Я люблю тебя... при любых обстоятельствах

Как он мог так поступить? Как мог предать после шести совместно прожитых лет в браке? Он клялся, что никто ему больше не нужен, говорил о своей любви всеми возможными способами. Как он мог разрушить всё, что они с таким трепетом выстраивали эти шесть лет? Они мечтали о большой семье, хотели завести ребёнка, и что теперь? — За что, Итачи? — сквозь слёзы обиды и боли, кричал омега, преданный собственным альфой, законным мужем. — За что ты так со мной? — в порыве злости он ударил альфу, который стоял на месте и пустым взглядом уставился перед собой, даже не смея взглянуть на супруга. Будто сам не верил в то, что сделал, но разбушевавшийся омега не заметил, как предательски дрожали сжатые в кулаки руки, как по щеке пробежала одинокая слеза тут же высыхая. Так же не видел, сколько боли было в тёмных глазах альфы, который считает, что заслужил быть избитым до полусмерти где-нибудь в подворотне. — Я всё ради тебя бросил! Я поругался с родителями, лишь бы выйти за тебя замуж! Я должен был слушать их, должен был сразу понять, что меня одного тебе будет мало! — Прости, Дей, — всё, что смог из себя выдавить альфа, охрипшим голосом, закрывая глаза ладонью, не в силах взглянуть на супруга. — Ненавижу, — выдохнул омега, отходя на шаг. Он поднял левую руку, на которой словно тяжёлый груз блеснуло обручальное кольцо. Секунду помедлив, резко снял его и бросил в мужа, после чего схватил с тумбочки ключи от машины и вылетел из квартиры. Итачи судорожно вздохнул, убирая ладонь от лица и осматриваясь. В квартире чувствовалась рука любящего омеги, который каждый день ждал своего мужа с работы. Но сейчас он чувствовал пустоту и дикую потребность напиться до беспамятства. Что он в итоге и делает, вырубившись спустя полторы бутылки виски, с обручальным кольцом Дея, зажатым в ладони. Очнулся Итачи от надоедливой трели телефона, который валялся разбитый где-то в коридоре. Мелодия прекратилась, но через несколько мгновений вновь наполнила тихую квартиру раздражающими звуками. Альфа со стоном поднялся с дивана, на котором уснул ночью, запивая своё горе. Найдя мутным взглядом, наполовину пустую бутылку виски, схватил её и отпил несколько глотков не удосужившись налить в стакан. Надоедливый гаджет нашёлся на полу коридора у входной двери. Подняв его и ответив на звонок, он тут же пожалел, что не разбил мобильный ночью вдребезги. — Твою мать! Тебя, где носит, Итачи? — прокричали тому в самое ухо, что пришлось даже отодвинуть телефон подальше. Звонивший ещё что-то кричал о том, какой Итачи безответственный, хотя это впервые, когда альфа не вышел на работу без предупреждения. Он вернулся в гостиную, вновь устраиваясь на диване и, включив громкую связь, положил мобильный на журнальный столик. — Как тебя Дейдара ещё пинками не выгнал из дома?! При упоминании имени супруга, альфа вздрогнул и раскрыл ладонь, в которой до сих пор лежало кольцо. Сердце сжалось от боли и вины. Это была любовь с первого взгляда и вздоха. Когда Итачи увидел его в школьном коридоре, сразу почувствовал их связь истинных. После этого альфа перестал заигрывать с каждой симпатичной омегой и уделял всё своё внимание прекрасному длинноволосому блондину с нежными голубыми глазами. Итачи бегал за Дейдарой два года, пока тот не согласился сходить с ним на свидание. Он уже на тот момент понимал, что не видит своего будущего без этого блондина рядом. Почти сразу начали встречаться, через полгода съехались, хотя родные омеги были категорически против. Ещё через полгода Итачи сделал ему предложение, и тогда Дейдара сильно поругался с родителями, которые не желали выдавать своего младшего сына за такого прохвоста, как Итачи. Да, блондин выглядел с ним счастливым, но они не могли так просто отдать своего ребёнка такому альфе, который, по их мнению, просто играет с очередной наивной омегой. Хотя поводов для такого явного недоверия, альфа