Second Chances

 — Хонджун? — сладкий голос позвал его. ⁃ Да, мама! — ребяческим голосом отозвался мальчик и побежал к матери. ⁃ Мальчик мой, — нежная женская рука провела по мягким светлым волосам, — я люблю тебя. ⁃ И я тебя мама! Хонджун сидел в светло-голубом больничном коридоре. Неприятно пахло лекарствами и недугами. В руках его была фотография, сделанная больше десяти лет назад, на которой изображён маленький мальчик и его мама около небольшого летнего пруда. Женщина была прекрасна: светло-каштановые волосы водопадами струились по её плечам и обрамляли её маленькое лицо с острым подбородком и доброй улыбкой. Весь её тонкий стан, обрамлённый в лёгкое длинное платье, так и пылал любовью и жизнью. Она была так молода и так красива. Хонджун скучал по ней. Белая дверь перед ним распахнулась, оттуда вышла маленькая женщина в белом халате и очках. Она кивнула Хонджуну и ушла куда-то вдаль по коридору. Парень снова посмотрел перед собой, на приоткрытую дверь, и, тяжело поднявшись, вошёл в комнату. Она лежала на больничной койке, обвитая всякими проводами и трубками. На белой постели, в белой больничной рубашке в маленький чёрный горошек, которая сливалась с цветом её кожи… Её всё ещё длинные, но уже не яркие, а совершенно безжизненные и тусклые волосы, были собраны в две косы и лежали на мягкой подушке, около головы… Её заострённое лицо стало сероватого оттенка, сильно выделялись впалые скулы и мешки под глазами. Она уже давно не излучала жизни. Она не излучала ничего. При виде матери, Хонджуну хотелось только пожалеть её, но он не мог себе этого позволить. Спокойно прикрыв дверь, он мешком упал на прикроватный табурет. Мать даже не повернулась к нему: она всё так же безжизненно смотрела в окно. Хонджун вздохнул и прикоснулся к её руке. Он провёл глазами по предплечью и остановился на пластыре, прикрывавшем иглу от катетера. ⁃ Мама, — он полностью накрыл своей рукой её руку. Женщина бездушно повернулась и так же посмотрела будто бы сквозь сына. — Мама, как ты? ⁃ Всё хорошо, сынок, всё в порядке. Хонджун опустил голову, прикрывая чёлкой глаза. Он знал, что она обманывает, он видел это. Она всегда это говорила, чтобы не ранить его, но каждый раз ранила этими словами ещё больнее. ⁃ Врачи сказали тебе что-нибудь? Когда тебе полегчает? — он прекрасно знал ответ: никогда. ⁃ Они говорят, я молодец. — она попробовала улыбнуться, но у неё это плохо вышло. — Но я не знаю, когда мне станет лучше. ⁃ Мама, — он поднял глаза и посмотрел прямо в её безжизненные зрачки. — Ты сильная, ты справишься. Я жду тебя, мама. Ты выздоровеешь и мы пойдём с тобой к пруду, как тогда. Мама, обещай мне, что мы туда пойдём. ⁃ Сынок мой, — она изо всех сил приподнялась на кровати и приблизилась ближе к парню, — я не могу тебе обещать этого, потому что если я не выполню обещание, ты будешь сердиться. Ну же, посмотри на меня, — рукой, свободной от трубки, она провела по волосам парня, — не волнуйся так за меня, я справлюсь. ⁃ Мама… — он припал к ней и обнял. Несколько минут они лежали в тишине, он только испускал тихие горькие слёзы, а её глаза были сильно сухие для этого. Он поднял голову, убравши слёзы, чтобы мать их не видела, и снова посмотрел на неё. Он понимал, что, возможно, эта встреча последняя. — Я люблю тебя. ⁃ И я тебя. Он понял, что она устала и, поцеловавши её руку, встал и пошёл к двери. У выхода он оглянулся снова: она обратно повернулась к окну и на её лице не изменилось ровным счётом ничего, кажется, она уже перестала чувствовать что-либо. Он смотрел на неё — единственную причину его такой нелёгкой жизни и ему стало больно. Пусть она и дальше не знает, с каким усердием ему остаётся оставаться таким хорошим сыном. Поговорив с врачом, он