Розы забытой жизни.

— Вы, что? — Стелла издала нервный смешок. Я немного покраснела,— Поверить не могу... Блум, зачем? Мы сидели на кухне одни. Стелла готовила пряники, а я ела овощной салат. После того, как я сходила в душ и пришла в себя, более менее, сразу бросилась к Стелла, чтобы рассказать о случившемся и спросить совета, как поступить дальше. — Вы решили Ли брата или сестру заделать? — улыбнулась подруга, но серьёзно добавила, — Зачем, Блум? — Спустя семь лет,— я нанизывала на вилку листья салата и разные виды капусты. Задумалась, — ты же знаешь, что у меня ни с кем не получалось. Все доходило до первого поцелуя и на этом обрывалось. — Никто тебя не устраивал, а сегодня ты просто сорвалась?— Стелла аккуратно лепила разные формы из теста. Половина стола, как и лицо подруги, были в муке. Мне нравилось, когда мы проводили так непринужденно время, отвлекаясь от проблем. — Он— мой первый и единственный мужчина. Как ты думаешь, меня кто-то мог устроить? — усмехнулась я, — На самом деле, это была огромная ошибка, и он знает об этом. — Он пытается вернуть твоё доверие. Но это очень неправильный способ, Блум. Так не поступают. — Не осуждай меня, Стелла. Да, я сорвалась, но спустя года, да и потом, он мог вернуть моё доверие сразу же, после того, как принёс меня в Алфею. Он мог никуда не исчезать, но сбежал в Светлый камень, как последний трус. — Он не был никогда трусом, просто человек запутался, и тебя за собой поволок. — О, так ты ему сейчас симпатизируешь? Или нет? — Что ты собираешься делать с Ли? Не боишься, что ваш сегодняшний... случай дал ему толчок для рассказа, кто он? — Он этого не сделает, — я сделала глоток чая, — Он знает, что Ли привязана ко мне, и я— единственный её родитель. Он может разрушить мою жизнь, сделав её невыносимой, но разрушить жизнь дочери... Он не пойдёт на такой шаг... Знаешь, что-то в нем меняется, когда речь заходит о Ли. — Отцовские чувства решили проснуться? — я пожала плечами, продолжая есть салат. Стелла прекратила свое занятие и посмотрела на меня, — Знаешь, я считаю, что у ребёнка должны быть оба родителя. Не важно, кем они являлись в прошлом, главное, что с ними сейчас. Валтор — Верховный Маг Домино, доверенное лицо Оритела, пусть ещё и не прощен до конца, но надежда уже есть. Да и потом, ты говоришь, что он меняется, когда речь заходит о дочке. Так почему ты не хочешь ей рассказать правду? Просто расскажи. Я не говорю о том, чтобы вы сходились с ним, потому что сама не знаю, как тут правильно все воспринимать. — Какую правду, Стелла? О, Ли, это твой отец, он убил меня и чуть не угробил тебя, когда я была тобой беременна... Так? Я вообще считаю, что этот её дар проявился из-за того, что я побывала на той стороне. — На сколько я знаю, — заметила Стелла, — твоя смерть никак не повлияла на Ли, а уж тем более на её дар. Скорее всего, это произошло из-за смешения ваших огней с Валтором: Темный и Светлый огонь, и все такое... — Может, ты и права. — Ты все ещё его любишь? Скажи мне правду. Потому что тогда я пойму причину твоего срыва. Ну не голый же он вокруг тебя ходил. Стелла выкладывала готовые пряники на противень и собиралась ставить в разогретую духовку. — Боль от предательства застилает все мои чувства к нему. Я все ещё не могу простить того, что было. — А давно пора бы, потому что сейчас к этому прибавится и отвращение за содеянное сегодня утром, — девушка поставила противень в духовку и повернулась ко мне,— Если ты не перестанешь зацикливаться на прошлом, то начнёшь упускать настоящее. Посмотри по сторонам, Блум, у тебя есть замечательная дочь от великой любви, и человек, который пытается вернуть твоё доверие всяческими способами. — Он— наглый, самонадеянный, извращенный мудак. Стелла была права, а я не знала, что ей ответить ещё. Возможно, я так сильно зациклилась на прошлом, что не хотела принимать настоящее. Мне стоило научится жить со всеми проблемами и отпускать ненужные чувства, но я не умела. Пока не умела. Есть перехотелось, и я оставила тарелку с салатом. Хотя её тут же забрала Стелла, и жуя, сказала:— Вот, что ты, что Химера — две мои головные боли. Одна забыть прошлое не может, другая косячит в настоящем, хотя стоп: ты тоже начинаешь косячить. — Она что-то решила? — А, не, не решила. Задалась идеей рассказать все Аарону, но, видимо передумала. Завтра, кстати, к нам на Охоту наведается король Таниос. Посмотрим, что будет. — Если он узнает, а он узнает, что она беременна, то без раздумий заберёт себе. — Ну, если она не думала головой, когда с ним в одну постель ложилась, так чем я помогу? — Но она же твоя сестра, Стелла. Стелла вздохнула, положила вилку на