cousins

Беллатриса всегда была властолюбивой и слегка сумасшедшей. Однако сейчас сложно было в ней узнать ту Бэллу, которую он помнил. Милые девчачьи кудряшки превратились в энергичные стервозные вихри, живущие отдельной жизнью на её голове. В глазах стала более чёткой слишком знакомая искра: искра кровожадности, эгоизма и безумия. Улыбка не была натянутой, нет. Она улыбалась искренне, ведь так его ненавидела и так наслаждалась видеть его рядом, скрывавшим неприязнь под маской безразличия. Беллатриса играла палочкой меж пальцев и двусмысленно водила языком по губам, наблюдая за кузеном и его руками в карманах, наверное, палочку сжимает, чтобы быть готовым к атаке. Белая ворона среди величественных орлов. Позорное пятно на древе их благородного рода. Интересно, каков он в бою? Сможет ли хоть раз атаковать её, самую могущественную сторонницу Тёмного Лорда? А каков на вкус? Королевская ли кровь течёт в его венах? Мэрлин, Бэлла, ну конечно… — Что тебе нужно, Беллатриса? — первым подал голос Сириус. Голос даже не дрогнул. — Ты, верно, знаешь, что в мире происходит, — Лестрейндж сунула палочку в волосы и положила лицо в ладони, уперев локти в поверхность стола. — Конечно же, дорогая кузина. Знаю о твоём новом хобби. — Я бы не назвала это дело именно так. Скорее новый смысл жизни. — Смысл жизни? — Блэк усмехнулся, оскалился, словно пёс. — Ты хоть понимаешь, о чём говоришь? — Ну, естественно, Сири, — наигранно сладким голосом пропела Бэлла, презрительно сузив глаза. — Не всем дано понять своё истинное предназначение. — В чём же твоё? В служении? — кузен откинул голову назад, насмехаясь. — А как же «быть Блэком почти то же самое, что быть королевской крови»? — А ты разве не служишь? Не подхалимничаешь? — волшебница перелезла через стол, склонилась над лицом Сириуса, смотря в серые, словно утренний туман, глаза. — Друзья знают, какой ты на самом деле? Знают ли о черноте, пожирающей тебя изнутри? — Фамилия не питает душу, Беллатриса, — безропотно сказал парень, обдав кузину тёплым воздухом. Бэлла опустила взгляд на его скулы. У Регулуса было худое лицо, но таких острых скул не наблюдалось. Лестрейндж усмехнулась, вытащила язык и провела им по щеке Сириуса, оставляя сладкую дорожку. Отстранилась на несколько сантиметров и начала водить языком по дёснам, смакуя вкус кожи. Сириус чувствовал себя омерзительно, но не имел права показывать это: сестра будет использоваться каждую проявленную слабость против него самого же. Он равнодушно смотрел, как она вкушает его, закатывает глаза от наслаждения и постанывает, проводя мокрым он слюны языком по розовым пухлым губам. — Знаешь, а на вкус, как все Блэки, — произнесла, наконец, она, довольно улыбнувшись. — И скольких же ты попробовала? — Многих, дорогой Сириус, многих, — она пожала плечами, полностью залезла на стол, усевшись в позу лотоса, и принялась загибать пальцы: — Нежная Нарцисса, дорогая Андромеда, любимый папочка, милый Регулус… продолжать? — Не вижу необходимости, — Сириус сжал кулаки, на секунду позволив себе зажмуриться. — О-у, Сириус, ты что, не знаешь о нашем Регулусе? — Лестрейндж невинно замахала длинными ресницами. — Малыш давно уже с нами! — Он ещё не с вами. — Да, метку ещё не получил, но… скоро будет. — Что ты хочешь от меня, Бэлла? — резко спросил Блэк, больше не собираясь находиться рядом с обезумевшей сестрой. — Я не могу вечно с тобой разговаривать. — Жаль. Мне понравился наш диалог, — промурлыкала волшебница и каким-то странным движением, подобным ползанию змеи, перебралась на диван. — Уверена, ты знаешь, почему мы здесь. — Понятия не имею, почему мы в этой дыре, — парень с ярким отвращением прошёлся взглядом по гнилым доскам, да и гнилым людям в помещении. — Мы в состоянии позволить себе более роскошное место для встречи. — Не люблю привлекать внимание. Да и разговоры об этом в ресторанах не заводят. — Ближе к делу, Бэлла. Беллатриса наклонила голову влево и сощурила глаза, пытаясь получше разглядеть кузена. Братец был похож на мать. Жаль, что характером