Геймерша из рода Таргариенов

Дейемон Таргариен Тринадцатый день третьего месяца 120 года от З.Э.

      Визит в Пентос принёс весьма… неожиданные плоды.       Нет, поиски тени, как и ожидал Дейемон, столкнулись с некоторыми проблемами. В Вольных Городах не происходило ровным счётом ни-че-го выдающегося. Убийства, предательства, стычки с пиратами, внезапные обогащения и разорения, паутина интриг и заговоров… Обыденная повседневность. Никаких намёков на предполагаемые бедствия.       Дейемон попробовал поискать хороших мейеги. К сожалению, слово «мейеги» плохо сочетается с определением «хороший». О, нет, они предсказывали. Что только они ни предсказывали! От новой Долгой Ночи до сошествия Рглора во плоти. Любое бедствие за ваши деньги, лишь продолжайте платить. Оно и понятно – зачем предсказывать что-то хорошее? Это надо делать, когда ты уже устроился при дворе и ублажаешь слух правителя, да и то временами с осторожностью. А так люди с куда большей охотой внимают предсказаниям об очередном конце света.       {Эффективность сбора информации. Бросок 1d100: 46.}       И всё же кое-каких результатов Дейемону добиться удалось. Три мейеги – двое в Пентосе и одна в Браавосе – безо всяких подсказок рассказали о тени, «что затмит мир от края до края». К сожалению, несмотря на то, что принц не скупился, с подробностями возникли проблемы. Что это за тень, как с ней бороться, откуда она взойдёт, что принесёт миру – ответа не было. Просто где-то пару лун назад начались тревожные – или даже ужасающие – видения. Мейеги из Браавоса уверенно заявила Дейемону, что тень появится «где-то в Эссосе». Очень полезная информация. Особенно если учесть, что Эссос – большой. Йи Ти – это тоже Эссос.       А вот с одним из пентосских мейеги Дейемону повезло: предсказатель клятвенно пообещал добыть нужную информацию. Просто для сложного ритуала требовалось множество редких и дорогостоящих ингредиентов: какие-то сушёные лепестки с Летних островов, толчёный жемчуг, склянка воды из Чёрно-Белого дома, китовый жир, специи из Кварта… Принц и мейеги искали всё нужное на протяжении нескольких дней. Но – ничего не поделаешь, Таргариену пришлось раскошелиться. Принц Блошиного Конца был уверен, что этот стареющий мужчина – не мошенник, уж на них-то у него глаз намётан, без таких навыков во главе городской стражи делать нечего. Пророчество до дрожи напугало самого предсказателя, вот только денег для необходимого ритуала у него не было. Визит Дейемона мейеги приписал благосклонности богов и подошёл к делу с немалым пылом. Так что в тот вечер, когда Таргариен и предсказатель расстались, последний выглядел весьма взбудораженным и оживлённым.       На следующее утро от его вчерашнего оживления не осталось и следа. По правде сказать, трудновато быть оживлённым, когда в петле висишь. Хорошо хоть предсмертную записку сподобился оставить. «Лучше умереть сейчас, пока всё живое не стало добычей Повелителя Могил». На взгляд Дейемона, это было не особенно информативно. Принц решил, что следующий способный предсказатель будет проводить свои ритуалы под его присмотром. Пусть сначала мейеги расскажет нанимателю всё, что узнал, а уж только потом вешается на здоровье!       Но сегодня Дейемон занимается не столь мистическими вопросами. Но, пожалуй, не менее важными.       С магистром Адниром Харратисом принц был знаком уже лет пятнадцать. Тогда Аднир сильно помог в поиске нужных людей… без его участия краткий дейемонов триумф мог оказаться ещё более кратким. Нет, денег в завоевание Ступеней магистр особо не вкладывал, но вот советы его оказались весьма ценными. Да что уж говорить, именно в его поместье родились Бейела и Рейена! Пожалуй, Дейемон мог даже назвать его своим другом – и не погрешить против истины.       В этот свой визит принц, разумеется, остановился в поместье Аднира. И в первый же день магистр описал своему гостю некие перспективы… зыбкие, туманные, но в каком-то роде весьма заманчивые. Разумеется, Дейемон не бросился в омут с головой… но он обещал выслушать и подумать – и собирался сдержать это обещание.       Потом был визит в Браавос, во время которого Дейемон безуспешно искал следы тени, а заодно поговорил кое с кем из Хранителей Ключей. И вот теперь Таргариен вновь вернулся в Пентос. Разговор обещает быть… интересным.       Сам Аднир в просторных и роскошных одеждах возлежит на кушетке и лакомится фруктами. Магистр с давних пор отличался некоторой упитанностью – но отнюдь не изнеженностью. Лет пять назад Дейемон сходился с ним в тренировочном поединке. Победил, конечно, но попотеть владельцу Тёмной Сестры пришлось, Харратис оказался достойным соперником.       