История о благородном воре

      Утро начинается не с завтрака, а с пробежки до базы ребят. Выбежал из дома, пробежал пару кварталов. Зашёл через главный вход и пришлось экстренно пригибаться. Увернувшись от стальных объятий Ноя, я поздоровался со всеми. В ответ прилетел звучные приветствия и желания блага.       — Спасибо ребят. — проговорил я. — Ной, Грег, в кабинет.       Я решил поговорить с ребятами о моих проблемах. Ну, там Райдзю, Молнии Силы из рук и другие проблемы пубертатного периода, первых сорока лет жизни любого мужчины. Поговорил и понял, что я попал.       Ной смотрел на меня странным взглядом преданного генерала. Это немного напрягало, но мне всё же нравиться этот взгляд. Сразу чувствую, что я делаю что-то большое и оно простоит не один век.       Другие ребята смотрели на меня, как на Императора, спустившегося с трона к черни. Желание служить и выполнять приказы прямо написано на их лицах.       Грег же смотрел, скорее, немного нервно, а сам он витал в своих мыслях. Думаю с него я и начну.       — Грег, ты хорошо себя чувствуешь? — он дернулся, но потом махнул рукой. Потом, так потом. — Ной, а ты?       — Прекрасно, Атаман… Но… — Немного помялся он. — С вами хотел поговорить мой дядя.       Возможно я с ним поговорю, а возможно и нет. Мне и так нужно слишком много чего сделать. Ку хочет поговорить насчет Райдзю, прочитать письмо недониндзя, поговорить с Президентом, придумать новый план ограбления и еще посмотреть, что можно сделать с новым вооружением и с новым крюком надо потренироваться.       Первым к допросу с пристрастием я пристал к Грегу. Ну, он основной финансовый мешок нашего предприятия. Можно сказать, что его деньги на карманные расходы и держат наше маленькое дело по захвату Парижа и близлежащих территорий. Первое, что он мне сообщил было плохой новостью, — его отец захотел приструнить нерадивого наследника, лишив его львиной доли счетов и связей со всем Парижа. Что-то наподобие черной метки, которая говорить о неблагонадежности юноши в качестве партнера по бизнесу. Я, если честно ожидал такого действия от его родителя, и поэтому выработал далеко идущие планы на заработок нашей маленькой банды. Но они именно далеко идущие, обширные и зависимые от множества факторов, средств и деталей, которые я еще не привел в действие. Я уже и не говорю, что часть деталей плана находятся в различных точках мира и связаны с Куперами напрямую, так что надо присутствовать лично на встречах с нужными людьми.       У меня есть пара идей, как нам поднять деньжат. Один проект это порно, хентай и всё, что любят японцы, немцы и ряд стран, где всю такое популярно. Второй проект это… Да простят меня мужики всего мира, но в этой реальности нет «Сумерек». Эх, сколько стоило мне сил сидеть смирно и не пытаться сбежать, куда подальше, из кинотеатра. Но всё это может принести баснословные деньги, девушки любят такие фильмы, а их парни заплатят за киносеанс и даже придут, бедняги.       Ну для порно мы слишком молодые, а хентай я и сам могу нарисовать, как нас научила Япония, — с тентаклями, девочками-волшебницами, героями и гаремами. Насчет «Сумерек», я их не помню нормально, кровавые слезы застилали взор, поэтому напишу свой оригинальный сценарий. Ну и улучшу немного. Никаких блестящих вампиров, никаких старшеклассниц, которые чуть-ли не бросаются на шею этим… Просто этим. И никаких раздевающихся оборотней. Бр-рр. Нормальный дарк-версия с кровью, драмой, немного романтики и секса. Да, вот и буду так делать.       Еще один вариант это съемки у Жака. Это, конечно, хороший вариант, но что-то мне не хочется перекрашиваться в блондина. Этот садист из Модного приговора то ли переиграл в Fate, то ли является фанатом Type-Moon, и поэтому решил сделать из меня Гильгамеша. Я всеми силами отпираюсь от Судьбы быть блондином. Брюнет с тонфа наперевес — вот мой кумир и на него буду равняться.       