Mistletoe

Вечеринки никогда не были его коньком, он ненавидел находиться в замкнутом пространстве, окруженный людьми, особенно теперь, когда стал знаменитым. Все хотели его внимания, переступая границы его личного пространства, болтая на темы, на которые ему было наплевать. Конечно, он был вынужден присутствовать на этой дурацкой рождественской вечеринке, на которой он был со своими товарищами по группе. Эти двое, конечно, любили ходить на любые мероприятия, будучи социальными бабочками. Курт скрестил руки на груди, глядя на Криста с другого конца комнаты. Его высокий друг оживленно болтал с группой людей, заставляя их смеяться какой-то дрянной шуткой, которую он рассказал. Хмурое выражение на его лице хорошо защищало от приближающихся гостей, но когда Дэйв оторвал взгляд от девушки, привлекшей его внимание, и увидев Курта, его глаза загорелись, а на лице появилась таинственная усмешка. Он быстро извинился перед девушкой и направился к певцу. Курт смотрел, как Дэйв пробирается сквозь толпу, пока не оказался перед блондином, его глаза смотрели в потолок, а палец указывал на то, что привлекло его внимание. Курт проследил за взглядом Дэйва до крючка, на котором висела омела. Глаза Дэйва скользнули вниз, и его передние зубы соблазнительно прикусили пухлую нижнюю губу солиста, — Ты знаешь правила, — самодовольно пропел Грол. В следующее мгновение руки Дэйва схватили Кобейна за талию и прижали к груди барабанщика. Затем Дэйв слегка отстранил Курта и наклонился вперед, запечатлев горячий поцелуй на его губах. Удивленный вздох сорвался с губ блондина, давая Гролу прекрасную возможность погрузить язык внутрь, углубляя их поцелуй. Дэйв крепче сжал бедро Курта, и тот почувствовал, что расслабляется. Солист медленно ответил на поцелуй, его собственный язык смешался с языком барабанщика, и его руки нашли путь к темным локонам, мягко потянув их. Дэйв отстранился первым. Его щеки слегка порозовели, губы припухли, а глаза смотрели на Курта сверху вниз, — Счастливого Рождества, Курт, — промурлыкал Дэйв, подмигнув ему.