"Калитка" Молебского треугольника.

      — Э-э! Куда оба-то руки тянете? Охренели совсем? Я начинкой в бутерброд не нанимался! — тараторил Сашка, отползая по гигантской кровати.       Стояло чудесное солнечное утро, за окошком распевалась местная пернатая живность, а Сашка был в панике. Оголодавшие Кайт и Райт планомерно зажимали его в клещи.       — Саша, ты обещал! — напомнил ему Кайт.       — Ну и что? Да ну нах, отрастили шланги и еще вдвоем лезете! — сопротивлялся Саша, дергая ногой и пытаясь освободить лодыжку от захвата.       — Да успокойся ты! Это не больно совсем! — уговаривал Райт, придавливая, наконец, брыкающегося Сашу.       Альфы спеленали руками и ногами паникующего парнишку и принялись успокаивать самым быстрым способом — ласками. Уже практически родной, изученный до последней родинки омежка медленно плавился под сильными руками. Альфы знали его самые уязвимые точки и не пропускали ни одной. Теплое, стройное тело выгибалось, живот подрагивал от касаний то языка, то губ. Красивого, распалённого ласками, с пьяными от адреналинового передоза глазами Сашку братьям хотелось то занежить в руках, то затрахать до звездочек в глазах.       — Саш, Саша, посмотри на меня! — выманивал Райт Сашу из тумана острых чувственных разрядов, потираясь об него каменным членом. Наконец, поймав еле сфокусировавшийся взгляд омежки, Райт умоляюще попросил: — Саша, хороший мой, пусти меня!       Снова качнулся, проехавшись кожей по его члену. И маленький упрямец всё-таки послушался, поудобнее обхватывая коленями бедра опускающегося Райта. Глаза омежки распахнулись и, со всхлипом вздохнув, он сам подался бедрами навстречу.       — Еба-ать, как хорошо! — покачиваясь под толчками младшего альфы, матерился омежка.       Кайт ухмылялся, а Райту было не до этого: в сладком тесном Саше удерживаться на краю было очень тяжело. Стиснув Сашу, Райт сорвался, бурно втрахивая его в кровать и чувствуя, как сжимается на нем рухнувший в свой оргазм омежка. Обхватив Сашу руками, Райт, шумно дыша, перекатился, укладываясь вместе с омежкой набок. На узле он ощущался ещё лучше. Впаявшись в своё солнышко всем телом, Райт, урча, начал выцеловывать Саше затылок, шею, ушко.       — Саша, хороший мой, сладкий мой, солнышко ты моё! — изливалась из альфы нежность.       Саша, еле отдышавшись, тут же ощетинился:       — Если ещё зайкой или рыбкой назовёшь, точно в морду получишь!       Альфы заржали. Их колючка в полном порядке, раз уже огрызается.       — А если вот так сделаю? — спросил Райт и коварно двинул бедрами, покачнув Сашу на узле.       — Ах-х-ах, сука! — захлебнулся вскриком Саша, почувствовав острые искры удовольствия, волной окатившие и задницу изнутри и пах.       — Будешь материться, ещё раз так сделаю! — пригрозил Райт.       — Не надо! — взмолился Саша, слишком ярко ощущавший каждый сантиметр Райта внутри себя.       — Ну, было больно? Или неприятно? — выпытывал счастливый Райт, выводя Сашу на откровенность.       — Нет! — буркнул парнишка и замолчал, очевидно не собираясь признаваться, что ему понравилось.       «Ну-ну! — довольно предвкушал Райт мысленно. — Всё только начинается! Мы из тебя еще вытрахаем все комплексы!»       К моменту, когда узел у Райта спал, терпение у Кайта полностью иссякло. Расслабившийся в объятиях Райта омежка не успел запротестовать, как оказался под Кайтом, медленно погружающимся в него.       — Куда? Слишком быстро! — принялся ерзать омежка, насаженный на член до упора       Но Кайт, отличавшийся взрывным темпераментом, накрыв все возражения глубоким поцелуем, сорвался в бешеный темп. Чувственный Саша, моментально взвинченный до дрожи, мог только хныкать Кайту в рот, стремительно улетая в водоворот ярких ощущений. Кайт сорвался в оргазм следом, заталкивая набухающий узлом член как можно глубже.       После второго феерического оргазма Саша плыл в нирване. Мозги отключились полностью, думать сил просто не осталось. Его вкрадчивым тихим шёпотом кто-то спросил:       — Саш, тебе понравилось? Тебе было хорошо?       Саша расплылся в довольнейшей улыбке и счастливо ответил:       — Ага, просто потрясно! Я никогда столько удовольствия не получал!       Рядом кто-то тихо засмеялся, и Сашу обняли ещё крепче.       — Спи, солнышко, — шепнул кто-то засыпающему Саше и он задремал, чувствуя согревающее тепло двух тел.       Кайт и Райт в эти дни были полностью, до краёв счастливы. Доверившийся, открывшийся Саша в постели был чистым наслаждением. Без своих колючек он так охотно тянулся за ласками, настолько полно отдавался, что заводил своих альф ещё сильнее. За эти два дня Кайт с Райтом так затрахали Сашу, что он уже думал: «Я так скоро ходить разучусь, если столько на спине лежать!»       Но время — единственное, что остановить нельзя. Два чудесных дня на острове пролетели слишком быстро. Уже в воскресенье вечером погрустневшие братья ас-Дилах оставили своё солнышко в его гостевом доме. ***       Саша немного сбавил ритм жизни. Теперь он сократил время на ангар экспериментаторов-разработчиков и больше погрузился в учёбу. Курс энергосопротивления металлов оказался непростым. Помимо теории энергопроводимости, пришлось упорно усваивать местную физику и химию, отличавшуюся от земной. Даже если Саша и не собирался сам лить металлы, эти знания были необходимым минимумом.       Учитель ас-Херет, сначала препятствовавший Саше попасть на свои занятия, теперь поменял своё мнение. Упорный, жадный до знаний омега внушал уважение. Но его ужасающие пробелы в местных основах важнейших дисциплин заставили учителя хвататься за голову. Как учить его основам литейных сплавов, когда он не смог назвать химические элементы планеты. Ас-Херет лично составил Саше список учебников местной школьной программы, запретив возвращаться, пока он по ним не будет готов сдать экзамен. Пришлось зубрить.       Диксар Сашу тоже притормозил, не пустив помогать техникам, как обычно. Он засадил Сашу за подробные чертежи, заставив перерисовать свои исчерканные заметками черновые схемы по скутеру по всем правилам. Закопавшись в чертежи и учебники, Саша и не заметил, как пролетел первый год.       За это время Сашу дважды накрывала течка. Оказалось, что в эти дни сопротивляться натиску альф было труднее. Саша на неделю забивал на учёбу, не в силах по своей воле вылезть из постели братьев. Особенно ненасытными Кайт и Райт были во вторую течку, которая закончилась три недели назад. От воспоминаний о том чувственном угаре у Саши аж засвербело в паху. Он покосился на альф, опасаясь, не заметили ли те Сашкино мечтательное настроение. Вроде нет, спокойные сидят. Отмахнулся от провокационных мыслей, намазывая рыбный паштет сладким ягодным соусом и вчитываясь в учебник дальше.       Когда Саша потянул в рот второй несочетаемый по вкусам бутерброд, первым обратил внимание на это Райт. Прищурившись и замерев, как охотничий пес в стойке на дичь, Райт внимательно присмотрелся, что творит Саша с едой. Рядом с рыбно-ягодным бутербродом притулилась тарелочка с творогом. В последнюю неделю омежка уже трижды закупался им, поедая вечерами. Райт задумался, вспоминая дядю-омегу три года назад. Как раз сейчас племяннику два с половиной года. Сердце у Райта забухало в груди, его распирало сейчас же поделиться с Кайтом, а потом затискать своё солнышко. Еле-еле Райт успокоил себя и задумался. Говорить? Или не говорить? Саша явно ничего странного не замечает и спокоен, как всегда. Кайт быстро не догадается, он иногда был очень невнимателен к мелочам. И Райт решил промолчать, хотя ему и хотелось кричать об этом всему свету.       До Кайта дошло позже. Недели через две Саша, как часто бывало, не заметив чашку рядом с учебниками, смахнул её нечаянно на пол и залился слезами. Кайт, сидевший ближе, кинулся утешать омежку, укачивая в руках и удивленно приговаривая:       — Саш, да ерунда же, ты что?! Купим другую, завтра же!       — Ага-а, другую! Эта такая удобная была! — всхлипывал Саша, потом остановился, удивленно встряхнул головой, глубоко вздохнул напоследок и смутился: — Э-э, ребят, чё то я совсем! Чё за хрень? Никогда не плакал из-за такой хуйни! Это, забейте, ладно?       И завозился в руках охреневающего Кайта, смотревшего в этот момент на стоящие рядом полупустую бутылочку с лже-настоечным бальзамом и тарелку с рыбно-ягодным бутербродом. Кайт округлившимися глазами смотрел на Райта, а тот, прижав палец к губам, корчил страшные рожи, призывая помалкивать.       