в неё не пошёл. Как же к нему подступиться? — Я по приказанию Тёмного Лорда… — Думает, я вступлю в его войска? — оборвал её Сириус. — А говорят, он умнейший маг! — Тёмный Лорд чтит наш род, — Лестрейндж провела ноготками по столу, оставив царапины, — и верит в его могущество. Ты всё ещё часть нашей семьи. — Мать выжгла меня с гобелена, — фыркнул Блэк. — Но не из семьи, — тут же опровергла Лестрейндж. — Мы верим, что ты выберешь правильную сторону. — Правильную сторону, Бэлла? — в глазах парня засверкали злобные огоньки. — Ты совсем с катушек слетела? Кому ты поклоняешься? — Сильнейшему магу нашего времени, — Белла говорила спокойно, но ногти сильнее впивались в обивку дивана. — Тёмный Лорд знает, как добиться своих целей. Я на стороне победителя. — Разве, моя дорогая кузина? — усмехнулся Сириус. — Ты лишь теряешь своё время на очередного парня. А у тебя ведь муж. Детей бы хоть родила, сестрёнка. Беллатриса неожиданно закричала, прыгнула на стол и резким движением руки провела палочкой сверху вниз. Щека Сириуса взвыла от жуткой боли. Он тут же вытащил палочку, но Бэлла прижала ногой его запястье к дивану и склонилась над ним, крепко держа лицо кузена в руках. — В тебе течёт блэковская кровь, — Лестрейндж прошлась по порезу и поднесла кровавые пальцы к глазам Сириуса, — кровь чистейшего и древнейшего рода, в котором генетически заложены тщеславие и лицемерие! Рано или поздно тьма поглотит тебя, братец, и заберёт в темноту всех, кто тебе дорог! Блэк грубо ударил её головой в лицо и вскочил на ноги, воспользовавшись секундной слабостью кузины. Стоило ему только поднять палочку, как на него обрушился ряд заклинаний. Его скрутило, кости захрустели, кожа отдавала невероятной болью, по вискам ударяли огромные молоты. Его отшвырнуло в стену, а потом — пропал кислород в лёгких. Схватившись за горло, Сириус смотрел на смеющуюся во всю глотку сестру. Она прямо-таки плакала от смеха, показывала на него пальцем и звала кого-то посмотреть на это жалкое зрелище. Лёгкие горели, взгляд мутнел, слух куда-то пропадал. Чертовски больно. Из последних сил Блэк поднял палочку, прошептал простейшее Остолбеней и тут же рухнул на пол. Послышался треск и безумный визг. Кислород с огромной болью начал вновь поступать в лёгкие; Сириус сделал два поспешных вдоха и вскочил. Бэлла была уже в боевой готовности. Она расставила ноги по ширине плеч, подав корпус тела вперёд, и походила на озлобленного оборотня, учуявшего запах крови. Блэк сглотнул и поднял палочку. Бэлла взревела, и из её палочки полетели самые разные лучи. Под всеобщий крик Сириус уклонялся от заклинаний, чувствуя, что совсем скоро упадёт без сознания. Атака шла без перерывов. Кажется, сестра повторяла одну и ту же комбинацию заклинаний. Отлично. Сириус тяжело вздохнул, отскочил на несколько метров под идущие в него менее слабые проклятия, и послал несколько заклятий в сторону Беллатрисы. Она засмеялась: конечно, кузен не попал. А он ведь и не пытался. Красная искра угодила в потолок, и доски, подчиняясь земному притяжению, начали рушиться над головой Лестрейндж. Волшебница оказалась под грудой обломков, вопя под досками все существующие в мире ругательства. Только Сириус хотел прошмыгнуть на выход, как доски превратились в щепки, и из завала вылезла Беллатриса, злая, как никогда. Не используя более палочку, она подлетела к Сириусу, схватила его за куртку и встряхнула, словно куклу. — Регулус самый юный из нас. Неужели ты не хочешь помочь своему младшему брату, Сириус? — прошипела по-змеиному Беллатриса, с глубокой и очевидной ненавистью смотря на парня. — Он мне не брат, — выплюнул Сириус ей в лицо, — а вы не семья. Я слишком чист для вас, чистокровных. Бэлла в ярости ударила его по стене и процедила сквозь зубы: — Когда-нибудь я сама тебя убью. Придушу собственными руками. Или зубами глотку разорву, если надо будет, Сириус. На улице послышались крики. Бэлла подвинулась к Блэку, облизала его мочку уха и прошептала: — Буду ждать этот день так же, как и ты. И трансгрессировала.