Shine

Ёнджун был влюблен. Был влюблен в человека, что живёт в другом королевстве. Влюблен в принца, который никогда не посмотрит на него, как на парня. Цветочный принц видел в нем лишь брата Юны, его младшей сестры. Ёнджуну 12 и он впервые увидел Бомгю на приеме. Такого маленького, хрупкого, с цветами в светлых волосах. А вот Ёнджуну уже 17, на балу он видит повзрослевшего Бомгю, что улыбается принцессе ледяного царства. А сердце сжимается от ревности. Совершеннолетие Ёнджуна и его коронация. И Бомгю, смотрящий ласково, как смотрят на любимых, но смотрящий не на него. Куда-то туда, за спину, где стоит Юна, его младшая сестра. Помолвка Бомгю и Юны. Кажется, что мир обрушился в тот момент, когда к нему, как старшему в семье мужчине, пришел отец Бомгю с этим предложением. — Я подумаю на счёт помолвки Её Высочества Юны и Его Высочества Бомгю — Хорошо, Ваше Величество, буду ждать вашего ответа. Только стоит отцу Бомгю выйти из кабинета, как в стену летит стакан с водой. Ёнджун сжимает зубы, вцепляется пальцами в волосы и, кажется, готов сойти с ума. Сорвавшись с места, Чхве выбегает в коридор, громко зовя кого-нибудь из прислуги. — Срочно! Найти и привести ко мне Её Высочество Юну. Срочно, чтобы была у меня в кабинете через 5 минут. — шипит Король Ледяной страны на управляющего, что попался первым. Залетев обратно в кабинет, Ёнджун попытался успокоиться, но каждый раз, когда взгляд натыкался на договор, злость и ревность вспыхивали с все большей силой. — Вы меня звали, братец? — спрашивает Юна, заходя в кабинет и с удивлением разглядывая осколки стакана на полу у двери. — Да! Ты хочешь этой свадьбы? Свадьбы с Принцем Бомгю? Хочешь, я спрашиваю?! — Почти кричит Ёнджун. Он никогда до этого не поднимал голоса на свою младшую сестру, но сейчас… Сейчас им руководят только чувства. Только ревность, боль, злость и обида. — Да. Слова падают камнем, обрезая все чувства Ёнджуна. Он не в силах поверить, что это правда происходит. Что его Бомгю давно уже не его. Кажется, что мир Чхве рушится. «Нет, он мой, только мой, никому не отдам» — бьются слова в голове загнанной птицей, но парень ничего не произносит. — Иди, Юна. — Но что случилось, Ёнджун? Почему ты так зол? — Я. Сказал. Иди. Отсюда. Юна.— процедил Ёнджун, указывая в сторону двери и даже несмотря на свою сестру. Дверь захлопнулась. А Ёнджун чувствует, что падает. Падает туда, откуда нет выхода, там, где нет места любви, чувствам. Там только лёд. А татуировка на запястье бледнеет, будто стремясь исчезнуть. Там, на запястье, красивыми буквами выведено имя его соулмейта. Его мальчика, что предназначен судьбой. Его мальчик, что так влюблен в Юну. Бомгю, что совершенно не видит парня в Ёнджуне. Слезы. Ёнджун с удивлением обнаруживает, что по щекам текут слезы, а рука сжимает рубашку там, где почти не бьётся сердце, покрываясь льдом. — Нет, нет, нет, я не хочу, не хочу забыть его, нет, ни за что, никогда — шепчет Ёнджун цепляясь за стол всеми силами, моля всех богов, лишь бы его сердце не заледенело, лишь бы он не стал, как отец. — Прошу, нет, только бы не забыть, только бы не разлюбить. В голове с огромной скоростью проносятся все воспоминания, связанные с Бомгю. Первая встреча, знакомство, робкая улыбка, осознания, что это соулмейт, ревность, бесконечная любовь, боль от любви Бомгю к сестре, улыбки, шутки. Все 7 лет любви проносятся за одно мгновение, будто становясь серыми, стараясь убить в хозяине все чувства, убить его. — НЕТ. нет… Бомгю, прошу, нет, не уходи, молю. — все быстрее, как в лихорадке шепчет Чхве, все сильнее сжимая рубашку, будто пытаясь проникнуть внутрь, лишь бы не дать совершиться ужасному. Темнота…