Позволь мне быть с тобой

— Мама, папа! — мальчик лет 4 подбежал к родителям, тыкая им листочек бумаги, на котором разноцветными карандашами было изображено 3 человека, которые держались за руки, в углу было ярко-желтое солнышко, а весь остальной листочек был обрисован травой и разными цветочками, — смотрите, это вы, а это я, красиво?, — он ярко улыбается, водя свои маленьким, пухлым пальчиком по рисунку. — Конечно красиво, солнышко. Ты просто молодец, — мама нежно потрепала сына по его каштановым волосам, нежно улыбаясь. — Ты у нас самый талантливый и самый лучший, Юнсок-и, — отец мальчика наклонился и поцеловал его в макушку, после этого потрепав за милые щечки, — а сейчас иди, выбери игрушки, которые возьмёшь с собой к бабушке и дедушке. — Хорошо папа, — малыш побежал к себе в комнату, быстро перебирая ножками. Родители с улыбкой наблюдали за своим чудом и вправду были очень счастливы. — Джин-хо, извини, что не смогу поехать с вами. Я действительно очень хочу, но работа, сама понимаешь, — Юнги виновато смотрит на жену. — Не переживай, Юнги-я, я всё понимаю. Люблю тебя, — женщина тянется рукой к лицу Мина, нежно поглаживая скулу. — Я тоже тебя очень люблю, — шатен ложит свою руку по верх руки любимой, прикрывая глаза. Юнги уже приблизился к губам Джин-хо, чтобы поцеловать, но на столе завибрировал телефон, оповещая о входящем звонке. Он вздыхает, отстраняясь от жены и подходя к телефону. На обратной линии он слышит голос своего водителя, который говорит, что скоро будет у их дома, чтобы доставить миссис Мин и его сына к родителям. Юнги бросает короткое « хорошо» и сбрасывает вызов. — Звонил Минхо, он уже скоро будет. Так что иди собирайся. — Хорошо, что он предупредил, а то не хотелось бы, чтобы он ждал. Ладно, я быстро соберусь, — женщина быстро шагает в свою комнату, чтобы взять всё необходимое в дорогу. Через 20 минут Джин-хо и Юнсок уже были готовы, ожидая водителя возле ворот дома. Как только машина показалась из-за угла, Мин значительно напрягся. Ему так не хотелось отпускать их самих. Как будто было какое-то плохое предчувствие. Брюнетка заметив это, нежно обняла того, говоря, что с ними всё будет хорошо и чтобы он не волновался. На это шатен лишь сильнее прижимает её к себе, вдыхая ванильный запах волос. Минхо уже вышел с машины, закидывая небольшие сумки в багажник. Нехотя отстраняясь от жены, шатен подходит к сыну, поднимая на руки и целуя в обе щечки. — Я буду скучать за вами, возвращайтесь скорее, — уже стискивая их обоих в объятьях, проговорил Юн. — Не успеешь и глазом моргнуть, как мы уже будем дома, — женщина тепло улыбается, садясь с сыном в машину. Малыш машет на прощание ручкой, перед тем как машина двигается с места, с каждой минутой отдаляясь от дома.

***

Юнги заходит в дом, сразу же надевая тапочки с нарисованными на них пикачу. Лениво перебирая ногами, шатен плетется в гостиную, плюхаясь на черный, кожаный диван, включая какую-нибудь дорамку на телевизоре. Не прошло и пол часа, а он уже безумно скучает по ним. Он бы мог сейчас находиться с ними, нежно обнимая Джин-хо и сына. Но эта чертова работа всё портит. Вообще Мин послал бы её куда подальше. Но увы, компания без него не сможет, учитывая то, что завтра он должен заключить важный контракт с американской фирмой. Если честно, эта работа, последнее чем бы Юнги хотел заниматься. Ещё с 15 лет он хотел связать свою жизнь с музыкой. Но его отец категорически запрещал этим заниматься. Мин рос в богатой семьи. Отец был директором крупной компании, которая передавалась в руки наследникам их семьи. Поэтому и сам Юн не стал исключением. Если госпожа Мин была не против выбора профессии Юнги, то вот отец сразу сказал твердое нет, перекрывая все возможности для осуществления мечты сына. Сколько бы шатен не просил и не объяснял, что это его жизнь и он сам решит чем будет заниматься, господин Мин был непреклонен. Юнги же тоже сдаваться не собирался, он сбегал из дома, пытался сам сделать всё для осуществления своей мечты. Но когда отец заболел раком, каждый день становясь на шаг ближе к смерти, Юн не смог его ослушаться. Каждый день он обучался для унаследования компании, напрочь забывая про свою мечту. Когда отец умер, а ровно через год умерла и мать от инфаркта, Мин чувствовал себя настолько подавленным и одиноким, что начал отгораживаться от внешнего мира. И только Джин-хо смогла вытянуть его с депрессии и помогла вновь смотреть на жизнь яркими цветами. Юн с Джин-хо дружили с самого детства, ибо их семьи хорошо общались. И если до лет 16 он воспринимал её просто как лучшую подругу, то потом он всё чаще начал ловить себя на мысли какая она красивая. Девушка она действительно была красивая: смоляные волосы; длинные, пушистые ресницы, которые прикрывали темные, словно ночь глаза; розовые губки бантиком, тонкая, осиная талия и в завершение длинные, красивые ноги. Джин-хо всегда была очень милой и скромной, но в тоже время очень обаятельной. Не было и дня, когда бы она не улыбалась, обнажая ряд ровных зубов; она была очень веселым и общительным человеком, в отличии от Юнги. Тот всегда был более сдержанным и холодным в общении, порой даже грубым. Но не с Джин-хо, с ней он всегда был другим, более улыбчивым, веселым. В тот момент, когда она помогла ему справиться с потерей близких людей, он понял, что испытывает к ней намного большее чем просто дружба или симпатия. Хотелось, чтобы она всегда была рядом. И какова же была его радость, когда его чувства оказались взаимны. Сейчас же Мин и вправду чувствует себя самым счастливым человеком в мире. У него есть любящая жена, которая точно не предаст; милый, умный, пухлощекий сын, в котором он души не чает. Что ещё нужно для счастья? Лично для Юнги этого достаточно. Они для него всё, его смысл жизни.

