Сказка о прекрасном принце Чон Чонгуке и похотливой развратнице Тэхене

— Я никогда тебя не отпущу, ты слышишь? Женщина с шоколадными глазами и манящими светлыми прядями каштановых волос ещё раз прижала маленькое создание, так похожее на неё, позволяя зарыться своими крошечными пальцами в её волосах. — Ты мое сокровище, — женщина, чьё имя Чонгук никогда не узнает, ещё раз приложилась холодными губами к аккуратному лобику своего ребёнка, которого уже никогда не увидит. — Мама? — мальчик, заботливо и вопросительно произнёс единственное известное ему слово, смотря на то, как последний огонёк в его жизни удаляется из виду. — Мама! — уже срываясь на крик, зовёт мальчик, не в силах сдержать горькие слезы от обиды и непонимание, почему она прощается, почему уходит. Он такой крошечный, хрупкий и нежные. А мир, в котором он живет, слишком велик и чужд. Но у мальчика нет выбора — придётся остаться, постепенно забывая о родном мелодичном голосе матери, её объятиях и прикосновениях. *** Легкий сквозняк прошёлся по оголенной спине, заставляя Чонгука вздрогнуть и открыть слипшиеся глаза. Недовольно буркнув, Чон оперся на локти и осмотрел комнату, стараясь вспомнить, что произошло и где он сейчас находится. Первое, что привлекло внимание принца, стала темно-зелёная софа с пышными подушками. Пройдясь глазами по бардовым стенам с серебряным рисунком у самого карниза, Чонгук упёрся в высокое зеркало и массивный шкаф дубового цвета, что абсолютно не сочетался с бирюзовыми шторами и ярко-красным ковром на полу. Благо, что кровать была с балдахином — при возможности можно закрыться и не видеть всю эту безвкусицу, режущую и без того раздражённые глаза. Встав с кровати, принц проследовал к своим вещам, которые были аккуратно сложена на краю кровати. Чонгук, слегка шатаясь, накинул на себя лёгкую рубашку, после чего проследовал к двери, чтобы поскорее найти своих. Широкий темный коридор встретил принца шумом с нижнего этажа, больше похожего на неразборчивую болтовню и отголоски пианино. Сориентировавшись по звукам, принц не спеша спустился по винтовой лестнице, встречаясь с очередной дверью, но на этот раз ведущей уже в сад. Вздохнув поглубже и растрепав темные волосы, Чонгук смело открыл дверь в сад. Уходящее солнце все ещё резало глаза и припекало оголенную грудь и руки. Принц вышел из тени крыльца, абсолютно не понимая куда ему нужно идти и кого искать. Голоса стихли, пианино больше не играло, да и назойливый Пак Чимин рядом не крутился — слишком тихо. Чонгук прикоснулся к затылку, чтобы хоть как-то унять скрипучую липкую боль, неожиданно возникнувшую, когда он прошёл в глубь сада. Сил идти практически не было, поэтому принц уселся на первую попавшуюся лавку, закрытую со всех сторон пышными деревьями и кустами. Чонгук вытянул замлевшие за время сна ноги и растер колени. По прежнему тихо. Ему не оставалось ничего, кроме как прислушиваться к голосам и стараться различить среди них Чимина и Юнги, что так предательских бросили его здесь, не дождавшись пробуждения. «Сколько я проспал? Мы прибыли рано утром, а сейчас уже вечер. Кто эта женщина с карими глазами и милой улыбкой? Я знаю её.» Из тени собственных мыслей Чонгука вывели звучные лёгкие неспешные шаги в его сторону. Чонгук, не в силах подняться с места, обеспокоенно крутил головой, стараясь уловить источник спасительного звука. Так и не дождавшись своего спасения, принц прижался спиной к лавочке ещё сильнее, позволяя себе опустить раскалывающуюся на две части головушку и засопеть от нахлынувшей усталости. *** — Они прекрасны, — низкий бас заставил принца поднять голову и открыть глаза. Перед ним стоял невысокий мужчина в темно-синем костюме и такой же накидке, скрывающей его хрупкие плечи и спину. — Простите? — Чонгук слегка напрягся от такой неожиданности. — Эти розы. Они прекрасны, — повторил незнакомец, после чего не спеша прикрыл глаза с пушистыми ресница и наклонился