Семейная жизнь

6-й месяц (POV Том)       Прошло два месяца. Живот Торда стал более круглым. Однако, спустя эти два месяца мой омега внезапно стал очень капризным. «Том, принеси это! Том, принеси то! Я это не хочу, хочу то!» — целыми днями повторял мой Торди и никаких спасибо, что сильно раздражало и обижало. Но я терпел, Торду и так тяжело: он же вынашивает нашего ребёнка. К тому же ночью, когда мы ложимся спать, Торд прижимался ко мне и просил прощения за своё поведение, говорил какой я прекрасный альфа, а, иногда, даже плакал. Я его обнимал, успокаивал и говорил, что он ни в чём не виноват, ведь так и было.       Но однажды случилось такое, что невозможно описать одним предложением.       Был февраль. Вечер. Сугробы, снегопады, мороз и ранняя темнота на улице. Я возвращался домой с пакетом персиков, суши и мороженым с фисташками. Хотя Торд попросил меня принести только персики, я решил подстраховаться с помощью суши и мороженого, мало ли он передумал, пока меня не было. Когда я вошёл в тёплый дом со словами: «Котёнок, я дома» — я направился в зал, где Торд пытался устроиться по-удобней на диване: пытался подложить под поясницу подушки, переворачивался с боку на бок, что, из-за большого животика, сопровождалось тихим кряхтением. Выглядело это забавно и мило. Я, не сдерживая улыбки, подошёл к звёздочке и помог ему устроиться, подарив мягкий поцелуй в лоб. Но повёл он себя немного странно: обычно он краснел и отодвигал рукой моё лицо от себя, а сейчас затих и отвернул голову.       Торд: Ты принёс персики?..       Я: Да. *показал Торду пакет с персиками*       Торд: Давай три штуки.       Я: *пошёл на кухню* (Ни тебе: «Привет, милый» — ни: «Спасибо, Томми»…)       Через пять минут на журнальном столике в гостиной стояла миска с мытыми персиками, из которой я выбирал самые лучшие, чтобы угодить Торду. Тот был довольно тихим сегодня. Может, успокоился из-за близости родов? Или просто пока что не может найти повода для каприз? Второе более вероятно, так как до родов ещё три месяца. Прошло пять минут, от Торда ни звука. Он спокойно лежал на диване и ел персики. Столь долгое молчание с его стороны меня забеспокоило.       Я: Торди, всё в порядке?       Торд: *грустным тоном* Да… Напомни, пожалуйста, когда на следующее УЗИ?       Я: Завтра, в двенадцать.       Торд: *грустным тоном* Спасибо…       Я: Звёздочка, всё точно хорошо?       Торд: Да… *попытался встать с дивана* Ух… *снова лёг на диван* Хух…       Я: Давай помогу.       Я помог Торду встать, придерживая сзади. Тот, снова сказав тихое: «Спасибо, я спать…» — направился в спальню, придерживая одной рукой живот. Меня сильно насторожила эта грусть.       Когда мы легли спать, я снова попробовал выяснить: всё ли у Торда в порядке? Тот вновь ответил, что всё в порядке, но потом добавил грубое: «Отвали, придурок!» — отвернулся и отодвинулся от меня. В груди закололо от обиды, но я взял себя в руки. Я не хочу и не буду на него кричать, а отворачиваться от него тем более. Я пододвинулся к нему, обнял его чуть выше живота и зарылся носом в его волосы. Такие же мягкие как всегда. Я пожелал Торди спокойной ночи и сказал, что люблю его. Тот молча прижался ко мне и обхватил мою руку своими тонкими ручками. Ох, мой милый Торди… Не переживай… Я всегда буду рядом…

На следующее утро

      Когда я проснулся, Торд всё ещё спал. Мой милый спящий беременный котёнок. Я легонько поцеловал его в щёку и принял сидячее положение. Я укутал его в одеяло и направился на кухню, готовить завтрак. С тех пор, как Торд забеременел, на завтрак всегда были салаты из овощей или фруктов, варёное мясо, рыба, яйца. Я не очень люблю такие салаты, но ем их из солидарности, чтобы не обижать моего сероглазку. Приготовил я завтрак быстро: всего лишь помыл овощи, сварил курицу, порезал всё это и перемешал в миске. Когда я раскладывал еду по тарелками, я услышал за спиной зевок, обернулся и улыбнулся. В дверном проёме стоял Торд, всё ещё закутанный в одеяло, который протирал сонные глазки.       Я: Утречка, Торди. *подошёл к омеге и поцеловал его* Как спал?       Торд: *грустным тоном* Нормально…       Я: Торд, ну что случилось? *обнял Торда за талию* Я не вижу ничего нормального! Почему ты постоянно грустишь? *прикоснулся к его щеке* Тебя кто-то обидел?       Торд ничего не ответил, лишь заплакал. Ну что случилось-то? Я обнял Торда и начал успокаивать его, поглаживая по спинке. Я осторожно потянул его на кухню и усадил за стол.       Торд: *не переставая плакать* Прости меня, Том… *шмыг* Я ужасный супруг… *шмыг*       Я: Что ты, Торд, ничего подобного…       Торд: *поднял на меня заплаканный взгляд* Но я ору на тебя, грублю…       Я: *мягко перебил его* Ты в этом не виноват, милый. Ты вынашиваешь нашего малыша и тебе тяжело, я это прекрасно понимаю. Ты что, хочешь, чтобы я кричал на тебя?       Торд: Я швырнул в тебя вазу и попал в голову… Ты две недели ходил с перебинтованной головой из-за меня. Такого гада, как я, надо бросать.       Я: *шокированно* Ты что такое говоришь, Торд! Ни за что! Повторяю: ты не виноват.       Торд: Ты говоришь это потому что не хочешь меня расстраивать… *шмыг* Но я вижу, что тебе хочется покричать из-за моих капризов… Вижу, что тебе надоело моё нытьё, а когда я разбил вазу, ты едва не сорвался… Я хотел убежать после похода на УЗИ, не подумав о том, что ты будешь волноваться… Прости… Прости меня…       Я: Торд, послушай… Да, ты прав… Меня ужасно раздражало и обижало то, как ты мне грубишь… Да, мне было больно и я едва не сорвался, когда ты разбил мне голову, но… Мне было бы в сто раз больнее, если бы я на тебя накричал.       Торд: Прости… *продолжил плакать*       Я: *обнял чуть крепче* Ну тише, Торди, спокойней… Не плачь…       Торд: *прижался ко мне* Ты лучший, Том… Я люблю тебя…       Я: *улыбнулся* И я люблю тебя… Тебя и нашего ребёнка.       Я поцеловал Торда, положив руки на его талию, и он ответил мне, положив на мои плечи свои тонкие ручки. Но внезапно он разорвал поцелуй.       Торд: *положил руку на живот* Оу… *положил вторую* Хехе…       Я: *обеспокоенно* В чём дело?       Торд: *поднял на меня счастливый взгляд* Он толкается.       Торд опустил взгляд на живот, потом взял мою руку и приложил её к животу. Я почувствовал, как наш малыш шевелится. Наш сильный крепыш. Моё сердце ускорило темп. Как же счастлив. Я снова обнял моего омежку и снова поцеловал.       Я: И как я могу кричать и злиться на тебя, когда ты даришь мне такие моменты, звёздочка моя?