Ядовитые мысли

Неизвестная фигура неспешно брела по закоулкам жилого квартала, стараясь двигаться настолько бесшумно, насколько это вообще возможно для молодого антропоморфного рыжего лиса, не отличающегося ни особо высоким ростом, ни даже намеком на излишний вес. С первого взгляда на данную личность, а точнее на его темно-серые брюки и идеально сидящую светло-синюю рубашку с полицейским значком на левой части груди, можно было сразу же догадаться о том, что личность является стражем порядка. Двигаясь медлительно сквозь ядовито-зеленый туман, из-за которого дальше тридцати шагов от природы привлекательные изумрудные глаза не могли различить уже ничего, служитель закона вслушивался в каждый шорох, каждый скрежет и каждый подозрительный звук, что доносился до его черных ушей, продолжая держать табельный пистолет наготове облаченными в перчатки без пальцев руками. Со второго, более детального взгляда можно было заметить, что личность действительно заботится о своем внешнем виде - уложенные каштановых волосы отказывались становиться растрепанными даже в экстренной ситуации, а перчатки без пальцев были на обеих руках, хотя правую руку до локтевого сустава заменял собой кибер-протез.       Свет дневного солнца с трудом пробивался через едкий туман, лишь еле-еле освещая путь, но это было всяко лучше, чем бродить по абсолютной темноте, в которой постоянно что-то рыщет с непреодолимым желанием убить тебя. В необычной для дневного города тишине раздался выстрел - хоть и довольно далеко, но все еще достаточно внезапно, чтобы заставить путника остановиться на месте, словно вкопанного, и буквально слиться с ближайшей стеной. Мозг полицейского практически моментально установил, что выстрел был слишком далеко, чтобы быть опасным для него каким-либо способом, однако тело отказывалось двигаться, не будучи уверенным в безопасности. В след за выстрелом последовала практически моментально нарастающая какофония из рыков, криков и завываний различных существ, привлеченных столь громким звуком, смешанных с громким стуком всевозможных ботинок и босых ног, на всех парах уносящих своих владельцев поближе к стрелку. Вскоре раздался еще один выстрел, а за ним еще один, и еще один, а после лишь отдаленный, отчаянный крик разумного существа, прекрасно понимающего, что настал его последний миг. И, как только крик резко оборвался, какофония начала затихать, возвращая город во власть тишины. Переведя взгляд на свое собственное оружие, страж порядка в который раз отметил про себя тот факт, что пальба - это самый крайний метод, при этом отметая все мысли о судьбе недавно стрелявшего бедолаги. Он вообще старался не задумываться над всей это ситуацией, где-то на задворках разума понимая, что мысли и анализ той ситуации, в которой находился город в целом и он сам в частности приведет лишь только к потере морали, а этого допускать нельзя. Единственное, над чем он позволял своему разуму работать, так это над поиском способа выбраться из этого кошмара, и чем более быстрым этот способ будет, тем лучше.       Когда все окончательно стихло, обладатель черных ушей беззвучно выдохнул, и, перехватив рукоять пистолета поудобнее, тут же направился дальше, неспешными шагами продираясь сквозь сковывающий обзор туман. Однако, через несколько шагов он увидел, что переулок заканчивается выходом на широкую дорогу, каких полным полно в городе. В обычные дни они были полны различного транспорта, движущегося по проезжей части словно кровяные тельца по венам городского сектора, доставляя крайне важные для жизни города элементы до пунктов их назначения. Неспешно подойдя к выходу из переулка, владелец протеза крайне аккуратно выглянул из-за угла, стараясь оценить обстановку настолько, насколько позволял зеленый газ. "Кровеносные тельца" все еще были на своих местах, а внутри некоторых из них них все еще находились люди, которым не посчастливилось убежать. Стараясь не обращать внимание на то, с какой зверской жестокостью были лишены жизни пассажиры машин, выглядывающая из за угла личность поймала себя на мысли о том, что если на всех дорогах творится такой же кошмар, то до контрольно-пропускного пункта нужно будет двигаться на своих двоих. Убедившись, что опасности рядом нет, взгляд изумрудных глаз остановился на приоткрытой двери, судя по вывеске, охотничьего магазина, и сознание вновь начало лихорадочно работать над тем, чтобы решить, стоит ли заходить внутрь, или же нет. С одной стороны, внутри могло быть много ценного, но с другой стороны если он встретится с одним из инфицированных внутри...       