к одному из бутонов, аккуратно втягивая душистый аромат, не задевая цветок, чтобы случайно не сломать. — Извините, я, — голос Чонгука дрожал от боли и усталости. — Я Ким Тэхен. — мужчина, оторвавшись от цветка, подошёл к принцу и протянул руку с тонкими пальцами и такой же хрупкой запястью. — Чон Чонгук, — привстав с лавочки, принц пожал протянутую руку, встречаясь с квадратной дружелюбной улыбкой, которая напомнила ему женщину из сна. — Так вы и есть тот самый принц? — Ким сжал ослабевшую руку принца ещё сильнее, обхватывая пальцами рукав рубашки. — Да. А вы? — Чонгук аккуратно одернул руку, чтобы не привлекать лишено внимания к своим действиям. — Моя личность не столь важна, как ваша, Чон Чонгук, — Ким слегка накренил голову, не переставая улыбаться. От такой яркой улыбки Чонгуку стало слегка неуютно и неловко. — Извините, вы не подскажите, где я могу найти хозяев поместья? — Пройдемте за мой, — незнакомец ломанулся к дому. Только сейчас Чонгук почувствовал, что от парня пахло красным вином и горьким шоколадом с апельсиновым привкусом. Эта смесь запахов приятно ударила в ноздри, заставляя на секунду забыться и прикрыть глаза от щемящего грудь удовольствия. — Как давно вы бродите по саду? — улыбчивый парень снова вывел принц из зоны комфорта и тишины. — Четверть часа, не более, — поравнявшись с парнем, произнёс Чонгук, стараясь разглядеть своего нового знакомого, который продолжал улыбаться принцу и вести за собой по длинному коридору прямиком в комнату, откуда и доносились неразборчивые разговоры. Ким, дойдя до двери, на секунду замер в ожидании плетущегося Чонгука, после чего смело распахнул её, открывая вид на просторную светлую гостиную с большими окнами и камином. — О! Чонгуки. Ну наконец-то мы тебя нашли! — родной голос Пак Чимина заставил Чонгука улыбнуться. В самом центре на пышных диванах расположились сразу несколько людей — Пак, который уже успел нехило так надраться вином, о чем свидетельствовали его косоватые глаза и горящие щеки. Юнги, нашедший себе самый дальний уголок диванов, величественному восседал на подушках, потягивая и смакуя красное вино, налитое в прозрачный бокал. Далее следовали ещё две мало знакомые фигуры, каждая из которых весело поприветствовала принца и пригласила присоединиться к их много часовой беседе. Чонгук уселся рядом с другом, возвращая бывалый вид их троице. Напротив разместились хозяева поместья, а в кресле справа расположился Ким Тэхен, который тут же потянулся к своему оставленному бокалу и многочисленным закускам, занимавшим весь кофейный столик. — Чон Чонгук! Как хорошо, что вы все-таки добрались. Как вы себя чувствуете? — высокий мужчина с пепельными волосами окинул мальчишку с ног до головы оценивающим взглядом, после чего протянул бокал с ароматным дурманящим напитком. — Спасибо, — поблагодарил принц, не торопясь делать первый глоток. Он вопросительно посмотрел на мужчину, задавая немой вопрос, который тот сразу же подхватил. — Я Ким Нам Джун. Глава семейства. А это мой брат Джин, насколько мне известно, вы уже успели познакомиться утром. — Очень приятно, — Чонгук сделал первый глоток, который заставил его поморщиться и облизать пересохшие губы. — Как ты? — из дальнего угла отозвался, отрываясь от вина и прочих мелочей, заботливый Юнги. — Я в норме, — сухо ответил Чонгук, чтобы не привлекать лишнего внимания к тому, что произошло утром. — Чон Чонгук, как же вы выросли! — засмеялся Джин, перегибаясь через стол и прикасаясь к свободной руке младшего. — Простите, я вас совсем не помню, — принц виновато поерзал, откидываясь назад и проваливаясь в гору мягких подушек, после чего сделал ещё один глоток. — Ой, да мы вам сейчас все расскажем… — довольно протянул мужчина, больше похожий на болтливую особу, после чего подлил себе и Чонгуку немного вина, бутылки от которого уже стояли на полу в немалом количестве. *** Весь следующий час Чонгук провёл в компании