стал ещё более грустен, ведь новости были совсем неутешительные. Ей становилось всё хуже и всё больше денег нужно было на поддержание её жизни. Хонджун стоял рядом с доктором, но слова звучали где-то далеко и еле достигали его. Это сложно, осознавать, что единственный его близкий человек чахнет с каждым днём. Ему было больно слушать слова доктора, поэтому он закончил разговор как мог быстрее, сославшись на то, что ему пора. Совсем холодный воздух освежил его мысли. Он остановился на крыльце больницы и огляделся вокруг. В голове мелькала одна навязчивая мысль. Рука в кармане нащупала продолговатую бумажку и, сжавши, вытянула. На тёмной визитке белыми буквами было выведено только имя и номер телефона. «Нет, я не могу поддаться на это.» — вернул он руку в карман. «Или всё же.? — вытащил снова визитку. — Нет, нет.» Он смотрел на аккуратный шрифт, которым было выведено «Сон Минги» и не мог решится. Сцена накануне промелькнула в голове. Из-за него он лишился работы. Такие, как он, выводили его из себя. Как он может просить помощи у подобного человека? Да и в конце концов, он даже не знал, какого рода деятельность ведёт этот человек. Он-то видел его два раза. Нет, он не мог. Не сейчас. Пока в нём осталась та капля гордости, которая ему не позволяла этого сделать. Он в очередной раз положил бумажку в карман и пошёл в сторону дома. *** Боль в животе заставила его перевернуться на другой бок. Сон начал проходить и он стал ощущать её. Ёсан перевернулся и свернулся в позу эмбриона, зажимая живот руками. Его лицо поморщилось, а дыхание участилось. Пару минут он не осознавал себя и место, в котором находится. Он лежал с закрытыми глазами и пытался вспомнить, что было вчера, но воспоминания очень смутно проявлялись у него в памяти. В какой-то момент он резко открыл глаза, вспомнив что-то, и окончательно убедился, что он не дома. Ёсан лежал на чужой постели со страхом того, что он мог натворить. Дабы убедиться, он скинул с себя одеяло и, увидев, что вся его одежда на нём, спокойно выдохнул. От резкого подъёма в голове зашумело и зазвенело, он снова сморщил лицо и прижал ладони к вискам. Уняв боль, он неловко встал и вышел из комнаты. Ёсан оказался в большой, модной квартире с панорамными окнами, открывавшими вид на Сеул сверху. Он подошёл ближе к окнам и опешил от высоты. Глядеть вниз было страшно и, неловко переминаясь с ноги на ногу, отошёл от окна. Послышались шаги и запах свежесваренного кофе проникнул в комнату вместе с Сонхва, который держал разнос в руках. ⁃ Ты проснулся? Я приготовил нам завтрак. — он поставил разнос на прозрачный журнальный столик, который стоял посреди комнаты рядом с большим кожаным диваном. — Садись, поешь. ⁃ Как я оказался у тебя? — Ёсан стоял всё там же и держал руку у виска, борясь с головной болью. ⁃ Похоже, ты ничего не помнишь, как я и думал. — блондин усмехнулся, присаживаясь на диван. — Ты перебрал вчера, а когда я усадил тебя в машину, чтобы домой увезти — уснул. Вот я и привёз тебя к себе. — он смотрел на него не отводя взгляд. — Боишься, что я мог с тобой сделать что-то? Хах, не бойся. Скорее, здесь я тот, кому стоит бояться. ⁃ Ты про что? — Ёсан напряжённо сдвинул брови. ⁃ Да присядь ты уже. — парень скованно опустился на диван. — Вот так. Не помнишь? Ты потащил меня на танцпол и поцеловал. Признаться, я не ожидал такого от тебя. ⁃ Я что сделал? Нееет… быть не может, — брюнет прошёл к дивану и сел на край. — Я не мог этого сделать, да ещё и с тобой. ⁃ Ты думаешь, я вру? — Сонхва установил зрительный контакт с ним, глаза в глаза, наблюдая за его движениями. ⁃ Я… — на пару секунд задержал взгляд в томных тёмно-карих глазах Ёсан и отвернулся, — не знаю. ⁃ Я не буду тебя убеждать в этом. Моё дело — рассказать, твоё — решать правда это или нет. Ешь давай, а не то опоздаем. Ёсан смущённо глянул на разнос с завтраком, на котором стояли две фарфоровые чашки чёрного кофе и такая же красивая тарелка с блинчиками и клубникой. Брюнет хотел было удивиться, но решил, что не стоит, он понимал, где находится и что здесь это нормально. Завершивши завтрак и оставив на разносе только пустые чашки, они вышли из квартиры. Зашедши в лифт, Ёсан понял, что забыл свой телефон на прикроватной тумбочке и Сонхва, недовольно бормоча пошёл за ним. Наконец спустившись на подземную парковку, они сели в чёрный автомобиль. Сонхва вёл насколько мог аккуратно, поскольку не хотел спровоцировать рвотные рефлексы у Ёсана. Около универа как всегда было полно народу и также куча машин, занимающих всё парковочные места, кроме одного, которое «принадлежало» Сонхва. Модно притормозивши там, блондин заглушил двигатель и развернулся к Ёсану: тот сидел и смотрел вперёд из-подо лба сквозь тонированные стёкла. ⁃ Ты чего? — спросил блондин. ⁃ Я не хочу выходить сейчас отсюда. — испуганно промолвил Ёсан. ⁃ Почему? Что не так? ⁃ Понимаешь, они сейчас все там, — он протянул руку и указательным пальцем показал на тусовочное место у студентов, где сейчас, как всегда, собралась толпа. — Они увидят нас и пойдут слухи. ⁃ Эй… ⁃ А я не хочу слухов, — брюнет схватился за голову, в испуге, закрывая уши. ⁃ Эй, — Сонхва лишь закатил глаза и взял парня за запястье, отводя руку, — Я с тобой, поэтому они не посмеют. ⁃ Правда? — Ёсан смотрел наивно-невинными глазами в глаза блондина. Тот же не смотрел в ответ, а лишь привычными движениями вытащил ключи, а после холодно бросил через плечо: ⁃ Правда. Вылезай, ты же не хочешь опоздать? Сонхва вышел из машины, как в замедленной съёмке, хлопнув дверцей. Все стоящие в углу обернулись на него, наблюдая. Он прошёл к носу авто и остановился в ожидании. Всё наблюдали за каждым его движением, запоминая. Всё бы шло для них как обычно, не остановись он там, теперь по толпе пробежался шёпот. Звук открывающейся дверцы заставил всех замолчать. Ёсан вышел из авто, ветер сразу подхватил его волосы, развивая на ветру. Толпа молча рассматривала его с открытыми ртами: это был первый раз, когда Сонхва приезжал с кем-то. Ёсан подошёл к нему и блондин развернулся, делая соответственный жест правой рукой. Они вышли из поля зрения группки и по ней прокатился шёпот, крик и смех. Никто не понимал, что это может означать, но они явно этого не забудут. Ёсан остановился у второго входа со стороны парковки, чтобы успокоится. Сонхва отстал от того на секунду, но вернулся с бутылкой воды в руке. ⁃ На, — протягивая, — выпей и успокойся. ⁃ Спасибо, это должно мне помочь. — брюнет только провернул крышку, как перед ними появился Сан, с улыбающейся мордой. ⁃ Привет! Вы что тут вдвоём? — он обвёл глазами стоящих молча перед ним. — Ай, ладно, не важно. Мне нужен Ёсан, так что я украду его у тебя. Не обещаю, что верну! — толкая брюнета в спину, отозвался он. — Ах, делайте, что хотите, — раздражённо процедил блондин, закатывая попутно глаза. — Мне не стоит быть здесь. — У него что, расстройство личности? — непонимающе сказал Сан, смотря в след грубой фигуре. — Неважно. Важно лишь то, насколько по шкале от 1 до 10 тебе нужно быть на первой паре? — Что…? Ну… — замешкавшись пытался подобрать слова Ёсан. — Да всё равно, идём. С меня кофе! — радостно протянул Сан. Колокольчики на двери радостно поприветствовали новых гостей в заведении. Людей почти не было: утро только началось, разве что кто-то перед работой или учёбой заскочил освежить голову чашкой кофе с десертом. Официантка радостно поприветствовала посетителей и провела к столику. — Вы закажете сразу? — любезно