Верит

      Санджи сходит с поезда. Он поправляет запонки на своём пиджаке и словно взвешивает чемодан в руке. Да, это определенно тот же чемодан, что и пару минут назад. Город встречает его ярким рассветом.       Волшебно. Это определенно то, чего он ожидал от Венеции. Город ещё спит, только-только люди начинают открывать окна, изредка можно встретить ранних пташек, которые ищут красивых мест для фотографий.       На Санджи лёгкое чёрное пальто, он закуривает сигарету, но быстро тушит: замечает на своём пути гондолу. Не зря говорят, что это город романтики. Пахнет свежими круассанами, над маленькими улочками из воды всходит солнце. Длинная чёрная гондола медленно плывёт, управляемая мужчиной.       Санджи до безумства рад, потому что там не итальянец, который по английски даже два слова не сможет сказать, а самый настоящий японец. Крепкий мужчина, который усиленно гребёт вёслами. Мышцы на его руках и спине напрягаются, он определённо сильный. - Подбросите до Площади святого Марка? - Сорок евро. - Парень говорит на японском бегло, с акцентом, видно, живёт тут с детства. - Обдираловка. - Санджи бубнит себе под нос, но в лодку садится. Ждать пару часов до того, как начнёт работать водный автобус совершенно не хочется. Тем более он уже успел перекусить.       Санджи пытается вывести парня на разговор, а тот разглядывает его с интересом, ему давно не доводилось болтать с японцем. Он представляется, делает пару смешных ошибок. Такие люди никогда не забывают свою родину, но с каждым днём становятся от неё всё дальше и дальше из-за обстоятельств. - Надолго тут? - говорит Зоро. - По работе. - Санджи кивает на свой чемодан, словно это что-то объясняет.       Это ничего не значит для Зоро, но для Санджи это значит многое и даже больше. Он берёт его номер, хотя уверен, что смог бы найти подешевле. Но Зоро выглядит сильным, а Санджи сейчас не помешает какая-то защита.       Санджи первый раз в этом городе любви, но ведёт себя так, словно знает тут каждый угол. Под пальто у него идеально выглаженная белая рубашка. Он заходит в собор и разглядывает бесконечные рисунки на потолке.       Мимо проходит мужчина, который легко прикасается к его плечу и оставляет в руке небольшую бумагу. Санджи знает, как отсюда пешком добраться до его отеля, но почему-то ему хочется немного побыть наедине с собой.       Следующая их встреча опять произошла на рассвете: не много гондол можно было увидеть в это время, но Зоро всегда был рад встречать первых туристов. Хотя нет, сегодня он просто должен был отвезти Санджи в другую часть города. Это было что-то типа частного водителя, но только на короткое время.       Они сидели в лодке молча, Санджи рассматривал крепкую спину Зоро, думая о своём. Тот тоже не хотел говорить, копаясь в своих воспоминаниях: этот блондин вызывал у него уж слишком много ностальгии о Японии. Когда отец ещё был жив, а сам Зоро был маленьким ребёнком.       Но их молчание не было неловким, они словно понимали друг друга без слов. Санджи курил без остановки, для Зоро это было настоящим издевательством, он просто ненавидел запах дыма. Но именно в эти секунды Санджи показался ему предательски красивым. Казалось, что нет в мире мужчины более загадочного и красивого. - Тут. - Санджи подскочил прямо в лодке, немного пошатнув её.       Это была улица на стыке двух районов, тут заканчивались туристы и начинались уличные разборки местных бандитов. Зоро хотел предупредить Санджи, но решил просто не лезть не в своё дело. - Забирать не надо. Меня подвезут. - Но.       Но не прошло и пару часов, как мобильный Зоро предательски громко зазвонил. Он не знал, как лучше подписать, поэтому на экране красовалось "Блондин японец". Санджи говорил очень тихо, словно у него что-то болит, напряженно, а потом назвал адрес. Место, куда Зоро никому бы не посоветовал ехать.       И себе тоже зарекался, что не поедет. Но, смотрите, на первый же звонок от Санджи, он плывёт. Только из-за того, что ему неплохо заплатят, да. Или потому что их связывает родная страна? Зоро не знает, что значит жертвовать собой ради кого-то, но прямо сейчас он готов на всё.       Санджи лежит на холодной дороге. У него разбита губа, на скуле уже проявляется ужасный огромный синяк. Кто знает, какое месиво творится под одеждой. Мужчина прижимает чемодан к животу двумя руками. Зоро подплывает достаточно близко, чтобы понять: он сам не встанет. Приходится покидать ради него лодку. - Спасибо. - Санджи храбрится. Делает вид, что не больно. Зоро молчит, ничего не спрашивает, это не его дело.       Хотя, конечно же, он не тупой, хоть и немного тугодум. Понятно, что не все ходят на улицу главного босса. А главное - мало кто возвращается живым. Зоро очень долго глядит на чемодан, сверлит взглядом, надеется увидеть, что скрывается внутри. Но Санджи не сдаётся и молчит до конца.       Они останавливаются. Блондин удивлённо поднимает глаза, а грубый и такой сильный на первый взгляд Зоро наклоняется к нему, чтобы вытереть кровь с подбородка. Санджи неприятно отдергивается, но в итоге помощь принимает. Ходить по городу с таким лицом не очень хочется. - До завтра. - Санджи совершенно не хочет выходить из гондолы, а Зоро тоже не хочет, чтобы он уходил.       Между ними загорается та искра страсти, которую невозможно упустить. Солнце, кажется, прямо сейчас сжигает их совесть, чтобы сделать немного ближе. Но прямо сейчас Санджи просто хочет принять горячий душ в отеле и уснуть.       Завтра он не звонит. Зоро готов это принять: его кинули. Почему-то ему в этот раз не плевать, но парень не подаёт виду. Пару раз за день проскакивает мысль, что его нового знакомого уже убили. Всё, прощай и до свидания.

