Я разобью твою голову, если притронешься ко мне

Yoko Kanno feat. POP ETC — is

За последние дни все немного поменялось: Фрэнк неофициально съехал прямо после той злополучной ночи к Джерарду на время летних каникул, однако где он будет жить с началом учебного года не знал, ведь скорее всего к Уэю кого-нибудь подселят. К счастью, парню никак не мешали крики своего соседа во сне, поэтому он мог спокойно спать и отдыхать. После того поцелуя парни никак не напоминали друг другу об этом: Джерард не напоминал, потому что думал, что Фрэнк забыл все, что было после героина, а Фрэнк тем временем просто боялся того, что Уэй считает это ошибкой. На самом деле, отчасти даже сам Айеро думал, что этот поступок был немного необдуманным, и вообще с чего он решил, что может просто так брать и целовать его? Может быть Джерарду нравятся девушки? А может он не ищет отношений? Его реакция на поцелуй была немного непонятной, ведь он поцеловал парня в ответ, но потом сразу же замешкался, выпалив какую-то чушь, дав понять, что это было не очень-то и хорошо. Но слова Уэя о том, что он чувствует себя с Фрэнком по-особенному, не дают парню думать о чем-то кроме этого. Ну, а что насчет Роя, так он больше ни слова не сказал Фрэнку, даже когда тот пришел собирать свои вещи. Возможно, рыжий раздумывал о плане, который поможет отомстить этим двум, а возможно, что он и вправду испугался и решил не портить себе жизнь. Комнату освещал красноватый свет из большого окна, окутывая крошечную комнатку своими объятиями. Из-за на удивление солнечной и жаркой погоды в этот день закат был воистину прекрасным. Листва на деревьях слегка колыхалась от теплого ветерка. За окном бегали радостные такой погоде подростки, разодетые в шорты и майки; некоторые из них так по-детски играли, кидая друг в друга шарики, наполненные водой.  — Фрэнк, ты все еще спишь? — Нарушил тишину зашедший в комнату взлохмаченный Джерард с капельками пота на лице из-за жары. В ответ Айеро лишь жалостно замычал, переворачиваясь лицом к своему новому соседу.  — Уже девять вечера… С тобой все в порядке? Ты чувствуешь себя плохо?  — Просто устал от вчерашнего дня… — Сухо ответил Фрэнк. — Не переживай, все нормально… И… Спасибо еще раз за то, что, если можно так сказать, приютил меня. Джерард только молча улыбнулся, подошел к окну, чтобы еще раз насладиться видом. Теплый свет упал на лицо парня, заставляя немного щуриться.  — Сегодня была такая потрясающая погода… Жаль, что ты все проспал. Такое ты еще не скоро увидишь, в нашей-то местности… — Сказал парень.  — Куда ты уходил?  — Прогуляться. Ходил на поляну, немного погулял по лесу. Я давно так долго не гулял. Весь вспотел, — усмехнулся Джерард.  — Конечно, ты ведь постоянно в своих теплых кофтах, растянутых до жопы. Ты бы хоть иногда ходил в футболках.  — Было бы не очень светить перед всеми своими шрамами на руках, — с улыбкой на лице сказал черноволосый, повернувшись к Фрэнку. Айеро вспомнил толстые шрамы на запястьях друга, какие-то из них были свежие, какие-то жили на его теле уже несколько лет.  — Прости, — парень почувствовал себя виноватым из-за того, что сказал, ведь он мог бы и подумать, прежде чем говорить такое.  — А ты? — Произнес через пару секунд Уэй.  — Что я?  — Ты прекратил причинять себе боль? — Уже не улыбаясь, серьезным голосом спросил черноволосый.  — А тебе-то какое дело? — Спросил Айеро, посмеявшись после своего вопроса, вот только Джерард оставался таким же серьезным. — Пару раз было…  — Почему? — Спросил Уэй, сев рядом с соседом. Фрэнк замялся… Он не очень-то хотел признаваться в том, что отчасти это было именно из-за него. Из-за того, что они больше не могут общаться, а Фрэнк просто ничтожество, которое даже не может ничего ответить Рою. Не дождавшись ответа, Джерард задрал длинный рукав полосатого лонгслива Айеро, отчего тот немного напрягся. Пальцы прошлись по свежим ранам, которые были сделаны буквально пару дней назад. Еще несколько секунд Уэй с болью рассматривал каждый порез. А Фрэнк в то время смотрел на лицо друга, пытаясь понять хоть какую-то эмоцию.  — Мне на самом-то деле плевать, что ты делаешь со своим телом. Я же тебе не мамочка, — Джерард поднялся с кровати, перед этим опустив рукав обратно. От таких слов Фрэнку стало даже больно внутри. Он никак не ожидал такой реакции, даже в прошлый раз, когда тот увидел у него порезы, заволновался. Но в этот раз Джерарду было все равно. Или он хотел, чтобы так казалось…  — Я хочу спать… — Жалостно проинформировал своего соседа Фрэнк.  — Ты ведь весь день спал.  — По большей части я просто лежал и отдыхал, лишь дремал моментами. Сегодня все словно в тумане. Поэтому я бы хотел лечь спать сейчас.  — Ладно. Я схожу в душ и тоже лягу, надеюсь, к тому моменту уже стемнеет, сегодня был насыщенный день, я устал, не привык так много ходить, — Джерард, снова подойдя к окну, задернул полупрозрачный тюль, чтобы хоть как-то преградить лучам солнца путь в комнату.  — Спокойной ночи, Джи, — тихо сказал Айеро.  — И тебе.