Следующее слово взял Ной. Выполненные задания, странные случаи во время патрулей, письма от главарей других банд и приглашение на ужин от «Братков и Сестренки».       — Чё? Какие «Братки и Сестренка»?       — Это группировка эмигрантов из стран бывших Союзных Республик. — пояснил Ной, положив на стол фотографии. — Это глава «Русичи»…       С фото на меня смотрел представитель славянского народа. Чистые, светлые волосы, вроде обычный блондин, голубоглазый. Его можно было бы спутать с Адрианом, но вот его телосложение напоминало медведя. Он был выше и шире в плечах, чем Ной. Лицо имело пропорции чистого арийца. Он улыбался на фото. Думаю так и изображали добрых богатырей, которые спасали Русь бесчисленное количество раз.       — Никита. Его уважают всё. Даже враги. Не любит конфликты, особенно кровь, но если надо… Просто скажу, он был тем, кто побил двадцать вооруженных байкеров из «Святые Франции».       На стол легла другая фотография. На меня смотрел… смотрела девушка-неформалка. Розовые волосы, пара колец в ушах. Макияж… я не знаю, какой это цвет. Просто скажу, что он был и вполне давал свою долю шарма. Мордашка была аккуратной и, как выразились мои ребята: " Я б вду… Кхм, позвал на свидание! Не бейте, Атаман!». Подождав пока оттащат тело, потом его надо перевоспитать, — не позволю устраивать Содому и Гоморру на моей территории, благосклонно киваю Ною. Он прокашлялся и продолжил.       — Ульяна. Является главой «Девчонок». Сильная, харизматичная девушка. Неплохо дерется, в основном предпочитает самбо и сават. Поддерживает порядок среди парней и девушке. На неё равняются множество девушек, а иногда и парни.       Посмотрев на последнюю фотографию, я почувствовал себя дома. На ней был запечатлен парень. В олимпийке и брюках, с бутсами на ногах, целым ворохом шелухи от семечек под ногами. Он «зыркал», да только так можно выразить его взгляд, в камеру. На плече у него лежала стальная бита. Прям ностальгией потянуло. Вся его фигура говорила, что он готов броситься на врага в любой момент.       — Михаил — глава «Трех Слов». Весь его образ, как вы увидели, содран с карикатур на гопников. Так ведь их называют? Силен, держит весь район за яйца. Его боятся, но и уважают. Во время боя может войти в состояние берсерка. Занимается бейсболом.       — Эти трое создали союз «Братки и Сестренка». Держат один район. Каждая группировка равномерно распределена по району, но если присмотреться, то можно понять, что их территорию можно представиться виде многогранника.       На стол была выложена карта. Весь район был разделен на три цвета. Большая часть по краями была черно-белого цвета — территория «Трех Слов», центр был самым маленьким, заштрихованный красным цветом — территория «Русичи», а между ними была прослойка в виде фиолетового цвета — территория «Девчонок». Как ни странно, мне была понятна такая разметка карты. Границы охраняются берсерком с его армией гопников, основная территория контролируется и держат порядок Ульяна и её неформалы, а в центре расположена резиденция князя с центром руководства.       — Ладно, потом ответим. Ведь срок не указан? — Ной кивнул, подтверждая мои слова. — Так с деньгами я решу вопрос, только, Грег, приготовь поднять связи среди киношников. Всё вопросы решены?       — Нет, Атаман. — мотнул головой Грег. — Помните я говорил, что кроме меня в районе есть другие боссы? Остался один босс, который не принес присягу.       Махнул рукой, — разберусь позже, я приказал подать завтрак. Домой идти смысла нет, а тут тоже неплохо готовят. Рой Ли Мелье готовит, просто, превосходно, не удивительно, что его послали на дополнительные занятия. Повар из него выйдет отменный, а в Европе мастера стези поварских искусств, неплохо зарабатывают. А если сделать его маркой какой-либо еды, то евро польются рекой. Поболтали немного, Грег всё-таки решил рассказать, что о своих беспокойствах. Я едой подавился, когда получил письмо с приглашением на день рождение подчиненного. Ладно, разберемся со всем. Надеюсь.       