30 дней лета

Седьмая глава.

Утром Наруто проснулся довольно рано, по своим меркам - в девять. Потянувшись, он вскочил с кровати и специально пару раз нагнулся в разные стороны, проверяя, как поведет себя организм. Организм решил, что будет послушным и неудобств не доставил, так что Узумаки повернулся к кровати Саске с радостной улыбкой. Тот «спал», поза была идентична первой, совсем ничем не отличаясь, и даже издалека было видно, как равномерно вздымается грудь парня. Учиха очень напоминал фарфоровых кукол – тех, что обычно коллекционировали богатые люди. У них была такая же белая, гладкая и холодная кожа; такой же мягкий шёлк волос; такая же тонкая и чёткая линия губ, бровей; такие же большие и глубокие глаза. Глаза кукол имели мёртвую красоту, они не были живыми – но в глазах Саске, несмотря на иногда слишком большую схожесть с ними, временами появлялись эмоции – единственная вещь, которая напоминала, что он был живым. Сейчас же притворяться спящим у него выходило идеально: не только дыхание, но даже ресницы на закрытых глазах подрагивали равномерно. Наруто подошел к нему и опустился на пол рядом с кроватью, чтобы их головы находились на одном уровне. Он минут пять сидел рядом и, не шевелясь, смотрел на Саске и в какой-то момент даже испугался, испугался, что Учиха не настоящий и не проснется. Но проблему эту парень решил быстро, невежливо потыкав это совершенство пальцем в бок. Реакция парня ждать не заставила – Узумаки моментально был схвачен за кисть, а сам брюнет открыл глаза, внимательно смотря на Наруто. – Что на этот раз? – Глубокий, бархатный голос, как и в прошлый раз, был с хрипотцой. Уже если создавать полноценную картину «спящего» то до всех мелких деталей. – Пора вставать! – Радостно сообщил Узумаки. – Идиот… – недовольно буркнул на это Саске, прикрывая глаза. – Сам такой... Давай, открывай глаза, нам на завтрак через полчаса. – Соберусь за пять минут. Свали на свою половину и не надо меня тыкать - не дерево. – Неа, конечно на дерево ты не похож, но на куклу - очень даже. – Узумаки, у тебя больная фантазия. – Вот и не надо! Белая кожа и черные волосы, как у куклы в витрине кафе... Учиха изумлённо приподнял бровь. – Ты о кукле мечтаешь, что ли? – Неа, – Наруто чуть приподнялся и навис над ним. – Я вот думаю, как бы ты смотрелся, если б тебя нарядить в какой-нибудь готический костюмчик. Из кожи там, с серебром... Саске еле заметно усмехнулся, а в глазах мелькнул озорной блеск. Протянув руку, он обхватил Узумаки за затылок, надавливая и наклоняя к себе ниже. – Тебе нравятся вампиры, Наруто? – Неспешно-плавно проведя губами по чужое шее, он игриво прикусил кожу на ней. – Ага, Ван Хелсинг, например, нравится. Классное кино, – Наруто нагнулся еще ниже и зашептал ему на ушко. – А еще тебе очень сильно пойдет виниловая юбочка, короткая и обтягивающая. Учиха резко перевернул его на спину, наваливаясь сверху, сжимая теперь обе руки парня. – Скорее я сам тебя в это наряжу, – насмешливо фыркнул он, а затем демонстративно, оценивающе оглядел тело под собой. – Или в пышное голубое платье до колен. С лямочками и с кружевами. – Мне платье не подойдет, кость слишком широкая... Хитро усмехнувшись, Саске стал медленно опускать одну из рук вниз, проводя по боку блондина и доходя таким образом до бедра, чуть царапая кожу над резинкой его белья. – Меня всё устраивает, – взгляд, как и голос, хранил в себе нотку удовлетворения, когда он переместил руку удобней, чуть сжимая ягодицу Наруто. – Особенно твоя задница, Узумаки. – Эй, поосторожнее! Если ты думаешь, что она уже не болит, то ты ошибаешься, – возмутился парень. – В следующий раз буду действовать аккуратнее, – с лёгкой насмешкой ответил брюнет. – Я не против. – Не против чего именно? Осторожности или следующего раза? – Точно подметил Учиха. – И того и другого, – Наруто безмятежно ему улыбнулся. – Но если мы будем на мягкой поверхности. – Ты заметил прелесть кровати после секса на траве? – Да, к тому же тут хотя бы не щекотно. – Согласен, это большой плюс. – Тебе удобно на мне лежать? – Слабо поинтересовался Узумаки. – Если тебе тяжело, я слезу. – Нет, не тяжело. Просто я подумал, что это может быть неудобно. – Нормально, – Саске хмыкнул, проводя холодными подушечками пальцев по его боку, слегка щекоча. Наруто сдавленно хихикнул. – А я думал, что лежать на человеке неудобно. – Поверь, мне очень даже удобно… – каждое слово отмечалось еле ощутимым, лёгким касанием к коже. – Позволишь проверить? – Ты спрашиваешь разрешения, совсем как «хороший мальчик», – в глазах светились озорные искорки, а в голосе слышалась насмешка. Узумаки рассмеялся, а потом резко перевернулся, подминая под себя Учиху. – Я просто