***

 — Фрэнк… Ты уже несколько дней просто лежишь, только лишь изредка встаешь в туалет, в столовую не ходил, а когда я приносил тебе перекусить, чаще всего отказывался. С тобой точно все в порядке? — Джерард присел на кровать рядом с Айеро. Прошло четыре дня. И с каждым днем становилось все хуже и хуже. За все это время парень съел только несчастную булочку, отчего щеки впали, синяки под глазами стали еще больше. А голова была забита только мыслями о том, чтобы причинить себе боль.  — Не знаю… Я давно себя так не чувствовал.  — Как давно?  — С тех пор, как у меня была депрессия… — Фрэнк глотнул. — После принятия героина.  — У тебя была депрессия? Но… Как она связана с героином? Я не очень-то понимаю воздействие наркотиков на организм. Айеро вздохнул.  — Видишь ли… Героин очень сильный наркотик. Очень. Очень часто после его принятия одним из «побочных эффектов» может быть депрессия. Особенно если принимаешь больше двух раз. Еще появляется зависимость.  — У тебя тоже? — Перебил Джерард.  — В этот раз нет. Не знаю почему, обычно если у тебя была зависимость и ты снова принимаешь героин, зависимость возвращается. На удивление, пока что я не чувствую ничего, меня не ломает, я не хочу принять снова. Надеюсь, что это не проявится потом. Так вот, в прошлый раз, когда я сидел на героине и потом лечился, у меня появилась депрессия. Благо, наш директор, святой человек, назначил мне психиатра, после двух сеансов мне выписали антидепрессанты. Я принимал их месяцев пять, по-моему. Мой отец сначала не хотел покупать мне таблетки, говоря, что депрессия — это бред. Но опять же, наш директор заставил его купить мне лекарство. Так я вылечился. И больше я наркотики не принимал. Когда Рой предложил мне кокаин, я согласился, потому что никогда его не пробовал и хотел просто заглушить боль внутри себя. Я много чего перепробовал по одному разу, ну не считая травку и героин. От травки ничего не происходит обычно, она даже полезная, но вот с героином я должен был быть аккуратнее. Мне было 14 тогда… — Глаза Джерарда расширились. — Да… Я тогда очень парился из-за моей семьи. Не как сейчас, сейчас мне практически плевать, только жалко мою мать. Но Рой… Я, конечно знаю какое он хуйло, но чтоб настолько…  — Так ты думаешь, что у тебя снова депрессия? — Наконец спросил Уэй.  — Не могу утверждать, но это вполне возможно… Все так же как в тот раз: не могу ничего делать, не могу даже встать в туалет, не могу есть, у меня нет аппетита, я опустошен… Не знаю, что чувствую, внутри будто бы огромный ком.  — Так может, сходишь снова к директору? Тебе нужны таблетки, — Заволновался Джерард.  — Не знаю… Может, схожу на неделе.  — На неделе? Сейчас только понедельник! Идем сегодня.  — Может завтра? — Жалостно спросил Фрэнк.  — Сегодня. Чем быстрее мы сходим, тем скорее ты выздоровеешь, — уже через пару секунд Джерард копался в комоде, выбирая одежду для друга.  — Мы? — Переспросил Фрэнк.  — Я пойду с тобой, — сказал Уэй так, будто бы это и так было очевидно.  — Так значит, отправляемся прямо сейчас? Я не чистил зубы сегодня…  — Так ты еще и не мылся почти неделю, наверное, от тебя жутко воняет… — Джерард посмеялся.  — Понюхай, — попросил Фрэнк. Джерард выполнил его просьбу.  — Странно, не так уж и сильно воняешь… Но дезодорантом все равно воспользуйся. И вот, — Уэй кинул в руки Айеро темно-зеленую кофту. — Не нашел ничего из твоего, надень мою, правда тебе она будет большой, она и так оверсайз, так ты еще коротышка и худой как черт. Штаны с носками на стуле.  — Спасибо за коротышку… — обиженно произнес Фрэнк. — И за кофту…  — Ага. После директора сходи в душ. Тебе нужно помыться. В ответ Айеро лишь жалобно простонал.