поинтересовалась она. — Да, я пока буду капучино, а тебе? Тоже кофе? — поинтересовался Сан у друга. — Нет, кофе я сейчас не осилю… — в горле у парня всё ещё стоял неприятный вкус прошлой ночи. — Мне бы чая чёрного, с бергамотом. Спасибо. — Ночка была бурная, хах? — ехидно подколол Сан. — Как далеко тебя занесло, что вы с мистером Холод приехали вместе? — Эй! Это совсем не то… о чём ты подумал. Я был достаточно опрометчивым вчера. Ах… как подумаю, что я мог сделать… — Что-о? Что ты мог сделать? — если бы Сан пил в этот момент свой кофе, он бы непременно его выплюнул от удивления. — Понимаешь, он пригласил меня в бар, после всего, что было… и я согласился, — неловко парень помассировал себе шею. — Мы выпили какой-то коктейль, потом ещё, и ещё. Меня очень быстро накрыло и музыка была приятная, вот я и потащил его на танцпол. — Ничего себе! — резкий выкрик брюнета напугал официантку с разносом. — Простите, — неловко поклонился он. — Так что дальше? — Дальше я нечётко помню, но одно я помню точно: я его поцеловал. — ладонями Ёсан закрыл лицо, боясь, что друг увидит его красные щёки от смущения. — А дальше, я проснулся в его кровати. Сан смотрел на него с широко распахнутыми глазами. Он не мог поверить, что это могло происходить с его другом и, что ужаснее, не мог подобрать слов, чтобы его поддержать. Он был из тех людей, что своим близким готовы отдать всего себя без остатка, но вот подобрать нужные слова — это всегда было сложно. — Слушай, — Ёсан убрал одну руку от лица, — а у тебя есть чувство, ну… что у вас был секс прошлой ночью? — Ты имеешь в виду, не изнасиловал ли он меня? — парень напротив одобрительно кивнул. — Не могу сказать, что у меня этого было много… И я уже и не вспомню, как это чувствуется, но я не ощущаю ничего странного с собой. — Я понял. Но может всё-таки стоит узнать у врача? — Не нагоняй на меня панику… — устало провёл рукой по лицу Ёсан, запрокидывая непослушные волосы назад. — А у тебя что нового? Ты опять пропадаешь… — Хах, — нервно выдавил Сан, — Меня чуть не убили, а ещё… У нас с Уёном хорошо продвинулись дела… — А, ты имеешь в виду того парня из магазина? — Да-да… — И что вы с ним устроили? — Ну, как тебе сказать, я проснулся у него на кровати утром, а по комнате были разбросаны вещи, что были на нас накануне… — с некой непривычной для Сана робость в голосе протянул он. — Рад за вас. Подожди, — на секунду Ёсан посмотрел на стол перед собой, будто загружаясь, — что ты сказал? Ты переспал с ним?! — Ну, да… Не раз, — невинно улыбнулся Сан. — Не хочу слышать твои интимные подробности… Это куда интереснее того, что я мог себе представить. Так вы теперь вместе? — Не сказал бы… Понятия не имею и у нас было мало шансов поговорить со всем остальным, что происходит у меня в жизни. Ёсан потребовал объяснений и внимательно слушал всё то, что рассказывал ему друг, попутно он кивал, воздыхал и задавал наводящие вопросы. Ёсан любил разговаривать с Саном вот так: просто и откровенно. Он любил сидеть здесь, в этом кафе, с хорошим другом и пить что-нибудь. Ему всегда казалось, что жизнь его друга куда интересней его собственной, и хоть такие моменты грели его чувствительное сердце. — А где сейчас твой появившийся из ниоткуда брат? — задал вопрос Кан. — Он у меня в квартире. Я оставил ему еду и дубликат ключей. После универа мне нужно повести его и зарегистрировать в местной школе… Ему нельзя так долго бездельничать, — деловито ответил тот, вертя в руках уже пустую чашку. — Ему поступать в следующем году, совсем ни о чём не думает. — М-да. — протянул Ёсан, задумавшись. — Особенно, когда у тебя появился ещё любовник и бандитские разборки. А по вечерам будешь подрабатывать няней бесплатно. Если тебе нужна будет