Gezellig

***

Чимин просто устал от всего дерьма, что происходит у него в жизни. Если Пака спросить про фразу, которую он слышит чаще всего, тогда несомненно в ответ прозвучит: «Ты прекрасный, дело не в тебе, а во мне... Прости пожалуйста, но нам нужно расстаться!..». И фраза это с разных уст звучит каждый раз абсолютно одинаково, будто Чимину каждый раз один и тот же ублюдок попадается, но в разных телах. Слыша эти чёртовы слова, омега первый раз губы в тонкую линию сжал и старался не подавать виду, что слезы так и наровят вылезти наружу. На второй и третий раз он бессовестно рыдал, закрывая красные опухшие глазки длинными рукавами цветных толстовок. А дальше как-то приелость что-ли, так, что новому бывшему даже договаривать не надо — Чимин грустно усмехается и вторит одними губами: «Понимаю», в бесшумной боли убиваясь. Пак, право, не может понять, почему у него исключительно черная полоса в отношениях. То есть, первые три раза, да, ну бывает, а когда шестой альфа сбегает, дело явно попахивает хернёй какой-то. Омега вновь просыпается совершенно один, с дурным осадком на душе и застывшими слезами в уголках глаз. Видимо ему не суждено найти того самого, вероятно, какое-то родовое проклятие, или дед в магазине какой оклеветал. Парень поднимается на кровати и удобно вкапывается пятой точкой в мягкое скомканное одеяло, всё не собравшись с силами открыть глаза. Он кладет руку на спину и выгибается, слушая шруст костей позвоночника. Очередная ночь за прочтением сопливой, но до жути интересной книги не обернулась особо ни чем хорошим, разве только впечатлениями и двумя засопливенными платочками. От бессилия у омеги руки опускаются и смысл во всем как-то теряется. Ему двадцать четыре, он ест мороженное из ложки с пингвинчиком, рыдает из-за дорам и очень сильно любит детей. У Чимина характер, что далеко не каждому альфе по душе (а как показывает практика, альфа, которому подобное пришлось бы по душе, явно один на тысячу), Пак до жути сентиментальный, мягкий и нежный. В сопровождении с этим чересчур часто и много опекает, стараясь угодить во всем и всех. От этого мужики и бегут. Кому нужен такой сопливый размазня? Чимин работает в детском садике, где буквально все воспитанники души не чают в таком очаровательном воспитателе. Маленькие омеги и альфы с радостью бегут в объятия старшему, сразу же отцепляясь от родительской руки. Родители от такого дружелюбия и радужного принятия детей в полном восторге и дерутся в очереди на новую группу, которая именоваться будет как самая младшая и откроет свои двери уже меньше, чем через полгода. Пака такое внимание к своей персоне явно смущает, но звезду парень старательно пытается игнорировать. Работает в детском саду уже года четыре, зарабатывает достаточно неплохо, являясь лучшим воспитателем месяца уже четыре года. Каждое утро, каждая смена приносит ему уйму удовольствия и уюта, исходящего от маленьких моторчиков с ножками, только плечи понуро опускаются, каждый раз, когда в голову вновь и вновь пробираются слова врача: «Шансы забеременеть действительно малы, но они есть в любом случае, господин Пак, никогда не опускайте рук.» И ведь правда, шансы есть, и их достаточно. Нет, разве что, альфы. Пак мечтательно прикрывает шкафчик недавно прибывшего Ханыля и идёт в шумную группу, где детки уже давно занялись своими делами.