И большим любителем фруктов. По блюду разбросаны зёрнышки граната, изюм, финики, инжир, орехи. Аднир берёт вкусности по одной, закидывает их в рот, смакует, иногда даже прикрывая глаза от удовольствия. Дейемон не удерживается, зачерпывает горсть и тоже начинает лакомиться. Даже Тихо берёт, когда ему предлагают.       Тихо Этторе – полная противоположность Харратиса. Поджарый, если не сказать – худой, он даже в роскошном кресле сидит нарочито прямо, а ворот его дублета плотно охватывает горло. Тихо – доверенное лицо Нирдо Рейяна, одного из Хранителей Ключей в Браавосе. Дейемон уже встречался с самим Нирдо, выяснил в общих чертах, о чём пойдёт речь, но насчёт нюансов пока не в курсе. А ведь в нюансах-то зачастую вся суть и состоит.       – В последние годы требования Трёх Дочерей растут чрезвычайно быстро, – голос Тихо сух, но всё же не лишён эмоций. Скорее, этот человек отлично умеет сдерживать свои чувства, но временами они всё же прорываются наружу.       – У нас, в Закатных Королевствах, мы зовём их иначе. Тремя Шлюхами, – Дейемон прерывает. Провоцирует. Партнёры сулят многое, но и требуют тоже многое. Вот Таргариен и хочет понять, что за человек этот Тихо – и те люди, что стоят за ним.       – Да и у нас тоже! – Аднир утробно хохочет, подхватывает очередной орешек и закидывает его в рот. Тихо лишь невозмутимо кивает.       – И это имя прекрасно характеризует Триархию. Они начали свою кампанию, рассказывая о борьбе с пиратством – но вскоре после победы сами стали вести себя не лучше пиратов. Потом была ваша кампания, и они вынужденно поумерили свои аппетиты, но в последние годы Триархия вновь взялась за старое. Они душат торговлю в Узком Море невыносимыми пошлинами. Я не буду надоедать вам подробностями – хотя, если вы настаиваете…       Так и не дождавшись ответа, Тихо продолжает:       – Скажу лишь, что это становится бедствием. Да, мы ждали и надеялись, что Триархия развалится из-за внутренних противоречий – но, по-видимому, она может просуществовать ещё и десять, и двадцать, и тридцать лет. В последнее время некоторые из влиятельных людей в Пентосе и Браавосе склоняются к выводу, что легче один раз потратиться на дорогостоящую военную кампанию, чем постоянно терпеть всё увеличивающиеся убытки.       – Очень рад за влиятельных людей Пентоса и Браавоса, – язвительно замечает Дейемон, – но с этими вопросами, скорее, нужно обращаться к моему брату. Я-то тут при чём?       Аднир тщательно пережёвывает ещё один орешек и демонстративно машет ладонями:       – При драконе, разумеется! Ну, такая большая летающая зверюга, умеющая плеваться огнём, которая с какой-то стати тебя слушается. Конечно, корабли и наёмные мечи – это хорошо. Этого, скорее всего, будет достаточно. Но с драконом процесс пойдёт куда легче и веселее, да и вообще – с огоньком! – Харратис утробно хихикает.       – То есть вам требуется помощь Караксеса? – Таргариен приподнимает бровь. – И больше вам никаких драконов не нужно?       – Разумеется, чем больше драконов, тем лучше, – теперь в голосе Аднира не слышно смеха. – Но мы твёрдо стоим на земле и понимаем, что даже в лучшем случае можем рассчитывать только на Караксеса.       – То есть вы предлагаете мне повторно ввязаться в проигранную войну, только на сей раз – на вторых ролях, – кивает Дейемон. – А вы не подумали, зачем мне это нужно?       – Подумали, – голос Этторе всё так же сух и спокоен, – не секрет, что в данный момент в Закатных Королевствах наблюдается некоторая… путаница с вопросами престолонаследия. Исходя из того, что мне известно, вы твёрдо решили встать на сторону законной наследницы Железного Трона. Мы всецело одобряем ваше решение и в обмен на помощь с Триархией намерены оказать вам всемерную поддержку в этом вопросе. Если же по несчастливому стечению обстоятельств стороны прибегнут к силе оружия, мы готовы помочь с наймом вольных отрядов.       Дейемон прищёлкивает языком. Теперь он явно заинтересован.       – Интересненькое предложеньице. Весьма, весьма. Вот только мой брат здоров и крепок… ну, насколько может быть здоровым и крепким человек его возраста и привычек. Да, он может скончаться завтра… но может прожить ещё десять, двадцать, тридцать лет, и я искренне желаю ему долгой жизни. В конце концов, я могу покинуть этот мир раньше его – ведь жизнь так скоротечна, а война на Ступенях так опасна. Я верю, что ваше слово твёрже камня – но политика в Вольных городах так изменчива… Предположим, Визерис покинет этот мир лет через пятнадцать, успешно пережив всех нас. И что тогда? Кто придёт Нире на помощь?       – Я понимаю ваши опасения, – спокойно кивает Тихо. – Поэтому, если вы твёрдо обязуетесь помочь нам в войне с Триархией, мастер Рейян и его союзники поместят в Железный Банк сумму, достаточную для найма и снабжения крупного вольного отряда, например, Младших Сыновей. Да, жизнь преходяща и полна превратностей, но даже в ней есть незыблемые истины. И одна из них, – впервые за весь разговор губы Тихо изгибаются в самой настоящей улыбке, – «Железный Банк всегда получает своё».       – Вы меня заинтересовали, – удивлённо тянет Дейемон.       Это и вправду было так. Удивление даже всколыхнуло пустоту в его разуме, впрочем, оно быстро сгорело – вслед за остальными эмоциями.       Неизвестно, чем окажется «настоящий источник магии» (да, у Дейемона были предчувствия, но предчувствия тоже могут ошибаться). Но вот пустота уже показывала себя с лучшей стороны. Оказывается, это так легко – вести важные переговоры, будучи при этом абсолютно спокойным. Изображать нужные чувства – но не испытывать ненужных чувств. Быть единым со всем миром.       Уже за один этот подарок Дейемон готов был дочек на руках носить (или, учитывая их характер – на Караксесе катать). Жаль лишь, что в этой пустоте до сих пор не встретилось ни малейшего отблеска света.       – А что если – предположим, просто предположим! – я решу предпринять ещё одну попытку? Да, понимаю, после такого поражения шансы невелики, ну а вдруг? В конце концов, ваша задача – сокрушить Триархию. Если после неё на Ступенях возникнет новое пиратское гнездо, это никому на пользу не пойдёт, верно?       – Да ради всех богов, которых ты только упомнишь, – хохочет Аднир.       – При условии, что пошлины останутся разумными, – добавляет Тихо и вскидывает руку, предупреждая очевидные возражения. – Понимаю, что ресурсы Ступеней довольно скудны, и только за счёт них организовать хозяйство едва ли возможно. Но если превратить ту же Пыточную Глубь в безопасную гавань, это только поспособствует развитию торговли.       – Понятно, – отвечает Дейемон после недолгого молчания. – Одно могу сказать точно – вы меня заинтересовали. Но прежде, чем что-либо решать, мне следует посоветоваться с Корлисом. Сомневаюсь, что он во второй раз ввяжется в эту авантюру, но я в любом случае должен рассказать ему о намечающейся войне.       – Старине Корлису? – хмыкает Аднир. – Всенепременно, всенепременно! Давненько мы с ним встречались. Помню, тогда ещё отец его мне в пример ставил, говорил, что хватка у Велариона – железная. Если он поддержит нашу задумку – хорошо, нет – тут уж ничего не попишешь. Тем более что война начнётся не завтра и не через луну. Вот странно, поодиночке магистры вполне разумны, но как только собираются и начинают что-то решать, – Харратис качает головой и от огорчения закидывает в рот щепотку изюма.       – Должен заметить, что в Браавосе схожие проблемы, – невозмутимо добавляет Тихо. – Партия войны влиятельна, но пока ещё недостаточна влиятельна. Один лишь слух о том, что вместе с нами будет сражаться драконий всадник, может серьёзно склонить чашу весов в нашу пользу.       – И прежде всего, Дей, нам надо привлечь на свою сторону Волантис, – добавляет Аднир, закончив жевать. – Им эти Шлюхи тоже поперёк горла, и им вполне можно посулить часть Спорных земель. И вот для переговоров твоя помощь очень бы пригодилась. В Волантисе без ума от всяких валирийских цацек, а что может быть более валирийским, чем дракон? Так что если ты всё-таки решишь к нам присоединиться, то в первую очередь нам потребуется помощь в переговорах.       – Я помню Волантис, – пустота дрожит и колеблется при воспоминаниях о Лейене, но Дейемону удаётся удержать её. – К сожалению, в ближайшие луны я буду занят в Вестеросе.       Аднир разочаровано крякает.       – К середине года-то хоть освободишься?       – Надеюсь.       – Ну тогда и дашь ответ. Хорошо вам там, в Закатных Королевствах: захотел король объявить войну – объявил. Тут, прежде чем своих убедишь, семь потов сойдёт.       Разговор после этого длился ещё некоторое время, но всё самое важное уже было сказано.       Когда Дейемон поднялся в свою комнату и наконец-то отпустил пустоту, на его лице появилась весьма, весьма довольная улыбка. Сегодняшние переговоры прошли куда лучше, чем он ожидал. Да, брат Визериса отказался от мыслей о короне, смирился с тем, что в лучшем случае станет всего лишь консортом. Но теперь, узнав о вероятной войне…       В прошлый раз драконий всадник отвоевал себе королевство, но не смог его удержать. Возможно, драконьему всаднику с магией эта задача окажется по плечу?       – Король Дейемон, муж королевы Рейениры, – едва слышный шёпот срывается с его губ. А ведь звучит, и очень хорошо звучит. Ради такой цели определённо стоит побороться!