Поговорив с парнями, я пошел в гараж, где ожидал меня мой мотоцикл. Картина, которая предстала передо мной, заставит умилиться даже самого черствого человека в мире. Детишки решили поиграть с мотоциклом. Там «врум-врум», крики радости, веселье, а еще они, как всадники, махали в разные стороны дубинками, палками и кричали «мусора позорные», «с дороги», «му-ха-ха». Эх, воображают себе мегабайкерами на ралли без правил, посылающих закон.       Пришлось сгонять мелких, — и я ни разу не вздрогнул под их щенячьими глазками, мне еще ехать к Хэппину. С ним надо обсудить предложение недониндзя. Он ведь китаец, хоть и иногда мне кажется, что среди евреев он бы затерялся, вот и пусть расскажет о тайнах мира. Да, старик меня в землю вобьет, но где наша не бывала! И был перекупщиком в детском саду, и помогал добыть сигарет старшеклассникам, и прыгал с парашютом, а это я еще не сказал о марш-бросках по барханам в полной выкладке… А когда это было?       — Атаман?       — А?       — Вы побледнели. Вызвать доктора? — побеспокоился Жуль, наш механик.       — Нет, просто вспомнил что-то плохое… Ладно, спасибо, что приглядел за моей лошадкой.       Так, а теперь главный вопрос, что я вспомнил? Хм, чёрт, не помню. Ай, ладно, если забыл, то это не важно.

***

      Поездка на мотоцикле была скучной. Туда и сюда. По встречной и спуск в убежище. Подзатыльник от Ку прилагался. «Нечего так рассекать по улицам, еще убьешься.». Ага, я, и убьюсь. В последнее время у меня есть маленькие подозрения насчет того, кто меня закинул в этот мир. Это вероятнее всего Смерть, Жнец, как угодно назови решил (а) навести шороху в болоте. Я, конечно, не такая птица или фигура высокого разлива, но чем Чёрт не шутит, — Я люблю себя. А ведь и он тут мог под руку залезть, он всё же — Чёрт. Дай только поднасрать кому-либо.       Заварив чайку и приготовив бутербродов, я завалился в кресло инкрустированное различными драгоценными камнями, обитая шелком или каким-то материалом достаточно легким и мягким. Вроде кем-то из Куперов было украдено, судя по знаку Британской короны из резиденции Британского короля. М-нда, ну да ладно, достаю письмо, канцелярский нож вырезает отверстие.       — Так-с и что мы тут имеем…       Приветствую вас, Слай из рода Купер. Имею честь поздравить вас с зачислением в участники Турнира Двадцати Семи. Турнир будет проходить летом следующего года. Вы можете не раскрывать свою инкогнито, но, если же решите раскрыться перед нами, то мы гарантируем, что не будем использовать данную информацию против вас, вашего рода и ваших близких, (Правда, я категорически не советую снимать «маску», — слишком многие захотят видеть вас с поводком на шее.). Для подтверждения согласия на участие в Турнире сообщите нашим людям.       P.S. Все расходы на перелет и жилье, мы берем на себя.       P.S.S. Прошу, слезно прошу, не воруйте на территории Турнира. Искренне Ваш, Чжоу Лао, старейшина рода Нори, Старший Судья Турнира Двадцати Семи.       Так-с. Так-с, что я, только что прочитал? Я думал, что меня будут теребить с просьбами жениться и всё такое.       Пройдясь по библиотеке, вывернув наизнанку и найдя пару заначек предшественников, книги «Тайны Франции», «Сокровища Фараона». Фараон… Блин, я же хотел еще поговорить с тем парнем, который превратился в некрофила. Телефон, где мой телефон. Надо позвонить Грегу или Ною, чтобы нашли парня и привели его мне.       — Грег? Отлично! Вы сейчас должны найти парня, который превратился в Фараона. — проговорил в трубку. Чертова связь! — Алло? Окей, услышал меня. Приведите его на нашу базу я хочу с ним поговорить. Ага, ага. Всё. Аккуратней.       Сбросилось. Эх, надо сделать что-нибудь со связью. Только вот, я не мастер на все руки.