не давал. Вспоминая всё это сейчас, Итачи понял, что никак не поддержал супруга, который бросил действительно всё ради него. Он не ценил, а зря, сейчас бы всё могло быть иначе. Альфа скривился от собственной ничтожности и взглянул на телефон, из которого послышался раздражённый вздох. Вспомнив последние слова собеседника, Итачи прикрыл глаза и произнёс надломленным голосом то, чего боялся произнести вслух. — Дей ушёл, — собственный голос казался чужим, да и всё вокруг в момент ухода Дейдары, когда за ним захлопнулась дверь, разбив сердце Итачи на миллион осколков, стало чужим. — В смысле, в магазин? — недоумённо спросил голос. — Навсегда, — хрипло выдавил из себя альфа, схватившись за голову. Повисло напряжённое молчание, из телефона доносилось какое-то копошение, и спустя несколько минут голос произнёс: — Я уже еду к тебе, — всё, что было сказано, после чего звонок оборвался. Допив остатки алкоголя из бутылки, Итачи несколько раз моргнул, что бы сфокусировать взгляд, но всё было мутно. Спустя минуту он понял, что плачет и не может остановиться, потому что самое дорогое в его жизни выскользнуло из его рук навсегда. Дейдара никогда его не простит, да он сам себя не сможет простить. Он альфа, а значит, обязан жить дальше, чтобы помнить и чувствовать эту боль от собственного предательства. Как он мог повестись на этот запах какой-то миловидной ассистентки, усиленный приближающейся течкой и, по всей видимости, препаратами. Его альфа внутри рвался к своему истинному, а чёртово сознание повелось на этот мерзкий аромат, пропитавший всё вокруг, совсем не естественный и не такой чистый, как у его любимого супруга. Альфа пытался сопротивляться, даже задержал дыхание, чтобы сбежать от неё подальше, но когда девушка подошла к нему и коснулась своей тонкой ручкой груди, тогда всё разрушилось. Одно прикосновение, и все те шесть лет брака разбились вдребезги, как хрустальный бокал, упавший на пол. Будь его родители живы, не вынесли бы такого позора. Отец бы хмуро качал головой и молча лишил бы его наследства, а мать бы плакала. Ещё до их гибели несколько лет назад, они сильно привязалась к Дейдаре и воспринимали его как собственного сына. Попав под влияние того мерзкого запаха, альфа не мог понять, почему он его так манил. Вспоминая запах сейчас, он чувствовал тошноту, потому что он действительно был отвратительным. И как только он мог поддастся соблазну? Девушка, по всей видимости, давно это спланировала, и дело всегда сводится к деньгам. Множество омег пыталось соблазнить Итачи и залететь, чтобы в конечном итоге завладеть всеми его деньгами и недвижимостью. Кто-то просто пытался затащить в свою постель красавчика, чтобы переспать с ним, а потом хвастаться друзьям, что смог завалить знаменитого Учиху Итачи. Входная дверь с грохотом открылась, и в квартиру влетел мужчина лет 35, некоторыми чертами схожий с Итачи. Он является дальним родственником Итачи, а так же его непосредственным начальником. Шисуи Учиха, так зовут этого мужчину, даже не разуваясь, быстро прошёл в гостиную, где обнаружил своего подопечного, сломленного и потерянного альфу. Он молча подошёл к нему и присел рядом, что бы показать свою поддержку, ведь больше некому было это сделать. Спустя долгие двадцать минут, Итачи сбивчиво начал рассказывать, что случилось, и почему Дейдара ушёл. Шисуи не мог поверить, что Итачи, который даже на работе не переставал говорить, как ему повезло жениться по любви на истинном омеге, какой его супруг замечательный и как сильно хочет от него детей, мог изменить. Так же он рассказал, что омега, с которой он изменил Дейдаре, усилила свой запах, чтобы соблазнить его. Шисуи понял одно, ему не понять чувств альфы, от которого ушёл истинный, а самое главное, что ему сделать, чтобы помирить пару, и не дать названному брату погрязнуть в депрессии и ненависти к себе. Тот его не послушает, что бы он ни говорил, но есть один