***

 — Я подожду тебя за дверью, — сказал Джерард, когда они уже были у кабинета директора. Фрэнк зашел в небольшую комнату, все внутри было в теплых коричневых оттенках.  — Извините, Мистер Докинз, вы не заняты? — Немного неловко спросил парень.  — Нет, Фрэнк проходи, — ответил мужчина, отложив какие-то бумаги в сторону. — Что-то случилось?  — Типа того… — Темноволосый зажался. — Я в последнее время плохо себя чувствую. Мне кажется, что у меня снова депрессия… Директор напрягся, вспоминая из-за чего у парня была депрессия в прошлый раз.  — Только не говори, что ты снова подсел…  — Ну… Вроде все в порядке, мне подкинули героин вместо кокаина, я совершил ошибку из-за того, что вообще согласился на что-то.  — Я надеюсь, что тебя не придется снова лечить от зависимости, но вот к тому психиатру я тебя запишу, думаю, вам хватит одного сеанса.  — Думаете, мой отец снова согласится дать денег на лекарство? — С усмешкой спросил Фрэнк, прекрасно зная своего отца.  — В прошлый раз ведь дал. Не думаю, что ему нужны проблемы. Я поговорю с ним, об этом не переживай.  — Спасибо вам, большое… Правда, если бы не вы, возможно я откинулся бы еще в прошлый раз.  — Я директор, и все-таки, следить за состоянием учащихся это моя обязанность. Я зайду к тебе в комнату, когда будет известна дата записи. Триста сорок первая, верно? Айеро зажался, не зная, как мистер Докинз отреагирует на новость о переезде к Джерарду.  — Тут такое дело, я в последнее время часто зависаю у Джерарда Уэя из двести тридцать седьмой, мы поссорились с моим соседом, поэтому большую часть времени я ночую у Джи. Как каникулы закончатся, я перееду обратно.  — В этом нет проблем. Хорошо, тогда я зайду в двести тридцать седьмую, — Докинз слегка придвинулся вперед, будто хотел поделиться каким-то секретом. — Ну, а что насчет героина? Не хочешь рассказать мне, кто тебе его подкинул?  — Не хочу доставлять этому человеку проблемы… Простите, но не могу рассказать.  — Понимаю… На что я вообще рассчитывал… Вы — подростки, очень гордые, никогда не подставите кого-то, даже если вам насолили. Не буду тебя допрашивать, разберусь с этим как-нибудь сам.  — Спасибо еще раз. Я пойду, — в ответ парень получил самый обычный кивок головой и скрылся за дверью. Джерард, наконец увидев своего друга, подскочил с выступающего подоконника.  — Эй, ну что?  — Все хорошо. Докинз зайдет к тебе, когда будет информация о приеме.  — Значит, все будет хорошо?  — А? — Не расслышал Фрэнк.  — Все будет хорошо? С тобой. Айеро усмехнулся.  — Надеюсь.

***

К счастью Фрэнка, долго ждать не пришлось, уже спустя пару дней он сидел в кабинете директора, который тот радушно одолжил на час психиатру и парню. С этой взрослой женщиной он был знаком уже давно, она выглядит точно так же, как и пару лет назад, даже тот самый противный резкий парфюм, скорее всего купленный в каком-нибудь переходе. Солнце из окна слепило глаза, отчего Фрэнк их прищуривал и пытался прикрыть свисающими волосами.  — Значит, все как в прошлый раз? — С каменным лицом уточнила женщина, делая какие-то пометки.  — Да. И с каждым днем только хуже. Я не справляюсь… — Парень опустил голову.  — И сколько это длится?  — На самом деле, вся моя жизнь не подарок: постоянные переживания, стресс, чувство одиночества, злоба, которая сидит внутри меня… Но после принятия героина… — Один взгляд врача смог перебить Айеро. — Да… Я снова принял, но это было не по моей воле. Парень сделал небольшую паузу.  — Так вот, после этого все было как в прошлый раз. Это началось на следующий день после принятия. Около двух недель прошло.  — Немаленький срок для такого ужасного состояния.