***

      — Атаман, сказал найти того уй… «Фараона» — проговорил Ной. Голос его был спокоен, но жути наводил достаточно. — Найдем его и привезем сюда. Атаман, желает поговорить с ним.       В рядах «армии» Атамана прошел гул голосов. Да, они поговорит с этим парнишкой. Плотненько поговорят.       Грег же почувствовал, что что-то забыл сообщить Ною. Ай, ладно, если забыл, то это не важно. Ему ещё надо обзвонить нужных людей.

***

      Интересно девки пляшут. Турнир Двадцати Семи назван в честь количества участвующих семей ниндзя, наемников и других любителей теней. Правда, в прошлом было всего лишь десять, потом пятнадцать, затем целых пятьдесят. Как же так вышло, что их стало двадцать семь. Войны, подковерные интриги семей ниндзюков и… Развитие мира. Ага, Революции, как обычные, так и научные заставляли изменяться теневой мир планеты. Где-то ниндзя прогибались под новые реалии мира, где-то они отказывались и становились отшельниками, — иногда удачно, иной раз не очень им удавалось скрыться от других. Ниндзя сегодня что-то наподобие наемников, хотя они и раньше были наемниками, но тогда они подчинялись династиям, императорам, то сейчас работают в основном на корпорации, страны и тех кто больше заплатит.       О, как я мог забыть о внутренних распрях ниндзя. Как всегда за власть боролись консерваторы и реформаторы. Но тут было своё «но». Эти две группы был, как можно выразиться — Те же яйца, только в профиль. Одни держались за прошлое и «Мы охотились на динозавров кунаями, так продолжим столь замечательную традицию!», другие же хотели отжать кресло у «узурпаторов, аристо», чтобы дать народу (себе, ну они же чисто технически часть народа) власть и права (служить спасителям). «Ведь все будут равны!» — сказано Той Гуном, «Великим реформатором» и приписка предка — «А мы чуть ровнее.».       Ой, как же я мог забыть о Мине Купере. Он был новатором — тем кто делает всю работу. Он должен был быть тем, кто даст свежей крови, в хорошем смысле, Теневому миру, но «Ах, ты герой, спаситель и мы будем тебе благодарны, но только посмертно.». Да, его предали и кинули умирать. Правда забыли о его познаниях в алхимии и зельеварении, он выжил и решил навести шороха. Тут и появился Ку. Так прошло несколько лет. Реформаторы и консерваторы рвали друг другу горло, мочили в сортире, иной раз в прямом смысле, противников «законной власти» и творили дичь. И тут бах, никто не ждал, им пришли письмо приглашающее на Турнир Двадцати Семи.       Мой предшественник на жопе ровно не сидел, нашел последователей, показал что он может, стащив из-под носа двух наследниц самых крупных жаб болота, и создал Судей. Судьи — являлись судя (хе-хе) по всему чем-то наподобие ребят, которые делают «ат-та-та» дебилам переходящим черту, которую Мин установил самолично. М-нде. Таким макаром он создал другую силу, с которой многие считались. Нет, Купер не убивал никого, но когда на обеде с другими аристо виновник при упоминание своих деяний, хватается за живот и марает свою репутацию прямо за столом, тут не вольно задумаешься, — «Боги что ли гневаются?». Реформаторам же повезло, и то слегка. Они не были родовитыми и поэтому пурген тут не сработает, может даже поможет прославиться. Мин придумал другое, а именно бабок с ближайшей скамейки. Шепотки, тыканье пальцев были спутниками жизни этих ребят в последующие годы, — «Мужеложцы»,"П*дики», » Любители сарделек». В те времена не многие жаловали «таких людей», а то, что они хотят принести ЭТО в общество. Колья были смазаны, обточены до формы фаллоса и помещены туда, где не светит Солнце.       