человек, которого альфа может послушать, и которому он уже позвонил, когда мчался к Итачи. В квартиру вошёл ещё один представитель семьи Учиха, родной младший брат Итачи, единственный омега в семье, Саске Учиха. Парень что-то яростно говорил в телефон собеседнику, вроде грозился собственными руками оторвать чей-то член. После чего сбросил, ещё процедил несколько ругательств и, наконец, обратил внимание на мужчин. — Ты меня ненавидишь? — подняв на брата, красные от слёз глаза, полные боли и отчаяния, выдавил из себя Итачи. — Конечно, нет, — выдохнул Саске, присаживаясь рядом с братом и обнимая его за плечи. Альфа всегда был поддержкой для младшего, поэтому последний станет поддержкой для него. — Что бы ты ни натворил, всё равно останешься любимым старшим братом. Итачи вздохнул полной грудью, ощущая пустоту внутри от потери любимого, от чего становилось невыносимо больно, и пока альфа не осознал, что это боль не только душевная. *** День сменялся ночью, ночь утром, с каждым днём Итачи становился всё бледнее и худее. От прежнего привлекательного альфы почти ничего не осталось, теперь он вызывал у окружающих только жалость. Саске думал, что брат сам издевается так над своим организмом, но когда увидел, что тот вполне нормально питается, то понял, что причина в чём-то другом. Младший Учиха обращался к всевозможным врачам и даже профессорам, и все в один голос твердили, что альфа умирает от разрыва связи истинных и спасёт его только воссоединение. Саске впал в отчаяние, потому что понимал, что это почти на все сто процентов невозможно. Дейдара сразу сказал, что в случае измены, простить альфу не сможет. Но ради брата, Саске готов даже на коленях умолять спасти его, единственного выжившего родного человека. Итачи угасал на глазах, чего не могли не заметить окружающие. Однажды Саске не выдержал и поведал тому о состоянии его тела, на что альфа ответил, что заслужил такую участь. После чего долго успокаивал рыдающего братишку, напомнив, что у него ещё есть Шисуи, и однажды он встретит альфу, с которым проведёт всю свою жизнь. Итачи чувствовал, что ему недолго осталось. Но прежде, чем покинуть этот мир, он должен сделать ещё несколько вещей. Во-первых, написать завещание, в котором восемьдесят процентов всего, что имеет альфа, унаследует его муж, остальные двадцать процентов пойдут Саске, на что младший сказал, что в любом случае отдаст всё Дейдаре, потому что ему деньги умершего брата не нужны. После оформить документы на развод, чтобы освободить омегу и не клеймить вдовцом. Пока документы оформлялись, он навестил могилу родителей, чтобы сообщить, что вскоре они смогут отругать его за то, что он потерял всё, что имел. Последним штрихом была передача всех документов Дею и разговор с его родителями. Пока он ещё может, он должен исправить по максимуму свои ошибки, и самая постыдная, это разделение омеги с родителями. Сам он потерял родителей несколько лет назад, и должен был понять чувства омеги, когда тот грустил и вспоминал о них. Итачи был вынужден просить Шисуи подвезти его к дому родителей Дейдары, потому что последнее время зрение стало его подводить. Шисуи остался в машине, но был готов в любой момент бежать на помощь к названному брату, если тот в очередной раз начнёт терять сознание. Остановившись у входной двери, мужчина глубоко вздохнул, сжал толстую папку со всеми необходимыми документами и позвонил в звонок. Через минуту дверь открылась, из-за которой показалась красивая длинноволосая женщина, мать Дейдары, Кушина Намикадзе, на лице которой тут же исчезла улыбка, когда она поняла, кто перед ней стоит. — Милая, кто там пришёл? — в коридор вышел светловолосый альфа, отец Дея, Минато Намикадзе и встал рядом с супругой. — И что же ты здесь забыл, Итачи? — грозно поинтересовался мужчина, когда узнал в госте того, из-за кого они не видели сына больше шести лет. — Ищешь Дея? Можешь забыть, я тебя к нему