решил побыть вежливым... секунд тридцать. Он сполз чуть ниже и удобно устроил голову на груди Саске, предварительно обняв его, чтоб не свалиться. – Тебе идёт быть вежливым лишь со взрослыми, – фыркнул на это брюнет, неожиданно проводя ладонью по чужому плечу и вверх, зарываясь в золотистую шевелюру, чуть массируя. – Удобно, – оценил Наруто. – И тепло. Я ошибся, ты не похож на куклу. – Неужели? – Да. Ты теплый, живой. Но почему-то только сейчас, а обычно холодный... – Узумаки, если я двигаюсь, значит не труп. И какой есть, такой есть. – Тебе не надоело притворяться, что ты меня не понял? – А чего ты добиваешься своими словами? – Саске чуть приподнял бровь, смотря на него с нескрываемым интересом. – Угадай. – Предпочту сразу правильный вариант. – Не скажу, – Наруто решил, что сейчас самое время полезть к нему с поцелуями. – Не забудь, что нам скоро вставать, – предупредил его Учиха и согласно обхватил чужие губы своими, начиная неспешно-сладкий и долгий поцелуй, прекрасно помня, как чувствительно реагирует Узумаки на такую ласку. – Я уже не хочу на завтрак... – парень все больше и больше увлекался поцелуем. Хоть он и недавно научился целоваться, да и всему остальному, касающегося секса, но искупал свое неумение энтузиазмом и полным отсутствием комплексов, даже и не думая сейчас о правильности их поведения. – Значит… мы останемся здесь. Саске позволял ему «практиковаться», на «хорошее дело» используя своё рвение и желание. Тем более, что эта его энергия приносила столько приятных ощущений, что грех было бы запретить такое своеволие… скорее даже наоборот, позволить набираться опыта и получать удовольствие от этого самому. – А ты и не сможешь сейчас никуда выйти, – ехидно заметил Наруто, спускаясь чуть ниже и облизывая его ключицу, фактически повторяя вчерашние действия Саске, только гораздо осторожнее и нежнее. – Ширинку не застегнешь. – Твоя наглость не знает границ, – Учиха чуть удивлённо приподнял бровь, а затем довольно усмехнулся. – Возможно. Но тебе это нравится. – Конечно… можешь продолжить. Узумаки спустился ниже, задумчиво осмотрел его левый сосок, а потом лизнул, пробуя, а заодно прислушиваясь к реакции Саске. Улыбнувшись на это, парень положил руку ему на голову, ободряюще перебирая прядки и чуть подталкивая к дальнейшему. Если Наруто и хотел услышать его стоны, то для этого придётся постараться… Узумаки ласкал его, неопытно, но как-то очень трогательно, совершенно беспорядочно, то с потрясающей случайной точностью попадая на самые чувствительные участки тела Учихи. И когда так получалось, Учиха замирал, прикрывая глаза и даже чуть выгибаясь ему на встречу. Такие неумелые, но часто чувственные прикосновения были необычайно приятными, хотя эти «детские игры» обычно не так сильно заводили парня. Наруто сполз еще ниже, насмешливо хмыкнул над тем, что с одеванием перед сном Саске не затруднялся и дотронулся губами до головки его члена. Мягко, словно боясь поранить или пораниться, но вполне решительно. Вот тогда-то Учиха выгнулся больше, напряжённо выдыхая воздух, явно сдерживая себя от более ярких проявлений своих эмоций. Подразнить Узумаки хоть чем-то хотелось, а в данном случае можно было лишь этим. Блондин сухими и горячими поцелуями спустился вниз, к основанию и уже там провел языком по его коже, смачивая ее слюной. Вырвать тихий стон сквозь зубы, Наруто удалось. Саске нетерпеливо надавил на его затылок, всё же одновременно с этим мягко проводя по волосам, сменяя странные ощущения от своих действий. Узумаки весело тряхнул головой, словно говоря о том, что будет делать все сам и лишь так, как захочет. И для начала он поерзал, устраиваясь между ног Учихи, а лишь затем продолжил короткими влажными движениями облизывать ствол его члена, не слишком-то торопясь приступать к чему-то более значимому. Наруто было необходимо убедиться, что все это не будет странным или противным и что он спокойно сможет довести начатое до конца. Второй раз стон Саске был громче, хотя и этот он частично удержал, сделав приглушённым. Дразнилки парня были чертовски приятными, но хотелось больше «внимания», а не лёгкие касания к себе. Хотелось почувствовать ещё больше удовольствия, ведь Узумаки с его «данными» и стремлением к «обучению» вполне мог предоставить более чем хорошее удовольствие. И как раз в этот момент раздался громкий стук в дверь. Учиха перевёл раздражённый взгляд в ту сторону. – Мы не голодны, Какаши, – хрипло огрызнулся он, заранее зная, к чему начнёт привязываться Хатаке. – А это не важно, сейчас Ирука проводит собрание, вы должны немедленно явиться. Узумаки ухмыльнулся и обхватил ртом головку его члена, словно дразня за свои вчерашние крики. Прикусив