Война за Плед или Кофейное перемирие

      

Пройдя долгий путь перерождения — Земля восстановилась. Ядерная катастрофа унесла в мир иной практически всё живое, включая большую часть её виновника — людского рода. За тысячи лет изменилось всё — высохли моря, эволюционировали растения и животные, города былой цивилизации ушли под землю… изменились и сами люди, поделившись на три подвида.       Первые — кому удалось спрятаться под землёй, теперь жили под гигантским куполом, развивая технологии и строя собственный мир. Вторые — кто выжил в чудовищных условиях, впоследствии чего адаптировались к окружающей среде и получили невероятную силу, о которой их предки могли только мечтать. Третьи — приверженцы "стены". Люди, живущие на границе двух экосистем, двух сред обитания. В Зоне говорят, что это место — преисподняя, за её пределами — эдем...

***

      Длинная, узкая и совершенно пустая улица; утренний туман залил ее всю своим тусклым свинцом. Высокие и невзрачные дома, окутанные пеленой словно пледом, выстроились в ряд, отражая своими побитыми глазницами-окнами бледные лучи только вставшего солнца. Ни одной живой души не было видно, а души мертвые не давали о себе знать. Ни одной зелёной травинки, ни одного листочка, как после лютого нашествия ворога.       За этой уже привычной скудной картинкой наблюдала молодая девушка. Она каждый день стояла у окна и смотрела на это через чуть приоткрытые пластины жалюзи, как сквозь неплотно сомкнутые ресницы, надеясь, что когда-нибудь сегодняшний мир расцветёт. В её комнате пахло пылью и затхлостью. Неудивительно, что Полли так плохо спала ночью. Она открыла окно, которому давно полагалось быть чисто вымытым, — с улицы потянуло свежестью, но стало прохладно — начало мая в этих кругах считалось ранней весной.       Покончив с осмотром местности, шаг за шагом обступая аккуратно сложенные стопки книг, девушка подступила к деревянному шкафу. Она отыскала там поношенные джинсы и серый свитерок, окаймлённый по краям полотнища золотой тесьмой — довольно простое одеяние. Она не любила вычурно одеваться, да и не для кого особо было. Натянув на себя одежду, она принялась расчёсывать непослушные каштановые волосы, растрепанные после сна. Закончив с преображением, Полли взглянула на себя сквозь висящее на внутренней стороне дверцы зеркало, чтобы убедиться, что она готова встречать новый день. В отражении на неё смотрела обычная, почти ничем не выделяющаяся девушка. Приметными чертами являлись лишь крупная родинка на правой щеке и кожа зеленоватого оттенка, оттенка пожухлой травы — так говорила её бывшая приятельница. Такой её сделала радиация... "Всё в порядке", — сказала себе девушка, последний раз взглянув на своё отражение в зеркале. Взяв со стола очки в чёрной оправе, она ступила прочь из своей обители.       Полли по широкой скрипучей лестнице спустилась на кухню, чтобы выпить кофе с тостами и спланировать день. На сегодня не готовилось никаких важных дел и мероприятий, так что спешить никуда не надо и можно просто расслабиться и провести время в своё удовольствие. Насколько это, конечно, возможно.       Девушка зашла в комнату, залитую ровным жёлтым светом — ярким и неподвижным. Он шёл из двух больших окон и ярче всего освещал серые шероховатые стены напротив. В лучах солнца, кружась, клубились лёгкие пылинки — большие и маленькие. Увидев это явление, девушка распахнула форточку, впуская в помещение свежий утренний воздух.       – "Н-да, пора делать уборку", – мысленно подметила та, отодвигая с шумом потрёпанную бесцветную занавеску.       – Согласна... От неожиданно раздавшегося голоса Полли вздрогнула. Ведь, когда она заходила в эту комнату, в ней кого не было. Или?..       – Чёрт бы тебя побрал, Матисс! – вскрикнула Аполлинария, повернувшись к девушке, сидящей, как оказалось, всё это время в удобном красном кресле у дальней стены комнаты. – Я понимаю, что это твой конёк, но меня не устраивает пугаться каждый раз от твоих нежданных появлений... – она недовольно дёрнула плечами и, распахнув дверцу холодильника, принялась шарить по полкам в поисках приличной еды.       – Ты же знаешь меня, – хрипло произнесла в ответ Тисс.       – Знаю, но каждый раз отчаянно прошу, чтобы ты так не делала.       – Я думала, ты уже привыкла. Прости, – задумчиво ответила та. – О, и раз уж ты заглянула в недра хлада сего, то кинь мне бутылочку молока.       – Держи, – параллельно жуя заранее приготовленный кусок хлеба с арахисовым маслом, Полли кинула ей бутылку с прохладной жидкостью. – Знаешь, ты и сама белая, как молоко.       – Какая есть, – девушка открутила крышку и, приспустив укрывающий рот шарф, сделала пару жадных глотков.       – Присядешь? – Полли указала на место за столом.       – Не, предпочту остаться в тени, – ответила девушка, делая очередной глоток молока.       – Как знаешь. А Владка до сих пор спит?       – Наверное. Никогда ведь до двенадцати не добудишься, – Тисс выдержала задумчивую паузу. – А может, красится — очередное бесполезное занятие. Не понимаю, на кой чёрт оно это надо.       – Ну, она более женственная из нас. Да и парень есть, как-никак, или девушка, – Полли ухмыльнулась. – Думаешь, к кому она каждый день ходит?       – Не знаю... Она сейчас сама об этом и расскажет, – не очевидно ответила та, кинув взгляд на закрытую дверь.       – Что? – непонимающе переспросила девушка, а затем перевела взгляд на стенку возле входа. – Владка? Ты опять решила подслушать?       – Ни в коем случае, – раздался в ответ безучастный женский голос, а вслед за ним из-за открывшейся двери появилась и его обладательница. – Я просто услышала, что речь зашла обо мне, и решила...       – Подслушать?       – Называй это, как хочешь, – Владка отодвинула со скрежетом стул и села за стол рядом с Полли. – Просто было интересно. И вообще, не хотелось бы, чтобы без моего присутствия меня обсуждали, то есть, вообще обсуждали.       – Мы тебя не обсуждали. Просто к слову пришлось, – попыталась оправдаться Полли, не понимая, однако, в чём именно, но потом неожиданно сменила модель поведения, пытаясь повернуть ситуацию в другое русло. – Знаешь ли, а нам бы не хотелось, чтобы ты шпионила за нами, – она неодобрительно нахмурилась. Владка ничего не ответила, только посмотрела на собеседницу и по своему обыкновению приподняла одну бровь. Зрительный контакт продолжался не меньше двух секунд, после чего она встала из-за стола и, подойдя к кухонному гарнитуру, принялась перебирать стеклянные кружки, стоящие на нём.       – Всё с вами ясно, – как бы прерывая окончательно этот диалог, наконец сказала девушка и приняла попытку заменить его на другой. – Эм, и с чего, позволь спросить, ты взяла, что я езжу к своей второй половинке?       Владка зачесала рукой свои прямые бледно-пурпурные волосы на одну сторону головы, забрав после за ухо несколько оставшихся жидких прядей с другой. Внешне получившаяся причёска походила на длинный односторонний "гребень", накрывающий практически полностью правую часть головы.       Проигнорировав прошлую попытку разговора, Полли всё-таки ответила девушке.       – ... Хочешь сказать, что нет? Каждый день, как на парад собираешься: макияж, причёска, шмотки. Уезжаешь на полсуток, а потом возвращаешься довольная, – голосом она старалась показать наиболее безэмоциональным, давая понять, что была оскорблена поведением подруги.       – Ошибаешься. Я тренируюсь каждый день, чтобы держать себя в должной форме, – она демонстративно развернулась в сторону подруги, подбоченясь и пристукнув каблучком. – Как, думаешь, мне это всё досталось?       Девушка обладала прекраснейшей фигурой, которая могла свести с ума любого мужчину и довести до чёрной зависти любую женщину: пышный бюст, широкие бёдра и тонкая талия сошлись в идеальных пропорциях. Она нисколечко не смущалась этого, а гордо несла себя над землёй.       – А насчёт "парада"... Ты ведь знаешь, что я люблю необычно одеваться. Так что независимо от места и времени, я буду "наряжаться" так, как посчитаю нужным, – совершенно спокойно продолжила она. Отвернувшись обратно к гарнитуру, она протянула руку к электрическому чайнику, нажав на кнопку запуска.       – А макияжем я подчёркиваю черты своего пухленького лица, – самоиронично добавила та.       – Ладно тебе, – закончила дискуссию девушки Полли. – Я и так знаю, что ты красивая, и не надо оправдываться, – ответила та мягким добродушным голосом, а затем, взглянув на крошки, оставшиеся от её завтрака, попросила: – И, если не сложно, можешь налить и мне чашечку?       Владка, встав на носочки, протянула руку к верхней полке шкафчика и достала оттуда голубую глянцевую чашку. Поставив её на стол, она сыпанула в неё ложечку чайной заварки с сахаром и залила её только что закипевшим кипятком. Ту же процедуру девушка повторила и со своей порцией, а затем, взяв в обе руки готовые напитки, развернулась вглубь комнаты.       – Тисс, а ... – начала было та, но, глянув в то место, где недавно сидела Матисс, она никого не обнаружила. – Ясно, я даже не удивлена.       Влади поставила свой чай на стол, а кружку Полли, когда та потянула свою руку к ней, неожиданно отодвинула, сопровождая действие словами:       – Чтобы больше за спиной обо мне ничего не говорить, даже самую малость, – серьёзно сказала она, впившись взглядом в девушку. – Не люблю, когда от меня что-то утаивают.       – Да ладно тебе, не будь такой занудой! Мы ничего серьёзного про тебя не говорили... – скривившись, сказала та. – Ну, раз уж тебе так неприятно, то не будем, – она вновь потянулась за завтраком.       – Точно? – кружка снова отодвинулась на несколько сантиметров.       – Да, да... – протянула девушка.       – Хорошо, – сдалась собеседница и, пододвинув к Полли её заслуженную выпивку, села на своё место. Поднеся кружку к губам, она сделала небольшой глоток. – Блин, кажется, много сахара положила.       – Что-то многовато сахара в твоей жизни, – улыбнувшись, произнесла Полли и, наконец, отхлебнула немного чая из своей кружки. – Ну, и маловато в моём.       Владка вопросительным взглядом посмотрела на девушку и уже собиралась сказать что-то в ответ, но её прервали неожиданно раздавшиеся три громких удара в дверь. В доме повисла тишина.       – Кто это? – строго отозвалась девушка. – Можешь прорентгенить?       – Попробую... – Полли сняла очки и сосредоточенно посмотрела на стену, за которой предположительно находился источник шума. Эта девушка обладает способностью видеть объекты сквозь стены. Ей было присвоено оперативное прозвище "Человек-рентген". Умение было не совершенное, поэтому конкретно видеть то, что скрывается за преградой, она не могла, только лишь общие очертания.       – Ну, что там? – притихнув, спросила Владлена.       – Эм, человек... Я чётко не вижу, но, судя по ауре, исходящей от него, он не имеет никакой сверхспособности...       – Возможно, он из-под Купола или, возможно, приверженец стены, – сделала вердикт Владка, после, вздохнув, поднялась с места, оперевшись руками о стол.       – Ты куда? – обеспокоенно поинтересовалась Полли, приподняв бровки.       – Встречу гостя. Не зря же он из такой дали добирался, – на лице девушки появилась кривая ухмылка.       – Тогда я с тобой! – вскочила она из-за стола, проявляя инициативу, но Владка её остановила, проговорив что-то утвердительное в ответ, и вышла за дверь.       После того, как та скрылась из комнаты, девушка присела обратно на своё место, обхватив руки в локтях. Спустя десять секунд тишины послышалось тревожное шебуршание, а за тем глухой выстрел. От неожиданно раздавшегося громкого звука Полли вздрогнула, опрокинув чашку на стол. Чай растёкся по белой скатерти, словно кровавое пятно, впитываясь в тканевые волокна. Немного отойдя от шока, она, вскочив из-за стола, опрометчиво бросилась ко двери.       Забежав в коридор, она увидела никого иного, как Владку — живую и невредимую. Она стояла в проходе, выпрямив осанку и расставив ноги на ширине плеч. Смотря в незримую точку на двери, девушка убирала пистолет, из которого судя по всему и выстрелила, в кобуру на поясе. В ногах у неё лежало бездыханное тело с зияющим пулевым отверстием, из которого сочилась тёмная горячая кровь. Увидев труп, Полли в ужасе отшатнулась в сторону. На звук выстрела со второго этажа спустилась Матисс, бесследно пропавшая некоторое время назад.       – Что тут... – она увидела всё то, что должна была увидеть.       Владка обернулась в их сторону. В правой руке она сжимала какую-то небольшую картонку, походившую с виду на игральную карту. Заметив состояние Полли, она попросила Тисс отвести её в другую комнату и успокоить. Девушка поступила так, как ей и сказали. Она взяла Аполлинарию под руки и вывела в зал. Владка последовала за ними, в последний раз убедившись, что неизвестный мёртв.       Спустя минут пятнадцать, когда всё более-менее поулеглось, Владка, до этого нервно поглядывающая в окно, наконец, начала пояснение.       – Он от Марты, – коротко произнесла девушка, скрестив руки на груди.       – Серьёзно? После стольких лет? – тихо спросила Полли, искоса бросив взгляд в сторону девушки.       – Никогда не поздно... Она кинула на стол смятую карту — пятёрка пик. Матисс, осторожно взяв картонку в руку, принялась её рассматривать. В левом углу карты было выведено забавное короткое словечко: "Кря".       – "Кря"? – не понимая юмора, переспросила Тисс, а затем, перевернув карту, удивилась ещё больше. На уголке обратной стороны картонки красовалось коряво нарисованное деревце. – Что это...       – Это... дерево? – отозвалась Полли, также взглянувшая на это изображение.       – Да. Это дуб, – ответила Владка. – Она до сих пор так же ужасно рисует... А ведь это её символ!       Вздохнув, она развернулась лицом к подругам.       – Дамы, нам пора сматываться, – неожиданно произнесла та, твёрдым решительным голосом.       – Что?! – в унисон воскликнули девушки, не разгадав её намерений.       – Надо было закончить с этим ещё несколько лет тому назад. Нам придётся покинуть это пристанище и найти Марту, чтобы... – остановившись на полуслове, она замолчала.       – Чтобы...?       – Как я уже сказала, чтобы покончить с этим. Ну, к тому же, раз уж она прислала к нам своего щенка, оставаться тут нам нельзя. Она пришлёт нового, когда тот, что лежит сейчас в коридоре, не вернётся. В комнате повисло напряжённое молчание. Ситуация была двоякой, но другого решения предложить никто не мог.       – Может, мы сумеем поговорить с ней и помириться? – наивно пробормотала Полли.       – Конечно... После того, что она... Ладно, посмотрим, – она повернулась в сторону лестницы. – Собирайтесь, мы выдвигаемся сегодня. Никто не сказал ни слова поперёк. Они, конечно, не были в восторге от происходящего, но деваться было некуда...