какая-то помощь с этим, ты можешь обратиться ко мне, всегда. Я могу даже оставить его у себя в квартире на какое-то время. — Ты просто лучший, — Сан расцвёл прямо на глазах. — Так, нам нужно поспешить, если хотим попасть на вторую пару. Парни оставили деньги и пустую посуду на столике. Луч солнца, отразившийся от окна в здании напротив, весело играл на белом фарфоре китайского чайника. *** Этот город поразил его, завораживал. Он много представлял себе это место: смотрел фильмы, листал журнал и читал книги. Он бы мог сказать, что знает многое об этом месте, но ни одно издание не могло бы так подготовить его к красоте этого места в реальности. Вчера ему так и не удалось разглядеть это величие, ведь он ехал совсем не по центру, да и очень сложно сфокусироваться на виде из окна, когда где-то в автобусе кричит ребёнок, а твоя мать звонит тебе без устали. Да, характер и решение Чонхо не были сладкими. Он с детства привык делать всё так, как ему этого хотелось и, хоть он и был очень умным и хорошим ребёнком, иногда даже чувства матери не могли повлиять на него. Чонхо мало понимал скандала, который произошёл вчера и последствий его, что привели парня сюда. Мать всегда была против того, чтобы её сын учился в Сеуле, но Чонхо только сейчас начал понимать причину этого — она не хотела его потерять. Она знала, что парень быстро увлекается, в силу возраста или характера, и она прекрасно понимала, что тот, почувствовав вкус мегаполиса, вряд ли вернулся бы в переферию. Единственное, что не мог понять Чонхо — эгоизм ли это или же здравые материнские чувства? Отделавшись от этих мыслей, которые преследовали его несколько часов, он покинул постель, сладко потянувшись. Первая ночь в квартире названного брата не была самой лучшей: Чонхо спал на диване, а это было не совсем удобно. Размяв залежавшуюся спину, он подумал, что было бы хорошо попросить Сана сделать что-нибудь с этим. Парень натянул футболку и прошёл до кухни — надо бы раздобыть чего-нибудь к завтраку в этой холостяцкой берлоге. Холодильник не баловал изобилием внутри: там было открытая банка джема, пару кусочков хлеба, консервы и бутылка виски — отличный набор к завтраку. Но Чонхо было не привыкать, поэтому он поджарил себе тосты и сделал чай, от кофе, а-ля, по-ирландски он решил отказаться. Время близилось к трём по полудню. Они договорились встретиться у станции метро, где находилась школа. Поэтому Чонхо смело вышел из квартиры и побрёл к метро. Пару раз врезавшись в идущих навстречу людей, пробежавши пару эскалаторов и пропустив один поезд, он наконец попал в нужную электричку. Сан уже ждал того у входа. Но он был не один — рядом с ним стоял симпатичный парень. — Привет, братишка, — приветливо улыбнулся ему Сан. — Как добрался? — Неплохо, только вот почти бабульку с ног не смёл, пока бежал к вагону, — он виновато потёр свой затылок. Чонхо одарил интересующимся взглядом парня рядом и тот улыбнулся: — Я Ёсан, лучший друг твоего брата, — тот вежливо поклонился. «Приятный малый» — пронеслось в голове. — Ёсан предложил свою помощь, — сказал Сан, — поэтому можешь смело обращаться к дяде Ёсану! — Какой он мне дядя? Он всего-то на три года старше! — А ты не спорь! — они надулись друг на друга, как маленькие дети в садике, которые не поделили игрушку. Глядя на это, Ёсан невинно рассмеялся, парни надулись, а затем также пропустили смешок. Ёсан поспешно оставил парней и скрылся за поворотом. Старший брат похлопал Чонхо по спине и они зашли в помещение школьного холла. Светлые и узкие коридоры совсем отличались от того, что старший привык видеть в университете. Эта школа была первой в рейтинге средних, поэтому отличалась она чистотой и набожностью, но совсем не была похожей на те школы