К мечте.
3 мая 2019 г., 14:05
— Тринадцатый? — Чимин услышал достаточно. — Этого не может быть. Вы лжёте. — он был зол как никогда.
— Судьба неизбежна. — повторил Мин.
— Но тринадцатый наследник… — Пак поднял глаза на принца.
— Это я. — тихо прохрипел Чонгук, меняясь в лице.
— Почему вы не сказали раньше? — Чимин подлетел к Юнги, грубо вжимая того в кресло.
— Прошу, сядьте. — Мин указал на кресло позади. — И выслушайте меня.
— Чимин, сядь. — подал голос Чонгук, не отрывая глаз от огня в камине. Чимин послушно уселся напротив лешего, продолжая сверлить того взглядом.
— Когда я поведал это вашим родителям, они тоже отрицали. Король и королева были напуганы не меньше меня и вас. Они надеялись, что смогут избежать этой участи, если запрут принца во дворце и ограничат в общении с людьми. Я предупреждал, что избежать предначертанного невозможно. Они просили помощи, но я был бессилен. Из-за этого они выслали меня из дворца и запретили видеться с вами.
— Что со мной будет? — Чонгук поднял глаза.
— Что с тобой будет? — разорался Пак. — Кажется, этот чертов олень тебе уже все доходчиво объяснил. Ты последний наследник. А это значит, что ты не успеешь жениться и оставить приемников. Династия перестанет существовать. А нет династии — нет правителей. В стране начнётся разруха.
— К сожалению, это правда. — с горечью произнёс Мин. — Но не забывайте, что это может произойти как завтра, так и через десятки лет.
— Чёртовы сказания и легенды! — ругался Пак. — Давай, Чонгуки, нам нужно возвращаться домой, пока не поздно. Я соберу вещи.
Чимин хотел ломануться за рюкзаками, но был остановлен легким дрожащим голосом.
— Не нужно. — прошептал принц. — Мы продолжим наш путь, Чимин.
— Но Юнги сказал…
— Не хочу последние дни своей жизни провести в заточении, прячась по углам. Если мне и правда суждено умереть, то я встречу свой конец как полагается принцу, с достоинством и улыбкой на лице.
— Чонгуки, не глупи.
— Нет, Чимин. Я готов принять этот удар. Пора двигаться дальше. А там глядишь, ветер переменится
— может и на наши души выпадет малость везения. И пока у нас есть время, я хотел бы прожить его на полную. — после этих слов Пак сразу же переменился в лице.
— Чон Чонгук, если ты и правда последний, то я буду защищать тебя до самого конца. Но если ты все же падешь в нескончаемую бездну, я тотчас без раздумий прыгну за тобой. — Пак улыбнулся во все свои белоснежные зубки.
Чонгук протянул другу руку, которую тот с радостью и без сомнений пожал, попутно утягивая младшего в крепкие дружеские объятия.
— Твоя рука опять на моем заду.
— Я знаю. — Пак улыбнулся.
— Засранец…
***
После недолгих сборов наши путники были готовы продолжить своё скорое путешествие.
— Оленя возьмём? — уже на выходе спрашивает Пак, стараясь скрыть свой неисчерпанный интерес к Юнги. Он не хотел расставаться.
— Мин Юнги, не хотели бы вы отправиться вместе с нами? Думаю, нам многое нужно наверстать, как считаете? Да и втроём веселее будет. — Юнги задумчиво поджал губы.
— Для меня это большая честь. С удовольствие проведу с вами время. — хоть он и был похож на мальчишку, но в душе играл самый настоящий старичок.
— Хе-Хе-Хе. — довольно усмехается Пак, не в силах скрыть улыбку, когда Мин ушёл за вещами.
— Чимин, я же все слышу. Ты не в курсе? — конечно Чон не мог не заметить интереса друга к этому созданию.
— Чонгуки! — как девчонка завопил старший. — Ты только посмотри на него. Эти рыженькие веснушки, мятная макушка, а рога… Нет, не олень он, а самый настоящий ангел.
— Смотри не влюбись. — шутит Чонгук совсем не в тему.
— Что за вздор! Влюбиться и Я — вещи несовместимые. Пф, я не влюбляюсь, а трахаю. Т-ра-ха-ю. Разные вещи. — важничает Пак, строя из себя холодную неприступную стену, которая вот вот рухнет под натиском изумрудных глаз Мин-котёнка Юнги.
— Ага, ага. — цвыркнул принц, смотря на друга с хитрыми слегка прикрытыми глазами.
— И вообще, он мне не интересен. — ага, кншн.
— Тогда что за нездоровый блеск в глазах и вздохи? — подкалывает младший.
— Самый обычный блеск… — смутился Чима, выдыхая.