***

Чимин долго шел к этому, долго думал и очень долго и мучительно планировал. Он был полностью уверен в правильности своего решения и настроен крайне ответственно. Родители омеги идею поддержали далеко не сразу, но зная своего упертого и настырного в отца сына, сдались и пообещали в любом случае помогать всем, чем только смогут. Пак за это им был бесконечно благодарен. Разве только прямо сейчас, когда парень стоит лицом к двери пристижной и хорошей больницы, вся уверенность исчезает непонятно куда, а руки предательски потеют и мнут край рукавов. Папа Минни твердо настаивал, чтобы пойти вместе с сыном. В конце концов, отпускать его одного на такой серьезный шаг он не хотел, однако Чимин настоял на собственной смелости и самостоятельности. Пак нерешительно тянет массивную стеклянную дверь на себя и тихо заходит в большущий холл, полностью выполненный в белом цвете. Омега почему-то думает, что это странно напоминает психбольницу. Наступать по такому идеально чистому полу немного стрёмно, настораживает ещё и стуки от большой чиминовской платформы. В больнице так тихо, будто никого нет. Догадка про психбольницу кажется чуточку более реальной. Однако, омега всего-то обычный паникёр, что подтверждается звонким голосом слева. Чимин разворачивается и видит перед собой внеземной красоты мужчину, вернее парня, с ухоженными, немного вьющимися пепельными волосами и родинкой на носу. Запах от омеги исходит приятный цитрусовый, от чего Пак непроизвольно улыбается, позволяя себе немного расслабиться. — Привет, ты заблудился? — мягким низким баритоном спрашивает незнакомец и улыбается обворожительной квадратной улыбкой в ответ. Одет пепельноволосый в свободную красную рубашку, две верхние пуговицы которой расстегнуты, а половина низа заправлена в слегка обтягивающие черные штаны. В ухе у него длинная серьга, а на руках пару серебряных колец. Парень в целом выглядит жутко привлекательно и будто только с недели мод в каком-нибудь Париже. Чимин смотрит на него, вспоминает себя, и хочет закрыть лицо руками. Он ведь уверен, что стоявший напротив омега точно младше его, но уже с парнем и великой любовью. Пак позволяет себе грустно выдохнуть. — Нет-нет! — мотает руками Чимин, смеша незнакомца, — Я, это, пришел по записи.. — Ах, прости..! Понял, идём, покажу регистратуру, там заполнишь скучные бумажки и пойдешь куда надо. — быстро говорит собеседник, беря небольшую ладошку омеги в свою большую. — Я Ким Тэхен. — Спасибо большое, Тэхен! — Чимин кланяется, выражая уважение, как его мама учила в детстве. — Пак Чимин, приятно познакомиться. — Ой, Чимин, давай без поклонов и всего такого, я уверен, что если ты сюда пришел, значит на что-то записываешься, из чего делаем вывод, что тебе надо будет ходить сюда часто. Мы будем часто видеться и, возможно, станем товарищами! — А ты здесь работаешь? — Не-е, тут Чонгук-и работает, мне просто дома сидеть скучно, на работу он меня не пускает, говорит с ним здесь сидеть, раз скучно. Чонгук — мой альфа. — О, тебе так повезло, я уверен, что ему тоже. — искренне радуясь за, кажется, нового друга говорит Пак, в сердцах терзая себя за вечное одиночество, в которое он обречён погружаться сильнее с каждым днём. — Эй! Ты сейчас так грамотно намекнул, что считаешь меня занозой в заднице? — хихикает пепельноволосый и к парню поворачивается, видя на его лице растерянность, — Да я же шучу, чего так напрягся?! — Ты очень классный, Тэхен, правда! Весёлый и такой забавный. А ещё красивый до безобразия, твоему альфе жутко повезло. — О-о-й, естественно повезло! Не зря же я за этим козлом три месяца бегал. — беззаботно смеётся Ким, даже не заботясь о том, что может кому-то помешать в тихой больнице. — Чимин-и, а тебе сколько лет? — Двадцать четыре, а тебе? — О боже, я бы никогда не подумал! Я думал, что тебе максимум двадцать... Один? Жесть! Ты такой милый! Мне двадцать три, значит мне звать тебя хёном? — Да нет, обойдемся, как ты и сам сказал, без всего этого. Тэхен радостно кивает и подводит омегу к красивой стойке регистрации, где никого нет, а