Решившись, сотрудник полиции с обыденной для представителей его вида грацией вышел из-за угла, столь же неторопливо двигаясь к двери, попутно осматривая убранство помещения через разбитую витрину, вглядываясь в любой, хотя бы малейший признак находящейся внутри опасности. Но, не заметив ни одного живого существа среди перевернутых стеллажей и разбросанных повсюду вещей, он неспешно начал проходить внутрь, в полумрак, аккуратным движением своей руки включая фонарик, расположенный под дулом пистолета, и начиная освещать свой путь, лишь надеясь на то, что он не найдет того, чего ищет. Из-за напряжения обстановки, рыжий бродяга не обратил внимание на то, как кровь начала стучать в его висках, а сердце начало биться слегка быстрее, концентрируясь полностью на поисках опасности.       Проверив абсолютно каждый уголок, каждый подозрительный участок магазина, лис убедился в своей хоть и шаткой, но все же безопасности, а потому отключив фонарик дабы ненароком ни привлечь нежелательных гостей. Оставшись в полумраке, он стал более методично, более тщательно исследовать помещение, отмечая про себя интересные вещи, что могли бы ему пригодиться, попутно крайне осторожно ступая по полу сквозь творящийся на нем бардак. Подойдя к лежащему стеллажу, на котором находились водоотталкивающие перчатки, страж закона тут же склонился над ними, стараясь без лишнего шума выбрать подходящую по размеру пару для своей живой руки. Выбрав подходящий экземпляр, он крайне медлительно избавился от своей прошлой перчатки, облачая как кисть, так и небольшую часть предплечья в плотную защитную ткань.       Полицейский хотел-было подняться, однако краем глаза он уловил, что за прилавком что-то изменилось, но боковое зрение не позволяло осознать, что именно. Неспешно повернув голову, он увидел, как внушительных размеров антропоморфный кабан стоит за прилавком, при этом направляя ствол помпового дробовика в его сторону. От вида подобного, сердце пропустило удар в прикрытой формой груди, однако мозг тут же начал лихорадочно придумывать то, как будет лучше поступить в данной ситуации. Прокрутив всевозможные варианты, обладатель изумрудных глаз пришел к выводу, что любые варианты, в которых между двумя разумными существами могла завязаться бы драка, живыми никто бы из них не вышел - шум привлек бы инфицированных, а если бы это были бы выстрелы, то подобных существ были бы целые толпы. Следовательно, нужно было показать факт абсолютного отсутствия угрозы с его собственной стороны.       Он осторожно, без каких-либо резких движений начал приподнимать свои руки вверх, раскрывая ладонь живой рук и показывая, что она пуста, а в ладони протеза продолжая сжимать рукоять своего пистолета, демонстрируя, что он вооружен, но не горит желанием пользоваться оружием. После этого, рыжий защитник порядка начал приподниматься полностью, вставая в полный рост перед глазами кабана, попутно изучая того своим взглядом, хоть в полумраке и зеленом тумане сделать это было бы не так просто. Было прекрасно видно, что особь напротив него обладает невысоким ростом, который с лихвой компенсировался весьма и весьма крепким телосложением - обычная ситуация среди этого вида. В таком положении было невозможно разглядеть детали, однако, судя по тому, что индивид напротив был облачен в форму работника магазина, то он либо работал здесь, либо же снял одежду с трупа. Надеясь на то, что первый вариант является все же правильным, лис продолжал стоять неподвижно, пока владелец дробовика продолжал изучать его. Лис не мог точно видеть, но в один момент он был готов поклясться, что держащий его на прицеле мужчина весьма и весьма пристально изучает его полицейский значок.       Спустя несколько мгновений, что тянулись, словно вечность, потенциальный работник магазина осторожно, с явной неуверенностью начал опускать оружие, одной рукой указывая на вход в подсобное помещение. Обладатель протеза за секунду закрыл свои глаза, неслышно, но в это же время облегченно выдыхая, после чего неспешно шагая начал заходить за прилавок, устремляясь в сторону, на которую указывала массивная, мускулистая лапа.       К удивлению лиса, в небольшой комнатушке находился открытый люк, выглядящий явно более технологично, чем что-либо в магазине. Оглянувшись назад, он увидел, что кабан движением своей головы указал на этот самый люк, давая понять незваному гостю, чтобы тот спускался вниз, и тот, уже ведомый нескрываемым любопытством, осторожно заглянул в люк, видя освещенный ярким светом металлический пол, а так же лестницу, что вела к нему. Понимая, что в данный момент ему все равно терять нечего, страж порядка неспешно начал спускаться вниз, слыша, как дверь в подсобку с еле слышимым скрипом запирается. Как только стопа защитника порядка опустился на пол, он моментально начал оглядывать помещение. Как не странно, оно больше походила на своего рода бункер, но при этом обставленный весьма и весьма комфортабельно: роскошный, крайне удобный на вид диван стоял напротив широкой плазменной панели на мягком диване, в стены были встроены различного рода панели, отвечающие за очистку, ионизацию и увлажнение. В дальнем углу стоял массивный стол с несколькими мониторами, некоторые из которых были выключены, но на других показывалось убранство магазина.       -"Мы можем говорить спокойно - здесь отличная звукоизоляция" - произнес низкий, но при этом весьма доброжелательный голос, источник которого спускался по лестнице вниз, попутно своими словами привлекая внимание изумрудных глаз уже к себе. Как только мужчина с дробовиком опустился на пол и с шумом отряхнул ладони друг о друга, он протянул свою правую ладонь в сторону гостя, продолжая: "Дэрн, владелец магазина и этого бункера. Прости, что наставил ствол - я слегка на взводе из-за происходящего. Хотя... Если честно, я даже и не знаю, что, черт возьми, происходит."       -"Алекс, сержант полиции" - лис протезированной рукой сжал ладонь владельца магазина, и начал проговаривать, наблюдая за тем, как тот направился в сторону дивана: "Вы совершенно ничего не знаете о случившемся, верно?"       -"Знаю только то, что все словно с ума посходили..." - мрачно произнесла садящаяся на диван особь, при этом приглашая полицейского к себе поближе, жестом давая понять, чтобы тот не испытывал стеснения, добавляя: "Только я зашел в магазин и начал переодеваться, как с улицы послышались крики, которые множились с каждым мгновением... Я не особо долго думал - тут же спустился сюда.       Я это место строил, как персональное убежище на случай, если корпорации не поделят клочок земли и начнут устраивать кровавую баню. Кажется, я был прав..." - Дэрн тяжело вздохнул, после чего продолжил: "Это ведь из-за корпораций, все началось, да? Всегда знал, что для них жизни обычных людей ничего не значат..."       -"Не совсем. Это все из-за..." - страж порядка замялся, вспоминая о том, что информация является секретной и по указам начальства не должна была передаваться кому-либо без полицейского удостоверения, однако, после секундного колебания, он произнес: "Если честно, мы не совсем знаем, из-за чего это произошло. Известно только то, что в передовой лаборатории организации произошла утечка препарата, разрабатывающегося, как лекарство от всех болезней - утечка таких масштабов, что ее хватило на целый сектор" - лис говорил искренне, решив, что гражданское лицо в праве знать причины, по которым все пошло псу под хвост в его родном секторе, при этом попутно усаживаясь на край дивана. Хоть он все еще не доверял своему собеседнику, отдых своим ногам он просто не мог не дать перед предстоящим походом.       -"Я слышал об этих разработках - по телевизору о них только и трубят, что мы мол станем невосприимчивы к болезням, что из-за этого и продолжительность жизни возрастет, и прочее и прочее. Я... Я думал, что все это очередная ложь..." - массивная фигура опустила взгляд, явно о чем-то размышляя, но позже резко вновь направила взгляд своих глаз к изумрудным глазам, более оживленно спрашивая: "Но какого черта это лекарство делает с простым народом, если они начинают вести себя так, словно в них бес вселился? И почему оно не подействовало на меня? Или... Или я тоже обращусь в одно из подобных существ?!" - было видно, как каждый мускул на теле кабана напрягся на несколько мгновений, а в глазах появилась тревога, крайне неспешно сменяемая паникой.       -"Не стоит беспокоиться. Если симптомов никаких нет - а из того, что я вижу, у Вас их нет - Вам не о чем беспокоиться. Судя по лабораторным данным, в ходе проведения экспериментов было установлено, что есть вероятность того, что препарат подействует без каких-либо побочных действий." - лис говорил спокойно, даже с легкой улыбкой на лице. Прятать свои переживания от внешнего мира под улыбкой он умел крайне хорошо, как никто другой. После небольшой паузы, облаченный в полицейскую форму рыжий плут продолжил: "Как не странно, "Солютис" действительно смогли вывести формулу и удачно протестировали ее на живом, разумном существе - результаты были поразительные. Им и вправду удалось создать лекарство от всех болезней, но проблемы появились при более массовых экспериментах. Добровольцы..."- от воспоминаний брифинга и прочтения материалов по происшествию, улыбка исчезла с лица хищника, и, после краткой заминки, он продолжил более серьезным тоном: "Добровольцы сходили с ума. Они крайне агрессивно реагировали на любой источник звука, словно это их необычайно сильно раздражало, при этом каким-то неведомым образом определяя, создал ли его другой зараженный, или же обычный, не подверженный препарату подопытный. Как и каким образом не было установлено. Но было установлено другое - попадая в организм, препарат адаптируется под иммунную систему носителя, а потому он слегка видоизменяется, из-за чего даже люди с иммунитетом могут подхватить это "лекарство" через других носителей, через кровь и слюни в частности." - закончив говорить, страж порядка слегка прочистил горло, только сейчас начиная понимать, насколько сильно он таки хочет пить после столь тяжелого дня. Заметив это, работник охотничьего магазина поднялся со своего места, тут же начиная двигаться в сторону незаметной на первый взгляд двери.       -"Тогда, получается, мне точно ничего не угрожает" - произнес он, открывая металлическую дверь, продолжая говорить уже более громко, дабы его было слышно из соседней комнаты: "Я из своего убежища не собираюсь выходить, пока все не закончится. У меня здесь припасов на три месяца, а потому я буду ждать столько, сколько потребуется. Но ты то какими судьбами здесь остался? Судя по значку, ты вообще должен быть в соседнем секторе, так как же тебя так не вовремя занесло?"       -"Весь наш участок был направлен сюда для усиления одной из точек эвакуации. Разумеется, нам ввели вакцину от этой штуки - филиалы "Солютис" начали массово распространять лекарство от этого самого лекарства. Иронично" - вновь кашлянув, Алекс принял небольшую пластиковую бутылку из руки кабана, отвинчивая крышку, после чего тут же прильнул к горлышку губами, наслаждаясь живительной влагой. Напившись вдоволь, он закрыл бутылку, протягивая ее обратно, но тот жестом показал, чтобы полицейский оставил напиток при себе, на что владелец изумрудных глаз незамедлительно произнес: "Спасибо. За это, и за гостеприимство - я, если честно, и не надеялся встретить кого-то вменяемого на своем пути. Когда рядом с точкой эвакуации начало становиться все жарче и жарче, был отправлен последний транспорт, дабы забрать и нас, и гражданских - но, по велению судьбы, транспорт не мог поднять такое количество людей, а потому я вызвался остаться. Разумеется, следующий транспорт ждать в становящимся все более и более опасном месте я не мог, а потому решил отправиться пешком." - лис опустил свои глаза вниз, всматриваясь в мягкий ковер, не давая печали от подобной ситуации захлестнуть его с головой, попутно продолжая: "Слух у этих... Созданий стал крайне острый, но зато зрение заметно ухудшилось, а потому, сторонясь основных дорог и двигаясь переулками, мне удалось пройти уже половину пути до границы с моим родным сектором. Доберусь до туда, и отправлюсь домой, к вкусной еде и теплому душу..." - на мгновение полицейский мечтательно закрыл свои глаза, представляя то, как после столь долгого, полного смертельной опасности рабочего дня он вернется домой и наконец то сможет по человечески расслабиться и отдохнуть, радуя себя горячей ванной и самым вкусными пончиками, в последствии получая похвалу от начальства за проявленное мужество, а возможно даже и повышение... Подобные мысли продолжали роиться в его голове некоторое время, пока двое мужчин продолжали беседу на самые разные темы, давая себе моральную передышку.       -"Если хочешь, то можешь переждать все это здесь. Нам хватит ресурсов на двоих, если на то пошло, да и потом, вдвоем веселее, не так ли?" - хряк старался говорить как можно более дружелюбно, и полицейский жестом показал, что ему подобное не нужно, проговаривая: "Нет, благодарю. Мне нужно выбраться отсюда и доложиться в полицейский участок, иначе будет отправлена поисковая группа, а я не хочу, чтобы из-за меня кто-либо пострадал" - он произносил каждое слово со своей фирменной улыбкой, но в этот раз он явно говорил не всю правду. Вместо того, чтобы провести кучу времени взаперти с практически неизвестной личностью, страж закона был готов все же рискнуть своим здоровьем, дабы выбраться наружу. Он не хотел, не мог сидеть без дела, сложа лапы столь огромный промежуток времени. К тому же, если он не объявится в столь скором времени, паника может охватить его родных, друзей и в особенности напарника... Подобные мысли заставили его тело подняться, слегка сильнее сжав бутылку протезированной рукой, и, еле сдерживая себя, повернуться в сторону владельца дробовика.       -"Я еще раз благодарен за гостеприимство, но мне действительно нужно идти. Однако, в магазине остались некоторые вещи, которые помогли бы мне выбраться отсюда - я могу их взять?" - лис произносил эти слова из чистой вежливости, ибо выбравшись из люка, он взял бы их в любом случае, так как владелец более не мог бы ни застать его врасплох, ни остановить от присвоения имущества.       -"Не стоит благодарности, офицер - это тебе спасибо за то, что поделился секретной информацией. Ступай - однако прошу, когда все уляжется, направьте сюда кого-нибудь, хорошо? Мне, если честно, не хочется все три месяца здесь просидеть" - и, неповоротливой рукой с грацией камня отдав честь охраннику порядка, кабан начал провожать того взглядом, наблюдая, как его гость ловко начал забирается наверх по металлическим ступеням-перекладинам, а затем выбирается наружу и повторно запирает люк, оставляя его в полнейшем одиночестве.       