"Блондин японец"

      Первое, что видит Зоро следующим утром. Он спешно принимает душ, одевается. Его квартира настолько маленькая, что развернуться негде. Он один, всю свою жизнь один. Никто с ним не говорит, не хочет принимать всерьёз. А Санджи смотрит, как на человека.       Они заплывают в небольшой проулок, эти здания кажутся обветшавшими, вряд ли в них кто-то живёт. Санджи поднимается с гондолы вместе со своим любимым чемоданом. Кажется, он не расстанется с ним никогда.       Зоро смотрит на него долго и мучительно, но всё-таки решается покинуть свою крепость. Эта гондола ему так дорога, что, кажется, он стал с ней уже одним целым. Это единственное, что есть у него всегда и никогда не бросит его одного.       Санджи упирается спиной в холодную влажную стену, чемодан аккуратно остаётся у его ног. Зоро становится всё ближе и ближе, появляется ощущение, что время остановилось. Но разве они могут что-то изменить.       Для Зоро это всё странно, но он чувствует такое бешеное притяжение, что парень просто не в силах с ним сражаться. Он целует Санджи и тот ломается, просто ломается где-то внутри, сдаётся. Отпускает любые мысли о том, что это неправильно.       Зоро снимает свою хлопковую рубашку, оголяя крепкие мышцы и длинный шрам. Санджи не хочет знать откуда он, но определённо хочет к нему прикоснуться. Провести пальцами сверху вниз.       Зоро это заводит, он готов просто рычать, ему сносит крышу. Он всегда был таким, резким и слишком открытым. Это ему только вредило, но парень ничего не мог с собой сделать. Он сильный, он рождён, чтобы быть таким.       Санджи сам снимает свои штаны и нижнее белье, а Зоро свои только спускает. Он грубо целует блондина, а тому так только и нравится. Он чувствует как крепкие руки подхватывают его, первое соприкосновение голой плоти и тихий стон, который Санджи может себе позволить.       Зоро оставляет смазанные поцелуи, кажется, в тишине этого переулка навсегда останется эхо их голосов. Он входит, медленно, чтобы Санджи успел привыкнуть.       В голове у парня салюты, невообразимые мечты. Он влюблен. Впервые в своей жизни он влюблен. В малознакомого мужчину с другой страны, который отдаётся ему буквально на третьей встрече. Но он чувствует, что тоже ему не безразличен. Что эта встреча была судьбой.       Зоро находит нужный ритм, Санджи крепко прижимается к нему всем телом, чтобы почувствовать парня ещё глубже. Чтобы кончить одновременно, а потом как ни в чем не бывало отправиться по делам.       Зоро оставляет Санджи одного, наблюдая из своей гондолы, как тот исчезает в каком-то здании. Он решает сегодня больше не работать, сердце стучит, мысли забиты только этими взглядами и стонами.       Внутри электричество взрывается, оставляя глубокие любовные шрамы. Он никогда не был влюблён, Зоро был одиноким и ни с кем не разговаривал, только возил по этим маленьким улочкам парочки и молчал. Он ненавидел себя и считал, что все остальные в мире тоже его ненавидят.       Как странно, что вдруг захотелось любить не только кого-то, но и себя. Именно в этом городе романтики, который так не хочется покидать. Тут красиво. И, знаете, именно здесь происходит множество волшебства, больше попросту негде.       Вечером они решаются выпить вместе чашечку кофе (или чего покрепче). Зоро знает тут каждый уголок, место, где можно спрятаться от всего мира. Жаль, что Санджи не хочет прятаться, он продолжает жить по-своему.       Они говорят о себе, рассказывают о детстве, о своих воспоминаниях, много говорят о Японии и на японском. Зоро становится легче говорить на своём языке, парень не хочет потерять это умение, но без практики языки забываются очень быстро.       Они продолжают вечер в гондоле, укутавшись в тёплый плед. На небе яркая россыпь звёзд, к которым хочется стать чуточку ближе. Зоро почти всё время молчит и слушает, как Санджи шутит, рассказывает рецепты и считает звёзды. За одну ночь, как сумасшедшие, пытаются показать всё.       У блондина в руках чемодан и он никогда не даст стать им действительно близкими. Это их время, то, которое им выделено. И ни на секунду больше. Вот и всё, что у них есть. Рассвет. Солнце всходит так неожиданно, что хочется плакать. Взгляд оторвать невозможно. - Мне на вокзал... - Зоро берёт в руки вёсла.       Дорога кажется бесконечно долгой. А молчание болезненно впивается в сердце. Санджи чувствует крепкие руки Зоро на своём теле, его поцелуи, укусы, объятия. Жаль, у них нет больше ни секунды, чтобы повторить. Жаль. - Куда ты дальше? - Зоро не может остановить его, Санджи уже почти покинул гондолу, а вместе с этим и весь его мир.       Его чёрный костюм, который пропах сигаретным дымом, расстёгнутая верхняя пуговица рубашки, большой синяк на скуле. И небольшая ранка в уголке губ. - Не знаю. - Он врёт.       Сейчас его ждёт поезд в Рим, а там, дальше, самолёт до Парижа. Это будет совершенно другая история, другое задание, новое приключение. Он взвешивает свой чемодан в руке. В этот раз он весит намного меньше, лёгкий, как пушинка. Пришла пора его наполнить чем-то новым.       Только Санджи надеется на одно: - Но я вернусь. - Зоро знает, что он не вернётся, но улыбается, словно верит.