бумаги и канцелярия разложены аккуратно по местам. Ким кидает быстрое "Я щас! Он наверное опять за кофе пошел, бестолковый!", мигом улетая в серую дверь, предположительно комнату персонала. Через три минуты оттуда выходит широкоплечий, в меру накаченный альфа с приятным, но не резким шлейфом ананасового запаха. У мужчины тёмно-русые волосы, немного растрёпанные, кудрявые и кроличьи зубы, что делают из этого качка пятилетнего малыша. И если это парень Тэхена, то Чимин не сомневается, что пара выглядит невероятно гармонично друг с другом. Взгляд альфы сосредоточенный и пугающе серьезный. Он медленно идёт на свое рабочее место и надевает бейджик с именем «Чон Чонгук», что подтверждает догадки Пака о том, что это альфа Тэ. — Здравствуйте, я вас слушаю. Простите, что задержался. — ровным тоном произносит он, вызывая у Чимина приступы волнения новой волной. — О, Гуки, ты его пугаешь, отстань со своим каменным лицом от дитя. — слышит Пак со стороны спины и резко оборачивается, видя прямо позади себя непонятно откуда взявшегося широкоплечего и высокого клубничного омегу, смотревшего на него особенно материнским взглядом. — Приветствую. — З.. здравствуйте? — неуверенно бормочет Чимин, очень надеясь, что Тэхен придет с минуты на минуту и выручит из столь смущающей ситуации. — Так вот, я.. эм.. По записи. Пак Чимин, время 11:05 — А, понял, вижу в списке. — бормочет под нос Чонгук, вбивая что-то в свой компьютер. — Чимин-и! — Тэхен несётся на омегу, повисает на нем и кладет подбородок на узкое плечо. — Они тебя не обижают? — Н..нет, Тэхен, все нормально. — Это Чонгук-и, мой альфа, — Ким указывает рукой на пытающегося сдержать улыбку при виде любимого, Чонгука, а после кивка Пака перемещает ее на стоявшего позади широкоплечего брюнета. — Это Ким Сокджин, он у нас специалист по омежьей части. — Пак Чимин, очень приятно познакомиться. — вежливо жмет поданную Сокджином руку и кланяется неприступному Чону. — И мне, Чимин. Можешь звать меня Джин-хёном, договорились? Омега кивает и слышит покашливание парня нового друга, быстро оборачиваясь в его сторону. — Я не хотел бы прерывать идиллию, но Пак Чимину уже пять минут назад нужно было подняться на третий этаж по лифту и зайти в 82 кабинет, где его ждёт врач. Пак ойкает, благодарит всех и обещает, что после приема возмет у Тэхена айди в какао, на что второй восторженно хлопает в ладоши. Все трое желают удачи. — Тэхен-и, ты опять к людям пристаёшь? — нежно шепчет Чонгук, притягивая любимого к себе за талию, утыкаясь носом в пепельную макушку. Маска серьезного мужчины спадает, потому что для Ким Тэхена Чонгук готов все звёзды галактики рукой достать. — Я обещал так больше не делать, но он был такой грустный и потерянный! — ластится ближе к альфе омега и потирается носиком о широкую надёжную грудь, — Я не знаю куда он пришел, но Гуки, он такой милый и скромный! Я уверен, что ты со своей маской буки напугал его! — Это моя работа, крошка, тут иначе никак. — Чимин теперь мой друг. — И что ты мне предлагаешь, хитрая задница? — Пусть хитрая, зато классная и вся твоя, — подмигивает в привычной манере Тэ, даря возлюбленному лёгкий поцелуй в уголок губ, — Тебе не нужно быть с ним таким серьезным. Я, кстати, хочу позвать его гулять. — Ла-а-адно, детка, я тебя понял. — по-зверски рычит Чон, перемещая руку на пятую точку Кима, сильно сжимая мягкую половинку в своих больших руках и даже не убирает ее, когда привыкший к таким картинам Сокджин негромко кашляет, привлекая внимание. — Кролики недоделанные, чёртовы извращенцы, — бубнит Джин, уходя в сторону своего кабинета, — Что за молодежь пошла, один секс на уме, а как хёну кофе принести, так хрен тебе, а не кофе. Тэхен! Я хочу кофе! Ким хихикает в шею своего парня и проводит по ней длинными пальцами, вырисовывая незамысловатые рисунки, совсем не сопротивляясь шаловливым рукам старшего, лишь прижимаясь ближе. А кофе Сокджину принести всё-таки надо. Но это подождёт, важнее то, что ненасытный альфа утягивает его за руку в комнату персонала и, кажется, закрывает дверь на защёлку.