Оказавшись в уже знакомой подсобке, обладатель протеза замер на несколько секунд, давая глазам адаптироваться к полумраку и зеленой дымке перед глазами,а своему мышлению - к опасности окружающей среды, столь ярко контрастирующей с безопасностью, "стерильностью" бункера. Осознавая, что его путь через ад на земле должен продолжаться, полицейский неспешно вынул свой пистолет из кобуры с помощью своего протеза, после чего неспешно приоткрыл дверь подсобки, оглядывая помещение. Не найдя абсолютно никаких источников опасности, он неторопливо вышел в основной зал, двигаясь к той цели, что привлекла его внимание еще в прошлом - охотничьим ножам, что располагались на главном прилавке. Добравшись до своей цели, он стал высматривать наиболее удобную модель для своей руки, попеременно берясь за рукоятку то одного клинка, то другого. К несчастью, оценить по достоинству удобность было сложно в столь толстой перчатке, что находилась на его руке, но с трудом выбрав самое подходящее оружие, рыжий плут перехватил его обратным хватом, располагая руку с клинком под протезом с пистолетом для большей стабильности в случае необходимости открыть огонь.       Удовлетворенный своей собственной находкой и прекрасно понимая, что его больше ничего не интересует в этом месте, он стал выбираться из магазина на улицу, предварительно осмотрев все пространство улицы, кое позволял зеленый туман. Не были ни видно, ни слышно ни единой живой души, ни одного даже намека на оставшуюся жизнь в городе - в любом другом случае, подобное ощущение дало бы чувство тревоги владельцу зеленых глаз, однако в данный миг он чувствовал лишь облегчение. Собравшись с духом, он вышел полностью на тротуар, держа свое оружие наготове, и начал пересекать улицу, лавируя между остовами машин, стараясь не заглядывать внутрь, дабы случайно не наткнуться взглядом на изувеченные, изуродованные тела. Хоть и с трудом, но все же перебравшись на другую сторону улицы, страж порядка тут же скрылся в ближайшем переулке, неспешно прокрадываясь к своей цели и своему спасению, словно вор, стремящийся покинуть двери обчищенного дома.       И так продолжался его путь из Ада на земле, от улицы к улице, от переулка к переулку, от одной тени к другой. Порой его тело замирало от звуков стрельбы и истошных криков вдалеке, сопровождаемый подхваченным визгом и воем толпы инфицированных существ. Порой он натыкался на бесцельно блуждающих зараженных в одном из переулков, из-за чего ему приходилось возвращаться назад и делать крюк, что отнимало время. Порой он натыкался на тела тех, кому посчастливилось меньше, и каждый раз, когда он видел очередную жертву безумной толпы, его сердце с болью издавало жалобный стук, в попытках заставить разум сломаться и бросить все, поддавшись отчаянию. Но он не бросал. Не сдавался перед самыми жуткими и жалостными картинами. Не оставил надежду даже тогда, когда обнаружил труп матери, своим телом до сих пор прикрывавшего в то же время сына. Он продолжал идти невзирая ни на что, с лисьей ловкостью минуя всевозможные опасности, обходя их стороной.       Однако, после долгого пути, когда солнце уже начало заходить за горизонт, в очередном переулке он увидел низкий силуэт в дымке. Разочарованный такой встречей, он вновь хотел было возвращаться назад, делая крюк через задние улицы других домов, однако силуэт внезапно повернулся всем своим телом в его сторону. Офицер замер, словно вкопанный, адреналин моментально стал циркулировать вместе с кровью по всему телу, и лишь нежелание верить в то, что существо, стоящие в тумане заметило присутствие неинфицированного индивида, сигналило в его мозгу, заглушая тревожный сигнал о том, что спрятаться в столь узком переулке вообще негде. Силуэт продолжал смотреть в сторону хищника без каких либо движений, а затем стремительно, резко побежал, что заставило стража порядка напрячься всем телом, готовясь к предстоящей схватке. Но неизвестная личность побежала не в сторону лиса, а в сторону пожарного выхода в дом, скрываясь в дверном проеме. Мозг полицейского не сразу осознал, что перед ним в данный момент больше нет опасности - на самом деле, опасности все это время перед ним и не было, ибо зараженный тут же побежал бы на него, сломя голову. Следовательно этот низкий силуэт...       