для «наследников». Кабинет директора, как и остальные административные помещения, находился на втором этаже. Сан начал любезный диалог с директором, показывая, какой Чонхо прекрасный парень (хоть он в душе и не понимал, каков на самом деле этот человек). Чонхо с самого начала диалога отрешённо смотрел в окно, пытаясь что-то найти глазами. Сан бросал на него гневные взгляды и пинал в бок, чтобы тот хоть изредка отвечал на вопросы от директора. Директор был очень приятным человеком своих лет, он улыбался и пытался скрасить напряжённость встречи. Сан был очень благодарен ему за это, но в душе всё ещё чертыхался на брата. Чонхо поклонился и вышел, ему нужно было вернуть себя в нормальное состояние. Проходя очередной поворот бежевых стен, он налетел на какую-то девушку: она была в школьной форме, что очень хорошо на ней сидела, её густые волосы были каштанового цвета и отливали золотом в свете уходящего солнца. Девушка приветливо улыбнулась ему губами цвета персика и извинилась. — Ты ведь не из нашей школы? — вежливо спросила она. — Да… — парень запнулся и потёр затылок. — Но с понедельника я буду учиться с вами. Я перехожу в третий класс сюда. — О! Я тоже из третьего! Могу похлопотать, чтобы ты оказался в классе со мной, — она заговорщицки подмигнула. — Я тут на хорошем счету, — сказала она и указала глазами на пачку важных, видимо, документов в руках. — Удачи, надеюсь встретить тебя в понедельник. — Да, спасибо, — парень распахнул дверь туалета и сразу посмотрел на себя в зеркало. Конечно, он достаточно высокий, у него была очень хорошо развита мускулатура, ведь он никогда не пропускал спортивные занятия и был лидром по борьбе и футболу. Конечно он нравился девочкам. У него даже был фанклуб в прошлой школе, чему многие мальчики завидовали. Когда Чонхо вернулся, Сан уже стоял в дверях кабинета и жал руку директора. Чонхо смущённо улыбнулся и вежливо поклонился. Когда дверь школы осталась позади, Сан громко хлопнул в ладоши и сказал, что всё прошло отлично. — Что ты хочешь на ужин? Я думаю, нам стоит провести побольше времени вместе, чтобы узнать друг друга получше. — — Я бы хотел ттокпокки и кимчи. — задумчиво, но явно предвкушая протянул Чонхо. — Отличный выбор, я знаю хорошее местечко. Пошли, братец. — Сан с силой пихнул Чонхо в спину. *** Минги стоял у окна, наблюдая, как последний солнечный луч скрылся за фасадом высотки напротив. Зелёные шторы колыхнул сумеречный воздух шумного города и мужчина томно вздохнул его, а вместе с ним и трепещущие душу воспоминания, кторые он всю жизнь запихивал в самые дальние уголки своей души. Пахло именно так, как в те холодные вечера, что ему приходилось коротать ещё мальчишкой в одиночестве. Мужчина потёр глаза, отгоняя пагубные мысли и массажируя уставшие от линз веки. Дискомфорт был ужасный, поэтому Минги подошёл к тёмному деревянному столу и из ящика вытянул контейнер для линз и капли. Откинувшись на кресло он устало вздохнул и чертыхнулся. День был не из тех, что шли по маслу, он очень устал, но что-то продолжало его держать в офисе. Наверное, это называлось «ответственностью» или же «одиночеством». Он прекрасно понимал, что у него полно обязанностей, которые нельзя откладывать, но в то же время отдавал себе отчёт в том, что доводит себя до состояния истощения. Он не умел дозировать отдых и работу в правильных пропорциях, да и не сказал бы, что ему это было особо важно. Поэтому сейчас, в эту прекрасную вечернюю пору, вместо того, чтобы проводить время с семьёй или друзьями, он сидел в своём кабинете, ставшим ему домом. Его тяжёлые раздумья прервал телефонный вызов. Минги вяло отлепил голову от спинки своего дорогого ортопедического кресла и раздражённо потянулся за своими