Глаза говорят больше

С самого раннего детства Марка никто не понимал. Кроме родителей. Только они понимали его чувства, эмоции, даже мысли. В детском саду и начальной школе его унижали и били, пока не появился Он. Он, Натаниэль Куртцберг, с голубыми глазами и рыжими волосами. В тот день он заметил его и поспешил на помощь. — Не трогайте его! — закричал Нат, закрывая собой молчавшего парня. Парни были меньше его, поэтому сделали чуть шаг назад. Но не отступились. — А если нет? —нахально подали голос те. Защитник усмехнулся в ответ. — Нет... Ну, тогда мне придётся задействовать некоторые меры... — он гадко ухмыльнулся, вытащив что-то из кармана, отдалённо напоминающее перочинный ножик. Но тут кто-то дёрнул его за рукав, — да? Марк смотрел на него умоляющим взглядом, будто умоляя, чтобы он не делал ничего безрассудного, умолял вернуть хоть частицу разума. Куртцберг вздохнул. — Ладно, — он убрал нож в карман, подхватив не сопротивляющегося парня на руки, — в этот раз вам повезло. Сегодня я вам ничего не сделаю. Но, если вы будете ещё кого-либо избивать, не важно, кого, я клянусь, я доберусь до вас. Эти слова были сказаны необычным тоном. Они были выплюнуты, сказаны с презрением, смешанным с холодом, что даже сам Марк покрылся мурашками. Видимо, его дрожь была ощутима, раз Нат поцеловал его в макушку и уже совсем другим тоном сказал: — Тише, тише, всё хорошо. Отдыхай, тебя никто не обидит. Я рядом. Марк лишь слабо кивнул и провалился в царство Морфея...

***

С тех пор прошло несколько лет. Марка никто не трогал, хотя иногда и пытались бросать в его сторону не очень хорошие взгляды, но... Все они пресекались злобным взглядом Ната. Он стал хорошим защитником для него. Совсем как каменная стена для Марка, да и вообще любого человека, который окажется в не очень хорошей ситуации. Куртцберг стал "тенью" Анселя. Хотя, ещё с какой посмотреть. В школе Нат всюду следовал за подопечным, на улице всё тот же Куртцберг таскал небезызвестного Марка где только можно.В парк, в кафе, в кино...

***

В один день Нат признался ему в любви, легко дотронувшись до губ Марка робким поцелуем. Сказать, что Марк был ошарашен, значит, ничего не сказать. Он был в шоке. Культурном шоке. Но и он продолжался недолго. Он и сам полюбил этого парня, чуть похожего на яркое солнце. Его щёки вспыхнули чуть заметным румянцем, а в животе начали порхать бабочки. Да, он любит его, чертовски сильно любит но... Но он не может сказать ему об этом... Однако времени на раздумья ему не дали. Нат ещё раз, будто спрашивая разрешения, проводит губами по его губам. Марк ничего не говорит, лишь тянется за новым, уже не таким детским, поцелуем.

***

Но за всё надо платить... Никто не знал, чем может обернуться эта любовь. Ни Марк, ни Нат, ни их родители... Никто... Натаниэлю пришлось дорого заплатить за эту любовь. Искреннюю, взаимную, сильную, нежную, добрую, но, оказывается, убивающую. Не только жизни, но и души.

***

Одним весенним днём они гуляли по парку. Казалось, что бы такого страшного могло произойти... Но, вот, Марк с радостной улыбкой и огромным рожком мороженого несётся прямо на дорогу. Нат тихо смеётся над ним, чуть прикрывая глаза. А зря... Из-за поворота на огромной скорости несётся чёрная машина. Вдруг, оглушительный гудок автомобиля, звук рухнувшего тела и кроваво-красная лужица, вытекающая из-под головы Марка... Куртцберг бросает мороженое, бросаясь к тому месту, где лежит его любимый. Он положил его уже почти бездыханную голову себе на колени и ласково гладил по волосам, одной рукой стирая мокрые дорожки слез со своих щёк. Ансель чуть улыбнулся, глядя в глаза Нату. Всего его можно было прочитать по одному взгляду, в котором сейчас находилась целая гамма различных чувств. Любовь, боль, сожаление, нежность, грусть и радость. Его глаза начали закрываться, и он сказал единственное в своей жизни слово: — Люблю... [C]*** Запомните же, глаза говорят больше, чем слова. Словами можно соврать, обидеть, полюбить и даже уничтожить. Взглядом же можно уничтожить, вернуть в жизнь, реальность, но невозможно соврать. Запомните, глаза никогда не[C]*** Запомните же, глаза говорят больше, чем слова. Словами можно соврать, обидеть, полюбить и даже уничтожить. Взглядом же можно уничтожить, вернуть в жизнь, реальность, но невозможно соврать. Запомните, глаза никогда не врут.