Жестокий Новый Мир

Куда меня нёс оборотень — неважно! Он все равно не причинил бы мне вреда… А волк принёс меня и положил на кровать. Даже я не знал о существовании спального комплекса у нас в лаборатории — Мне очень плохо, дай воды и закрой дверь! — я попытался сесть, но низ живота снова скрутило, и я упал на пол, запутался в одежде. Как же больно…! Желание было почти адское, но я не собирался что-либо делать. Джерими, так я называл оборотня, подошёл и внимательно посмотрел на меня. Потом стал нюхать и облизывать лицо. Я в испуге отшатнулся и встал, прижавшись спиной к лестнице. Оборотень странно посмотрел на меня и стал медленно подходить. — Нет! — я почему-то смутился. У нас уже была одна маленькая стычка в поезде, но я ведь тогда не знал, что оборотень все понимает! Он приблизился почти в плотную. Его морда была напротив меня, глаза заглядывали в самую душу. — Я тогда так и не вернул тебе долг… — лапы отодвинули волосы за ухо, а дыхание опалило ухо. Ноги подкосились, но я не упал, меня удержали. Потом медленно подняли и понесли. Оказывается тут был маленький бассейн с холодной водой. Оставалось загадкой для чего конкретно использовалась эта комната. Оборотень положил меня в воду, но я стал тонуть, поэтому он и сам спрыгнул, поднимая фонтаны брызг. *** Когда руки меня опустили, и я стал тонуть, то несмотря на действие наркотика, было холодно. Шерсть оборотня в воде стала ещё мягче. Она приятно ходила по спине и рукам. Его уши стали очень мягкими. — Подожди! — Джерими дернул ухом, когда я стал его теребить. Потом он сел на выступ, облокотившись спиной от стену. То, что сначала показалось мне бассейном, оказалось затопленным лабиринтом. — Нас здесь не найдут? — Нет, сюда никто не ходит! — оборотень притянул меня к себе и лизнул за ухом. Потом стянул с меня чулки, они были полностью мокрые, в некоторых местах они были забрызганы чужой кровью. Потом снял разорванную курточку и вынул из прически цветы. Потом склонился над моей шеей снова вздохнул. — Тебя сильно отравили… — он поднял глаза. — Знаю! — дышать становилось все сложнее. — Ты не виноват в этом. — оборотень лизнул меня в щеку. — Открой рот. Я послушно сделал это, меня тут же поцеловали, конечно это нельзя назвать поцелуем, но… У него был тёплый длинный язык, совсем не противный и слюнявый, как у собак. Лапы легли мне на талию и на спину. Потом они скользнули под юбку и я вздрогнул от легкого касания ткани. Вся ситуация со стороны была более чем не адекватная… Но было чертовски приятно. Лапы у оборотня были большие, жаль, что с когтями — не сможем продолжить. Ведь как бы оборотень не старался, я не смогу кончить… Наркотик был женский! Я склонил голову и упёрся ему макушкой в плечо. Потом стал недовольно ерзать и поднял глаза. — Все ещё больно? — оборотень прекратил движения и притянул меня за талию. — Дело не в этом… — глаза лихорадочно заблестели, челка снова упала на лицо. — А в чем? — зарываясь в шею мордой, спросил оборотень. — Наркотик… Женский… — на одном дыхании выпалил я. Оборотень внимательно взглянул на меня и как мне показалось улыбнулся. Меня аккуратно перевернули и положили на холодный пол. Контраст с жаркими прикосновениями был фееричный. Тут оборотень спустился куда-то вниз, и моего колена коснулся влажный язык. — Ты. — выдохнул я, когда язык стал дерзко действовать… Потом скользнул в промежность и слегка надавил. В голове почти все помутилось только от одного прикосновения… Последующие действия я уже помню как в тумане… Вот я что-то начинаю кричать, потом вроде молить о пощаде. Оборотень прекращает свои действия, но от этого становиться ещё хуже, поэтому я стыдливо оборачиваюсь и как-то жалко смотрю на него. Он все понимает и берет меня на руки. Сначала было больно, я царапал ему спину и кусал губы до крови, потом стало хорошо, невыносимо хорошо… Знаете, а я не жалею о том, что наркотик был женским…