губу, Саске кинул на него не менее недовольный, раздражённый взгляд. Ему, конечно, было плевать, если Какаши услышит то, что происходило здесь сейчас. Но ведь он растреплет и Умино – а тот в свою очередь привяжется к Узумаки со своими нравоучениями. – Ну, так как, собираетесь выходить? – Настаивал Какаши. Наруто тем временем потянуло на эксперимент - на сколько глубоко в рот он сможет взять, поэтому к концу фразы Хатаке головка члена Учихи уже упиралась ему в горло. Плюнув на то, что за дверью продолжал торчать Хатаке, Саске выгнулся. Стон в этот раз получился громче и мелодичнее. Своеволие Узумаки он поощрял… хотя сейчас его игривость и могла принести им небольшие проблемы. – Учиха, я понимаю, что секс с утра приятно сказывается на твоей работоспособности, но сейчас не время развлекаться. Наруто чуть поперхнулся, мужественно переборол подступившую тошноту и стал посасывать его член, даже слегка причмокивая. – Раз понимаешь, тогда свали, скоро спустимся! – Выкрикнул Учиха, с силой стискивая зубы, но всё же не сдерживая очередного довольного стона. Зарывшись пальцами в чужие волосы, он стал нетерпеливо подталкивать Узумаки, долго сносить такое изощрённое удовольствие с утра сил не было. Тело ещё было слишком расслабленным и мягким, чтобы как обычно с холодной решительностью реагировать на каждое касание. – Ни за что, – весело отозвался Какаши. – Сейчас еще и всех сюда сгоню... а еще лучше, пойду и возьму запасной ключ. Но Наруто вообще все прекратил, выпустил его изо рта и схватил его руки за запястья, прижимая их к кровати. – Я сам, – тихо прошептал он, вновь просто облизывая головку. Учиха неожиданно хитро усмехнулся, расслабляясь в чужих «руках». – Согласен, – ответ был для обоих, причём он даже не стал скрывать ноток лёгкого вызова и довольства в голосе. – И, пожалуй, начну с приглашения Хидана, – так и было непонятно, шутит Какаши или говорит всерьез. Узумаки отпустил его руки и вновь принялся сосать член, помогая себе пальцами, мягко массируя основание и яички. Единственным минусом было то, что по неопытности он был слишком мягок и осторожен, но за то ласки отдавал с избытком. Такие ласки и мягкие касания срывали с Саске более долгие и глубокие стоны. Он к подобному не привык – и секс, и минет с Суйгетсу, всегда были чем-то жёстким и агрессивным, быстрым. Но чтобы лишняя нежность и внимание… ни от него, ни от самого брюнета подобного было не дождаться. Наруто аж заурчал от удовольствия, слушая его стоны, и продолжил с двойным усердием, все же немного увеличивая темп. Выгнувшись, Учиха инстинктивно чуть подбросил бёдра, с раздражением сжимая простынь, собирая в складки. Нетерпение и жар усиливался, постепенно, волнами подталкивая его к концу. Узумаки сделал пару глотательных движений, чисто автоматически вспомнив, что там с ним вчера творил Саске. Непроизвольно двинув бёдрами ещё раз, парень с тихим рыком кончил, стискивая зубы, не позволяя громкому стону вырваться наружу. «Чёрт…» Прикрыв глаза, Учиха расслабился, чувствуя, как по телу пробежала приятная волна, отзываясь на предыдущие действия. Несмотря на неопытность, у Наруто неплохо получилось заставить его на время забыть обо всём – и сейчас это говорило о многом… особенно то, что хотелось не только повторения, но и кое-чего посущественнее. Например, секса. Блондин проглотил все, но немного закашлялся. Потом весело фыркнул, прижался щекой к животу Саске и потерся об него как большой кот. – Всё же хороший мальчик, – с лёгкой, довольной усмешкой «похвалил» его брюнет, проводя рукой по чужим волосам. Наруто легко, но мстительно укусил его около пупка. Учиха на это лишь рассмеялся, трепя его по голове, как мальчишку. – Мне нравится твой настрой. – Догадываюсь... хотя я бы сейчас лучше поспал. – Придём от Ируки, отоспишься. – На тебе. Саске хитро прищурился. – Может, ты бы хотел не только отоспаться «на мне»? – На данный момент только отоспаться, на тебе лежать удобнее, чем на кровати. – Почему же? Наруто на несколько секунд задумался, формулируя ответ. – Матрас ровный, а у тебя удобно изгибается тело. – Да, неужели? – Учиха смотрел на него насмешливо, но видимо совсем не протестовал против веса чужого тела на себе, легко поглаживая его плечи и изредка касаясь волос на затылке. – Ага. Вставать не хочется. – Я тебя ещё не сгоняю. – А Какаши? Он же сейчас с ключом вернется и войдет. – Зато он убедится, что я тебя не насиловал, и успокоится, хоть немного. Сгонит нас вниз, а когда мы вернёмся, то продолжим. – Ты бы не смог меня изнасиловать! – Возмутился Узумаки. – Я смог бы, Наруто… – с лукавой усмешкой прошептал Саске, чуть приподнявшись на локтях, чтобы быть как раз напротив лица Узумаки. – Но это