Я... мертва...

Дождь. Как же он мне надоел. На протяжении недели после моей смерти небо закрыто тучами и всё время слышится звук капель, который уж слишком сильно начинает меня раздражать. Иду по дороге, совсем не шарахаясь от проезжающих сквозь меня машин. Взгляд пустой, отстранённый. Ноги сами несут меня в неизвестном направлении. Ну и конечно, полюбившееся мне место- кладбище. Подхожу к своей могиле и грустная улыбка слегка касается моих губ. Мамочка. На лавочке сидит женщина очень похожая на меня. Она смотрит отсутствующим взглядом на мою фотографию. В глазах читается сильная боль. Мама не выдерживает и снова начинает плакать. Душу пронзает тысяча ножей. Почему душу? Потому что нет сердца. Именно область сердца проткнул тот огромный штырь, на который я упала, спрыгнув с двадцатого этажа стройки. Я надеялась, что моя душа освободится и отдохнёт после моей смерти. Но нет, она до сих пор тут, в моей груди. И теперь я во много раз больше чувствую её боль. Пытаюсь коснуться маминой руки, но лишь прохожу сквозь её. Господи, ненавижу когда она плачет. Почему я не подумала, что ей будет больно? Почему подумала лишь о себе? Хотя нет, о себе я тоже не думала. Вообще неизвестно, о ком я думала тогда, ведь в итоге они потеряли только меня, а я лишилась их всех. Ужасно, что у меня до сих пор есть чувства. Я до сих пор чувствую. Как бы это эгоистично не звучало. Чувствую холодную дорожку на щеке. Слёзы. Теперь и я плачу. Никогда не переносила, когда родным больно... Ох, ты ещё слушаешь меня? Хорошо, тогда можешь задавать свои вопросы. Что я чувствую? Пустоту, боль, больше ничего. Ну, ещё я могу чувствовать свои же касания. Теперь точно больше ничего. Что я испытывала на момент смерти? Хм, ну начнём с того, что многие думают, что в этот момент перед глазами пролетает вся жизнь. Нет, они не правы. Только страх перед неизвестным и надежда на покой, а потом резкая, адская и нестерпимая боль, которая до сих чувствуется всей клеточкой моего тела. Конечно, не так сильно, но неприятно уж точно. Каков итог? Я очнулась лежащей на земле и первое, что я видела перед глазами- своё тело. Мысль которая появилась в голове, так это что я и вправду была красивой, вот только увидела это лишь после смерти. Потом я вижу скорую, родителей и у меня начинается истерика. А вот только потом, когда ты чувствуешь себя намного хуже, чем при жизни, твоя душа начинает показывать тебе всю твою жизнь, каждую боль и счастье. Именно это меня и добивает окончательно. Помог ли мне кто-то или увидела ли я кого-то? Нет, ко мне ни являлся, ни ангел, ни демон, ни Бог и даже ни Сатана. Никого. Я одна. Следующее, что я почувствовала после просмотра "фильма про жизнь Эвелины Милагрейт" это одиночество. Непереносимое одиночество, которое не покидает до сих пор. Снова плачу. Навзрыд. Мамочка, пожалуйста, прости. Пожалуйста, не плачь, я здесь, я рядом. Как бы я не хотела явиться к ней во сне и утешить, у меня не получалось. Кстати о сне. Я наконец выспалась. Точнее, я не сплю, но ещё никогда я не чувствовала себя такой отдохневшей. Можешь смело добавлять это в плюсы твоей будущей смерти. Мда, оптимизмом так и плещет. На самом деле, хоть я не чувствую физической усталости, я истощена морально. И единственное, что я поняла после смерти, так это то, что я чувствую боль, которую причинила родным. И не по очереди, а всё вместе и сразу. Если сложить каждую ноющую клеточку абсолютно всех моих родных и близких и прибавить к той боли, которую чувствую я. Не могу больше здесь находиться и иду по тропинке к выходу, замечая на каждом бугорке земли "спящий" бледный труп. Вот они покоились с миром, а мне неизвестно сколько ждать. Проклятье, даже покурить не могу! Да в загробном мире вообще нет ничего прекрасного! По крайней мере, для самоубийц... Ноги снова ведут меня в неизвестном направлении и, подняв голову, я вижу перед собой свадебный магазин. Улыбаюсь, вспоминая, как Александр обещал мне кольцо после восемнадцатилетия. Снова куда-то иду, а поднимаю голову на детский смех. Молодая пара идёт под зонтом, держа с обеих сторон мальчика двух лет. Ложу руку на свой живот и это место протыкает уже не тысяча, а миллионы ножей. Ах да, я забыла тебе сказать. В морге оказалось, что я была уже на третьей неделе беременности. Падаю на землю и, держась за живот, кричу больше от моральной боли, чем от физической, как когда узнала это вместе с родителями. Накричавшись вдоволь, встаю и плетусь по тому маршруту, которому следовала одиннадцать лет. В школу. Да, именно в то место, которое всё дети так ненавидят. Я его тоже ненавидела. Но сейчас понимаю, что с этим местом связано слишком много дорогих мне воспоминаний. -Привет. -Ага.- смотрю на русого парня, прижавшегося к стволу дерева и курящего, смотря на небо. Под глазами огромные мешки, а лицо бледное. Алекс, что же ты с собой сделал. -Как ты?- его лучший друг ложит ему на плечо руку. -Ты ещё спрашиваешь как я?- шепчет, а затем начинает повышать голос.- Ты ещё спрашиваешь как я? По моей глупости погибла Лина! По моей, Джек, по моей!- нет, прошу, не говори так. Это только я виновата, не вини себя.-Я даже помириться с ней не успел, а последнее, что она услышала от меня, так это то, что я послал её, назвав шлюхой из-за собственной ревности к тому уроду! Да она носила нашего ребёнка!- орёт во всё горло. Начинаю снова плакать, чувствуя всю эту боль. Вижу, как его глаза тоже начинают блестеть от слёз. Больше не могу на это смотреть и убегаю туда, где в последний раз делала вздох. Из-за меня строительство прекратили на некоторое время. Сажусь на голый бетон и обхватываю ногами колени, покачиваясь вперёд и назад. Ты сейчас подумаешь, что я похожа на сумасшедшую. Возможно, так и есть. Но это слегка успокаивает. Снова плачу, тихо. Что же я могу сказать под конец? Ты мне не друг, да и я вообще тебя не знаю, так что назову тебя просто людем. Пхах, как же я обожала коверкать слова при жизни, но нет, сейчас не хочу. Человек, я знаю, ты слышал это очень много раз, но теперь послушай того, кто уже это почувствовал. То, что я сделала и что, возможно, хочешь сделать ты- далеко не выход. Поверь, если ты не хочешь думать о других, то тогда подумай о себе. Умирать невыносимо больно, больнее, чем чувствовать, что ты живёшь. Да и о других всё-таки подумай. В мире существует минимум один человек, которому ты очень нужен. И ты знаешь, о ком я. А теперь улыбнись. Сквозь боль, обиду. Улыбнись. Нет, не обязательно кого-то прощать. Но если этот человек тебе дорог, то всё же сделай это. А теперь с этой улыбкой встречай каждый новый день и вечер.