***

Еще минут тридцать Фрэнк просто разговаривал с врачом, отвечая на различные вопросы, помогающие понять что-то о состоянии парня.  — Мне хватило того, что ты сказал, — резко произнесла женщина.  — Вы выпишите мне лекарство?  — Да. То же самое, что ты принимал в прошлый раз. Амитриптилин. Я написала как принимать и сколько раз в сутки, если ты забыл. И рецепт, конечно, — женщина передала парню бумаги. — Желательно приобрести таблетки в ближайшие дни. Когда тебе полегчает — сообщи мистеру Докинзу, он донесет до меня, после выздоровления так же принимаешь лекарство еще три месяца. Пока Фрэнк рассматривал бумаги, психиатр уже успела собрать свои вещи.  — Ты свободен. Не забывай принимать таблетки. И позови мистера Докинза, мне нужно с ним поговорить. До свидания.  — Да, спасибо, до свидания, — так же серьезно, как и врач, сказал Айеро, выйдя из кабинета. Встретил парня директор, попивая кофе, очевидно, из школьного кафетерия.  — Как все прошло? Мне позвонить твоему отцу по поводу лекарства?  — Мне выписали препарат, следовательно, звонить ему придется…  — Хорошо, с этим я разберусь. Сегодня позвоню, будем надеется, что завтра он уже приедет за рецептом, и ты получишь свои таблетки, — мужчина улыбнулся.  — Спасибо вам… Думаю, вам нужно идти, доктор Уилсон попросила позвать вас, — если честно, Фрэнк бы уже хотел пойти в комнату, разбудить Джерарда и рассказать ему обо всем.  — Да, конечно. Удачи, Фрэнк. — После этих слов директор скрылся за дверью своего кабинета. Значит, если отец приедет за рецептом и купит мне таблетки, мне придется с ним встретиться, да еще и не один раз… После того звонка, когда я узнал, что этот ублюдок не дает моей маме общаться со мной, я его не видел. Как бы это снова не закончилось скандалом, может, если я попрошу Джерарда сходить со мной, я буду более спокоен.