не подпущу! Альфа сложил руки на груди, тем самым говоря, что будет всеми силами оберегать своего сына от Итачи. Учиха горько усмехнулся, чем обескуражил обоих родителей своего супруга. Они никогда не видели таких эмоций на лице брюнета, именно поэтому они решили, что альфа играет с их сыном. Когда пелена гнева растворилась перед их глазами, они, наконец, смогли рассмотреть в каком болезненном состоянии был Итачи, и сколько боли было в его глазах. — Я пришёл не к Дею, — тихо произнёс он, после чего зашёлся в кашле, прикрывая рот ладонью. — Я тот ещё ублюдок, и знаю, что вы не хотите даже слушать меня. Но прошу, — он умоляюще посмотрел сначала на женщину, потом на мужчину. Те переглянулись и одновременно кивнули, с них ничего не убудет, если они выслушают, пока ещё мужа их сына. — Когда мы поженились, я должен был заставить Дея помириться с вами, должен был поддерживать его, но я этого не делал. — Именно! — воскликнула Кушина, толкнув Итачи в грудь, от чего тот отшатнулся. — Из-за тебя мы не видели сына шесть лет! Ты даже представить не можешь, как тяжело не знать, в порядке ли он! Мой мальчик был так далеко! — Милая, успокойся, — мягко произнёс Минато, прижимая супругу к себе. — Мне не понять, ведь я не родитель, — вновь заговорил Учиха, смотря прямо на женщину. — Но мне известно, что такое потерять родителей. Потерять единственную поддержку, после их гибели я, как старший брат обязан защищать Саске. А как настоящий супруг оберегать Дея, но с ролью защитника я провалился в обоих случаях, — вновь усмешка, наполненная лишь горечью. — Я действительно люблю вашего сына. И всегда любил. Именно поэтому, сейчас я здесь, чтобы напоследок сделать хоть что-то правильно. — Ты куда-то уезжаешь? — недоумённо спросил Минато, заторможено принимая папку из рук брюнетка. — Если бы, — тяжело вздохнул Итачи. — Передайте Дею эти документы, это мой прощальный подарок. Намикадзе недоумённо вскинул бровь и открыл папку, чтобы посмотреть, что же всё-таки это за документы. Первыми были о разводе, что не сильно удивило, а вот завещание насторожило и заставило задуматься. — Завещание? — жёстко переспросил Минато, когда просмотрел все бумаги. — Это такой способ вернуть Дея? — Нет, — губы альфы разъехались в ироничной улыбке. — Я бы ни за что не пошёл на такую подлость. Но не мне говорить о подлости, — усмехнулся он, намекая на свою измену. — Я умираю, и мне осталось недолго. Поэтому, это наша последняя встреча. Минато с Кушиной встали в ступор после услышанного. Да, они жалели, что не отгородили сына от этого альфы, но они никогда не желали тому смерти. Заявление Учихи выбило их из колеи, поэтому тот решил, что уже пора уходить. Но прежде чем Итачи успел сделать шаг по направлению выхода, он почувствовал головокружение и пошатнулся, запнувшись о собственные ноги, начал падать, но чьи-то заботливые руки подхватили его и аккуратно посадили на скамью, что стояла вдоль дорожки к дому семьи Намикадзе. Перед глазами всё продолжало плыть, поэтому он не сразу рассмотрел своего спасителя, кем оказался Минато. — Спасибо, — очень тихо поблагодарил Учиха, морщась от резкой вспышки боли в области груди. — Надо вызвать скорую, — неожиданно, обеспокоенным голосом произнесла Кушина. — Не стоит, — прохрипел брюнет, чувствуя, как из носа потекла кровь. За несколько недель он к этому привык, поэтому тут же достал платок и вытер. — Мне сразу сказали, что медициной мою болезнь не излечить. Но лекарство, которое мне нужно, я не заслуживаю. — Каждый заслуживает жить, — мягко произнесла женщина, материнский инстинкт так и кричал о том, что этому альфе нужна поддержка. Она на одно мгновение обняла его, в благодарность за то, что просматривал за её сыном все шесть лет разлуки. — Передайте Дею, чтобы он был счастлив, — после минуты молчания, наконец, выдавил из себя Итачи, поднимаясь на ноги. — Прощайте. Он поклонился и ушёл, пряча накопившиеся в уголках