***

Чимин стоит перед дверью нужного кабинета и собирает мозги в кучку, дабы просто не рухнуться в обморок. Все по пути к этой двери казалось чем-то невозможно сложным: сначала омега думал, что этот лифт выглядит явно как какой-то вестник смерти, что он явно упадет и Чимин просто умрет, так не доиграв на новой приставке в резидент; потом стены коридоров начали подозрительно сужаться, как бы давя на психику и так нервного омеги. Пак аккуратно стучится в светлую дверь и старается сохранять спокойствие, дыша полной грудью, сжимая в руке телефон, дисплей которого уже стал мокрый от потной ладошки омеги. По ту сторону двери низкий голос басит "Проходите", и Чимин едва удерживает себя, чтобы не перекреститься. Дверь медленно отворяется, и омеге открывается вид на кабинет доктора ЭКО, где на стенах развешаны схемы омежьего организма, среди которых уйму плакатов про беременность. На удобном большом стуле сидит высокий худощавый мужчина, внимательно вчитывающийся в текст в медицинской карточке. — Пак Чимин? — спрашивает тот, на что омега растерянно кивает, собираясь с силами и на жутко дрожащих ногах проходит чуть дальше, доходя почти до середины кабинета. — Ну же, я не кусаюсь, подходите ближе, садитесь в кресло. Пак послушно садится на место, вжимаясь в мягкую мебель, не смея даже руки друг от друга отлепить. Ему страшно. Он смотрел видео про искусственное оплодотворение, имеет представление о том, что в него должны будут совать приборы и это пугает до чёртиков. — Пак Чимин, омега, двадцать четыре года, не женат, подал документы на ЭКО самостоятельно, все верно? — читает мужчина, даже не посмотрев на сидящего рядом омегу. — Вы можете не молчать? Я из вас должен все вытягивать? Чимин мысленно бьёт себя по лбу и очень сильно пытается сосредоточиться на диалоге, а не собственных переживаниях. К тому же, в том, что в тебя будут пихать инородные предметы, вероятно, даже нет ничего страшного? Вид врача настраживает с первых секунд. От мужчины явно пахнет альфой, причём каким-то овощем, от чего омегу передёргивает немного. Почему-то запах этот такой... Неприятный? — Д..да, все верно. — пищит, наконец, парень, постукивая ногой о пол. Нервы точно решили подставить его именно сегодня. — А можете, пожалуйста, не стучать? — раздражительно рычит врач, кидая недобрый взгляд на Чимина, морщась, — Господи, почему люди сейчас такие нервные и неразговорчивые. Все постоянно надо вытягивать. — Прошу прощения.. — Тэян, достаточно. Пак слышит чужой глубокий хриплый голос и боится на него обернуться. Ещё один злой дядька пришел испытывать его нервы, ничего хорошего. Так думает он, пока до его носа не доходит совершенно прекрасный, но слабый запах молока, который надолго задерживается в лёгких и явно не собирается оттуда выходить. — Что достаточно, хённим? — вмиг становится покладистее ранее раздраженный альфа и встаёт с кресла, кланясь. — Зачем ты так давишь на него? Он же просто волнуется. — Так... Я же не должен вытягивать каждое слово?! — Но ты профессиональный врач, Тэян, ты должен помогать и поддерживать, а не давить и пугать. Уловил разницу? — Да, хённим.. — Можешь идти, я возьму Пака на себя. — уверенно заявляет подошедший альфа, от чего у Чимина невольно открывается рот. Обладатель голоса, несмотря на манящий запах, кажется жутко серьезным и важным, наверняка очень строгим. — Но! — Я все сказал, Тэян. Дрыщеватый мужчина сжимает руки в кулаки, но возразить не может, поэтому покорно выходит из кабинета, кидая сухое и явно недовольное "До свидания", закрывая за собой дверь, оставляя омегу наедине с незнакомцем. — Привет, я Мин Юнги, отныне твой врач. — Пак видит чужие ноги, находившиеся совсем близко и решает поднять взгляд, дабы посмотреть на того, с кем около года ему придется возиться и у кого стоять на учёте. Врач кажется молодым, но опытным. Его выбеленные волосы и лисий разрез глаз заставляют омежье сердце сделать пару кульбитов и упасть куда-то вниз. Мужчина улыбается и протягивает до жути красивую руку со светлой, гармонирующей с запахом, молочной кожей и проглядывающими венами. Омега теряется