своих давних знакомых, которые со всем трепетом и уважением оказывали ему знаки внимания и вовлекали в разговор, задавая нескончаемые вопросы. Как оказалось, Джин и Джун были старыми приятелями родителей молодого принца, которого они знали ещё с пелёнок. По их рассказам семейства Ким и Чон до рождения наследника проводили немалое количество времени в компании друг друга, параллельно устраивая балы и маскарады. Для Чонгука, знающего своих сдержанных и предусмотрительных родителей, было невдомек слышать о балах и маскарад, и уж тем более о друзьях с Юга. Но братья Ким были настолько убедительны, что Чонгуку просто пришлось поверить, абсолютно не понимая, почему родители никогда не рассказывали ему о былых временах. — О чем вы говорите? На Севере с роду не устраивалось таких грандиозных мероприятий, как здесь, у вас, — Чонгук отрицательно покачал головой, поднося пятый бокал к губам. — Мой дорогой Чонгук, — Джин, похожий на заботливую мамашу, взглянул на принца, — до вашего рождения все было по-другому. — Все равно я не понимаю, что могло заставить моих родителей так сильно измениться? — краем глаза Чонгук зацепил Юнги, который явно знал этих людей, но почему-то решил промолчать. — Когда вам было пять лет, случилось несчастье, которое потрясло Южное и Северное Королевства. Наших правителей зверски убили, сбросив тела с обрыва в бурлящую реку. Останки нашли не сразу, — Намджун сделал паузу, которая заставила всех смутиться, а юношу напротив побледнеть. После он снова продолжил: — Эти люди хотели захватить власть, но Север помог подавить восстание. Нам с братом тогда было, как вам сейчас. Мы не знали о происходящем в стране ещё долгое время, потому что успели выехать из страны..... *** Ким Намджун и Ким СокДжин всю жизнь прожили в этом поместье со своей родной тетушкой Ким и её мужем, который правил Южным Королевством. Своих родителей мальчики не знали, поэтому растили их гувернантки и прочая прислуга, что сделало парней сильными и выносливыми. А любовь и заботу они получали от своей тетушки, которая никогда не имела собственных детей. Она, будучи женой правителя, всю свою жизнь готовила юношей к престолу. Именно поэтому с юных лет мальчики крутились в высшем свете среди уважаемых особ. В воспитании непослушных проказников помогла юная миссис Чон, которая в то время ещё была только невестой будущего принца Северного Королевства. Лучшие подруги растили детей с умом, мечтая о своих собственных. Однако стать матерью довелось только одной из них. Когда Чонгук родился, братьям Ким было всего по шестнадцать лет. Семьи часто навещали друг друга, именно по-этому братья знали принца с самого его рождения. Однако через пять лет случилось несчастье, изменившее многие жизни — волна восстания окутала Южное королевство, вынуждая Северное закрыть все ворота. На Юге начался голод и страшная болезнь, унёсшая тысячи жизней. Неблагодарный народ, безбожно покалеченный жизнью, решил выместить всю свою злобу на правителях, которые, по их мнению, никогда не принимали попыток улучшить жизнь бедных людей. Семейство Ким обратилось за помощью к Северу, который тут же выслал подмогу. Однако было слишком поздно — разъяренная одичавшая толпа ворвалась в поместье и схватила беззащитных ни в чем не повинных людей. Избив своих господ до полусмерти, поднявшие восстание оттащили их к самому утесу, откуда скинули тела в воду. Эта трагедия потрясла семью Чон и весь Север. Молодая мать, зная о страшном предсказании переданном Юнги, решила оградить пятилетнего сына от внешнего мира, чтобы эти события никогда не коснулись и её ребенка тоже. *** — Что значит «тоже»? — спросил Чон, поднимая глаз на мужчин. — Простите? — Вы сказали, что у семьи Ким не было родных детей. А сразу же после этого, вы сказали, что моя мать боялась, что со мной может произойти ТО ЖЕ самое, — Чонгук выделил «тоже», заставляя сидящих перед ним смутиться. — Мы просто хотим