Думаю не надо упоминать, что две группы хотели сделать с Купером. Откликнулись все двадцать шесть родов. Постойте, но название же Турнир Двадцати СЕМИ. Седьмым родом были Куперы. Мин тоже участвовал в турнире. Победитель же Турнира мог изменить «черту» Судей, а значит мог сделать для себя исключение. Там где другие рода не могли перейти черту, победитель мог дать преимущество своему роду. Кто победил? Мин. Ничего не изменилось, Судьи продолжили поход против дятлов и реформаторы с консерваторами захлебнулись в помоях, а новаторы вышли из тени.       Каждый Купер участвовал в каждом Турнире. Роза тоже участвовала.       — Ку, ты прости меня за мой древнерусский, но… Какого х*я? — Лис под моим хмурым взглядом запел соловьем.       Забыл, забегался, зае… устал от всей фигни творящейся вокруг. И теперь мы имеем ситуацию. Я должен участвовать в Турнире, так прописано в кодексе Судей и правилах Турнира. Ну и ещё за участие мне положен приз. И вечная Слава! Порой посмертная.        Турнир опасен, очень опасен. В нём участвуют лучшие из лучших. Проверяются все навыки участника. Нет никаких поблажек, не важен возраст, состояние здоровья и положение в обществе. Судьи нейтральны. Они следят за порядком во время Турнира и обеспечивают нейтральную территорию, где нельзя убивать и калечить противников.       — Я… Прости, партнёр!       — Мы в жопе, но можем ещё выбраться. — только вот, как?       Точно! Хэппин. Этот монстр востока с радостью возьмётся за обучение меня в серьёз, если хорошо попросить.       Но нужны шекели, только где их достать? Обворовать кого-нибудь? Продать не смогу достаточно быстро. Выполнить для него пару поручений? Не вариант, раскрывать личность мне не хочется. Тогда остаётся заинтересован его…       — Мне не нравится выражение твоего лица, партнёр. — к моему лицу подлетел Ку. — Что ты задумал?       — Просто заинтересую Хэппина. — блин, как вот у него получается так вскидывать бровь. — Расскажу о Райдзю.       — Нет, нет и ещё раз нет! — отмел мою идею Ку. — Рискуешь, сильно рискуешь. Ты хоть понимаешь, что будет?       Состроив рожу «Я идиот, но готов послушать», я устроился поудобнее в кресле, а Ку стал рассказывать о реалиях мира боевых искусств. Немного перегрузив мой мозг, мне стало ясно, что парни вроде Гоку, тут не редкость.       Все боевые искусства строятся на духе и теле, но из-за того, что тут имеется Имматериум, Камехамеха тут вполне реально осуществить. Только мастерами, но всё же. Ну или под усилением от, парам-пам, духа-союзника.       Моего, ай! Моего, именно, ты в моём теле живёшь, и даже аренду не платишь, ай! И что, что ты меня спас от Фараона! Там вообще-то магия Маринетт постаралась!       Да, моего… Хе, моего Райдзю нельзя считать союзником, но кто мешает мне спуститься к нему и надавать по щам, заставив делится силой? Ку сказал, что волк вполне силен. И он может дать мне неплохой баф к силе, скорости и живучести, а может и способности отсыпит. Правда, по щам он тоже может отсыпать, а судя по рыку в ушах, — барская щедрость не будет знать границ.       То что его невозможно вытащить из меня без моего согласия и согласия волка, только добавляет пару пунктов к моей крутости. Правда, Ку сам не знает, как его вытащить, но найдёт способ.       — То есть ты хочешь сказать, что из-за волчары внутри, из меня выйдет отличный боец, которого не грех заграбастать в род?       Лис кивнул, подтверждаю мои слова, намекнул, что отстать могут лишь в трех случаях. Либо прятаться от желающих получить мой окорок, что по словам партнёра не выгорит, либо найти хорошую защиту в виде наставника, но он вполне может заставить делать вещи нужные ему, либо стать сильнее, чтобы посылать всех на три буквы и класть болт на их хотелки.       Разберёмся потом. Эх, вот, что я за человек, всё потом да потом. Надо делать сейчас, но быстрая сила развращает, хотя куда уже дальше. Так-с, сейчас к Президенту.