немного, но руку жмёт, получая явное удовольствие от контрастов своей холодной и его теплой ладошки. Врач одет в светлую рубашку и классические брюки. Поверх одежды надет халат, придававший виду полную аккуратность и профессионализм. — Ой, простите! — резко пищит Пак, одергивая руку, вспоминая, какая она у него мокрая. — Ничего страшного в этом нет, это естественная реакция организма. — спокойно говорит врач и садится на привычное место. — Итак, Чимин... Двадцать четыре... Ага.. Вид сосредоточенного альфы заставляет Чимина нервно сжать кулачки и немного сильнее довериться этому врачу. Альфа выглядит так, будто точно знает свое дело и обязательно поможет Чимину. — Начнем с самого элементарного. — Мин подвозит стул ближе к креслу и садится прямо напротив Чимина, заглядывая в его нежные карамельные глаза, — Почему вы решили забеременеть таким способом? — Я... Мне никогда не везло с альфами, они... Мм... Не видели со мной совместное будущее по ряду причин, которые, на самом деле, мне не до конца понятны. Хотя, думаю, что главная причина — это то, что вероятность моей беременности крайне мала... И... Кому нужен омега, который не сможет продолжить род? — Пак теребит привычный для теребения рукав и смотрит исключительно в пол, боясь поднять глаза, сам не до конца понимая, зачем вообще рассказывает все так подробно, — А я.. Устал быть один? Мне почти двадцать пять, а семьи нет, хотя у всех одногруппников уже семьи, дети... Вот и решил попробовать.. Воспитать ребенка сам. Я полностью готов, к тому же, у меня есть к кому если что идти за помощью. Хотя, на самом деле не думаю, что смогу забеременеть так... Под конец что-то щелкает в голове Чимина и одинокая слеза скатывается по пухлой щеке, капая на темные джинсы и оставляя след. У альфы от такой картины сердце непроизвольно сжимается и жалко паренька становится. Такие люди не виноваты, в том, что родились с проблемами, так почему же люди не видят истинный характер, скрывающийся намного глубже, чем болезни и отклонения? Юнги выдыхает тяжело и кладет свою руку на плечо омеги, сжимает несильно, поглаживая. — Все хорошо, Чимин, ты большой молодец, — успокаивающе шепчет Мин, видя красные глазки поднявшего голову Чимина. — Ты же понимаешь, через что надо будет пройти, чтобы в твоём животике появилась новая жизнь? — Да, конечно.. — шмыгает омега, вытирая дорожки от слез. Альфа вытаскивает из своего ящика пачку салфеток и даёт ее Чимину. — Тогда у нас с тобой все обязательно получится.

***

Чимин выходит из кабинета с великой надеждой и легкой улыбкой. Этот доктор подарил ему самую настоящую надежду на будущее и оказался вовсе не злым дядькой, а добродушным и понимающим человеком. У омеги ненароком пробежала мысль, что омеге, чей альфа Мин Юнги, несказанно повезло. Вслед за Паком из кабинета выходит и Юнги, закрывая дверь на замок и догоняя омегу, который тут же отпрыгнул, явно не ожидая внезапного появления врача. Они беседуют про анализы, которые Чимин начнет сдавать уже на следующей неделе. Мин рассказывает омеге про новое правильное питание и то, что отныне и до конца беременности тому надо будет внимательно следить за здоровьем, состоянием себя и малыша. Чимин даёт врачу свой номер телефона, чтобы тот смог скинуть персональное меню сразу же после того, как Пак сдаст все необходимые анализы, после чего специалист составит список того, чего в омежьем оргазме мало и чего нужно есть больше или меньше. Паку действительно приятно общество тридцати однолетнего альфы, он даже позволил себе один раз назвать его хёном, за что сразу же ударил себя по лицу и миллион раз извинялся. Для альфы же паковское "Хён" было самым прекрасным звуком в этой вселенной. Только вот профессионализм, увы, не позволяет таких обращений. Они спускаются на лифте и едва успевают заметить несущегося на Чимина Тэхена, который сразу же кидается старшему в объятия. Мин пялится на эту картину и, откровенно говоря, ничего не понимает. Из стойки регистрации выходит только что отпустивший клиента Чонгук и подходит к Юнги, также смотря на своего парня, обнимающего Чимина. — Они