Изумрудные глаза слегка приоткрылись от удивления из-за того вывода, к которому пришло его сознание. Маленький силуэт, осторожные движения, моментальная реакция к отступлению в сторону дома при виде первой опасности... Неужели перед ним сейчас только что был ребенок? Не инфицированный, находящийся посреди ужаса и кошмара ребенок? Но... Если так, он ведь не может его бросить здесь, верно? Его нужно спасти. Но проход до границы будет крайне опасным, если с ним будет идти еще и дитя - это будет невозможное путешествие. Следовательно, ему просто нужно пройти мимо. Просто сделать вид того, что он ничего не видел, что ему показалось. С неуверенностью, лис сделал шаг, затем еще один, затем еще, двигаясь вперед, стараясь всеми силами не думать о происходящем. Поравнявшись с черным входом, он повернул свою голову в сторону, вглядываясь в темный проход внутрь. Ему нужно лишь сделать еще несколько шагов, и продолжать идти. До выхода остался всего какой-то час ходьбы - такими темпами он доберется до границы, переправится через нее, и будет продолжать жить своей жизнью. Спокойной жизнью простого рыжего плута, не тревожась ни за что. Нога сама начала неспешно приподниматься в шаге, но на пол пути до земли была остановлена мыслью. Мыслью о том, сможет ли он правда спать спокойно по ночам, зная, что у него был шанс спасти беззащитного маленького ребенка?       Тяжело вздохнув, Алекс закрыл глаза, слегка опуская свою голову, до конца еще не веря в то, что именно он собирается сделать, свыкаясь с мыслью о предстоящей опасности. Но, все же собравшись с духом, он неспешно подошел к двери, попутно включая подствольный фонарик, и начал с крайней осторожностью заходить внутрь, бегло освещая лестничный пролет, стараясь определить, есть ли угроза в помещении, или же нет. Однако, на подсознательном уровне он понимал, что если ребенок не привлек к себе внимание, то он так же вряд-ли сможет это сделать. Полностью зайдя внутрь, лис лучом своего фонарика выхватил лестницу, что шла вдоль стен вверх, образуя некое подобие вытянутого квадрата. Аккуратно щелкнув выключателем и убедившись, что света не будет, вооруженная личность хотела было выругаться, но прекрасно понимала, что лишний шум будет ни к чему. Приступая к подъему по лестнице, он старался шагать как можно более бесшумно, хоть его каждый шаг и разносился еле слышным, глухим эхо, попутно лучом света освещая себе дальнейший путь. Добравшись до двери на пролете второго этажа, полицейский аккуратно постарался открыть ее, но та не поддалась. Следовательно, ребенок не мог зайти сюда - а если и мог, то самоотверженный спасатель уже сделать ничего не мог. С этими мыслями он продолжил восхождение по ступеням, с трепетом вглядываясь в следы когтей, а иногда и крови на стенах. Но, на удивление, ни одного трупа при подъеме на третий этаж он так и не обнаружил к своей радости, как и никого живого к своему огорчению, медлительно добравшись до входа на третий этаж.       В этот раз металлическая дверь весьма и весьма легко поддалась, так как не была заперта, и к счастью петли были отлично смазаны - ни скрежета о пол, ни скрипа не было. Дверь вела в длинный коридор, по обе стороны которой в разные стороны шли уже другие двери от жилых помещений. Быстро обведя все двери фонарем, обладатель изумрудных глаз остановил свой взгляд на первой двери слева, которая была открыта нараспашку. Понимая, что данное место является одним из самых вероятных убежищ для скрывающегося ребенка, лис неспешно направился внутрь, вслушиваясь в малейший шорох внутри, но при этом не слыша ничего, кроме собственных шагов. Войдя в менее длинный коридор, пол которого был выложен паркетом, страж закона в тусклом белом свете начал осматривать его, но ни в паркете на полу, ни в украшенной картиной стене, ни в стоящей у стены сушки с бельем, ни в дверях, что ведут в другие комнаты, не было ничего подозрительного. Закрыв за собой входную дверь в квартиру, которая моментально закрылась на прочный магнитный замок, вооруженная личность тут же завернула в первую комнату слева, направляя в нее дуло ствола.       И тут же нажал на курок. Пуля ударилась в стену, ибо траектория полета была смещена антропоморфной, серой кошкой, что с диким воплем и необычайной грацией набросилась на офицера всем своим телом, опрокидывая того на землю. От столь внезапного натиска Алекс пошатнулся, заваливаясь спиной на пол и весьма болезненно ударяясь правым плечом о дверной косяк соседней комнаты, роняя пистолет, луч света которого осветил пару. Но он не замечал боли, тут же выставляя свой протез между собой и зараженной девушкой, в который последняя моментально вцепилась своими зубами с бешеным выражением лица, хоть и безуспешно, но изо всех сил стараясь прогрызть себе путь до шеи незванного гостя, в то же время совершая несколько слепых ударов своими когтистыми лапами. Отчаянно сопротивляясь и пытаясь вырваться, словно загнанный зверь, страж закона, чьи навыки ближнего боя оставляли желать лучшего, все же смог рассчитать нужный момент во время одно из ударов и резким движением корпуса перевернул кошку на бок, тут же располагаясь на ней сверху, вгоняя клинок в висок девушки. Тело начало трепыхаться в угасающих конвульсиях несколько секунд, а после оставаясь полностью неподвижным. Не извлекая ножа, пропитанного зараженной кровью, мужчина, восстанавливая сбитое, тяжелое дыхание, только сейчас ощутил боль в своем теле, от нескольких ран, нанесенных когтями и ушиба плечевого сустава. Он прекрасно понимал, что он не мог бы ударить холодным оружием, находясь под противником - тогда кровь точно попала бы на него, а так перчатка без проблем обеспечила нужную защиту.       -"Мама!" - послышался детский, дрожащий голосок дальше по коридору, а затем быстрые, легкие шаги в сторону полицейского и лежащей на земле женщины. Маленькая девочка в испачканном, оборванном розовом платьице, что довольно необычно сочетался со светло-серой шерстью. Ребенок упал на колени и тут же прижался лицом к животу своей только что убитой матери, громко, безостановочно рыдая, лишь произнося с трудом различимое: "Проснись... Проснись и не злись больше... Пожалуйста... Я буду хорошей... Только проснись..."       Лис хотел было утешить дитя, что оказалось явно не в завидной ситуации и уже было потянулся к ребенку своей рукой, как сильный удар раздался во входной двери, а затем еще один, и еще один, сопровождаемый диким воем. Вновь сердце защитника порядка забилось куда более активно, чем ему бы хотелось, от осознания того, что куча зараженных, должно быть, сбежалась на выстрел. Он постарался резко подняться, и тут же пожалел об этом, ибо раны сильно заныли до такой степени, что на миг в изумрудных глазах все потемнело. Кровь капала с одной, особо дрянной на вид раны на боку, которую спасатель зажал собственной ладонью, предварительно сняв перчатку из-за опасения заражения, протезированной рукой поднимая пистолет.       -"Пойдем, здесь опасно" - произнес он по отношению к ребенку, однако тот абсолютно ни коим образом не отозвался, лишь продолжая оплакивать гибель своего родственника. Тогда полицейский попытался было своей рукой прикоснуться к девочке, но та резко обернулась, в слепой попытке наотмашь поцарапать незваного гостя своими коготками. Стуки в дверь становились все настойчивее, будто кто-то отчаянно пытался выбить ее, бросаясь своим телом на металлическую поверхность вновь и вновь, и этот кто-то явно был не один. Понимая, что он никак не сможет помочь девочке в таком состоянии, Алекс начал тут же придумывать то, как именно бы убраться самому из столь неприятного положения. Быстро, насколько это было возможно в его состоянии, израненная фигура тут же направилась в комнату, окна которой должны были выходить в тот самый переулок, где он не так давно был. Поняв, что он все же на третьем этаже и падать придется долго и, возможно, весьма звучно, рыжий плут в мгновение ока огляделся вокруг, только сейчас начиная понимать, что находится на самом деле в спальне. Подгоняемый ударами в дверь, он подошел к тумбочке и, при свете фонаря, начал настраивать стоящий там будильник так, чтобы он зазвенел через минуту, попутно выкручивая его громкость на максимум, надеясь на то, что это будет более громкий звук, чем его собственный звук падения на землю.       Вынеся будущий источник звука в коридор, обладатель протеза вернулся в спальню, запирая за собой дверь и забираясь на подоконник. Оценив расстояние до земли, он распахну окно и свесил с него ноги, надеясь ухватиться за карниз своими руками. И, как только он уже был готов это сделать, дверь все же не выдержала и с треском вылетела, наполняя прихожую какофонией разгневанных звуков. От подобной неожиданности и из-за все еще ноющего плеча, полицейский не смог ухватиться за карниз как следует, от чего полетел вниз. Посадка не была мягкой, и все тело отдало резкой болью - столь резкой, что мужчине пришлось закусить свою левую руку для того, чтобы не издать ни единого звука. Не смотря на боль, он отчетливо осознавал, что ему нужно двигаться, а потому хоть и с трудом, но он все же поднялся с земли, стараясь хоть как-то осмотреться. Мысль о том, что в округе в данный момент крайне опасно, пульсировала в воспаленном тревогой разуме, не давая его владельцу сконцентрироваться ни на чем другом, и, как только он увидел обширный, прямоугольный мусорный бак, стоящий рядом со стеной переулка, он тут же поковылял к нему, поспешно забираясь внутрь, переводя себя в лежачее положение и более не издавая ни единого звука.       Вонь внутри стояла невыносимая, однако защитник порядка не обращал на нее никакого внимания, как и на тот факт, что в столь антисанитарных условиях стерильности его ран явно угрожает опасность. Находясь в относительной безопасности после недавних объятий смерти, он знал, что когда выберется наружу, то примет долгий-долгий душ, сразу после того, как в больнице обработают его раны. А после этого у него будет необычайно сытный ужин в отличной компании, продолжительный отпуск и целое море пончиков. И никаких больше опасностей, никакого ужаса, никакого постоянно страха от вида силуэтов в тумане. Продолжение нормальной, спокойной, размеренной жизни - больше ему ничего не нужно.       