***
Солнце перевалило через первую половину небосвода, когда путники наконец сдвинулись с места.
Все трое идут вперёд, наслаждаясь чудесной погодой и красотой северных лесов.
Чонгук старается ещё раз обдумать все услышанное и уложить это в голове, в то время как Пак уже закончил разрабатывать контр-наступление.
— Красиво здесь. — вдруг ни с того ни с сего, он обращается к Юнги.
Чонгук, идущий впереди, тут же навострил свои ушки, прислушиваясь к их разговору. «О Чонгук, какая здесь грязища и клещей небось по горло. Фу, ненавижу природу. Как люди вообще могут восхищаться ею?» — вспоминает принц, тихо смеясь про себя.
— Эти места имеют свою неповторимую историю. Но нельзя забывать, что красота бывает обманчива. — поучительно произносит хозяин лесов, повидавший жизнь.
— Интересно, какое оно, это Южное Королевство. Вы были на Юге? — спрашивает Чимин, хлопая глазами и милашничая перед оленёнком.
— Да, бывал. Когда-то давно, ещё до встречи с династией Чон. — Юнги медленно проговорил каждое слово, следуя позади и опираясь на свою трость.
— Тогда сколько же вам лет? — поинтересовался Чонгук.
— Больше двухсот… Подождите, подождите. Так вы направляетесь в Южное Королевство? — парни кивнули.
— И какой же олух указал вам дорогу? — недовольно забубнил старичок. — Нет, я серьезно. Шли вы правильным путём, не забрели бы в северный лес.
Чонгук остановился, вынуждая остальных тоже замереть на месте и наблюдать за тем, как принц медленно начинает поворачиваться и закипать.
— Чи. Ми. Нннн. — прошипел принц. — Ты же сказал, что «да не ссыте, ваше величество, со мной вы в безопасности, я дорогу как свои пять пальцев знаю!».
— Ну ошибся, с кем не бывает? — отвечает Пак, прячась за Юнги.
— Я тебе сейчас так ошибусь! Так ошибусь. — Чонгук как бешеный кроль, что умудрился проспать весь сезон размножения, от чего гормоны так и бьют в голову, схватил первую попавшуюся палку, замахиваясь ею на непутевого друга, готового бежать.
— Чонгуки, положи палку, слышишь! — Пак драпанул в кусты.
***
— Знаете, у него чистая душа. — повествует Мин, греясь у вечернего костра. — Конечно, он малость шумный и безответственный, а ещё невоспитанный, но он хороший.
— То есть зря я его палкой треснул?
— Нет, конечно Чимин может и заслужил наказания, но насилие не самый лучший выход.
— Ничего я не заслужил. — обидчиво поспорил Пак, растирая макушку. — Ты причинил мне боль! Ты заставил меня страдать! Мой лучший и единственный друг обидел меня, ударил! Знаешь, Чонгук, порой душевная боль может быть куда сильнее физической! — хнык, хнык.
— А то есть, если я тебя сейчас назову тупой скотиной, то это будет больнее, ежели я пырну тебя ножом в твою проспиртованную печеночку?
— Я устал терпеть это неуважение! — выпендривается старший. — Все, объявляю тебе бойкот! Больше не подходи ко мне! Не смотри на меня! И даже не смей дышать в мою сторону, Чон Чонгук! Ты понял? — с этими словами Пак с головой закутался в огроменный спальный мешок, запрыгивая в одиночную палатку как оскорбленная, ни в чем не повинная, лань.
— Спокойной ночи! — прикрикнул принц. — Смотри гордостью не подавить, хрен лысый.
— И вам того же, Чон Чонъебень!
***
Ночь прошла достаточно спокойно и без лишней суеты. Это была одна из самых безмятежных и несравненных ночей, которую принц обязательно запомнит.
И, смотря на темное, властное небо, он вспоминает ту самую первую ночь, когда Чимину все-таки удалось провести её мимо охраны, высоких стен и чужих глаз, за что тот ему очень благодарен.
Пак Чимин помог Чонгуку приоткрыть эту закрытую дверцу в новый мир. Дальше выбор уже за принц — идти вперёд, рискуя, или же вернуться назад, но упустить свой единственный шанс на лучшую жизнь. И Чонгук выбрал идти вперёд, несмотря на опасность и вероятностно не дожить до следующего дня, особенно с таким «надежным» другом, как Чимин. А вдруг и правда получится все изменить? Он полон сил и готов ко всем трудностям. И он не позволит какой-то судьбе сломить его.
Чонгук готов переплыть моря и пересечь горы, раздвинуть небосвод и достать до звёзд. Он готов на все, лишь бы обрести свою маленькую мечту — любовь.
