Под фонарем

— Не стоит маленьким девочкам гулять так поздно, — в темноте прозвучал насмешливый голос, не предвещающий ничего хорошего. Люси испуганно выдохнула, обернувшись.       Под фонарем, выйдя из тьмы, стоял её лучший друг - Нацу Драгнил. Но... что-то в нем было не так. Определенно. Этот затуманенный взор, направленный на неё. Этот горький запах алкоголя, исходивший от него. Он... пьян? Нет, Нацу и раньше пил, но сегодня от него слишком сильно пахнет алкоголем. Очередная пьянка в Хвосте Феи? И, по виду Драгнила, пьянка получилась очень грандиозная. А Хартфилия молчала, но внутри бушевала целая буря эмоций. Так пугать лучше не стоит. Иначе до инфаркта не очень-то и далеко.       Собравшись с мыслями, она улыбнулась ему и подошла ближе. Что позже стало огромной ошибкой. Девушка, встав напротив друга, грозно уперла руки в бока. Да так резко, что пухлая грудь подпрыгнула, немало смутив Люси, но румянец не проступил на щеки. Для неё это стало обыденностью. Только вот, взгляд Нацу плавно перетек с лица на грудь и там замер. Блондинка, не замечая направленного взгляда, заговорила: — Знаешь, Нацу, я, во-первых, давно не маленькая! А во-вторых, я же из Хвоста Феи, значит смогу себя защитить! Вот и не боюсь никого! Говорила она возмущенным тоном, с горящими глазами и с приподнятыми уголками губ.       Если бы она знала какие мысли проносятся у парня. И они далеко не самые приятные. Для неё. Драгнил тяжело вздохнул, прикрыл глаза и предвкушающе ухмыльнулся. Глупая, глупая Люси. Своими действиями ты только что подписала себе приговор, малышка. За что очень и очень поплатишься... Саламандр вплотную подошел к блондинке и наклонился к ней, обдавая жаром её пухлые, яркие губы. Она вздрогнула и попыталась отстраниться, но розововолосый пересек это действие в корне. Парень притянул к себе, как её называла Дева, принцессу за талию, крепко-накрепко удерживая в захвате. Он слышал своим драконьим слухом, как быстро стучало её сердце, разгоняя кровь быстрее. И это только сильнее заводило драгонслеера. — А так? Так боишься?       И не дожидаясь ответа, кажется, это был риторический вопрос, впился в её губы жадным и до омерзения горячим поцелуем. Его не волновало, что сейчас может задеть чувства Люси, не волновало и то, что он может сломать девушку. Он просто хотел её. И, по взгляду Заклинательницы, она прекрасно это понимает и старается вырваться, брыкаясь, царапаясь и кусаясь. Если от последнего Драгнил был вполне доволен (запах и вкус крови только распаляли действия), то вот от других двух не в восторге. И глухо зарычав, Нацу схватил Люси за шею и прижал к фонарному столбу, перекрывая воздух. Заклинательница Духов задергалась, но вскоре поникла, едва сдерживая слезы. Что же.. Что же стало с тем Нацу, который вечно улыбался и подбадривал в трудных ситуациях? Неужели, это и есть настоящий Нацу Драгнил? А та, улыбчивая сторона, всего лишь маска?       Люси как никогда хотелось плакать. Видеть это надменное лицо с насмешливой улыбкой и похотью в глазах - выше её сил. Ксо, были бы с ней ключи, то этого бы не случилось! Хотя.. Она закусила губу и отвернулась в сторону, роняя на асфальт кристальные слезы. Нацу улыбнулся. Холодно, неестественно. Он поспешил слизать слезы, заставляя Хартфилию дергаться в сторону и крупно вздрагивать. — Т-ты.. Как ты можешь? — она слабо прошептала, снова дергаясь. Но усиленная хватка на шее остановила барахтанья. Все же, он был слишком силен... Прозвучал бархатный смешок. — Я могу это. И все тут.       Грубо впиваясь в её губы, он прикусывал их до крови, вызывая болезненные стоны у блондинки. Свободная рука резко скользнула вниз, обхватывая аккуратные бедра, придавливая тело девушки к столбу. Еще раз её поцеловав, драгонслеер отстранился, чтобы приблизиться к открытому участку кожи и укусить его. На ключице расцвела ярко-алая метка, из которой потекла густая кровь. Девушка дернулась, всхлипнув. Мерзко. Грязно. Если бы принцесса одела закрытую одежду, возможно, этого бы не случилось. Слишком много "если". Она виновата. И он тоже. Но кто виноват больше?       Отпустив шею, оставляя на ней красные следы, позже которые станут лиловыми синяками, Драгнил запустил руку под легкую майку на бретельках. Ладонь оглаживала плоский живот, плавно переходя на грудь, закрытую в ненужном лифчике. Чуть приподняв его, он с блаженством прикрыл глаза и грубо сжал грудь. Хартфилия пискнула, но не вырывалась — понимает, что бесполезно. Хоть привычная упрямость осталась у него в этом облике. Но в этом случае она нежелательна. «Я.. я слаба..»       Оттянув сосок, парень отпускает его, вызывая стон у девушки. Она раскраснелась, наверняка от слез. Нацу, довольно хмыкнув, оголил грудь Люси, нагибаясь к горошинам и обхватывая их горячими губами. Невероятное чувство охватило Заклинательницу. Это чувство заставило отключить сознание Хартфилии и поддаться искусителю. От себя ей было противно, пусть она и перестала сопротивляться. Она просто решила быть безвольной куклой. Так же легче?       