знакомы?! — спрашивает, наконец, Юнги, и Чон хмыкает. — Не поверишь, мой Тэхен налетел на него, как только Пак зашёл в больницу и они, кажется, нашли общий язык. Юнги от этого почему-то улыбается и видит, как старший омега стоит на носочках, чтобы быть с Кимом чуть ближе по росту. Мин чувствует что-то неопределенно теплое по отношению к Чимину, но не дает себе отчёт, что именно, стараясь гнать подобные мысли куда дальше. — Чимин-и, ты не против, если я так буду называть тебя? — воодушевленно спрашивает Ким, все ещё вися на новом друге. — Конечно не против, Тэхен-а, — мягко одобряет Пак и достает телефон, чтобы обменяться контактами. — А ты когда бываешь свободен? — спрашивает Ким, подведя омегу ближе к альфам, но скорее случайно, чем специально. — В воскресенье, думаю, только и свободен. — неловко отвечает Чимин, тупя взгляд в пол. — Я сегодня взял отгул за свой счёт. — А где ты работаешь? — Вообще у меня две официальные работы и одна подработка. — смущённо лепечет омега, видя удивление в глазах новоиспеченного друга, но не видя не менее удивленные глаза Юнги и Чонгука. — А куда тебе столько?! — Деньги из воздуха не берутся, Тэхен-а, — улыбается Пак, — А у папы и так проблем выше крыши с лекарствами, не стану его напрягать сильнее. — Ты такой молодец, Минни-Чиминни! А альфа твой где? Чимин мгновенно падает духом, хоть и понимает, что омега ничего не знал. Пак опускает голову, а его плечи заметно поникают. Юнги, стоявший совсем близко пугается, когда Тэхен задаёт такой болезненный вопрос его пациенту. Он хочет вмешаться, но понимает, что не его дело. Да и кто он вообще такой. — Его н..нет. — неуверенно шепчет Чимин. — А почему?.. Пак злится. Злится не на Тэ, злится на всех бывших, что так уродливо бросили его. Омега сжимает кулачки и держит себя в руках, как держит в себе просящиеся наружу слезы. Казалось бы, такая глупость. Ну кого в нашем мире не бросал парень? Однако, старые раны режут с новой силой и Чимин скомканно бросает: "Прости, мне пора. Спасибо большое за помощь, за знакомство. Обязательно напиши мне в какао. До свидания, доктор Мин, до свидания Чон Чонгук-щи. Мне пора.", и выбегает из здания, так и не дав никому слова. Тэхен расстеряно стоит на одном месте и пытается понять что именно сейчас произошло, пока Чонгук встаёт сзади омеги и поглаживает его плечи, водя губами по уху своей пары. Юнги понимает, что для Чимина эта тема — самая неприятная и что говорить про это нужно как минимум очень редко. Альфа подходит к вмиг погрустневшему Тэ и ерошит его волосы, печально улыбаясь. — Я не имею права разглашать информацию про своих пациентов, но Тэхен, я дам тебе пищу для ума, а ты подумай хорошенько, — Юнги видит сосредоточенные взгляды младших и продолжает: — Чимин пришел на ЭКО. Один. Мужчина говорит все тихо и с небольшими расстановками, как бы пытаясь донести смысл своих слов. Чонгук на последнюю фразу широкого раскрывает глаза, а Тэхен рот, из-за чего выглядит картина в целом комично. — Так, стой, хён, — Чонгук хмурит брови и щурит глаза, — Своих пациентов? Он — твой пациент? — Именно, Гук. — Но ты же не любишь с этим возиться, тебе вообще не обязательно таким заниматься, а как же Тэян? Он же в той сфере.. — Тэян, я считаю, слишком строг и раздражен, не думаю, что то отделение — это место, где ему действительно нужно работать. — Пожалуйста, Юнги-хён, сделай так, чтобы Чимин-и был счастлив.. — продрогшим голосом просит Тэхен, щенячьими глазками смотря на Мина. — Ты на меня это не используешь, оно так работает только с Чонгуком. — Врач идёт в сторону лифта и нажимает на кнопку. — А с Чимином все будет хорошо. Обещаю.

***

Пак небрежно закрывает двери больницы и не оборачиваясь идёт в сторону остановки. Понимает, что выглядел совершенно глупо и бесконечно винит себя за слабость. Он устал быть слабым, устал искать силы и рыдать без весомого повода. Прямо как сейчас. Теплые слезы непроизвольно скатываются по щекам и падают на холодную землю. Пак кутается в пальто и зарывается носом в темный шарф, пытаясь сосредоточиться на том, что с этого момента начинается новая жизнь.