изнасилование было бы очень приятным, и тебе бы понравилось. – Не смог бы, – упрямо возразил парень. – Я бы сопротивлялся, а дерусь я не плохо. – Когда я приставал к тебе, то не почувствовал никакого сопротивления. Ты бы всё равно «сломался» под ласками и сдался на волю насильника, – Учиха чуть коснулся губами его носа, продолжая лукаво улыбаться. – Вот уж нет. Если бы я сам не захотел, ничего бы не было. – Но ты бы захотел. – Да, я захотел. – Тогда не стоит и возмущаться. – Но и не надо меня слабаком считать. – Я совсем не считаю тебя слабаком, Наруто. – Как-то не верится, – Наруто начал медленно подниматься, решив, что им все же надо вставать. Но Учиха его удержал на месте, притягивая к себе ближе за плечи. – Ты забыл поцелуй. – А не много ли поцелуев за одно утро? – Ретиво вывернулся из его объятий Узумаки. – А ты их считал? – Нам пора, еще хочу успеть умыться, – Наруто начал одеваться. Хмыкнув, Саске тоже стал подниматься и одеваться. Узумаки просто подозрительно сбегал… но об этом можно было узнать и позже. Вышел Наруто раньше него, на свое счастье не обнаружив Какаши. Он еще должен был помочь Кибе выволочь Шикамару из столовой. Парни действительно оказались внизу, и Инудзука действительно пытался растолкать Нару. Энергичность и веселая улыбка Узумаки придала всем ускорения, так что они толпой вошли в комнату, где собирал их Ирука. Умино подводил первые итоги по прошествии ещё десяти дней. Каждому досталось по его порции недостатков и прогресса, и в том числе новому Узумаки. – Ну, я думаю, многие свои огрехи ты и сам знаешь, Наруто, – мужчина почесал переносицу, переводя с листка глаза на самого парня. – Грубость, хамство, чрезмерная настырность. Ты слышишь лишь себя и поэтому большой эгоист. Тем более, что ты постоянно скрываешь от других то, что думаешь на самом деле, – Ирука чуть качнул головой, показывая, что этого делать не следует. – Но ты довольно харизматичен и обаятелен. Благодаря твоему дружелюбию, многим людям проще сойтись. Думаю, именно эти качества тебе стоит подтянуть, а предыдущие уменьшить. Надеюсь, за оставшееся время, ты справишься? Узумаки в ответ легкомысленно пожал плечами и возразил: – И что же я скрываю, Ирука-сенсей? – Думаю, лучше всех на этот вопрос ответишь ты сам, – мужчина улыбнулся, а затем отложил листок. – А теперь, мы перейдём к занятию. Итак… * * * Наруто со стоном завалился на кровать, устраиваясь на животе и притянул к себе ноутбук, сидеть целых два часа, пусть даже и на мягком диване, пока казалось ему пыткой. – Но согласись, Ирука всё же лучший вариант, – правильно понял его Учиха, забираясь к себе и принимаясь искать что-то в тумбочке. – Да, самый лучший. Не представляю себе два часа на железном стуле. – Хидан продерживает дольше. Когда злой. – Хорошо хоть сегодня его нет. Автоматически кивнув, Саске поднялся. То, что ему было нужно, он не нашёл и поэтому решил зайти к тому, у кого эта вещь есть точно… «Суйгетсу должен быть у себя.» Вспомнил он. Наруто зевнул и принялся печатать, воспользовавшись его уходом. Соседа не было более часа. И вернулся он мрачно-недовольный чем-то, напряжённый, задумчивый. Пройдя на свою половину, Учиха достал ноутбук и принялся в нём что-то искать – видимо, теперь это был электронный вариант очередной книги. – Разбудишь меня перед обедом? А то позавтракать так и не успел. Наруто уже составил ноутбук на тумбу и укутался в покрывало. Кивнув на это, Саске свернул страницы, открывая вкладку на чужой дневник и привычно набирая логин с паролем. И хотя сейчас настроения читать что-либо совершенно не было… это могло отвлечь от своих мыслей, дав пищу для других. День десятый. Пришлось соврать, чтобы не срываться на банальности, но это очень странное чувство – быть вместе с кем-то в одной кровати. Стук чужого сердца, дыхание – лучшие из колыбельных. К тому же в кровати нету масок, которые я в последнее время просто ненавижу. Мне понравилось и лежать на Саске и то, как Саске лежал на мне, второе даже больше – так очень остро чувствовалось, что я не один. И что меня не отпустят… (ну можно же немного помечтать))) Сказал ему, что он похож на куклу… в витрине магазина. Хех, больше он похож на красивую куклу на шарнирах, у которых каждая деталь – произведение искусства. Пока смотрел на него, то невольно думал и о Суйгетсу и о том, как мало времени осталось. Да я бы согласен был заработать пару штрафных месяцев, а не часов, но старый извращенец по любому приедет в конце месяца, чтобы потом не терять на меня время. Еще утром у меня создалось неприятное впечатление, что Саске считает меня слабаком. А все из-за этих дурацких случаев! Да когда же у меня будет иммунитет на его прикосновения? А еще мне