, МИ-НИ!»       И вот, закончилась фонограмма, парни поклонились. Им нужно было провести небольшой интерактив. Сначала фанатов развлекал Эскупс, потом Вернон зачитал строчки собственного сочинения. Настала очередь Вону.       - Я попрошу включить фонограмму «That XX».       Фанаты завизжали.       Заиграла музыка. Это была их с Мингю сцена. Тот понял его с полуслова. С разных концов сцены они быстрым шагом направились друг к другу. Мингю снова рывком притянул к себе Вону, тот ответил тем же самым. Их лбы столкнулись, Вону читал свою партию, глядя Мингю прямо в глаза. И, когда по сценарию они должны были оттолкнуть друг друга, Мингю по инерции сделал шаг назад, но Вону на глазах у каратов (их визг переходил в истерику) и оцепеневших Вернона и Сынчоля, вцепился в шею Мингю крепче и, притянув снова к себе, впился поцелуем в губы.       Казалось, грянул взрыв. Орали все: караты, одногруппники (Сынгван один мог перекричать весь зал).       Вону отпустил парня, Мингю, казалось, вот-вот упадет в обморок. Он светился от счастья, но с опаской смотрел на Вону. А тот помахал руками, давая знак, что еще не закончил речь. Толпа затихла.       - Караты! Вы любите Мингю?       Толпа грянула вновь.       - Я тоже люблю его!       Зал снова кричал «МИНИ!!! МИНИ!!!»       - ОТНЫНЕ МИНИ РЕАЛЬНЫ! – завопил Вону в микрофон, хватая Мингю за руку и показывая залу сплетенные пальцы их рук.       И, ни слова больше не говоря, он повернулся и потащил Мингю за собой за кулисы. По пути он с силой сунул микрофон Сынгвану в руки, от чего тот едва устоял.       Мингю, увлекаемый парнем, оглянулся и гордо бросил вслед:       - Это мой мальчик.