***

Мин Юнги заходит в компанию, кивнув охраннику, что стоял справа от выхода. Каждый сотрудник кланяется Мину, любезно улыбаясь в знак приветствия. Как бы Юн ненавидел свою работу, но сотрудники у него действительно хорошие люди, поэтому он также им приветливо улыбается, кивая головой. Наконец-то дойдя до лифта, он нажимает на круглую, серебряную кнопку и металлические двери тут же распахиваются, впуская Юнги. Он без промедлений заходит, поднимаясь на 6 этаж, где находился его кабинет. Когда двери открываются на нужном этаже, шатен идет к своему кабинету. В помещение как всегда чисто, и убрано, благодаря старательным уборщицам. Интерьер кабинета довольно-таки сдержанный: стены серых тонов, линолеум бежево-коричневого цвета; в конце комнаты стол в форме дуги, кофейного цвета, за которым стоит чёрное, кожаное кресло; у правой стены стоял ещё один стол, вокруг которого было расставлено 8 стульев, только уже больше и овальной формы. Больше всего в кабинете привлекало внимание большое панорамное окно, которое открывало вид на небоскребы Сеула. Шатен проходит внутрь, закрывая за собой дверь, и сразу кидая сумку с документами и прочим на стол. Через пол часа состоится встреча, поэтому он достает нужные ему документы, ознакамливаясь с ними, а саму сумку ставит на пол. Время летит незаметно, и вот секретарь уже сообщает, что через пару минут у кабинета будут важные люди для подписания контракта. Мин быстро приводит рабочее место в порядок, готовясь встретить гостей. В двери тихо стучат, после входя. Юнги видит 2 мужчин одетых в деловые, черные костюмы. Один из них выглядит на лет 50, а вот второй намного моложе, возможно это его сын. — Здравствуйте, рад Вас видеть. Присаживайтесь, — Юн указывает кистью руки на большой, овальный стол, призывая присесть за него. — Добрый день, господин Мин, — сказал старший из мужчин, присаживаясь, а младший просто сдержанно кивнул головой. — Ну что же, можем приступить к подписанию контракта? — Юнги положил документы на стол. — Да, конечно, господин Мин. Спустя где-то 40 минут, они обговорили все нюансы и подписали контракт. Проводив гостей к выходу и пожелав им хорошей дороги, шатен вернулся в кабинет, устало плюхаясь в кресло. На столе неприятно зажужжал телефон, нарушая тишину. На экране высветился незнакомый номер, что сразу же напрягло Юнги. — Да? Кто это? — в телефоне звучит женский голос, спрашивая он ли господин Мин, — Да, это я. — Ваши жена и сын, попали в аварию. Ребенка сейчас оперируют в местной больнице Кванджу, а вот… Сердце пропускает удар, а мир будто рассыпается на мелкие кусочки. Мин срывается на бег, ничего не слыша ещё со слов «попали в аварию». Он быстро садиться в машину, давя на газ. Сейчас абсолютно все равно, что существуют правила дорожного движения. Совсем не до этого, лишь бы побыстрее оказаться рядом с ними. За 2 часа он доезжает до Кванджу, хотя обычно путь составляет 4,5 часа. Он резко тормозит, выбегая с машины. — Где они?! Где моя жена с сыном?! — шатен схватил за руку первую попавшеюся медсестру. — Молодой человек, успокойтесь. Скажите их фамилию, — девушка вырывает свою руку. — Мин, их фамилия Мин! — Юнги все ещё кричит, не в силах сдерживать эмоции. — Пройдемте за мной, — медсестра идет вперед по коридору, заходя в какой-то кабинет, после выходя с мужчиной в белом халате, а после оставляя их одних. Врач смотрит на Юнги, всё не решаясь начать говорить. — Мне очень жаль, но нам не удалось спасти вашего сына, — врач смотрит с огромным сожалением и даже грустью. — НЕТ, ТАКОГО НЕ МОЖЕТ БЫТЬ! ГДЕ ОНИ?! ДЖИН-ХО, ЮНСОК-И! — Юн кричит, даже не кричит, он орет, так громко, как только возможно. Может так они его услышат? Ведь они не могли его бросить, не могли просто взять и оставить, даже не попрощавшись. — Ваша жена была мертва ещё до того как ее доставили в больницу, а ребенка, — мужчине самому трудно такое говорить, — мы…мы не смогли спасти, простите. — НЕТ, НЕТ, НЕТ!!! Они не могли меня оставить! Скажите, что это шутка…прошуу, — кричать уже просто не было сил. Он просто рыдает навзрыд, медленно скатываясь вниз по стенке, с силой сжимая волосы на голове. Она ведь говорила, что всё будет хорошо, что они быстро вернуться. И что?! Они вот так просто взяли и оставили его одного? Нет, нет, нет. Они не могли с ним так поступить. Только не они.