глаз слёзы, которые так и норовили скатиться по щекам. Это был первый и последний нормальный разговор с родителями любимого. Минато и Кушина всегда оставляли о себе хорошее впечатление, и даже смогли простить того, кто отобрал их сына на целых шесть лет. — Отвези меня домой, — устало сказал Итачи «брату», когда он сел в машину. Тот подавил тяжёлый вздох, заведя машину и трогаясь с места. По щеке скатилась единственная слезинка, оповещающая о том, что теперь точно всё кончено. *** Дейдару последние несколько дней не покидало чувство пустоты в груди. Особенно после того, как родители отдали ему документы на развод, в которых уже стояла подпись Итачи, но те были сразу разорваны и выброшенны. После этого он несколько ночей проплакал, осознав, что мужу он больше не нужен. Но его омега всё равно рвался к истинному альфе, а сознание продолжало удерживать его на месте. Прошло уже больше трёх месяцев после его ухода от мужа, и чуть больше с последней проведённой вместе течки, которая должна уже была начаться, но её не было. Он списал это на пережитый стресс, а сознание всё равно кричал о том, что в последнюю течку они не предохранялись. Чтобы успокоить себя, омега купил тест на беременность, который оказался положительным, что не радовало, потому что отцу ребёнка он не нужен, да и кому нужен меченный, к тому же беременный от другого альфы омега. Но Дей не погряз в пучине отчаяния, а наоборот воспрянул духом и решил, что воспитает ребёнка сам, а Итачи не сообщит. И будет всю жизнь скрывать от него своё дитя, родители и старший брат ему в этом помогут. Спустившись на первый этаж, Дей уже собирался рассказать родным радостную новость, но ему помешал нервный стук в дверь. Видимо, кто-то забыл, что есть дверной звонок. Не успел омега полностью спуститься, чтобы открыть, как его опередил Наруто, горячо любимый старший брат, альфа, готовый кому угодно зад надрать за братишку. — Дей! — воскликнул Саске, влетевший в дом. — Дей, пожалуйста, помоги Итачи! — Учиха! — прорычал Наруто, преграждая путь к брату. — Не думал, что Итачи опуститься до того, что пришлёт младшего брата! — Он сказал, чтобы я не при каких условиях не приходил сюда, — сквозь слёзы говорил Саске, еле стоя на ногах. Никто и никогда не видел Учиху Саске на грани нервного срыва. Минато и Кушина стояли в дверном проёме и не решались вмешаться, решение будет только за Деем, который несколько раз дёрнулся в сторону друга, но всё так же оставался на месте. — Дей ни за что не вернётся к этому ублюдку! Так что можешь валить! — грозно поставил точку альфа и собирался уже выпроводить грёбанного Учиху, но тот резко рухнул на колени и опустил голову настолько низко, что касался лбом пола. — Умоляю! — голос Саске дрожал, как и он сам. — Умоляю! Итачи единственный мой родной человек, оставшийся в живых! Помоги ему, Дей! Только ты в силах это сделать! Умоляю! Ему осталось недолго! Пожалуйста! — Итачи умирает? — шёпотом переспросил Дейдара, рухнув на колени перед Учихой, когда уже спустился с лестницы. Перед глазами понеслись все счастливые моменты с мужем, и измена отошла в самый дальний угол. Он нервно огладил пока ещё незаметный животик, молясь всем богам, чтобы муж дождался его. — Из-за разрыва связи истинных, — продолжая дрожать, ответил Саске. Голову он так и не поднял. — Я должен ехать к нему, — выдохнул Дейдара, поднимаясь на ноги и хватая ключи от машины с тумбочки. — С ума сошёл? — воскликнул поражённый Наруто. — Неужели забыл, что этот ублюдок тебе изменил? — Этот ублюдок мой муж, — Дей улыбнулся ничего не понимающему брату. — На протяжении шести лет брака он ни разу не давал повода усомниться в своей верности. Одна ошибка не должна стоить ему жизни. — Идиот, — выплюнул альфа в закрытую дверь. — Ладно, Учиха, поднимайся уже. Саске всхлипнул и медленно выпрямился, но вставать на ноги не собирался, поэтому Наруто что-то бурча себе под нос, рывком поднял омегу