До Саши никак не доходило. Только повторившиеся в следующие недели слезоразливы ввели его в недоумение. Очередной раз всхлипывая на этот раз в руках Райта, он пожаловался:       — Да что за хрень-то? Блин, из-за ерунды расклеился! Уже каникулы через неделю, а я, похоже, заболел чем-то!       Кайт подавился кашлем, пытаясь замаскировать вырвавшийся смешок. Райт подмигнул брату, дождался ответного согласного кивка и собрался с силами. Нежно обнимая и покачивая парнишку, полез ему под футболку. Мягко приложил раскрытую ладонь к животу Саши, погладил, как очень часто делал последнее время и сказал:       — Саша, родной, солнышко ты наше, у нас будет малыш!       Саша закаменел. Потом зачастил неверяще:       — Не! Не-не-не! Нет! Не может быть! Я же настойку пью! Я же не пропускал!       Саша вскочил, схватился за живот, пощупал его, потыкал пальцем, как будто ожидая, что ему оттуда ответят.       Кайт с Райтом, быстро переглянувшись, выдали заранее согласованную версию:       — Солнышко, ну это же не стопроцентная защита! Допускается десять процентов случайных беременностей. Вот и нам повезло!       — Повезло? Повезло? Да это полный пиздец! — сорвался Саша. — Я скоро что, рожать буду?       — Ну не скоро, ещё месяцев семь осталось, — попытался неудачно успокоить Кайт.       — Семь месяцев, — прошептал Саша с полными ужаса глазами.       Он стоял, всё переваривая, устаканивая эту шокирующую новость. Нервно продолжил, не замечая, что по щекам опять бегут слезы:       — Через семь месяцев я буду безработным папашей-одиночкой с ребенком на руках.       Всё, терпение альф на этом иссякло. Подхваченного на руки Сашу Кайт сгрузил в середину кровати, и братья обняли своего поглупевшего беременного омежку, вытирая тому слезы и покрывая поцелуями его животик.       — Саша, хороший ты наш, любимая колючка, не смей даже мечтать, что мы тебя отпустим! Все, Саша, ты теперь ас-Дилах!       А Сашка всё рыдал, подстегнутый гормональной бурей и вселенской несправедливостью:       — Как же я теперь учиться буду? А? Как же Академия? Я же хотел на завод на практику ехать!       — Саш! — на животе угнездились две большие лапищи. — Ты этого малыша хочешь? Хочешь своего сына?       Сашка замер, прислушиваясь к себе, мыслям, чувствам. Сын. Его, Сашкин сын! Уже есть, вот тут, есть! Саша опустил ладонь, прижав альфячьи загребущие лапы на своем животе. Избавиться от него? У Сашки вдруг сдавило сердце острой горькой жалостью от этой мысли, и он ясно понял, что не сможет.       — Но мне так страшно! — прошептал он.       — Мы будем рядом. Каждую минуту, только позови, — пообещал Кайт. — Саш, ты один не останешься! Всё будет хорошо!       Через две недели Саша сидел на удобной софе в большом солнечном кабинете и пытался остановить лавину доводов всего семейства ас-Дилах. Слишком быстро разворачивающиеся события на фоне гормональных качелей пугали Сашу. Его чуть округлившийся животик сводил его альф с ума. И Саша чувствовал себя самой драгоценной жемчужиной в сокровищнице двух драконов-собственников. Кайт и Райт были неудержимы в своём стремлении позаботиться о своём ураганчике и уже душили Сашину свободолюбивую натуру. Угрозами и уговорами они привезли Сашу на Родовой остров и сейчас вся семья ас-Дилахов настаивала на быстром обряде союза.       — Не хочу я в Род! Я сам справлюсь! А вы хотите запереть, чтобы не мог вообще никуда без вас? Я просто пошёл в лавку, кое-что купить, а вы что устроили? Охренели совсем, бригаду правопорядка на прочесывание рынка отправить?! — кричал Саша на Кайта с Райтом.       Кайлас попытался успокоить разгневанного омегу:       — Саш, они не со зла. Ну испугались сильно. Но не надо сразу отказываться наш Род принять! Ты о сыне подумай!       — Я только об этом и думаю! Я как заключенный с двумя бультерьерами на хвосте! Достало уже, ничего сам сделать не могу. Не трогай, мы сами, не поднимай, тяжело. Тяжело?! Это, блядь, просто табуретка была! Они уже охренели совсем! — обвиняюще уставился омежка на братьев ас-Дилах.       — Я просто догадываюсь, что будет, когда он родится! — ткнул Саша пальцем в живот. — Я сейчас-то не могу без них шагу ступить, когда они мне никто!       При этих словах все ас-Дилахи болезненно скривились.       — А если я по законам стану вашим, вы меня под охраной водить начнёте? —продолжил Саша. — Запрёте здесь?       — Так, всё, хватит! Отстаньте от мальчика! — решительно остановил разгорающийся скандал папа-омега Банни. — Я забираю Сашу на неделю. И только попробуйте появиться в пределах видимости! Рихт, Кайлас, вы меня поняли? Отлучу от себя на месяц, если увижу хоть одного альфу ас-Дилахов!       Саша вздохнул свободно. Без постоянной опеки он снова чувствовал себя свободным и сильным. С Банни было интересно. Он простой, юморной и не лез с разговорами. Они облетели заводы и рудники ас-Дилахов, слетали вдвоём на пляж, сгоняли в гости к Мишке с Серым. И вот у братишки в гостях, наблюдая за семейной идиллией брата, Саша остро заскучал по своим невыносимым альфам. Он смотрел, как покоится рука братишки на бедре Серого и как тот аккуратно намазывает бутер для Миши, а сам вспоминал, как хорошо ему было со своими парнями, когда они не начинали трястись над Сашей.       — И ты решил их бросить? — недоумевающе смотрел на него Миша, шокированный новостями и озадаченный решением брата.       — Саш, ты с дуба ёбнулся? Ты мне племянника без зачётных отцов оставить хочешь? Они тебя на руках носят! Хочешь, чтобы он у тебя спрашивал: папа, почему у меня нет отцов, а у других есть? И чё ты ему скажешь? Извини, сынок, твой папа зассал ответить за свой залёт? Ну ты, Санёк, и мудак! Я вот от тебя вообще такого не ожидал! — наехал Мишка на подавленного Сашу.       Тот, мрачнея, соглашался с Мишей и трезвел: всё, добегался, надо реально отвечать за всё как мужик. И про ребёнка Мишка был прав — как бы ни хотелось Саше остаться независимым, ребенку будет не айс с безработным, ничего не знающим о новорожденных папашей-раздолбаем.       Через два дня шальные от счастья Кайт и Райт окольцевали Сашу в присутствии только родных и близких. ***       — Скай, не лезь под пресс! — Саша перехватил сына, упорно ползущего к громадному станку и посадил в детский манеж.       Рядом на рабочем столе Саши лежали незаконченные чертежи квадроцикла. Первую линию скутеров Сашины альфы уже запустили в производство. На Острове Совета в фирменном салоне ас-Дилахов уже на три месяца вперед выстроилась очередь желающих купить новый маневренный и экономичный транспорт. Саше мужья открыли личный банковский счет, куда перечисляли пятьдесят процентов прибыли от продаж скутера.       — Твоя доля, что хочешь делай! — отчитались они Саше.       Скай, годовалый Сашин первенец, бодро загремел шестеренками и подшипниками, которые ему периодически таскали техники вместо игрушек. Кайт и Райт поначалу закупали погремушки пачками, балуя общего любимца, но черноглазый блондинистый Скай пошёл в о-папу и не признавал других игрушек, кроме всевозможных деталей с завода. Да и Саше так было удобнее, ведь всегда находилась новая, не обследованная на зуб конструкция для любопытного малыша-омежки. Настойку от залёта братья категорически запретили Саше. Хотя оба чуть не поседели, пока вокруг родильного дома круги наматывали, слушая под окнами Сашкин мат и обещания обоих кастрировать. Просто крепенький, смешно кряхтящий сынишка превратил двухметровых папаш в сюсюкающих и безмерно счастливых наседок. И теперь Кайт и Райт, несмотря на Сашкины угрозы, каждую его течку втайне надеялись на второго сынишку.       Сзади послышались гулкие шаги, и в следующий момент Саша был облапан и затискан заскочившим под вечер Райтом.       — Как тут мои сладкие омежки?! Как тут мои солнышки?! — заворковал над Сашиной макушкой двухметровый Райт.       Саша никак не мог отучить своих альф от нежностей. Ладно хоть никаких рыбок и зайчиков от них не было слышно.       — Вы не голодны? Саша, хочешь, я со Скаем погуляю? — предложил Райт.       — Угу, иди! — буркнул Саша, возвращаясь к своим расчетам. — Кстати, сегодня твоя очередь его купать! Можете сразу домой, надо его кормить, купать и спать уложить.       Райт подхватил радостно засмеявшегося сына и отправился выполнять задание. Но долго Саше поработать в одиночестве не дали. Альфы знали, что поймавший вдохновение Саша мог вернуться и за полночь.       Через полчаса сильные руки Кайта подхватили Сашу, затискали и, закинув на плечо, потащили домой, к семье.