все хуже от осознания, что через двадцать дней мы больше не увидимся. К Саске, оказалось, очень просто привыкнуть и недоумевать по утрам, как же раньше, всю жизнь до этого, просыпался и не видел его лица. И даже если он уже сидит на кровати с каким-то смешным и неприступным видом, да еще и с кофе в руках. И через несколько простых прикосновений я совершенно забываю о том, что все закончится, а когда вспоминаю, то бывает уже поздно. Но хоть сбегать пока удается… Ладно, проще перейти к более насущным проблемам, например моя бедная многострадальная задница, не понимаю, когда же я решусь повторить вчерашнее, до сих пор все зудит ниже поясницы… сейчас бы массаж и чашку горячего чая. Хотя фиг с ним, с массажем, все равно он мне никогда не светит *разве что помню, как мне руку массировали после того как гипс сняли*, но чай… никак не заставить себя за ним подняться. Обжигающе-горячий, с тонкой долькой лимона и мятой… и палочка корицы, душу бы за такое продал, вот только на этот товар не найдется покупателя, никому она не нужна, моя душа. Хмыкнув, Учиха закрыл всё и выключил ноутбук, поднимаясь. Что ж, если Узумаки действительно такой чувствительный, хотя как оказалось не всегда показывает и это тоже, то следовало бы и рискнуть, взглянув, что из этого получится. Теперь появился ещё один интерес – Наруто многое подмечал и анализировал, прочувствовал, значит и на его действия\слова он должен был позже записывать свои мысли… очень интересный способ контроля. «Неплохо бы попробовать» Улыбнувшись своим мыслям, парень поднялся и вышел из комнаты. Вернулся он лишь через пятнадцать минут с подносом, ставя его на тумбочку к Наруто, а сам забираясь к блондину на кровать, устраиваясь там довольно нагло и пихая того в бок. – Я сплю, – проворчал Наруто. – Я принёс нам перекусить, – пояснил брюнет. – Ты ведь голоден, сам сказал. – Перекусить? – Узумаки с трудом открыл глаза. – А зачем рядом лег? – Поднос один, а тащить всё своё на другую половину – лень. – А что у нас на "перекусить"? – Тебе крепкий чай и булочка, мне кофе и вторая булочка. – Чай, – Наруто счастливо улыбнулся и протянул руку, в которую тут же был впихнут горячий, зелёный чай: лимон и мята. – Другой не заваривали с утра. Если не любишь зелёный, кофе рядом. – Люблю, вкусно. Только корицы не хватает... – Корицы? – Да. Палочка корицы. Если им помешивать чай, то у него становится очень интересный вкус. – У них только булочки с корицей, – насмешливо ответил на это Саске. – Ну, хоть что-то, – проворчал Наруто, мгновенно заглатывая свою булочку и допивая чай. – Спасибо. Усмехнувшись на это, брюнет наклонился к нему чуть ниже, целуя в уголок губ и «отбирая» мелкие крошки, оставленные от скоростного перекуса. Проведя по взлохмаченным волосам Наруто, он мягко пробежался подушечками пальцев по голове, под конец всё же отстраняясь. Массаж сейчас был бы лишним. – Не за что, – мелькнувший на мгновение азартный блеск в глазах, всё же исчез. А сам Учиха поднялся, поднимая поднос, решая отнести всё это к себе на половину и дать Узумаки выспаться. Тот растрепал свои волосы, недоверчиво наблюдая за поведением Учихи, но потом все же решил спать дальше. Забравшись к себе, Саске решил тоже поваляться, поэтому взял наушники, отмерил на плеере нужное количество песен до подъёма и включил. Как только музыка перестанет литься, он проснётся. Но проснулся он вовсе не от окончания музыки, а от мягких, но настойчивых поцелуев. – Кажется, ты говорил, что с тебя хватит поцелуев? – Насмешливо отозвался Учиха, так и не открывая глаз. – Утренних - да, – серьезно подтвердил парень. – А это какие? – Дневные. – И сколько отписано дневных? Десять? – Еще не решил, – Наруто ухмыльнулся и забрался на него. – Но у меня уже ничего не болит и у нас еще полтора часа до обеда. – Что ж… я как раз забрал то, что нам нужно от Суйгетсу, – с ответной ухмылкой, брюнет взял со своей тумбочки небольшую баночку крема. – Это для подготовки? – Молодец, быстро соображаешь. – И как надо готовиться? – Точно так же, как и прошлый раз, только с кремом. – Я о том, какую позу мне принять, – Узумаки попытался соблазнительно улыбнуться, но его улыбка так и смешивалась с ехидной ухмылкой. – А какую бы ты сейчас хотел сам? – Саске в предвкушении улыбнулся в ответ, проводя рукой по его бедру и перенося ладонь на ягодицу, поглаживая. – Не знаю... – Тогда, можешь остаться сверху, – разрешил ему Учиха. – Ты же любишь проявлять инициативу, верно? – Почему бы и нет? – Наруто вновь принялся его целовать. Развлечение растянулось на всё время до обеда. И Саске всё больше нравилось то, что происходило сейчас. Узумаки оказался хорошим любовником, особенно из-за своего энтузиазма и