Но такой поворот событий не понравился драгонслееру. Розововолосый недовольно цокнул, а затем ухмыльнулся. И что-то в его глазах промелькнуло такое, что блондинка непроизвольно сжалась. И не зря. Ведь следующие действия вывели её из колеи. Он Поставил Её На Колени       И в этот момент, кареглазая утеряла всю надежду. Этому суждено случиться. Здесь. Сейчас. Под этим фонарем, освещающим их. Хотелось громко выть, как волк на луну. Плакать, не сдерживая слез. Но.. Разве она поддастся? Нет. Она будет терпеть до конца. — Расстегивай, — раздался голос темноглазого. И интонация такая вся из себя. Насмешливая, с частичкой угрозы и ехидная. Или нет? В прочем, какая разница? У Заклинательницы появился шанс сбежать.       Драгонслеер, увидев загоревшийся в карих глазах огонек, решительно схватил волосы цвета пшеницы и предупреждающе сжал. Нет, так просто она не уйдет от него. Слишком наивна. Разве можно сбежать какой-то Заклинательнице духов с мизерной выносливостью от истинного драгонслеера с невероятными физическими показателями? Хорошая шутка, Саламандр заценил. — Вперед, я сказал, — похолодел взгляд, а тон не терпел возражений. Еще один дерг с её стороны - и игры закончатся. Сидящая перед ним резко потеряла запал и дрожащими руками принялась расстегивать ремень, не сводя глаз с, теперь уже, врага. Как только она закончила, он продолжил. — Чего ждешь? Соси. Одно слово, а её пробрало. Крупная дрожь прошлась по ней. И захотев отстраниться, она наткнулась преграду — волосы на затылке сжали до боли, будто снимая скальп. — Я не намерен играть с тобой. Живее! Хартфилия потянулась к штанам, глубоко дыша. Зрачки то расширялись, то наоборот сужались. Ей было страшно. Очень. Она не хотела быть изнасилованной лучшим другом, не хотела быть изнасилованной под фонарем. Но.. такова судьба.       Драгнил приставил головку члена к пухлым и раскрасневшимся губам. Люси приоткрыла рот, и розововолосый воспользовался этим, сразу наполовину проталкиваясь вперед. Если укусит, он за себя не отвечает. Двинув бедрами назад, а затем вперед, он чуть не издал стон. Настолько это было... Жарко. Да. Именно.       Кареглазая сглотнула, а затем медленно, пробуя, начала двигать головой, не забывая пустить в дело язык, проводя по нежной коже. «Быстрее закончится, быстрее уйду домой — плакать» Нацу толкнулся глубже, намного глубже прошлых толчков. Из глаз Люси брызнули слезы. Больно. Глотку просто раздирает. Внезапно, насильник заговорил: — Знаешь, принцесса, я уже давно хотел это сделать с тобой. Просто искал повод, пытался подобраться поближе. А сегодня мне невероятно повезло, что ты решила пойти этим путем. Теперь ясно в чем ошибка. Она выбрала не тот путь.       Ускоряя темп, Драгнил стал потихоньку стонать, прикрывая глаза и запрокидывая голову наверх. Люси усердно работала, естественно, против своей воли. Но в какой-то степени, ей даже стало приятно. Ведь слышать стоны, а особенно такие сладостные, значит раскрывать в себе желание сделать так еще и еще. От себя ей тошно. Внезапно, парень рыкнул, отстраняя Люси, хватая её под бедра и резко вдавливая в фонарный столб. Рука драгонслеера без промедлений отодвинула в сторону ткань трусов. Проведя пальцем по клитору, чуть надавив на него и вызвав непроизвольный стон блондинки, Саламандр вошел. Резко, грубо и сразу во всю длину. Слабо увлаженный вход причинил Заклинательнице порцию боли. Она закусила изнутри щеку, чтобы не закричать. Повезло, что она не девственница. Спасибо давнему другу за это.       Грубый толчок заставил застонать их обоих одновременно. Люси — от боли, Нацу — от наслаждения. И каждый новый толчок становился все жарче, грубее, резче и быстрее. Хартфилия стала получать некое наслаждение от этого, если бы не внезапные шлепки по заднице и покусывание до крови ключицы. В движениях Драгнила было видно, что он будто дикий зверь. Слишком.. дикий?       Блондинка чувствовала, что на пике. Ей так хорошо. Так хорошо!... Но и в то же время тошно. Потом пожалуется об этом Эльзе, главное не упоминать имен. Иначе что будет с Нацу?.. А почему она волнуется за него, когда он совершил с ней такое?.. Кареглазая застонала, прерывая мысли. Сладостная истома разлилась по телу. Через пару мгновений, следом за ней кончил и Драгнил.       Выходя из девушки, он не чувствовал сожаления о случившемся. Напротив, даже рад. Он преподал ей урок, преподнес ей наслаждение и показал, что он не всегда бывает улыбчивым, добрым и наивным дураком. Присев на корточки у изнеможденной Заклинательницы, он приподнял её голову, заставляя посмотреть в глаза. — Запомни, что ходить маленьким девочкам по ночам не стоит. Иначе, может случиться что-то подобное. Удачи добраться до дома, Люсичка, — похлопав её по щеке, он встал с кортов, развернулся и ушел. Оставив её одну под фонарем. С раскрасневшимися щеками, полными слез глазами, вздымающейся оголенной грудью и пустым взглядом. Она точно запомнит это. Раз и навсегда. Ведь быть изнасилованной под фонарем не самая лучшая перспектива