с пола и потащил на кухню, где насильно напоил его чаем. *** Дейдару потряхивало, когда он поднимался на лифте на нужный этаж. Ему казалось, что в эти самые секунды сердце его альфы замедляет свой ритм, и он больше никогда не сможет сказать то, что всегда мечтал. Двери открываются, и омега собирает все мысли в кучку, чтобы добраться до двери, которая была на удивление открыта. В квартире висела тяжёлая атмосфера, от чего Дея пробрала дрожь, и хотелось убежать, но омега внутри рвался к альфе, которому было очень плохо. Доверившись инстинктам, он пошёл в спальню, сразу подходя к кровати и присаживаясь рядом с мужчиной. Вид болезненно бледного мужа, заставил Дея пролить несколько слезинок, прежде чем склониться и запечатать на сухих губах нежный поцелуй. — Итачи, это я, Дей, — тихо произнёс надломленным голосом омега, после чего оставил ещё один поцелуй, но уже в уголке губ. — Борись ради нас, — ещё один поцелуй. — Итачи, я тебя простил, поэтому прости себя, и мы снова сможем жить вместе, как семья. Альфа молчал, и лишь хриплое дыхание подтверждало то, что он всё ещё жив. Дей в течении нескольких дней сидел рядом с мужем, ожидая его пробуждения и постоянно разговаривая. Омега всхлипнул и, схватив руку мужа, приложил ладонь к чуть округлившемуся животику. — У нас будет малыш, Итачи, — горько улыбаясь и роняя слезы на лицо альфы, наконец, произнёс это вслух Дейдара. — Мы с тобой давно мечтали о ребёнке, пожалуйста, не оставляй нас одних. Я люблю тебя, очень сильно люблю, — одной рукой оглаживая лицо мужчины, второй продолжая прижимать его ладонь к своему животу. — Правда, очень-очень люблю. Я не должен был уходить тогда, не должен был рвать нашу связь, надо было разобраться во всём. Ты ни разу не дал повода сомневаться в своей верности. Пожалуйста, Итачи, вернись ко мне, вернись ко мне и нашему малышу. — Как ты можешь меня любить? — прохрипел мужчина, открывая глаза. — Всегда любил, люблю и буду любить, — счастливо заглядывая в такие родные глаза альфы, прошептал омега, оставляя мимолётное поцелуи по всему лицу альфы. — Сколько бы ты не изменял, мои чувства никогда не изменятся. — Я не могу так просто забыть своё предательство, — Итачи хотел убрать руку, которая была прижата к животу Дея, но тот не позволил. — Не думай об этом, думай только о том, что через шесть месяцев мы станем родителями, — блондин улыбался, он вновь чувствовал своего истинного, своего мужа, ведь после своего ухода он больше не мог чувствовать свою пару. — Я люблю тебя, Дей, — после лёгкого ступора, сказал Итачи. — Вы мой смысл жизни. — Ты же теперь не умрёшь? — прошептал омега, умостившись под боком мужа и собственнически закинув на него руку и ногу. — Если в течение двух месяцев ты останешься рядом, то я поправлюсь, — альфа с наслаждением вдохнул родной запах своего омеги. — Моя жизнь в твоих руках. — Я не позволю тебе умереть, — рыкнул Дейдара, сильнее прижимаясь к мужчине, словно говоря, что он никому и ни за что его не отдаст. — Ты мне теперь обязан отрабатывать эти три месяца мучений. Мне между прочим нельзя волноваться, а из-за постоянного волнения за тебя я чуть не свихнулся. — Ты за меня волновался? — удивился Итачи, прикрывая глаза и чувствуя, как связь медленно восстанавливается. — Конечно! — воскликнул омега, приподнимаясь и заглядывая в распахнувшиеся глаза любимого. — Ты знаешь, где лежат тарелки? — альфа отрицательно покачал головой. — А на какие кнопки на стиральной машинке нужно наживать? — тот вновь тряхнул головой. — Вот видишь! Ты в собственном доме не знаешь, где что лежит! Без меня ты помрёшь от голода и будешь ходить в грязной одежде! Так что хрена с два ты от меня избавишься! — блондин самодовольно усмехнулся ошарашенному выражению лица альфы, поэтому быстро чмокнул в губы и прижался щекой к тёплой груди. Больше они ничего не говорили, а просто наслаждались близостью, которой были лишены во время их разлуки.