природного любопытства, желая узнать и испробовать что-либо новое. И пока всё вполне устраивало. Поэтому на обед оба парня спускались вместе, а на лице Учихи даже было «удовлетворённое выражение человека, довольного своей жизнью», что в принципе очень сложно сочеталось с самим брюнетом. А после всех ребят выгнал на прогулку Хатаке Какаши, точнее даже не на прогулку, а на какой-то двухчасовой марш-бросок по пересеченной местности. Вернулись они уставшие, но вполне веселый и разошлись по комнатам, разве что Наруто куда-то исчез на неопределенное время. Воспользовавшись его отсутствием, друзья Учихи утянули того к себе в комнату, пообщаться. Они уже давно не сидели все вместе – и хотя это и было редким явлением, при котором Учиха лишь просто присутствовал, его общество всё же сплочало всех. А когда он вернулся, то Наруто уже спал, причем видимо он почему-то был настолько измотан, что даже не убрал с кровати ноутбук, а просто захлопнул его и, теперь, использовал как дополнительную подушку. «Инудзука затеял всеобщие игры?» Хмыкнув, Саске прошёл на своё место, беря плеер и открывая свой ноутбук, отмечая при этом, что чтение чужих мыслей\записей уже стало входить в привычку. апд: Что-то не так, но что – не понимаю. Впрочем, все отошло на второй план, и мои предчувствия тоже. Сейчас Гаара предложил мне встречаться. Причем не тут, и не просто встречаться. Больше всего его слова смахивали на признание в любви. Он еще сказал, что легко переведется в мою школу, переедет в район, где я живу и после этой «тюрьмы» все не закончится, а как раз начнется. Кажется, ему наплевать на все, даже на знание того, что я встречаюсь, скорее, трахаюсь с Саске. А может именно потому, что у нас все «без признаний и обещаний» Гааре на это и наплевать? И я совершенно не знаю что ответить. Совсем недавно был уверен, что натурал… теперь би, но спал лишь с парнем. И Гаара, он стал мне другом, он умный и интересный, с ним легко разговаривать, особенно если наедине. И если бы он перешел в мою школу, то там стало бы на человека больше, на человека, с которым не надо улыбаться и можно даже просто помолчать. Он мне нравится, как друг, но под тем углом я его даже не рассматривал, хотя видел, что я ему тоже нравлюсь. Конечно же, я это заметил, как он мягко смотрит на меня во время наших посиделок и игр в карты в Кибиной комнате. Но я думал, он решил сдержаться, понимая, что тут все ненадолго, что он гораздо умнее меня и не хочет привязываться. Да уж, за то теперь благодаря моему качественному косплею столба мне есть что сравнить – поцелуи Саске и поцелуй Гаары. Осталось 20 деней, прошло десять. «Любит? Что за бред.» Резко захлопнув крышку, Учиха раздражённо отпихнул от себя ноутбук. Кажется, это были первые мысли Узумаки, которые задели настолько сильно. Сравнить? Да как их можно сравнивать? Как Собаку вообще рискнул высказывать что-то Наруто? Притом уже после того, как блондина-натурала Саске смог «совратить» до бисексуала? Как вообще можно верить в то, что кто-то переедет и там всё «начнётся»? Разве такое возможно на практике? «Бред.» Встав с кровати, Саске достал из тумбочки пачку сигарет и прошёл к окну, открывая форточку. Облокотившись плечом на стену так, чтобы свет заходящего солнца сейчас не резал глаза, он закурил. Кажется, последний раз он это делал… нет, слишком давно. Не вспомнил. Наруто во сне закашлялся и отвернулся к стенке, видимо запах сигарет ему не понравился. Покосившись на него, Учиха всё же продолжил курить. Это помогало рассчитать что-либо и анализировать некоторые моменты. Сейчас были нужны спокойствие и уравновешенность… * * * Наруто проснулся, зевнул и повернулся, чтобы посмотреть, вернулся ли Саске в комнату ночью. Несмотря на то, что кровать Учихи не была расправлена, сам он всё же был в комнате. Стоял спиной к Узумаки у окна, облокотившись плечом на стену, и докуривал одну из сигарет. Ещё только первые лучи слегка освещали его лицо: напряжение и мрачная задумчивость были слишком непривычны с утра. Так же, как и сжатые в чёткую линию губы и внимательно-расценивающий взгляд, ещё более непривычный для него. Он слишком напоминал, насколько расчётливым был сам парень. Тонкие пальцы крепко держали длинную сигарету, похожую на «женские», но точно не женские. По крайне мере с Учихой, они такими не казались – лишь наоборот подчёркивали в нём границу, делящую изящество, тонкость и отвергали женственность и хрупкость – Саске не был таким. – Ты чего такой хмурый с утра? – Наруто поднялся, подошел к нему и выглянул из-за его спины в окно. Яркого света ещё не было, но он уже постепенно зарождался. Через полчаса грозилось совсем подняться солнце. А пока можно было и постоять у