***

      Внизу мелькают улицы Парижа, резиденция главы страны всё ближе и ближе. Пакет в руках шуршит, решение взять круассанов из пекарни Маринетт было хорошей идеей. Правда, лицо Тома было непередаваемым, когда в их пекарню зашёл улыбающийся Слай Купер и попросил вот тех пышек и круассанов.       Ещё с Маринетт столкнулся на выходе, как истинный джентльмен отвесил ей поклон, стандартный набор комплиментов и поцелуй руки. Хотел ещё признаться в любви и извиниться, что сбежал посреди разговора ночью. Но пришлось быстро ретироваться после фразы «Прости, что сбежал прошлой ночью…», нож, прилетевший в косяк двери, и Том, приготовившийся кинуть второй, не дали закончить фразу.       Дон бы мной гордился. Ну да ладно, окно резиденции приближается. Неаполь, уже научившийся чувствовать моё приближение, или ухо Президента предупредило о моем приближении, но окно распахнулось передо мной.       — Здравствуйте, месье Президент, — передаю пакет дворецкому. — Неаполь.       — У меня вообще-то имя есть. — проговорил Президент, не отвлекаясь от бумаг на столе.       — Ой, вы для меня всегда будете Президентом столь дивной страны.       Он лишь вздохнул, попросил принести чаю и кофе, и кивком предложил присесть в кресло.       Поговорив о погоде, новостях и бла-бла-бла, мы перешли к главному, а именно к случаю с Фараоном, Ренаром и героями.       Он сообщил мне, что герои были у него. Я не сказано удивился этому. Их разговор сводился к акумам и как с ними бороться. Получили они минимум информации и то полной плохих новостей.       Лишь только Баг может очистить акум так, чтобы они не разлетелись по всему Парижу, превращая жителей в гротескных злодеев. Бражника нельзя отследить. Обычное оружие может задержать злодеев, но не обезвредить, не причинив им смертельной раны. Это, кстати, не желательно, всё-же злодеи лишь марионетки в руках Бражника и отрицательных чувств, а если вспомнить, что они по сути граждане Франции, то всё становится ещё печальнее. Всё очень плохо, если кратко.       Тут ещё сверху прилетают претензии некоторых граждан, что полиция как-бы помягче сказать… Лохи позорные. Не могут провести нормальную эвакуацию гражданских, не могут остановить злодеев и защитить Париж от них. За что им вообще платят? Уже поговаривают, что отца Сабрины надо гнать с места. И тут тоже есть моя вина. Эх, ну что за жизнь. Правда, Президент сказал, что всё это наговаривают злые языки и месье Ренкомпри ещё служить и служить. Надеюсь, он не примет все эти шепотки близко к сердцу.       — Ты ведь не просто, так пришёл.       — Да, на меня свалилось немного проблем и…       — Неужели ты больше не будешь воровать? — удивился Президент и сразу же воскликнул. — О, Боже, ты услышал мои молитвы!       Так я не понял, ему что хочется завершить наши отношения? После всего, что между нами было! Ну и гад!       — Нет, что вы, воровать я продолжу. — обломал я гада. Уже вино хотел откупорить. — Просто, проблемы с родственниками…       — Оу, точно. Можешь вернуть родовую шпагу месье Де’Лакуру?       Шпагу? Ох, точно-точно. Я же не вернул шпагу Де’Лакуру. Хм, а может ну её? Не буду возвращать.       — Простите, — больше сожаления в голосе и меньше ехидства. — Но это трофей Кида и ему решать, что с ним делать.       Президент на мои слова лишь вздохнул и глянул на календарь. Что там? Отпуск ждёт что-ли. А у него он разве есть?       — Я насчёт другого родственника беспокоюсь. — немного угрозы в голосе. — Ренар.       Мужчина напрягся. И правда, он ведь ни разу не слышал угроз от меня. Подколки, шутки и троллинг были, а вот угроз не было.       