стол и выпрямилась. — Я не могу решать за него, Блум. Пойми, это тоже самое, что если бы... Если бы Валтор появился в своей настоящей сущности разъяренный до чертиков. Остановить его было бы невозможно... Да, он сразу же почувствует её запах, сразу же проснется инстинкт защиты своего потомства... Я ничего не смогу сделать... Сыграем свадьбу, что ещё остаётся? — Да, ты права. Народ Фригидуса был самым сильным и выносливым, с хорошо развитым обонянием, как у Демонов, отличным слухом, силой и невероятной красотой и сексуальностью. Говоря об этом, мы со Стеллой сначала думали, что Валтор как-то связан с народом Фригидуса, но вспомнив историю про его сотворение и все подобное, пришли к другим выводам. Вечером состоялся приём, на котором присутствовали все королевские семьи. Это было что-то вроде благотворительного фонда на создание единой школы для детей разных рас, возрастов, полов и способностей. Многие родители были против, но мы решили ввести этот проект, и большинство королевских семей нас поддержало. Вечер был скучный. Я ходила за родителями вместе с Дафной. Мы много общались о том о сем. Разговаривали с другими королевскими представителями, пообщались даже с королём Скаем и его женой Диаспорой. В один момент я просто не выдержала: в душном помещении стало ещё меньше воздуха, и я вышла на балкон, закрывая за собой дверь. Огни двора, звезды Солярии, её луны — великолепное зрелище, а главное — чистый, свежий воздух, который заполнял мои лёгкие с каждым вздохом. Завтра обещал быть интересный день, и даже я собиралась поучаствовать в Охоте. Дверь за спиной тихо стукнула, закрываясь, а мне не нужно было оборачиваться, чтобы узнать, кто это: я знала. — Прекрасная ночь. Я промолчала. Меня увлек один вопрос, касающиеся его поведения: что с ним делали такого в Светлом камне, что он так себе ведёт? Будто с цепи сорвался. Он подошёл ближе и стал спиной к перилам, облокачиваясь, чтобы было удобно смотреть на меня. Я долго не хотела обращать на него внимания, но в конечном итоге, сдалась. — Что ты все ещё от меня хочешь? — Хочу узнать, что с тобой происходит: сначала ты одна, потом другая? — Такая же, как и ты... Если хочешь знать, то я не изменила свое решение, хоть долго и думала. Ты бросил нас на семь лет, даже не верится, что письма ты писал Стелле, а не мне, пусть даже с просьбой защитить. Просто я не понимаю элементарного: почему ты сбежал? — Ты не приняла бы меня. — Не говори, ерунды, Валтор... Если бы я злилась, то все равно поняла бы... — Так почему ты не можешь понять сейчас? — Я изменилась, Валтор. Я стала матерью, Советником, отказалась от короны и титула кронпринцессы и я встретила тебя. Почему, когда в моей жизни все наладилось, ты решил объявиться? — Я не хотел ехать на Солярию, но твой отец настоял. — Тогда зачем ты стал вновь вмешиваться в мою жизнь? Ходили бы мы по дворцу и не знали бы друг друга. — Я увидел ребёнка, который упал с дерева и не мог дышать, — серьёзно и тихо произнёс он, — я не мог пройти мимо и позволить девочке умереть. А когда стал исцелять... Моя магия отозвалась на родственный огонь. Конечно, я стал сомневаться и быстро перебирать в голове все возможные варианты, но когда она бросилась на твою шею с криком «Мама», у меня сразу все встало на места. — Видимо, не все и не сразу. Пару мест осталось. — Ни ты, ни Стелла не сообщали мне о том, что у нас есть дочь. Это было открытием для меня. — Поэтому ты решил подкатить к её матери в надежде, что я расскажу ей про отца, который благополучно заберёт её к себе? Я угадала? — Нет. Я скучал по тебе. Безумно скучал все это время. Я усмехнулась. Все, что он говорил, не укладывалось в моей голове, оно было таким неправильным и таким неправдоподобным, что хотелось выть. Но я лишь тихо усмехнулась. — Валтор, которого я знаю, сказал бы, что все это ванильные фразы. Ты —не он. Я люблю того Валтора, который заботился обо мне, пока я не была способна на это. Тот Валтор брал силой все, что хотел и когда хотел, защищал свое до последнего в независимости от ситуации. Ты— не он. Светлый камень, если это правда, изменил тебя до не узнаваемости. Может быть, я ещё и простила бы того Валтора, но тебя, того, кто бросил нас и сбежал как трус — даже не надейся. Я развернулась и быстро вошла в зал, плотно закрывая за собой двери. Мой мир был раздел до моей смерти и после, и все, что было после — я проживала вновь и вновь каждую ночь в кошмарах. Но я рада, что у меня есть Ли, семья и лучшая подруга, благо это я ни за что не поменяла бы. Я знала, что он изменился, стал другим, и этот мой поступок, лишь показатель: сегодня я доказала себе, что смогу справиться с прошлым.