очками. Номер был неопределён, что совсем не удивило мужчину. — Алло! — грубо прокричал он в трубку. Молчание в трубке раздражало ещё больше. Там послышался какой-то треск и тихий голос: — Это Сон Минги? — Да, он самый. С кем имею честь? — Минги включил образ начальника. — Я Ким Хонджун… Мы виделись недавно в кафе… В общем, неважно. — парень запнулся, давая мужчине пару секунд на осознание, а потом с полной уверенностью продолжил: — Так вот, ты дал мне визитку и предложение о работе. Я был в полной уверенности, что никогда не воспользуюсь этим кусочком бумаги и чуть не выкинул его! Но, так как с предложениями о работе совсем голяк… а деньги мне очень нужны, я набрал этот номер. Минги опешил от такой искренней тирады от парня. Он втянул воздух носом и деловито поправил очки: — Так чего ты хочешь? — Я… Не вынуждай меня это говорить вслух! — парень выдал совершенно серьёзно, на что Минги просто не мог не улыбнуться. — Мне интересно твоё предложение, Минги, и я его принимаю. — Хорошо. Завтра в 6 вечера по адресу, что скину в сообщениях. Жду тебя. — И всё? — явно удивлённо протянул Хонджун. — А что ещё? Такой текст, как твой, тебе написать? — Минги позабавило грубое хмыканье в трубку. — Если тебе нужна работа у меня, то я жду тебя завтра. У тебя есть время передумать, но я надеюсь, что ты этого не сделаешь. — Ещё чего! Вешаю трубку! — ритмичные гудки послышались из мобильного. Мужчина почувствовал прилив сил и рассмеялся, небрежно кидая телефон прямо на стол. Его удивляла искренность и эта детская наивность, что пересекалась с решительностью и серьёзностью этого паренька. Он чувствовал, что таких людей ещё никогда не встречал и его позабавила новая «игра». Со свежими мыслями мужчина достал толстую папку и усердно принялся читать её содержимое. *** Тишину в квартире прерывал тихий шелест тонких пальцев по клавиатуре макбука. За тёмными панорамными окнами город всё так же шумел, хоть было уже довольно поздно, но вечер четверга давал о себе знать. Как там было? «Четверг — маленькая пятница». Сонхва прервался от написания статьи, он оторвался от экрана и посмотрел куда-то в глубь комнаты. Гостиная, где он сидел, была самой большой комнатой. Она представляла собой центр, от которого расходились остальные комнаты, а её внешняя стена была полностью панорамной. Квартира была слишком большой для одного и светлость её стен пожирала своим одиночеством. Сонхва ненавидел своё одиночество, но никогда не признавался себе в этом. Он предпочитал не слушать и не разговаривать со своим сознанием. Он предпочитал не думать, а делать что-то, чтобы не слышать самого себя. Сонхва боялся своих мыслей и чувств, поэтому всегда скрывал их и от своего «я» тоже. Да, люди вокруг всегда были правы, что он «холодный» и «ледяной», ведь он действительно так себя и ощущал. Он не знал, что за причина, делающая его несчастным, что не давала ему что-либо чувствовать. Но также он предполагал, что это случилось в тот день… День, который изменил его жизнь и породил нового человека, ведь «старый» Сонхва не существует уже очень много лет. Он совершенно не помнил, что был за человек, тот «старый» Сонхва. Сонхва, который есть сейчас совершенно потерялся в себе и даже не желал быть обнаруженным. Сонхва закрыл ноутбук в не состоянии собраться с мыслями. Взяв телефон в руки он заметил несколько пропущенных от председателя его компании. «Да что этому придурку нужно?» — проревело громом у него в голове. Он отключил звук на телефоне и дал команду Алексе включить вечерний плейлист. Заиграла «Come as you are» и волна чувств снова накрыла с головой. Песня, от которой у него всегда бежали мурашки по спине и в животе появлялось странное чувство. В тексте автор отчаянно просит