защитить вас, Чон Чонгук, — Джун потянулся за очередной бутылкой. — У семьи Ким были дети или нет? — разгоряченный и раскрасневшийся Чонгук уже не контролировал свой тон и манеру речи. — Нет, — холодный низкий бас оглушил принца, не ждавшего такого утвердительного ответа от человека, которые за все два часа беседы не проронил ни слова. *** С самого начала Чонгук, как и его друзья, расположившись на диване и угощаясь закусками, весело беседовали с хозяевами поместья, позволяя задавать им разные вопросы касательно семьи. Пак на удивление принца вёл себя крайне спокойно и смиренно, лишь изредка вставляя пару своих каких-то мыслей, дополняющих разговор. Юнги же ушёл куда-то в себя, не желая участвовать в столько утомляющей беседе. Он лишь моментно открывал глаза, когда тема разговора снова сменялась касательно Чонгука. Джин предстал перед Чонгуком таким же весёлым и улыбчивым, как утром, а выпитый алкоголь сделал его ещё разговорчивее. Джун же был куда серьезней своего брата, от чего не задавал лишних вопросов, внимательно слушая уважаемого гостя. И вся эта домашняя обстановка, милые люди, легкая беседа казались Чонгуку таким приятным и гармоничным событие, за исключением одной, на первый взгляд, несущественной детали, которая выбивалась из общей картины заставляя принца чувствовать себя не в своей тарелки. И имя этой детали — Ким Тэхен. С самого начала этот молчаливый парень посеял в Чонгуке сомнения и странное чувство отчуждения и нескончаемого одиночества. Ни один из присутствующих ни разу не обратил на него внимания, да и сам Ким не рвался с расспросами. Закинув ногу на ногу, Ким внимательно слушал каждое слово, произнесённое принцем, потихоньку потягивая и смакуя ароматный напиток. Только сейчас Чонгук мог разглядеть нового знакомого. Для Чонгука Ким не был похож на остальных. В отличие от Джуна и Джина, он обладал бледной прозрачной кожей аккуратного лица, выраженными скулами и небольшим носом, заканчивающимся крошечной родинкой на самом кончике, что не могло не вызвать умиление. Тэхен обладал выраженной худобой, о чем свидетельствовали не только скулы, но и тонкие запястья рук, украшенные серебряными браслетами и дорогими кольцами. Образ серьёзного задумчивого паренька сразу же врезался в голову Чон Чонгука. Поддерживая разговор с хозяевами, заинтересованный взгляд принца чуть заметно косил вправо, где расположился Ким. И пока принц лишь незаметно косил в сторону незнакомца, стараясь рассмотреть его, Тэхен бесстыже и нагло изучал Чонгука, проходясь по нему тяжелым взглядом с ног до головы, подмечая каждую деталь, останавливаясь на самых откровенных местах. Чонгук, чувствуя, как Ким прожигает его, незаметно для себя самого начинал нервничать, заламывая пальцы и прикасаясь к собственным запястьям, шеи и затылку. Чонгук то и дело опускал глаза, разглядывая собственные руки и старясь избежать встречи со взглядом Ким Тэхена, который уже изрядно успел искусать пухлые губы. А эта странная игривая улыбка на красивом лице Тэхена, в сочетании с тёмными глубокими глазами, вызывали Чонгуке детский трепет и непонятной природы глупую улыбку, сдержать которую не было практически никаких сил. *** — Тэхен, сходи пожалуйста за вином, — Джин старался хоть как-то развеять сложившуюся обстановку и перевести тему, в которой участвовать молодому парню не было никакой нужды. Ким, одернув воротник рубашки, плавно поднялся со своего места, не сводя взгляда с юного принца: — Чон Чонгука, прогуляемся? — поинтересовался Ким, облизывая губы и расплываясь в загадочной улыбке. — Почему бы и нем, — раскрасневшись и смутившись ответил Чон, отрывая свой зад с места. — Мы скоро, — сухо ответил Тэхен звучным басом, после чего двинулся к двери. Чонгук, выпивший больше положенной нормы, слегка пошатываясь проследовал за Тэхеном, попутно разглядывая его спину и каштановые волосы, в которые почему хотелось зарыться обеими руками и не отпускать…