окна… Скосив на Узумаки внимательный, цепкий взгляд, Учиха снова перевёл его на улицу. – Не важно. – Куришь? Совсем дымом пропах... – блондин прислонился щекой к его щеке. Прикрыв глаза, Саске чуть заметно улыбнулся, свободной рукой проводя по чужой щеке, а затем зарываясь ей в волосы парня, неспешно перебирая прядки. – А тебе разве не нравится запах? – В голосе чувствовалось некое любопытство. Запах от сигарет был лёгким и скорее не «сухим», обычным. К нему примешивался мягкий, вишнёвый вкус… довольно странный выбор для Учихи. – Этот нравится, но в курении вообще смысла не вижу. Я пробовал и знаю, что это не вкусно. – Мне помогает сосредоточиться. – А ты нервничаешь? – Разве сосредоточенность нужна лишь в таком случае? – Ну... хочешь расслабится? Учиха задумался насчёт этого предложения. Но затем лишь снова прикрыл глаза. – Нет, я в норме. Просто постоим так. Узумаки на несколько секунд прикрыл глаза, улыбаясь, а потом тихо прошептал Саске на ушко: – А я думал, что ты захочешь меня трахнуть, жестко и прямо тут... чтобы я закрывал рот своей рукой из опасений разбудить остальных своими криками. Учиха хмыкнул, довольный, предоставленной картиной, но лишь многообещающе усмехнулся, чуть поворачивая голову к нему, почти касаясь чужих губ. – Обязательно исполню твои фантазии, но часам к двум ночи. Сейчас это будет не так интересно, все скоро проснутся… – скользнув ладонью по щеке, Саске слегка повернул к себе Узумаки за подбородок, оставляя между их губами какие-то жалкие миллиметры. – Сейчас меня тянет на ласку… И действительно – это была ласка. Ласка в исполнении Учихи оказалась необычайно приятной, незабываемой. Мягкие и ненавязчивые касания губ; нежность каждого такого прикосновения; неторопливая сладость; и всё равно сбившееся тёплое дыхание, чуть учащённый стук сердца. Такие поцелуи затягивали в себя, заставляя забыть о многом, а воздушный, вишнёвый вкус придавал им какое-то особое представление совершенно другого мира – свободного и защищённого, действительно лишь на двоих. На них двоих. Наруто покраснел, но так и не смог пошевелиться, чтобы вырваться из его объятий, лишь зашептал: – В прошлые разы... мне казалось иначе. К тому же ты не спросил у меня, предпочитаю ли я ласку. – Если бы это было не так, ты бы среагировал по-другому, – чуть улыбнувшись, Учиха провёл рукой по его волосам, взлохмачивая их на затылке и лишь ближе притягивая к себе, удерживая в более удобном положении и одновременно с этим мягко массируя подушечками пальцев. Узумаки еле успел ухватиться рукой за подоконник, чтобы не упасть, второй рукой он крепко обнял Саске, при этом взгляд его стал мягким, расслабленным и расфокуссированным, почти жалобным. Наруто был очень жадным до ласки. – Вижу, тебе нравится, – Саске прижал его к себе сильнее, не скрывая довольных искорок в глазах. Поцелуи стали глубже и «подробнее». Парень осторожно и вместе с тем игриво исследовал Узумаки, не отказывая тому в удовольствии, «поглаживая» чужой язык. Лишь мягкость и тепло, которых, обычно так всегда не хватало. Обоим. – З-зачем... – Наруто еле смог вздохнуть. – Зачем ты это делаешь? – Хочу… – тихо выдохнул ему в губы Учиха, а затем развернул, вжимая в стену и вжимаясь в него сам. – И ты хочешь. На этот раз поцелуи были более страстными и нетерпеливыми, но вместе с этим перемешивалась и ласка, и даже некая «замедленность» в каждом движении, оттягивая моменты тепла, не желая с ними расставаться сразу или через некоторое время. Этого времени всегда так мало… – Все-то ты знаешь, – Узумаки зарылся пальцами в его волосы и выгнулся, млея от этих прикосновений. – Нам везет, что до подъема еще много времени. Учиха усмехнулся, на минуту переместив губы к его ушку. – Да, Наруто, я знаю всё… – после горячего шёпота, от которого по телу пробежались приятные мурашки, последовали не менее приятные поцелуи в это самое ушко. Мягко обхватывая губами и чуть прикусывая, брюнет чередовал лёгкую игривость и такую очаровывающую ласку, убедившись в точности своих действий и того, как именно на них реагирует Узумаки. Реакция была самой нужной… самой нужной. Наруто застонал и немного наклонил голову, подставляя для ласк шею. И Саске послушно переместился к ней, неспешно спускаясь лёгкими поцелуями; возвращаясь обратно, по «пути» слегка оттягивая чужую кожу, оставляя аккуратные, но большие засосы; проводя по оставленным «отпечаткам» языком, смягчая свои прикосновения; и, затем, снова принимаясь ласкать кожу губами, как вампир, не желая отрываться от «лакомого» местечка. Узумаки застонал еще громче, обмякая в его руках, практически безвольно подчиняясь. Видимо шея была его действительно слабым местом. Придерживая его одной рукой, Учиха