воспоминание придти, вернуться и не важно, как, ведь он не хочет отпускать этот момент… Музыка перед главным проигрышем перестала играть, что застало подпевающего парня опешить. За волной блаженства от любимой музыки, пошла вторая волна — негодование. Подняв телефон он увидел опять всплывающее окно звонка. — Да чёрт бы тебя побрал! — выругался на мобильное устройство парень и тут же нажал кнопку приёма вызова. — Да! — Сонхва! Чем занимаешься? — Игнорирую тебя! Что нужно? — Ха-ха, забавно. Да так, хочу напомнить тебе, что компания всё ещё принадлежит тебе, хоть ты и не проявляешь никакой активности в её развитии. — Да что ты? Спасибо за напоминание о том, какой я ужасный человек. Мне сегодня никто этого ещё не говорил, я беспокоился, что не усну! — саркастически ответил Сонхва. Он терпеть не мог этого хитрого человека, который жадно хотел власти над тем, над чем не имеет права что-либо иметь. — Это всё? — Нет, так как ты уже достаточно долго избегал каких-либо публичных встреч с партнёрами, тебе необходимо это сделать. Завтра пройдёт светская встреча, спонсоры тоже там будут. — Зачем мне туда идти? — Я не хочу, чтобы ты испортил репутацию нашей, нет, твоей компании. Уже и так ходит достаточно много слухов — ты ведь знаешь, как эти люди любят слухи — о том, что ты спился, связался с не той компанией или ещё что! Это немыслимо! Ты не присутствовал ни на одной встрече с лета и тебе просто необходимо появиться там. — Ладно-ладно, я понял. Ненавижу признавать, что ты прав. — Сонхва действитетльно это ненавидел, но ещё больше он ненавидел то, что его постоянно обвиняли в бездействии, когда он то и дело тратил много часов на разработку своих «тайных» планов, которые касались и этого ублюдка тоже. — Вот и отлично. Кстати, там будет и та банда тоже. — Ты имеешь в виду «Серого Червя»? — Да, их. Держись от них подальше, тебе нельзя портить… -… нашу репутацию, — прервал того парень, ведь эти словосочетания он слышал стабильно каждый разговор с этим человеком. — Я тебя понял. Что-то ещё? — Да, возьми с собой кого-нибудь приличного. Ради картинки. — Я подумаю. — Это всё, спокойной ночи! — Сука! — телефон на этот раз полетел в стену и раздался звуком бьющегося стекла. — Как меня бесит этот напыщенный придурок! Что бы там не говорил председатель, но он был в неведении о том, что именно с лета Сонхва вёл тщательно продуманную двойную игру. И эта светская вечеринка должна положить начало его планам. Только единственное… Пригласить кого-то пойти с ним? Он никогда не думал об этом. Сонхва подошёл к окнам и пренебрежительно глянул вниз — к оживлённой трассе, заполненной трафиком автомобилей. Он быстро перебирал в голове варианты, но их было не так много. Кого-то из бывших девушек? В голове пронеслось полчище знакомых и не очень лиц. Нет, не подходит. Может взять друга? Хонджун? Вроде как они друзья. Но Сонхва представил паренька в дорогом костюме от Hugo Boss, который сидел на нём мешком. Ну уж нет! В голове быстро промелькнула идея, нет, не снять девушку на час, другая… А что если позвать с собой Ёсана? Может так будет возможность узнать того поближе? Парень подскочил к стене и взял в руки телефон. — Ай! Новый куплю, — протянул он, крутя в руках разбившийся аппарат. Порывшись в диалогах он нашёл контакт Ёсана. Внутри диалога висело одно единственное сообщение: «завтра в парке в 20:00». Сонхва улыбнулся, вспоминая тот вечер. Пальцы быстро набрали короткое сообщение: «Есть планы на завтрашний вечер?» Ответ не заставил себя долго ждать:

«А что?»

«Значит не было?»

«Не планировал ничего.»

«Не ври. Завтра у тебя планы со мной! : Р Заберу после универа.» Предвкушение завтрашнего вечера заставило его ухмыльнуться. — Алекса, включи «Electric love»!