Ничего уже не вернуть

Гермиона не помнила, как оказалась в спальне. Ей казалось, что она совершенно ничего не помнит. Встав с кровати, она открыла окно, отодвинув тяжелые шторы. Свежий воздух заполнил комнату. Глубоко вздохнув, Гермиона закрыла глаза и на нее нахлынула волна воспоминаний. Еле удержавшись на ногах, она села на кровать. Просидев так несколько минут, девушка рывком встала и пошла в ванну. Зайдя в комнату , Гермиона подошла к большой ванне и включила горячую воду. Сев на закрытый крышкой унитаз, она вновь зарыдала. "Давно уже надо было понять, что Рон меня воспринимает как сестру. Давно нужно было отпустить его. Это ведь все я сделала. Это я с третьего курса теплила в нем надежду, что мы будем вместе. И сама же ее разрушила, но все же думала, что можно все вернуть обратно. И спустя столько лет поняла, что ничего этого не было" Девушка оторвалась от мыслей лишь тогда, когда вода перелила ванну и уже была на полу. Не обращая внимание на разлитую воду, Гермиона раздевшись, погрузилась в ванну. Горячая вода обдала жаром холодную кожу, и, казалось, что девушка сейчас заживо сварится, но Гермиона даже глазом не моргнула. Погрузившись в воду, девушка закрыла глаза и провалилась в дремоту. - Тебя никто не спасет, маленькая зубрила Грейнджер, - истерически пропищал до боли знакомый голос. - Пожалуйста…- тихо прохрипела Гермиона, - пожалуйста… В ответ девушка лишь услышала смех Беллатриссы Лестрейндж. Женщина мигом подлетела к Гермионе и повалила на пол. - Что Грейнджер, просишь пощады? – с издевкой спросила Беллатриса, - хорошо, будет тебе пощада, - сказав это, она склонилась над Гермиона и истерически засмеялась. Задрав голову, чтобы не видеть бешеных глаз пожирательницы, Гермиона увидела стоявшую сзади чету Малфоев. Взглянув в лицо Люциусу, Гермиона была ошарашена. Оно выражало такое отвращение, что казалось он, смотрит на кучку дерьма, от которого сильно воняет. Нарцисса напротив, стояла словно статуя. Ее лицо было непроницаемым, но на сотую долю секунды Гермиона уловила взволнованный взгляд Нарциссы, который сразу угас. Обратив свой взор на Драко, девушка удивилась. Ему было страшно. "Он что, боится за грязнокровку?" – спросила сама себя Гермиона, но не успела дать себе, же ответ закричала от дикой боли. Тело пронзила острая боль, и девушка скрючилась на полу. Эта пытка все продолжалась и продолжалась. Боль становилась все невыносимее. И Гермионе хотелось лишь одного – умереть. Внезапно эта боль прекратилась и девушка почувствовала, как откуда-то появилась под ее телом вода. Она заполняла уши и нос. "Откуда здесь вода?" – пронеслось в голове у девушки. Воды становилось все больше и больше. Гермиона попыталась выплыть из этой массы. Вдруг под руками она почувствовала что-то холодное и уцепилась за это мертвой хваткой и попыталась снова выплыть. Катастрофически не хватало воздуха, и, девушка, со всех сил оттолкнувшись, поднялась наверх. Открыв глаза, Гермиона поняла, что все, что происходила лишь сон. Но в легких все так, же не хватало воздуха, и, девушка с жадностью его ловила ртом. Перед глазами вновь появилось лицо Беллатриссы и от испуга, Гермиона ударилась головой о край ванны. Но поняв, что это очередное видение ее больной фантазии, успокоилась. Пролежав так, осмысливая свой сон, девушка поняла, что вода давно остыла и стоит из нее выйти, чтобы не заболеть. Выйдя из ванной комнаты, Гермиона направилась вниз к чемоданам. Спустившись вниз, она увидела на журнальном столике кружку. "Наверное, Гарри оставил" – предположила Гермиона. Подойдя к чемоданами, и, достав оттуда палочку, перенесла их на второй этаж. Уже в комнате, девушка вывернула чемоданы и аккуратно сложила одежду в шкаф. Шкаф был большой и поэтому своими вещами, Гермиона заняла не так уж и много места. Немного поразмыслив, она пришла к выводу, что вот уже три года она не покупала себе ничего нового и решила на выходных, а они были скоро, походить по супермаркетам. Уже одевшись, она поняла, что на улице ночь и неплохо было бы немного прогуляться. Спрятав волшебную палочку в карман джинсов и, убедившись, что ее не видно, вышла на улицу. Пахло жасмином. Этот приятный запах заполнял легкие и, от этого хотелось петь и танцевать. Но поборов в себе этот порыв, Гермиона пошла по улице дальше. "А ведь у нас с Роном сегодня годовщина…" – вспомнила девушка, увидев целующуюся парочку на скамейке. Одинокая слеза скатилась по щеке, и девушка поспешила ее стереть. Незачем плакать по тому, что уже не вернуть. Завернув за очередной угол, Гермиона услышала какую-то возню. Выглянув из укрытия, она увидела драку. Пятеро огромных мужчин били кого-то. Вдруг один из них выпрямился и взглянул в ее сторону. Девушка быстро спряталась за углом и молила чтобы громила ее не заметил. Простояв так минут десять и, убедившись, что ее все-таки не заметили, вышла из укрытия. На улице, около бара, из которого вышли громилы, лежал белокурый парень. Хотя его белые кудри уже вряд ли можно было бы назвать белыми. Вся часть лица, которую могла видеть Гермиона, была в крови. Из его головы сочилась кровь, которая размазалась во всем волосам и голове. Парень тяжело дышал. Его грудь очень высоко поднималась. Подбежав к парню и, полностью развернув его к себе, девушка ахнула. Перед ней лежал Драко Малфой. Она провела рукой по его лицу и, убедившись, что он реагирует, склонилась над его грудью, чтобы проверить его дыхание еще раз. Вдруг он открыл глаза, и девушка придвинулась к нему ближе, чтобы осмотреть его зрачки. Как-никак учеба на колдомедика давала о себе знать. - О Мерлин, Малфой, почему ты всегда во все влезаешь? Что же опять случилось? Куда ты опять влип? - не унималась она. Послышался хрип. Придвинувшись еще ближе, Гермиона смогла разобрать, что говорил парень. - Кхм… Грейнджер… ты даже здесь меня преследуешь, - сказал Малфой. Гермиона незаметно улыбнулась, даже не поняв почему. И взяв его за руку, трансгрессировала к себе домой.