всё же пробежался подушечками пальцев по торсу парня, теперь присоединяя к ласке губ, ещё и касание руки. Внимание отдавалось каждому изгибу, прикосновения были ещё более лёгкие, но чувственные. Умение находить нужные «точки», на которые следовало «нажать», он знал в совершенстве. Иногда брюнет позволял себе слегка царапать чужую кожу, добавляя «невинной» дерзости, и лишь сильнее возбуждая этими своими «запретными приёмами». Наруто улыбался, совершенно его не торопя. Он наслаждался этой лаской, такими невинными, но в то же время интимными касаниями, наслаждался тем, чего никогда не было в его жизни до знакомства с Саске. Но, как ни странно, Учиха даже и не посягал на что-то более «серьёзное», чем такие «любовные» ласки и нежность, которая заставляла таять. Он продолжал свои действия, лишь всё больше возбуждая, видимо вознамерившись заставить Узумаки кончить лишь от одних таких откровенных ласк, но при этом, не двигаясь дальше. Этот вид удовольствия был ещё более изощрённо-пыточным, чем предыдущие… и слишком приятным, чтобы от него можно было заставить себя отказаться. – Хватит, пожалуйста... – все же взмолился Наруто. – Почему нет? – Учиха провёл губами по его шее до подбородка, заглядывая в глаза. – Тебе ведь нравится это. – Не надо, – почему-то в глазах блондина стояли слезы, и он еле их сдерживал. – Наруто? – Саске провёл тыльной стороной ладони по его щеке, а затем по его волосам до затылка, чуть ближе притягивая к себе, тише шепча в губы. – Почему не надо? – Я не могу... – Не можешь чего именно? – Я не могу больше... это слишком... – Слишком хорошо? Или слишком много… – Я... я... – парень совсем потерялся. – Хватит. Учиха чуть заметно улыбнулся, прикрывая глаза и скрывая в них искры полного удовлетворения. Легко коснувшись чужих губ, он отстранился. – Как захочешь, – слегка склонив голову на бок, парень отступил назад, «выпуская жертву из своих когтей». – Не делай больше так, это не в твоем стиле, – Узумаки отвернулся от него лицом к стене. Хмыкнув, Саске шагнул обратно, проводя руками по его торсу от пояса и немного вверх. – Но я тоже люблю импровизацию. Разве плохо получилось? – Мне больше нравится, когда ты ведешь себя как обычно, резко и страстно, – возразил Наруто. Учиха тихо рассмеялся, коснувшись губами его шеи, чуть ниже затылка. – Ты только что стонал в голос от моих ласк, и теперь хочешь убедить, что тебе нравится грубость? Узумаки вцепился в стену, да так, что кончики его пальцев побелели от напряжения. – Я... я хочу грубо. Саске заскользил руками по его телу увереннее, оглаживая бока и спускаясь к бёдрам. – Мне нравится слышать тебя. Скажи это громче, – прикусив кожицу на шее блондина, парень переместил одну руку на его пах, а второй продолжил «чертить» линии вниз по ноге и возвращаясь обратно к бедрам. – Трахни меня, так понятнее? – А если мне захочется импровизации и во время секса? – Я против. – Почему же? – Я еще и к тому, как обычно не привык, а тебя тут еще на импровизации тянет. Перебор. – И при этом сам любишь вносить что-то новое… – насмешливо фыркнул на это брюнет, а затем усмехнулся, подцепляя резинку белья Узумаки. – Что ж, если хочешь грубо… я не против. – Я только делал то, что ты показывал, – спорить Наруто не прекратил. Хмыкнув, Учиха лишь сильнее сжал его бёдра, вместе с этим проводя губами по мочке чужого ушка вверх. – Когда ты рядом, я всегда возбуждён, – дыхание было тёплым и щекотало кожу. – И мне это нравится, несмотря на твою строптивость и упрямство. – Да кто бы мог подумать? – Парень резко дёрнул бедрами назад и потерся о Саске. Тот с тихим рычанием, лишь притянул его ещё ближе, впиваясь в открывшуюся, беззащитную часть шеи. – Не дёргайся… мы ещё должны повторить это ночью, забыл? – Ты слишком долго копаешься, – Узумаки, дразня его, повторил движения. – Ты скоро пожалеешь о своих действиях… – многообещающе произнёс Учиха, довольно усмехаясь. Этот секс был не только грубым, но и страстным. Долгий, жёсткий и очень… нетерпеливый. Хотя Саске и сдерживал себя раньше, он уже давно хотел попробовать «не жалеть» блондина, отдавшись полностью процессу. И, несмотря на боль и оставленные синяки на бёдрах, секс был действительно потрясающим… хотя парень и не до конца исполнил негласное обещание – немного нежности было лишь в конце: порция мягких, сладких поцелуев без которых отпускать Узумаки он не захотел. Он не хотел его вообще отпускать. – Нам пора на занятия, – опомнился Наруто, мельком посмотрев на часы. Завтрак они умудрились пропустить. – Конечно, – Саске уже одевался, а затем вышел первым с довольной ухмылкой на лице. Узумаки криво ухмыльнулся самому себе и прилег на кровать, чтоб опомниться. На минуточку.