Алекс не знал, сколько пролежал внутри своего "саркофага", но он выжидал, пока вой и рычание утихнет, и вся толпа угомонится. Он мог поклясться, что во всей этой композиции ужасающих звуков слышал краткий, напуганный крик маленького ребенка, но его собственное сознание отчаянно твердило, что подобное лишь показалось. Когда же все утихло, представитель полиции выбрался из своего убежища, все еще ощущая боль от царапин и ушибов, и крайне сильно удивляясь тому, что он не сломал абсолютно ничего в своем собственном теле, а так же явно радуясь, что кровопотери остановились. Он чувствовал себя паршиво, устало, измученно и изнуренно, но даже в таком состоянии был полон решимости дойти до конца и выбраться наконец из этого ада. И мученик побрел в нужном направлении, двигаясь явно медленнее, чем до этого, делая частые перерывы на отдых и проявляя куда большую осторожность, чем до этого, не позволяя себе отвлечься ни на что другое. Он шел, хоть солнце уже давно скрылось за горизонтом, порой с трудом переставляя заплетающиеся ноги, но он даже и не думал падать. Ему нужно было дойти. Страж закона прекрасно знал, что сможет - он не мог не дойти. После всех подлянок и несправедливостей, что были преподнесены судьбой, он не мог не дойти. Он знал       И, спустя явно больше, чем час, за которые лис по своим собственным расчетам должен был добраться до границы, он увидел вдали возвышающуюся стену с огнями наверху, что являлась границей между секторами. В тот момент счастью усталого обладателя изумрудных глаз не было предела, и он увеличил темп своего движения. Вот они, врата, что ведут на выход из этого ада на земле. Он знал, что проход в родной, домашний сектор в данный момент закрыт, но это не имело значения - увидев, что он не инфицирован, охрана периметра тут же пустит его внутрь. Он знал это. Он знал.       Двигаясь сквозь ядовитый туман быстрее, чем обычно, он начал проходить через первичный пункт проверки, не обращая внимание на то, в сколь плачевном состоянии тот находился. Он лишь шел к исполнению своей мечты, мечты о спокойной жизни. Но, добравшись до внешних ворот, защитник порядка увидел, что к его удивлению они были открыты. В глубине сознания задрожал тревожный звоночек, но надежда продолжала глушить любые проявления тревоги - ворота просто открыты по причине того, что его заметили со стены, и уже впускают. Уже более медленно заходя в освещенное пространство самой стены и наблюдая разруху, хаос, кровь и немногочисленные, разорванные на куски тела, Алекс стал ощущать, как звоночек в его голове дает все более и более четкие сигналы. Перехватив свой пистолет поудобнее протезированной рукой, и тут же направился по первой попавшейся лестнице вверх, прекрасно зная, что пульт управления вратами находится практически на самом верху стены. С каждой ступенью он чувствовал, как у него прибавляется сил от мысли о том, что стена, быть может, и пала, но это ничего - он сам открое врата и сам же выйдет через них, поставив таймер так, чтобы те закрылись за ним автоматически. У него все получится. Он знал.       Преодолев огромное количество ступеней, мужчина поднялся на самый верх, к заветной панели, но, перед тем, как заняться вратами, он мимолетом бросил взгляд в сторону своего родного, столь теплого дома. Остановившись на миг, смотря в окно, он слегка тряхнул своей головой, тут же направляясь к окнам на противоположной стороне контрольной рубки, думая, что из-за потери крови у него совсем все плохо стало с координацией. Добравшись до окна, он взглянул в него, интересуясь, сможет ли он отсюда разглядеть тот дом, в котором находится его квартира? И застыл.       Он не верил своим глазам. Он отказывался им верить. В надежде, что ему это кажется, лис уже бегом направился в сторону первоначального окна, всматриваясь в происходящее за ним. И вновь остановился, словно вкопанный. Ему не показалось изначально. Этого не могло быть, но глаза его не обманывали. Перед взором изумрудных глаз представал родной сектор полицейского, огромная территория ночного города, полного как высоких зданий, так и низких построек, с кучей огней и неоновых вывесок, что работали на автоматике. И все это было заволочено туманом. Ядовито-зеленым, кажущегося черным из-за темноты ночи, треклятым туманом. Его сектор, его родной дом был буквально поглощен газообразным "лекарством", как был поглощен и предыдущий сектор. Разум Алекса все еще отказывался принимать эту информацию, стараясь найти хоть какое-то оправдание увиденному, но в глубине души он знал, что его мечты и надежды на спокойную жизнь растворились, словно силуэты в этом проклятом тумане. Он знал, что не видать ему в ближайшее время ни теплого душа, ни мягкой кровати, ни нежных объятий, ни горячей, вкусной еды. Он знал, что он не сможет получить отпуск, не сможет пройти медицинское обследование, не увидится с друзьями.       Он знал.