Он уверил меня, что с Ренаром ничего не случится. Были индивиды из рода безумных учёных и военных, которые хотели забрать меня для изучения, но на их просьбы Президент ложил болт, вместе с легионерами и нормальными министрами. Тут ещё отметился Владимир Владимирович и мой батя, мягко намекнув на мою неприкосновенность и поигрывая «дубинкой». И вот неожиданность, отец Адриана. Что он тут забыл, не знает ни Президент, ни я.       Удостоверившись, что меня не попытаюсь препарировать, я продолжил пить чай с снотворным. Эх, не учиться ничему. Ещё и спецназ сгоняет к кабинету, но его жена помешала им прервать нашу беседу.       — Ты сказал «проблемы», что ещё случилось? — время тянет.       — Шиноби. — женщина мягко похлопала по спине мужа. — Если точнее, то они хотят меня видеть замужем за наследницей.       Ложу на стол самое приличное фото, хотя она совсем на грани приличия. Президент присвистнул, получил подзатыльник от жены, а вот взгляд и задумчивый вид женщины мне что-то не нравится. Быстро прощаюсь с супругами… Ой, что-то всё из головы вылетает. На стол ложится два флакона духов. Один для жены Президента с маленьким сюрпризом. Я немного добавил средство для потенции и привлечения внимания мужчин в духи, — разработка Дона. Ну, а для их старшей дочери обычные духи с запахом лаванды. Для маленькой императрицы подарком послужил игрушечный мишка-защитник. Просто, взял с полки того Ромео, который сделал часы с голограммой.

***

      Обратно в убежище, на байк и вперёд к Хэппину. Пришлось погонять по Парижу. Нет, пробок на несколько километров. Чёртов шумахер такси, полиция и какие-то на японских тачках. Ехал бы спокойно, но нет. На светофоре начал газовать на месте, потом вообще показал на, что способна машина трансформер. Потом прицепились эти япошки и погнались за нами. Да, я не удержался и решил посоревноваться.       Но всё рано или поздно кончается, мы разъехались в разные стороны, совершенно случайно подрезал япошек. Я не расист, но у меня появился бзик. Эх, вот и додзе Хэппина. Странно ворота открыты.       — Старик, неужели так рад видеть меня? — ухмыляюсь я. Вновь чувство ножа у шеи, просто отмахиваюсь, слезаю с мотоцикла.       — Нет, но гости и правда скоро прибудут. — ухмыльнулся Хэпп. — Отгоните мотоцикл.       Ученики поклонились старому мастеру, посмотрели на меня. Эх, кто-то давно не получал по ребрам. Сколько вот можно? Я уже все ребра пересчитал им, еще почки отбил, о зубах упоминать не нужно. Всё хотят доказать что-то.       — Драка? — старик кивнул. О, отлично. После поездки адреналин так и хлещет. — Есть во что переодеться?       Конечно было во что переодеться, — новая версия костюма была готова, так же как и новые тонфа. Неплохо, но теперь я похож на якудза из аниме или ОЯШ-а. Костюм тройка с повязкой на руке со знаком вельзевула, туфли, начищенные чуть-ли не до состояния зеркальной поверхности. Костюм укреплен вставками в местах важных органов, туфли тоже укреплены металлическими вставками. Хэппин сказал, что металл хоть и легкий, но удар всё равно болезненный. Тонфа практически не изменились, — добавили складные крюки на обоих концах металлической трубки, настроили баланс. Теперь они могут соединяться в шест, а затем могут превратиться в серп-крюк. Последними частями образа были темные очки и нижняя половина маски демона Они.       Очки небьющиеся, защищают от света и бликов, а еще крепко закрепляются на лице. Маска — фильтр воздуха, изменяет голос (Бэйн, крутой чувак, а Дарт Вейдер вообще мой кумир) и может совершать ультразвуковую атаку.       Ну-с протестируем. Где же гости?