***

Вернувшись в комнату, которая теперь казалась такой родной, Фрэнк не ожидал обнаружить Джерарда уже бодрствующим, пишущим что-то в своем блокноте.  — Я думал, ты все еще спишь, — Айеро отвлек парня.  — Разбудил шум за окном… Сегодня вроде хорошая погода, все веселятся… — Джерард с сопровождающим звуком захлопнул красный ежедневник. — Как все прошло?  — Мне выписали таблетки, Докинз обещал позвонить моему отцу. Надеюсь, что скоро я смогу их принимать.  — Отлично! Так значит, тебе подтвердили депрессию?  — Правильно мыслишь, — с иронией отметил Айеро. Солнце, вышедшее из-за облаков, одарило лицо Уэя своими теплыми лучами, отчего Фрэнк почувствовал легкое покалывание в животе, видя как красиво подсвечиваются ресницы и кожа парня.  — Слушай, Фрэнк… Мне нужно кое-что сказать тебе. Айеро резко отвел взгляд в сторону, когда Джерард посмотрел на него и поймал с поличным.  — Да?  — Сядь ко мне, — парень подвинулся, освобождая немного места на своей небрежно заправленной на этот раз кровати. Айеро последовал словам соседа.  — Что-то случилось? — Взволновано спросил темноволосый.  — Помнишь ту ночь, когда ты был под героином? — От волнения парень сглотнул противный ком в горле.  — Не очень хорошо, лишь частично.  — Не знаю, помнишь ли ты это или это было по дурости, но в ту ночь, когда ты пришел ко мне, ты сказал мне, что я красивый, а потом… Потом ты поцеловал меня, — Уэй опустил глаза вниз, от волнения начав ковырять ногти на своих руках.  — Джи… Тебе не нужно рассказывать мне об этом, потому что я помню. Мне сложно это говорить сейчас, в нормальном состоянии, а не под действием наркотика, но от тебя у меня внутри все замирает. Все переворачивается… И я чувствую это не первый год… — От такого признания Уэй резко устремил свой взгляд на парня.  — В каком смысле не первый год? — Ошарашенно переспросил Джерард.  — В прямом… Каждый день, задирая тебя, я давал себе возможность что-то сказать тебе, услышать твой голос в ответ. Тогда я не очень понимал, что ты нравишься мне, отгонял эти мысли прочь, практически каждую ночь проводил в слезах, запираясь в ванной, думал о том, какой я никчемный, не могу разобраться в себе, еще и тебя в это впутываю. Избивал тебя, с одной стороны надеясь, что перестану чувствовать к тебе что-то, а с другой пытаясь прикоснуться к тебе, стать даже таким ужасным способом ближе. Но все, что у меня получалось — это причинять тебе боль, невыносимую, тем самым делая больно и себе тоже. С каждым ударом мое сердце раздиралось на части, но мне было так приятно от этой боли, ведь я понимал, что это все, чего я заслуживаю. Ты не знал, что после каждого избиения тебя я делал себе больно: резал свое тело, тушил о себя сигареты, избивал себя до синяков, выдирал волосы, царапал до крови кожу… Я считал, что я заслужил не только моральной боли, но и физической. Я никогда не пытался оправдать себя. Я не здоров, Джи… Помимо депрессии у меня еще и импульсивное расстройство личности, психиатр говорит, что скорее всего это из-за моего отца, который все плохие эмоции всегда срывал на мне. Я не могу контролировать агрессию, которая появляется у меня внутри из-за ненависти к себе. Поэтому я пойму, если тебе будет легче не общаться со мной, тем более после моего признания. Не только тебе, но и самому себе. Честно, я все еще не понимаю, как ты смог простить меня.  — Я не прощал, — перебил парень. — Не знаю, смогу ли вообще простить это когда-нибудь… Но я не могу просто оставить тебя. Потому что сам не особо понимаю свои чувства. Когда я узнал тебя настоящего… Внутри все перевернулось: я стал ждать каждой нашей встречи, ревновал, когда видел тебя с кем-то другим, волновался за тебя… Я как будто ненавижу тебя и люблю одновременно. Хочется, чтобы ты обнимал меня во сне, говорил приятные вещи, хочу забыть о том, что было в прошлом… — Лицо Джерарда покраснело, а сам парень явно не ожидал от самого себя таких слов.  — Что ты хочешь этим сказать? — Пусть Фрэнк и понял уже все, он хотел услышать это.  — Что я хочу сказать? Не знаю… Возможно, ты тоже мне нравишься, — глаза Айеро загорелись, но даже больше не от восторга и радости, а от того, что он не понимал, что делать дальше.  — И что теперь? Останемся друзьями, претворяющимися, что между нами ничего нет? Или будем типа встречаться?  — Фрэнк, я не гей, — отрезал Джерард.  — Ты это говоришь парню, которому минуту назад признался в симпатии.  — Ну, у меня никогда не было отношений, мне даже девушки-то никогда не нравились, я не знаю, что чувствую на самом деле. Если я разобью тебе сердце, будет ли это моей виной?  — Это значит да?  — Что да?  — Джерард, ты такой глупый… — Фрэнк нежно поцеловал губы своего друга, одной рукой обнимая за талию, а второй гладя щеку парня. Отстранившись, Айеро произнес полушепотом:  — Ты будешь моим?

***

Лето незаметно подходило к концу, подростки уже оживленно обсуждали новый учебный год, новых одноклассников, которые должны будут прибыть через пару дней. Погода больше не радовала солнцем и теплом, август выдался достаточно холодным и дождливым. С тех пор, как парни признались друг другу в своих чувствах, прошло чуть больше месяца, Джерард согласился на предложение Фрэнка, теперь они встречаются. Им обоим до сих пор немного непривычно от этого, но их отношения действительно можно назвать хорошими: они часто выбираются погулять в лес, там они могут провести время наедине друг с другом, целуясь и держась за руки, сидя на влажной траве. Как Джерард и хотел, теперь Айеро обнимает его во сне. Все оставшееся лето они провели в спокойствии, часто виделись с Рэем, теперь эта компания стала больше времени проводить друг с другом, постоянно курили вместе, собирались в комнате, выпивали и ели в столовой за одним столом. Осень большими шагами приближалась в город, листья понемногу желтели и опадали. Вместе с осенью подростки чувствовали приближение чего-то нового.